©"Заметки по еврейской истории"
Июнь 2008 года

Александр Шапиро


Его пером водила совесть

Необычно тёплая, ранняя весна в этом году. И потянулись перелётные птицы, возвращаясь к местам своих гнездовий. Но прежде чем опуститься, набирают они высоту, кружат в воздухе, хлопая крыльями, радуясь встрече с родными пенатами.

Как это напоминает наш перелёт в Новый Свет. Правда, с нами всё произошло наоборот – мы оставили навсегда родные края, и мало кому доведётся вернуться обратно. А что касается высоты, то что может быть выше силы духа и мысли человека, даже оторванного от своей земли… И всё-таки сохранившего видимые и невидимые нити с ней. Особенно, если таким человеком был писатель Юрий Герт, для которого эмиграция стала вынужденным шагом, но одновременно явилась и новой высотой его творчества.

Вот уже пять лет, как нет с нами этого талантливого человека, который умел не только проникать в тайный мир своих героев, но и вместе с ними утверждать идеалы добра, человечности и справедливости. Бороться с теми явлениями, которые противоречили его собственным нравственным критериям и убеждениям.

Одной из главных тем творчества писателя, была судьба еврейского народа. Его трагического прошлого и настоящего. Борьба с любыми проявлениями национализма и антисемитизма, за честь и собственное достоинство любого человека и еврея…

Характерной особенностью Ю. Герта являлось и то, что он сам, его поступки, могли служить примером героям его же произведений. Потому что и в личной жизни, и в своём творчестве, писатель всегда опирался на правду, которая становится его творческим методом. Ту самую, о которой писал в «Несвоевременных мыслях» Максим Горький: «…говорить правду, это искусство труднейшее из всех искусств, ибо в своём «чистом» виде, не связанная с интересами личностей, групп, классов, наций, - правда почти совершенно неудобна для пользования обывателя и неприемлима для него. Таково проклятое свойство «чистой» правды, но в то же время это самая лучшая и самая необходимая для нас правда».

Юрий Герт родился в Астрахани, в 1931 году. В начале Великой Отечественной погибает на фронте отец, а чуть позже от туберкулёза умерла мать. В то время с бабушкой и дедушкой он находился в эвакуации в Узбекистане, откуда после войны они возвращаются в родной город. В тяжёлых условиях проходит его юношество, но, оставшись сиротой, парень не озлобился, не ушёл в себя. Напротив, он активно включился в новую жизнь. Вместе с одноклассником, Александром Воронелем (ставшим впоследствии учёным-физиком, писателем, редактором израильского журнала «22»), выпускает школьный литературный журнал. В нём, наряду с творческими исканиями, обсуждением общественных проблем, они смело критикуют и разные недостатки… Это не прошло мимо бдительного чекистского ока, и их обвинили в антисоветской пропаганде. Благо, что не посадили…

Об этом времени рассказывает писатель в своём первом романе «Кто, если не ты?..». В нём он раскрывает романтические представления юных героев-правдоискателей, нравственные и идейные искания которых задыхаются в гнетущей атмосфере сталинского режима, его культа личности.

После окончания школы, Юрия лишают заслуженной им серебряной медали. Он уезжает учиться в далёкий Вологодский пединститут, где пробует себя и на литературном поприще – пишет первые рассказы. Уже работая учителем-словесником в Мурманской области, укрепляется в своём призвании стать писателем.

 

Анна и Юрий Герт
 

Ю. Герта призывают в армию. Его желание писать становится настолько сильным, что свою первую повесть «Преодоление» он написал и опубликовал во время службы на Кольском полуострове… Её название говорит само за себя. Можно только представить себе, сколько сил и энергии нужно было найти молодому солдату, чтобы по ночам, в неотапливаемой Ленинской комнате, вместо отдыха описывать армейскую жизнь. Искать и находить ответы на свои же многочисленные вопросы, рассуждать о верности долгу, о том, что сложнее: подчиняться или самому отдавать приказ…

Начинающий автор тогда ещё не знал, что это название – «Преодоление» предопределит и его дальнейшую писательскую судьбу. Почти все произведения Ю.Герта подвергались жесточайшей цензуре, шельмованию в прессе, годами дожидались своей публикации. Как, например, сатирическая повесть «Лгунья», пролежавшая в столе более пятнадцати лет… Потому что были они связаны с самыми неудобными и острыми проблемами общества: личности и государства, свободой совести и угнетённого человека, ощущением трагизма еврейского народа…

В 1957 году Ю. Герт с женой приезжают в Казахстан, и остаются там на долгие годы. Ему нравится эта земля, её люди, знакомство с которыми, очень обогатило писателя. Тут родились его дочь и внук. Началась активная творческая деятельность. Сначала в Караганде он сотрудничал с местной молодёжной газетой, а затем перешёл на работу в Алма-Атинский «Простор», где со временем стал зав. отделом прозы этого журнала. Именно в казахстанский период жизни идёт становление его писательского таланта и признание читателей.

Выходят из печати романы «Ночь предопределений», «Приговор», сборники рассказов и повестей «Первое апреля», «Солнце и кошка», «Листья и камни», книга публицистики «Раскрепощение» и другие.

Приход Ю. Герта в «Простор» в 1964 году совпал со звёздной порой этого органа Союза писателей Казахстана. Возглавлял его в ту пору замечательный писатель Иван Шухов, в своё время отмеченный М. Горьким. Это он заметил и пригласил начинающего литератора в свой журнал, напечатав в сокращённом варианте его роман «Кто, если не ты?..»

Много лет спустя, Ю. Герт напишет в своей книге «Семейный архив»: «В те годы, при Шухове, «Простор» был для нас чем-то вроде «островка свободы» - среди океана всяческой грязи и пакости…»

Действительно, журнал привлекал к себе внимание тем, что на его страницах впервые появились запрещённые ранее к публикации стихи А. Ахматовой, М. Цветаевой, О. Мандельштама, неизвестные произведения А. Платонова и Б. Пастернака. Материалы по булгаковедению. Публиковались произведения и талантливых местных авторов: О. Сулейменова, Г. Мусрепова, М. Симашко…

Была напечатана и повесть Елены Микулиной «Мать Мария», в которой рассказывалось о французском Движении Сопротивления в годы Второй мировой войны и участии в нём русских эмигрантов. О подвиге Е. Кузьминой-Караваевой (матери Марии), которая в немецком концлагере Равенсбрюк пожертвовала собой, спасая от смерти еврейскую девушку…

Юрий Герт переводил на русский язык романы казахских и уйгурских писателей: «Прикрой своим щитом» И. Есенберлина, «Майимхан» З. Самади и других.

В конце 80-х годов тираж журнала поднялся с 50 до 160 тысяч экземпляров. А по популярности он уступал разве что «Новому миру» А. Твардовского…

В 1987 году в журнал прислали очерк Марины Цветаевой «Вольный проезд», носивший откровенно антисемитский характер. По всей стране в это время продолжалась «перестройка», которая принесла не только распад прежних идеалов и ценностей, но и сопровождалась мощным всплеском националистических настроений.

Изменился и состав редколлегии журнала, главным редактором которого оказался бывший номенклатурный работник, газетчик Геннадий Толмачёв. Он принимает решение напечатать этот очерк. В обход заведующего отделом прозы, которого поставили в известность последним, после того, как остальные сотрудники журнала прочитали и одобрили его. Вот как рассказывает об этом вдова писателя, Анна Герт, в одном из интервью: «…Ю. Герт был хорошо знаком с творчеством Марины Цветаевой, её трагической судьбой и страшным финалом. Безоглядная прямота и жизнь, полная страданий, делали её в его глазах почти святой. Тем не менее, он был категорически против публикации этого очерка, в котором евреи в угоду широко распространённым юдофобским стереотипам, опять, уже в который раз, изображались двоедушными, хищными и жестокими погубителями России. Как стало потом известно, публикации этого очерка в Париже, в 1924 году в русском журнале «Современные записки», Марина Цветаева предпослала стихотворение «Евреям», в котором она с «характерным цветаевским перехлёстом» неожиданно и убеждённо признаётся в любви всем евреям:

В любом из вас – хоть в том, что при огарке

Считает золотые в узелке, -

Христос слышнее говорит, чем в Марке,

Матвее, Иоанне и Луке.»

Этого стихотворения в «Простор» никто не прислал, возможно, сознательно, и о его существовании узнали много позже.

Ю. Герт, проработавший в журнале двадцать три года, пользовался большим авторитетом и уважением не только среди своих коллег. Литературную жизнь Алма-Аты того времени невозможно было представить без него. Но позицию, которую он настойчиво разъяснял своим сотрудникам, не принял и не поддержал никто. Редактор же оправдывал своё решение наступившей полной свободой слова, раскрепощённостью любых взглядов, делая вид, что не понимает провокационности своего поступка.

Тогда Герт предпринял следующее. Он принёс в кабинет шефа свой рассказ «А ты поплачь, поплачь…» и предложил напечатать его рядом с очерком Цветаевой. Повествование в нём идёт от лица мальчика, который во время эвакуации сталкивается со страшными проявлениями антисемитизма. Жуткое и пронзительное, являлось оно частью биографии самого Юрия. Сила, с которой был написан рассказ, не просто задела Толмачёва, но и показала истинное отношение этого редактора к евреям. Прочитав его при авторе, он решительно сказал: «Никогда! Вы слышите, никогда я не напечатаю его!».

На самом деле публикация очерка не преследовала литературной цели, а должна была поставить журнал в один ряд с «Нашим современником» и другими черносотенными изданиями, которые включились в грязную антисемитскую компанию, развязанную обществом «Память».

В знак протеста Ю. Герт навсегда покинул журнал, а в самой редакции произошёл раскол. Вчерашние друзья становятся противниками, врагами…

Позднее, эта ситуация в прессе преподносилась, как некий локальный конфликт или сравнивалась с расколом в журнале «Современник». В нём, более ста лет тому, спорили о назначении искусства, выражали разные взгляды на будущее России, но никому не приходило в голову стравливать нации, обвинять во всех бедах инородцев…

Сам конфликт, возникший на фоне грандиозных потрясений общественной жизни, вошёл в новую книгу писателя «Эллины и иудеи». Трудно определить её жанр, потому что это не роман, а личная исповедь. Документ, где всё достоверно и пережито автором, где осмысление личной судьбы показано на фоне судьбы его народа. Это и лирико-философское эссе с цитатами из Талмуда и параграфами Нюрнбергских законов, с круговоротом идей от Чаадаева до Сахарова. Написанная голосом совести, книга противостоит не только юдофобству, но и крайнему национализму – фашизму. В то же время она проникнута традиционным духом еврейского гуманизма, а в «Предисловии» к ней выделена одна из главных её мыслей о том, «…что вопреки всему мир един и не делится на эллинов и иудеев…».

Книга вышла в России уже после эмиграции Юрия Герта в США. В 1992 году, переехав с семьёй в г. Кливленд, штат Огайо, он продолжает свою литературную деятельность и тут. Выходят новые книги «Северное сияние», «Лазарь и Вера», его печатают в русскоязычной американской прессе.

В эти годы с особой силой проявляется публицистический дар писателя. Статьи «Антисемитизм…с «человеческим лицом», «Тень фашизма. Открытое письмо Владлену Берденникову» до сих пор не потеряли своей актуальности.

Острой болью в статье «Чувство собственного достоинства» звучит такое признание автора: «Ты квартирант в нашем доме», - было сказано мне. А я всю жизнь полагал, что дом этот – наш общий…Согласиться… признать, что у себя, на своей родине я – не свой… Это было для меня чем-то вроде душевной катастрофы. И теперь, в Америке, мне хочется, чтобы моя дочь, мой внук, все мы чувствовали себя не только американцами, но и евреями, не дожидаясь, пока кто-то на это укажет…»

А ведь там, на нашей бывшей родине, продолжает культивироваться образ еврея: жулика, мафиози, паразита, приспособленца, торгаша, спаивающего русский народ… И, прикладывают к этому руку не только фашиствующие издания, которых наплодилось огромное количество. Не гнушается подобным и такой писатель, как Александр Солженицын в своей книге «Двести лет вместе».

Незадолго до её выхода в свет появился последний роман Юрия Герта «Семейный архив», который своим содержанием даёт достойный ответ всем пасквилянтам. В нём идёт речь о невыдуманной истории простой еврейской семьи, начиная от преддверия двадцатого века и до его конца. Шести её поколениях, которые честно трудились, а когда было необходимо – не жалели своих жизней ради блага страны, которую считали своей… Они отдавали ей все свои силы и знания, преданность и любовь, как и сам автор этой замечательной книги…

28 июня 2003 года ушёл из жизни Юрий Герт.

29 лет до своей публикации пролежал его рассказ «А ты поплачь, поплачь…»

Кто может объяснить эту магию цифр?.. Но магия притяжения творчества Юрия Герта вполне объяснима. Его литературное наследие созвучно нам своими темами, мыслями, образами, и будет волновать ещё не одно поколение читателей. Потому что пером писателя всегда водила чуткая, ранимая, а оттого и беспокойная совесть человека, талант которого целиком был отдан его народу.

Баффало

От редакции. См. также Александр Шапиро. "Интервью с Анной Герт", "Заметки по еврейской истории", №9(58)-2005


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 668




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2008/Zametki/Nomer6/AShapiro1.php - to PDF file

Комментарии: