©"Заметки по еврейской истории"
июль  2011 года

Вильям Богуславский

Раввин, император и Голем


             И вышел Рабби Лев Бен Бецалель на крыльцо своего дома, и горестная печаль отразилась на его лице: люди стояли поникшие, близко друг к другу, их темные одежды не сразу выделяли каждого, среди них женщины, и только глаза всех с надеждой были устремлены к нему. Он приблизился. Первым навстречу сделал шаг портной из южной окраины гетто.

– Рэбе,– обратился он, склоняя голову,– милость твоя не знает границ, только ты можешь нас спасти от злодеев. Они проломили оградительную стену и разграбили два дома.

– Да! Да! – пронеслись возгласы.

– Пошли к нам Йоселе, он защитит нас! Пошли!

– И нам  пошли, со стороны Влтавы тоже пролом!

– Да не оставит нас Божья милость. – сказал рав,– не бойтесь, Йоселе придет. Где еще появились бандиты? Рассказывайте!

 И Лев Бецалель со вниманием стал выслушивать каждого, и только потом направился в мастерскую, примыкавшую к его дому.

.Он открыл высокую тяжелую дверь. Сразу пахнуло жаром. В глубине пылал горн, возле огня в кожаном переднике, держа в руке реторту, стоял Якоб Сассон, а в стороне почти у входа возился возле Голема Ицхак Коэн.— рыжий, кудрявый рослый молодой человек.

       – Шалом! – с порога сказал Рабби – Новости нехорошие. Уже два пролома в стене. С тех пор как издан Указ, погромщики наглеют. Да, Ицхак, снова поведешь Голема.

– Вот результат вчерашнего похода,– сказал Ицхак, показывая на грудь Голема с отбитыми металлическими пластинами покрытия. Надо подумать о другом способе их крепления, этот ненадежный.

Рав подошел к каменной фигуре и осмотрел повреждения.

– Пока оставь. А Йоселе молодец! – И он похлопал по каменному плечу рукой. Отошел на шаг, залюбовался. «Якоб недаром изучал медицину. Он лепил Голема, как скульптор. Каждую мышцу, суставы! Фигура атлета! Когда на нем одежда, он ничем не отличим от обычного человека Только лицо – глупая в застывшей улыбке маска добродушного дурачка, а под прядью волос накладными буквами слово– «ЭМЭТ»-истина – знак жизни, без первой буквы– «МЕТ» –  «Смерть»!

Лев Бецалель достал из нагрудного кармана своего хитона «Шем» – небольшую пластинку из обожженной глины с тайными заклинаниями, вложил ее в полуоткрытый рот Голема. Вначале блеснули и засветились изнутри стеклянные глаза, расправились плечи, выпрямилась спина.

– Скажи ему, Ицхак, пусть поприветствует.

Ицхак негромко произнес команду.

Голлем поднял согнутую в локте руку и чуть помахал кистью.

– Спасибо, Голем!– засмеялся рав,– тебя, Ицхак, он слушает беспрекословно! Недаром ты выбран наставником.

– Я ценю доверие.

– Напоминаю тебе, Ицхак, команду «Ярость» не используй. Никаких трупов. Пусть свяжет каждого и отнесет на берег Влтавы. Сам будь осторожней.

– Там будет видно.

– Не забывай о «Шеме» и надписи!

– Слушаю, рэбе!

– Владей собой! – жестко сказал рав и позвал Якоба.

– Выслушайте меня. Я решил лично вручить императору наше прошение. Если указ не отменится, нас ждет беда!

– Слухи об императоре ходят, что он сумасшедший, – сказал Якоб.

– Мне известно другое,– сказал рав. – он владеет несколькими языками. Просвещенный человек. Громадная библиотека. Занимается, как и мы, алхимией.

– Но декрет издал он.

– Мой долг, с божьей помощью, до конца использовать все возможности.

И на следующий день вышел рабби Лев Бецалель на центральную улицу Праги, высокий, прямой, в светлом плаще , неузнаваемый как раввин, и направился на Карлов мост, через который обычно возвращался во дворец император священной римской империи Рудольф Второй.

По обе стороны дороги, на подходе к мосту, толпились люди, жаждущие увидеть эскорт. Рабби смешался в толпе, а когда появились впереди императорской кареты стражники на лошадях, он спокойного вышел на середину моста и поднял руку со свитком обращения. Плащ его распахнулся и все увидели, что это раввин. Поднялся неистовый крик, полетели в Бецалеля комья земли и камни. Но, невероятно, к ногам его падали цветы: розы, хризантемы и астры, а мчащиеся во весь опор кони с каретой захрапели и стали, точно уткнулись в невидимую преграду. Из окошка кареты выглянул император. Тут же он распахнул дверцу, легко, несмотря на тучность, встал на подножку и спрыгнул на землю. Был он без королевской мантии, в легкой белой сорочке.

– Как ты посмел остановить мой экипаж!?– произнес  император, приблизившись. Смотрел он снизу вверх и его борода с выпяченной вперед челюстью, угрожающе торчала,– Как ты это сделал?

– Всемилостивейший государь, Ваше святейшее императорское величество соблаговолите принять обращение всех пражских евреев, отмените свой указ об их преследовании и выселении!

– А, вот ты кто! Ты раввин Бецалель! Слышал я о тебе.

– Евреи молятся и ждут вашего милосердия.

– Евреи всем надоели! Ты мне скажи, если камни, которые в тебя летели, превратились в цветы, можешь ли ты камни превратить в золото?

– Всемилостивейший император, чудо не отменяет естественные закономерности. Я и мои друзья постигают мудрость алхимии, мы приблизились к тайнам философского камня, и есть надежда получить чистое золото.

– Я тоже близок к решению,– с гордостью и весело вдруг произнес    император.– А скажи, рав Бецалель, что за каменный человек тебе служит и обижает безвинных пражских граждан?

– Не безвинные граждане, а бандиты и грабители используют твой Указ!

– Не перечь мне,– так же неожиданно злобно произнес император,– не забывай, с кем разговариваешь!

– Да простит меня, Ваше святейшее величество, но я говорю правду.

– Правда евреев всегда в их пользу. Впрочем, петицию твою я возьму, но Указ не отменю. Садись в карету, отвезу тебя домой. Какой еврей удостаивался такой чести!?

 – Благодарю, Ваше святейшее величество, за оказанную мне честь. Еще раз убедительно прошу, вникните в наше прошение!

– Жди меня в гости, – оборвал император,– мне интересен твой каменный человек. Да и опыты с философским камнем хочу посмотреть. Тебя предупредят!

Дома Лев Бецалель собрал своих близких: уважаемую жену Перл, любимую дочку Мариам, неизменных друзей Герцля и Якоба, сообщил им новость.

Обрадовалась Мариам:

– Я увижу императора!

– Надо продумать праздничный стол,– сказала Перл

– Я продемонстрирую ему опыт с ртутью и серой, когда оседает металл похожий на золото,– сказал Якоб,– покажу киноварь в разных цветах, как основу философского камня. Но секреты не открою.

– Не нравится мне все это,– произнес Герцль,– ничего хорошего нельзя ждать от императора!

– Его посещение дает шанс на отмену указа.– Сказал рав,– Я убедился, он резок, но логичен и умеет слушать. Он хочет увидеть Голема. Учти, Ицхак, у тебя особенная задача – показать Иоселе с самой лучшей стороны. А что, если научить его танцевать с Мариам!?

– Я буду танцевать с Йоселе,– запрыгала и закружилась Мариам.

– Только не танец,– вскочил с места Ицхак,– Известно, что император похотлив и меняет женщин. Не хватает, чтобы он заинтересовался Мариам.

– Ах, Ицхак!– Воскликнула Мариам.– Всегда он что-то придумает! Он меня и к Йоселе ревнует!

– Ицхак,– сказал рав.,– не создавай тягостную обстановку. Мариам еще девчонка! И прошу всех быть спокойными, ничему не удивляться. С божьей помощью, прошу ничему не удивляться!

И наступил день, когда у дома Льва Бецалеля появился роскошный эскорт императора и его свиты.

Император шел впереди, ярко одетый, в античной тунике, но с пышными рукавами, штаны из материи разного цвета, а на голове, чуть набекрень, бархатный бордовый берет.

– Прошу, ваше святейшее величество, дорогие гости! – распахивая двери, сказал рав.

Первая комната слегка затемнена, и только неяркий свет впереди вырисовывал мерцающую цветными огоньками громадную дверь. Она медленно распахнулись, и открылся вход в зал. Все заливал яркий свет. Он лился из высоких окон, сквозь цветные узоры витражей и откуда–то сверху, с прозрачного потолка. Серебрились стены, а на матово белом полу пролегла зеленая ковровая дорожка. Император, скрыв удивление, ступил на нее и посмотрел на непроницаемо спокойное лицо рава.

– Прошу, Прошу! – говорил рав.

Открылась следующая  дверь. Так же убегала дорожка. По углам зала доспехи рыцарей во весь рост, повсюду ковры и на них оружие: скрещенные мечи, алебарды, щиты и пики. Снова зал – на стенах картины и в промежутках между ними скульптурные изваяния. Мраморные фигуры в рассеянном свете казались живыми.

.Император резко, оставив всех, приблизился к одной из картин. На ней – мадонна с младенцем.

– Великолепная работа,– произнес король и сделал несколько шагов назад, любуясь,– Рагир ван дер Вейден. Только копия. А у меня оригинал!

– Да, Ваше святейшее величество,– сказал рав.- прекрасная еврейка и ее маленький сын.

Король насупил брови.

– Ты богат, и богатство делает тебя смелым. Но богатство, особенно еврея, вызывает недобрую зависть.

– Зависть часто ведет в ад.

– Мы еще поговорим, рав Лев Бецалель.

Они проходили роскошные залы, пока не оказались в гостиной. Во всю ее длину тянулся, уставленный яствами  стол. В конце его как трон возвышалось высокое в красном бархате сидение, по сторонам стола длинные скамьи, а под стенкой в стороне стояли в новых камзолах Якоб и Герцль, между ними– Голем.

– Познакомьтесь, всемилостивейший император – сказал рав,– это мои верные друзья, а вот Голем, его зовут Иосиф, а по-простому Йоселе.

Император подошел ближе и с интересом осмотрел каменного человека, даже потрогал лицо.

Голем в полупоклоне приветственно поднял руку.

– У меня во дворце много чудесных вещей,– сказал император,– но такое я вижу впервые.

 И тут Голем сделал шаг к столу, взял  кувшин с вином и осторожно, не пролив и капли, наполнил кубок и протянул императору.

– Забавно,– сказал император и взял кубок,– рав Бецалель, вначале познакомьтесь с моими самыми близкими друзьями: Тихо  Браге – величайший астроном, Иоганн Кеплер – мой придворный математик, астроном и поэт. Думаю, вам будет интересно. И я поднимаю кубок за хозяина этого дома!

Тихо Браге сел справа от императора, а рав посредине между Тихо и Иоганном.

– Внесите пиво!– скомандовал император.– Пиво по моему последнему рецепту. Такого вы не пили!

Вошли прислужники, в руках кувшины, на шее переброшены полотенца.

Играла, нарастая, музыка. Звуки гуслей и арфы. А на открытой площадке зала в цветастых одеждах появились акробаты, гимнасты, клоуны. Один выкатился на шаре и стал кружить по залу, другой заходил на руках, неожиданно загорелся обруч и через огонь запрыгали все по очереди.

– Ваше величество,– обратился рав,– Моя дочь Мариам желает посвятить вам танец. Это необычный танец.

 – Готов увидеть!

Громче зазвучала музыка и тут же из-за колеблющихся занавесей, из невидимых дверей выпорхнула Мариам – вся в голубом, с алой розой в черных волосах и закружилась, то приближаясь, то отдаляясь от императора.

 Голем, стоявший неподвижно у стены, неожиданно пошел ей навстречу. Она к нему бросилась, а он, точно не замечая, ускорил шаг. Она устремилась вперед, преграждая ему путь. И все это в такт музыки, в нарастающем ритме. Потом все переменилось, он будто бы вдруг ее увидел, замер, и тут же резко двинулся к ней, теперь она ускользала и не давалась, а он протягивал руки, пытался ее настичь, и тут, в какой-то миг, в неожиданном повороте, она оказалась в его объятьях. Музыка оборвалась.

Зал взревел от восторга, а Мариам и Голем галантно перед всеми раскланялись.

– Подойди ко мне, моя красавица,– воскликнул Император,-налей вина. Из твоих рук оно будет хмельнее!

Мариам наполнила и преподнесла кубок

– Приглашаю тебя во дворец! И твоего кавалера.

Все вокруг  выразили еще больший восторг. Только Ицхак, стоящий рядом с Якобом, сжимал и разжимал кулаки, а лицо обычно красноватое сравнялось с цветом его рыжих волос.

– Я же говорил! Зачем я их научил!?– шипел он, обращаясь к Якобу, – этот император известный развратник! И посмотри, как эта дура к нему льнет и улыбается!

– Успокойся, рядом рэбе.

– Ему не до нее!

– Успокойся!

А в это время к Бецалелю обратился Тихо Браге: Еще вначале, при знакомстве, рав был поражен внешностью Тихо, но ничем этого не выдал.

– Лев Бацалель,– сказал Тихо,– при встрече со мной  многие округляют глаза и удивляются. Мой металлический нос вводит некоторых в шок. Вы же не проявили никакого интереса. 

– Еле себя сдержал,– сказал рав,– если не секрет, как и для чего сделан такой нос?

– Истинный вопрос естествоиспытателя,– засмеялся Тихо,– могу сию тайну открыть. Впрочем, Иоганн расскажет лучше меня.

– Да,– сказал Кеплер,– мой учитель смолоду, да и сегодня, имеет очень вспыльчивый нрав. Он вызывал на дуэль всех и каждого. Пока один более опытный, не отрубил ему нос.

– Пришлось отлить из серебра,– сказал Тихо.

– Понятно.

– Если мне могли заменить нос,– сказал Тихо, пытливо глядя в глаза рава,– то как, если не секрет, скажите, вы из глины могли сделать живого человека? Колдовство!?

– Только с молитвой, только с Божьей помощью и с благословением Всевышнего,– спокойно сказал рав,– здесь не место и не время рассказывать подробности,– но могу просветить, что в Ветхом Завете есть намек на оживление с помощью слова. Это дается не каждому. И надо дождаться определенного расположения звезд.

– Ооо! – обрадовано протянул Иоганн,– звезды – это наша сфера. Как узнать их расположение?

– У меня есть карта неба. Я вам покажу.

– Уважаемый рав,– сказал Тихо,– в былые годы, будучи сравнительно молодым, я увидел, как вспыхнула сверхновая звезда. С тех пор я не могу оторвать взгляд от неба. Почему вы, раввин,   автор многих книг, математик, педагог, мы даже знаем вас по имени Махараль – наш учитель рабби Лев – вдруг стали  оживлять мертвую материю?

– Ах, Тихо,– вздохнул рав, – вы ищете ответы на небе, а я на земле. Вы близки к императору, посодействуйте, чтобы он отменил указ о выселении евреев.

– Мы к нему обращались,– сказал Иоганн,– однако, он, к сожалению, зависит от многих невежественных людей.

– Мы на вашей стороне,– сказал Тихо.

– Друзья,- отвлекшись от еды, обратился император,– как вы нашли пиво?  Совершенно новый рецепт!

– Прекрасное пиво!

– Рав Бецалель,– сказал император,– я бы хотел присутствовать при работе с философским камнем.

– Готов вас пригласить.

В лаборатории император потребовал, чтобы ему дали фартук.

– Буду помогать,– сказал он раву,– у меня есть опыт. Видите обожженные руки. Это следы моих экспериментов. Рассказывайте, с чего начнем!

Пир продолжался, а император допоздна возился с Якобом у огня, потом на прощание, перед тем как сесть в карету, сказал раву:

– Я хорошо провел время. Жду тебя к себе на следующей неделе. Возьми с собой каменного человека и не забудь дочку!

– Спасибо за приглашение. Да простит меня император за нескромный вопрос. Успели ли вы прочесть обращение евреев?

– Не надоедай мне, рав. Будь доволен, что я тебе оказываю особенное внимание.

Лев Бецалель вернулся в дом, где ждали его близкие. Вошел в открытую дверь – комната небольшая, низкий потолок. Нет ни гирлянд, ни картин, ни высоких окон, ни витражей…

И поехал Лев Бецалель в старенькой карете, в сопровождении Ицхака, дочери Мариам и Голема во дворец к императору.

Голема, Ицхака и Мариам сопроводили в отдельный зал, где их окружили музыканты, танцоры, акробаты, приглашенные развлекать гостей, а Лев Бецалель оказался в громадном главном зале императорского дворца, где проводились торжественные приемы и балы.

Повели его к императору, окруженному  нарядно разодетой свитой.

 Несколько растерялся рав – императора не узнать! Весь он увешан какими-то зелеными лианами, вперемешку с цветами, на голове венок и свисают на лоб морковка и две редиски.

– Что, нравится!?– Довольный засмеялся император,– зато римский бог природы мне благоволит. Это– в честь Вертумна.

– Вертумн и Помона, – уже спокойно произнес рав,– кроме того– символы верности, доверия, добрых отношений и счастливой любви.

– О, да! – подхватил император,– И лучше всех об этом рассказал Овидий.

Улыбающийся император повернулся в сторону своей свиты:

– Видите, раввин Лев Бецалель все знает. Он вас еще удивит!

Все почтительно закивали

– Представлю тебе, рав, моих лучших друзей! С Тихо и Иоганном ты знаком. А это… 

Император по очереди стал представлять каждого, кратко объясняя заслуги.

– А это Эдуард Келли – алхимик, он обещает мне невиданные богатства, получать золото столь же быстро, как курица клюет зерна. Плут, я ему не верю!

Тут император замолчал и нахмурился. В стороне от всех стоял пышно разодетый, высокий худой гранд, его узкое лицо с торчащими вверх усами выражало безразличие.

– Мой брат эрцгерцог Матвей,– сказал император,– очень любит меня!

– Да! – сказал Матвей, и лицо его передернула непонятная гримаса.

Рав Бецалель слегка кивнул и сказал:

– Согласие и мир принесет благоденствие Чехии.

– Скажи это ему! – Бросил император.- А теперь, уважаемые гости, приглашаю всех посмотреть мое новое приобретение. Пройдемте в библиотеку.

Лицо императора сияло от удовольствия.

Библиотека занимала две большие комнаты. В первой стоял стол, покрытый узорной белой тканью. На ней лежал массивный фолиант – тиснения на коже, золотая застежка.

– Библия! – произнес император,– Заплатил двенадцать быков! Типография Иоганна Ментелима! Полюбуйтесь! Вы в моем храме! Он ходил, показывая  полки, заставленные рукописными изданиями и новыми типографскими книгами, голос его крепчал и возвышался до театральной патетики:

– Без всего этого я гол и беспомощен. Как вода без колодца, как птица без воздуха! Здесь нежность сердца и точные расчеты моего друга Тихо Браге!

Я разрешаю всем пользоваться, но с обязательным возвращением!

Прошу всех в зал!

Рабби Бецалель занял место рядом с Тихо Браге и Иоганном Кеплером.

Столы ломились от яств.

– Рад с вами быть ближе,– сказал Тихо,– надеюсь, мы снова увидим в танце вашу дочь и Голема.

– Таково желание императора.

Иоганн Кеплер – человек энергичный, подвижный, то вскакивал, то снова садился на место.

– Мы находимся под впечатлением от вашего каменного человека,– говорил он,– как он появился?

– Я помню ваши вопросы. Скажите, верите ли вы в каббалу как откровение Божье? Я прочел– сотвори подобие, слепив глину и уничтожь злодеев, побей хищных зверей! Я воспринял это как наказ. Вот результат!

– Рабби Бецалель,– сказал Тихо,– мы любопытны больше, чем дети. Расскажите!

– Хорошо. Только для того, чтобы удовлетворить ваш пытливый ум, приоткрою некоторые тайны. Без моих помощников я бы это не сумел осуществить. На берегу Влтавы мы нашли соответствующую глину. Якоб – астролог и врач – слепил его таким, каким вы его видите. Я знал комбинацию букв алфавита и тайного имени бога. Целую ночь мы читали особые молитвы. С рассветом я прочитал формулу из книги бытия и Голем ожил. Для вас все это непонятно, но и я не знаю, почему так получилось, на все благословение и воля Божья.

В это время громче загремела музыка. Появились Мариам с Големом. Было объявлено:

– Просим особенного внимания. Такого никто не видел. Танцует необычная пара!

 Все вокруг замерли.

Танец будоражил, тревожил, волновала загадочность объявления, а Мариам и Голем кружили в звуках музыки.

И тут император вышел из-за стола, догнал танцующих и заплясал рядом. Его странные украшения осыпались, а он, взяв за руку Мариам, ловко выделывал всевозможные пируэты.

Эрцгерцог Матвей поднялся и демонстративно покинул зал.

Император, как артист, раскланялся, вернулся к столам и громогласно произнес:

– Как сегодня пиво? Это мой новый рецепт!

  А ведь только избранные,– сказал Тихо Браге,– знали, что танцевал каменный человек!

К вечеру Лев Бацелай покидал замок. Сам император проводил его к выходу.

– Никаких вопросов, – сказал он,– у меня к вам предложение. Не хотели бы вы, чтобы ваш Голем поучаствовал в рыцарском турнире?

– Нет!

– Я восхищен вашим каменным человеком. Порадуйте меня еще раз. Я жду вас с дочкой! Императору не заявляют: нет! Обещаю, ни о вас, ни о Големе и впредь ничего разглашаться не будет. Незачем пугать и будоражить правоверный люд! Жду!

В карете Ицхак дал волю чувствам:

– Все! Меня эти танцы доконали! Рэбе, вы их напрасно придумали. Еще император вмешался! Разве можно выдержать?! А Мариам, как она себя ведет!

– Скорее бы домой,– оборвала его Мариам,– я расскажу маме, я танцевала с самим императором!

– И не в императоре дело,– сказал Ицхак,– Рэбе, я стал замечать, что Голем не всегда точно выполняет команды. Эти танцы странно влияют.

– Не слушай его, па! Он меня ревнует к Иоселе, а танцует Иоселе лучше, чем раньше!

– Ицхак и дочь моя Мариам. Я прошу вас помнить, для чего мы здесь! Вооружитесь чистотой, чтобы не прогневался господь наш! Амен! Да будет на то воля его!

Дома, после долгих раздумий, рав пригласил к себе Ицхака и Якоба.

– Выслушайте меня внимательно! Император требует участие Голема в рыцарском турнире.

– Отказаться! – воскликнул Ицхак

– Я тоже так хочу. Но не забывайте, в каком положении мы находимся! Надо!

– Снова это на мою голову!– То танцы с Мариам! Теперь турнир. А знаете, что она от меня потребовала? Научи Иоселе целоваться! Как вам это нравится?

– Только и слышишь! – вмешался Якоб,– Мариам тут, Мариам там. Мишуге! Речь идет о турнире.

– Я знаю, мои дорогие,– сказал рав,– найдется еврей, который бросит в меня камень и скажет, что я поступаю не в соответствии с законами Торы и обычаев общины. А я отвечу: Бог оправдает и благословит все усилия на благо его народа!

– Я понял, что все валится на меня! Я устал!

– Нет,– сказал рав,– Драться ты его научил. Но турнир – задача сложнее! Поработаем вместе!

– Покрытие Голема настолько прочное,- продолжал Якоб,– что никакая сила его не пробьет.

– Уязвимые места: «Шем» во рту и надпись! – Напомнил Рав.

– Времени достаточно. Я изготовлю шлем, доступ к ним будет недосягаемым.

  Решено! – Ты, Ицхак, должен помнить. Никаких смертей! Сигнал «Ярость!» – исключается! Поражение лучше, чем нарушение установленных там правил!

… И наступил день турнира. Перед императорским замком на площади огороженное барьером ристалище. Со стороны дворца на многоярусных скамьях гости, знатные горожане, пышно разодетые дамы и девицы. Впереди длинный стол, накрытый багровой тканью, и за ним в белоснежной одежде император. В руках жезл. По сторонам  вассалы, чуть дальше эрцгерцог Матвей.

А у ограды толпится, жаждущий зрелищ народ, тоже нарядный и праздничный. Везде яркие щиты, флаги, рыцарские цветастые гербы. Под громкие крики и хлопанье рук выезжают рыцари на боевых конях, попоны их тоже украшены гербами. Звенят связки колокольчиков, прикрепленные к седлам, блестят шлемы с перьями и иными украшениями, покачивается частокол пик, пока нацеленных в небо. Шум утихает, звучат трубы, а рядом с трубачами герольды и их помощники в гербовых накидках. Все это въезжает на ристалище для обозрения и любования восторженными зрителями.

Пустеет ристалище. И появляется в окружении знаменосцев герольдмейстер, через плечо отрез золотой парчи, зычным голосом  он провозглашает:

– Слушайте! Слушайте! Слушайте! Да знают все принцы, властители, бароны, рыцари, достопочтенная публика. Все, кто не вне закона и не враги нашему всемилостивейшему императору, да хранит его Бог, начнем великое ристание, чтобы слава и молва о нем прославила благородство и возвысила честь каждого участника, так чтобы всякий дворянин горел желанием прославиться.

В стороне под навесом, где собрались оруженосцы и слуги, стояли в ожидании Ицхак с Големом.

Лев Бецалель и Мариам появились среди гостей чуть позже, их сразу же заметили Тихо Браге и Иоганн Кеплер. Они позвали, пригласили их сесть рядом в первом ряду.

 – Благодарю,– сказал рав,– с вами я чувствую себя спокойно.

– Общение с вами,– сказал Тихо,– невероятно нас волнует. Мы с Иоганном только и ждали встречи с вами.

– Мне тоже интересно иметь таких друзей, как вы.

– В турнире будет участвовать ваш Голем, узнали от императора,– сказал Тихо.

– Да, я очень переживаю. Не знаю, что из этого получится.

– Мы будем болеть за него. Любопытно!

Между тем, уже в сшибке неслись кони, ахали и замирали зрители. Сражались лучники, конные и пешие рыцари, мелькали пики, булавы, мечи и кинжалы!

– Насколько вы сильны в геральдике?- обратился Тихо  к Бецалелю.

– Не очень.

– Видите щиты с красной каймой поверху. Это рыцари эрцгерцога Матвея. Их больше, чем императорских. Посмотрите, с какой постной физиономией сидит возле императора эрцгерцог. А весь горит, чтобы его рыцари оказались победителями.

– Я составлял ему гороскоп,– заметил Кеплер.

– Условия, конечно, не оглашать публично.

– Вы угадали, таков договор!

– И без звезд по его лицу видно: завистлив, коварен и зол.

– Добавьте еще и скуп! – засмеялся Кеплер.

– Ага! – Значит, мало заплатил!

– Тоже засекречено! Хотя он и мой заказчик, я за его рыцарей не болею.

– Без сомнения, вынашивает какие-то планы,– сказал Тихо,– Уважаемый рав Бецалель. Мы снова обращались к императору. У вас слишком много врагов: церковь, вассалы. Ему трудно доказывать. И самый враждебный – эрцгерцог Матвей. Евреи – враги Чехии, льют в мацу кровь, погубили Иисуса Христа!

– Тяжело такое слышать,– вздохнул рав,- но как терять надежду!?

– Рав Бецалель,– сказал Иоганн,– Я не могу не задать вам вопрос. Я прочел вашу книгу «Вечность Израиля», мы видим сегодня, как гоним ваш народ, а вы с необыкновенной уверенностью пишете, что будет государство Израиль и народ будет вольным. Это догадка или пророчество!?

– Не употреблю слово– пророчество,– сказал рав,– но галут – нарушение естественного порядка. Мой народ отторгнут от своей земли, подчинен чужеземцам и рассеян. Я не только написал, я уверен и сейчас скажу: будет время и он соберется вместе, в одной стране.

– И когда это может быть?

– Пройдет через страдания, но будет!

– Я верю,– сказал Тихо Браге,– я верю Льву Бецалелю!

Между тем, ристалище какое-то время оставалось свободным.

Вышел герольдмейстер и прокричал:

–Слушайте! Слушайте! Слушайте! Достопочтенная публика, всемилостивейший император пожелал доставить Вам удовольствие и развлечь необычным зрелищем. Человек, пожелавший быть неузнанным, без оружия в пешем бою сразится с любым вооруженным воином. Причем, разрешается оружие боевое.

Стало тихо.

Голем вышел на середину ристалища и застыл, чуть раздвинув руки, шлем скрывал его лицо и, внешне  он был похож на присутствующих здесь рыцарей, разве что пластины необычного цвета, вместо лат, закрывали грудь.

Никто не выходил, и снова появился герольдмейстер:

–Уважаемые знатные дворяне, благородные и могущественные принцы, дамы и многоуважаемая публика! Доблестным рыцарям, чья добродетель и присущая благородным персонам честь не позволяют вступить в бой с неизвестным лицом, быть может, низкого происхождения. А потому на поединок выйдет оруженосец одного из  рыцарей.

Боец вышел с булавой и сходу стремительно бросился к Голему. Булава над головой. И только в тот миг, когда булава должна была опуститься, Голем сделал шаг в сторону и воин пролетел мимо. С той же стремительностью он еще раз бросился вперед, и снова его булава опустилась в песок. Так повторялось несколько раз, пока вдруг Голем, сделав неожиданный шаг, схватил булаву, выдернул ее из рук воина и отбросил далеко в сторону.

Появился герольдмейстер и объявил:

– Лишенного оружия считать побежденным!

Крики и рукоплескания одобрительно приняли решение.

Тут же герольдмейстер провозгласил:

– Есть рыцарь, который скрыл свой фамильный герб. Не называя своего имени, вступит в бой, чтобы победить в честь своей прекрасной дамы!

Голем оставался посреди ристалища. Появившийся рыцарь стремительно приблизился к нему. Был он, примерно, одного роста с Големом, без привычных лат, в одной нагрудной кольчуге. На голове шлем и на его верхушке – навершие – пучок разноцветных перьев. В одной руке он держал булаву, в другой – длинный узкий меч. Не приближаясь, обошел вокруг Голема, сделал неожиданный выпад, но Голем меч рывком отбросил.

Публика явно стала болеть за рыцаря. Все его удачные атакующие движения сопровождались криками и хлопаньем рук.

Лев Бецалель сидел, казалось, невозмутимый, только Мариам вцепилась в его рукав и повторяла:

– Йоселе победит! Йоселе его побьет!

Рыцарь был опытен, он безостановочно действовал мечом, кружился, нанося колющие удары. В один из моментов его булава обрушилась на голову Голема и часть шлема смялась.

Вокруг взрывались возгласы одобрения.

Лев Бецалель весь сжался: «Ицхак– не понимает!»

 И тут на голову Голема обрушился второй удар. Рыцарь, видно, сообразил, что колющие удары по корпусу безуспешны и стал целиться только в голову по шлему, уже надтреснутому.

.Третий удар мог быть решающим!

– Так не должно быть,– чуть слышно произнес рав, и Ицхак будто бы его услышал.

Голем, все время отступавший, вдруг ринулся вперед. Руки его безостановочно задвигались и булава, скользнув, миновала шлем. Рыцарь отскочил, и, пытаясь собраться, снова поднял булаву, но – толчок и она оказалась внизу. Голем наседал, не останавливаясь. Рыцарь сделал движение принять боевую стойку, но не успел, увернулся и отбежал. Все время он пробовал оказаться лицом к Голему, петлял по кругу, силился что-то предпринять, но напрасно. Голем его преследовал, не касаясь. Так длилось долго. И тут рыцарь остановился, повернулся и опустился на одно колено.

Это решало поединок.

– Победил безоружный! – объявил герольдмейстер.

– Лицо победителя, лицо народу!– Неслось вокруг.

Герольдмейстер ушел.

Тишина нависла над ристалищем.

Через некоторое время он вернулся и торжественно объявил:

– Победитель пожелал оставаться неизвестным!

Голем неожиданно приблизился к уже вставшему с колен рыцарю, из его шлема выдернул перья, не спеша, прошагал поле и направился к скамье, где сидел рав и Мариам. Остановился. Через барьер протянул перья Мариам.

 От неожиданности она замешкалась, но перья взяла.

Тишина взорвалась криками одобрения.

– Ваш Голем галантен и проявляет чудеса, – весело сказал Тихо Браге,– Как он сменил тактику боя! Разумно!

Рав улыбнулся.

– Голем, конечно, чудо. Но он пока точно выполняет приказы. Только вам приоткрою секрет. Видите рыжего молодого человека, который стоит в самом конце ограждения. Это мой ученик– Ицхак. Он победил рыцаря! Его, даже больше, чем меня, слушает Голем.

– Управляет на расстоянии?

– Да.

– Все равно невероятно! Такое не бывает! – произнес Тихо.

– Ах,– сказал рав Бецалель,– уважаемый Тихо и вы, Иоганн, разве движение планет по своим орбитам не более удивительно!?

А Мариам в восторге обнимала отца.

– Ицхак перестал на меня сердиться и научил Йоселе преподнести мне эти перья! Я их буду беречь!!

Не завершился до конца турнир, а рав отыскал Ицхака и радостно поздравил:

– Я видел, как тебе было трудно, слава Богу, ты его одолел! И перья красиво!

– Рэбе! Послушайте! – Ицхак схватил Льва Бацалеля за руку, лицо его еще больше побагровело,– он сам, он становится неуправляемым. Он сам отнес ей перья! Это Мариам во всем виновата!

– Ты не давал команду?

– Нет!

– Не может быть!

– Рэбе, как родному отцу вам говорю. Мариам надо мной издевается. Он сам! Я это не выдержу!

– Успокойся! Ты, может, ошибся!?

– Нет!

Между тем, гостей и участников ждал пир. В зале множество столов, заполненных многоцветным обилием кушаний. Под звуки труб, под знаменами, неся свои гербы входили рыцари и садились на указанные места. Сам император в белоснежном воротнике, со сверкающим бриллиантом на груди стоял на возвышении и приветствовал гостей.

Рав Бецалель вместе с Тихо Браге и Иоганном Кеплером вошли в зал.

Император направился к ним.

– Еще раз приветствую вас. Рад, что вы подружились,– сказал он,– А вам, рав, спасибо за доставленное удовольствие. Это было забавно!

– Всемилостивейший государь, ваше святейшее величество! – в полупоклоне сказал рав,– пользуясь Вашим гостеприимством и редким случаем, прошу, уделите мне сегодня несколько минут для важного разговора!

– Ах, Лев Бецалель! – насупился император,– Я знаю ваши разговоры! Поговорим. А пока, друзья, располагайтесь и отдохните от забот! Вечером приглашаю вас в свою комнату оккультных бесед и спиритических опытов. Тито и Иоганн знают. А вас, рав, я приглашаю персонально!

– Что за комната? – поинтересовался рав у Тихо

– Место безобидных увлечений императора.

       К ночи дворец погрузился в свет факелов и свечей. Тихо Браге и Иоганн Кеплер провели Бецалеля в большую комнату. По углам высокие канделябры с горящими свечами. Посреди – круглый полированный стол с ножками в виде звериных лап. За столом – несколько человек. Отдельно высокое кресло, как видно, для императора. Наконец он явился, одетый по-новому: синий короткий плащ – накидка, рукава с кружевными манжетами, остроносые атласные желтые туфли. На голове маленькая шелковая шляпа с узкими полями.

Уверенным жестом пригласил всех сесть.

– Наконец мы можем отвлечься от мирских дел,– проговорил он,– и погрузиться в мир высоких мыслей и чувств. С нами новый человек– раввин Лев Бецалель.

Рав приподнялся.

– Самым интересным нашим занятием, мы считаем, вызов духов умерших великих людей. Многое нам уже удается. Рав Бецалель, пользуясь вашим присутствием, мы бы хотели, чтобы вы нам помогли.

– Никогда духов не вызывал.– Сказал рав.

  Вам многое доступно, мы знаем.

– Нет, к сожалению немногое.

– Мне даже подумалось,– расплываясь в добродушной улыбке,– сказал император,– что вам и самому интересно было бы увидеть, скажем, близкого нам всем дух пророка Моисея.

– Да, да! – подхватили сидящие,– Моисея!.

– Говорю вам, я это не делал, да и всеми почитаемый пророк Моисей еврей, стоит ли вызывать его в настоящее время?

– Ах, Лев Бецалель,– усмехнулся император,– мы говорим о духах, а не о людях!

– Мы вас просим. Любопытно!– негромко сказал Тихо Браге,– не получится, мы вас извиним.

Лев Бецалель задумался.

– Вы правы,– после длинной паузы произнес он,– мне самому, действительно, тоже хотелось бы увидеть дух великого Моисея. Я попытаюсь.

– Ваше решение радует! – весело произнес император.

– Есть предостережения: не смеяться, не произносить какие либо замечания. Последствия непредсказуемы!

– Понятно! Понятно!

Рав некоторое время продолжал сидеть, потом поднялся и прошел в самый дальний угол комнаты. Повернулся к сидящим. Прислонился к стене. Его лицо при свете свечей выглядело мертвенно застывшим. Потянулось долгое молчание.

И вдруг – порыв ветра. Вмиг погасли все свечи. Неожиданно, ниоткуда появился мерцающий туман и стал заполнять комнату. Он то тянулся космами, то клубился и в нем контрастными уплотнениями начала вырисовываться фигура, она росла – высокий бородатый человек быстро шел, опираясь на посох. От того, что туман двигался, части его тела то вдруг отрывались, то снова возвращались на место. Борода неожиданно отошла и повисла сбоку.

И в этот миг император хмыкнул. Видение с грохотом ударило в потолок. Полетели камни, обвалившаяся штукатурка, все в страхе ринулись из комнаты, вслед за императором.

Только Бецалель оставался на месте и уныло смотрел на образовавшуюся в потолке дыру.

Появились люди, Бецалель молча, не отвечая на вопросы, выбрался из комнаты и пошел к выходу, к своей карете.

Встретил рава Ицхак.

– Рэбе, как наши успехи?

– Нету успехов,– сказал рав и забрался в карету – Выводи лошадей, уедем!

В карете, прикорнув к спинке сидения, спала Мариам. Рав сел и уставился перед собой:

«Все пропало, все усилия ни к чему не привели! .Безрезультатно потеряно время! Не сумел использовать представленные возможности, не оказался тем человеком, на которого понадеялись его несчастные собратья!»

Мрачные мысли его все больше взвинчивали:

« Неминуемо случится то грозное, что надвигается! Стыдно и горько! Не оправдал надежд! Господь не простит ему это!»

 Пальцы его сжимались в кулаки, и чуть ли не крошились стиснутые зубы.

 –Нет!

Он рывком поднялся и покинул карету. Бросил Ицхаку:

– Жди меня!

Решительно зашагал назад во дворец. Проходил комнату за комнатой. Стражники стали преграждать ему дорогу. Он молча упирался взглядом в каждого. Они никли, тут же, вытягиваясь, брали на караул и сами открывали двери. Он оказался в спальне, в центре под балдахином белоснежная кровать, на ней в одежде, в туфлях, забившись в угол, выглядывал император.

– Ты как здесь?! Стража!

– Ваше святейшее величество. Простите – это моя последняя возможность обратиться к вам. Я знаю, вы не прочли наше обращение. Вы образованнейший человек должны понять, что гнусные наветы на мой народ, выдумка! Мы честно помогаем стране! Посмотрите, в каких условиях обитают наши люди! Гетто, преследования, страх! Разве достойно это человека!

– Я выслушал тебя, еврей! Иди! Стража!

…– Все!– сказал Ицхаку Лев Бецалель,– Едем, я сделал все, что мог. Едем!

Карету встряхивало на ухабах и поворотах. Не отставая, шел за ней Голем. Бецалель сидел, подперев рукой подбородок, и не ощущал тряски. За окошком мелькали деревья, освещенные полной луной, и, вдруг, что-то хрустнуло, карета осела на одну сторону и остановилась.

– Что случилось? – спросил рав, вылезая.

– Иди, знай, откуда появится беда. Сломалась ось!

– Починить можно?

– Попробуем!

Ицхак и рав занялись каретой.

Дорога была пустынна, но вскоре  послышался нарастающий шум, появилась телега, в упряжке пара лошадей.

– Спрошу, нет ли у них лишних ремней,– сказал Ицхак,– Будет надежнее.

Он вышел на середину дороги, поднял руку.

В телеге сидели двое, один из них, высокий и плотный, соскочил на землю.

– Чего надо? – спросил он.

– Может есть лишние ремни? Ось сломалась.

– Нет ремней,- сердито сказал тот, что оставался в телеге и держал вожжи,– дай дорогу!

– Вы из замка, - спросил высокий,– а что подъемный мост поднят или опущен?

– Мы выехали, не обратили внимания.

– Садись! Время!!

– А многие ли покинули замок?

– – Мы не знаем.

– А рыцари эрцгерцога Матвея побеждали?

– Чего ты разговоры заводишь? Садись скорее! Не видишь, евреи! Что они понимают!

Рав Бецалель, стоящий поодаль, подошел ближе. Торопящийся возница его заинтересовал. На телеге стояли три бочки. В таких бочках возят порох, и он спросил:

– Куда порох везете?

– Вино везем! – вызывающе сказал возница.

– В бочках не вино!

– Твое, какое собачье дело,– угрожающе проговорил  высокий, вскакивая в телегу.

– Покинул замок!? Тебе повезло! – хлестнув кнутом лошадей, выкрикнул возница,– радуйся, что тебя не поджарили!

– А что, Ицхак,– сказал рав, когда дорога опустела, – не показались тебе эти молодцы странными?

– Мне хотелось их проучить. Даже Голема настроил.

– Как там с колесом?

– Скоро поедем.

  Ицхак, разверни лошадей!

– А может, домой!?

– Нет, разве не учил я тебя откликаться на чужую беду!?

Они вернулись к воротам замка. Подъемный мост опущен. Ворота открыты! Стражи нет!

– Ицхак! Ночью и нет охраны!

– Рэбе, вы правы!

Рав Бецалель вышел из кареты и торопливо, тем же путем, двинулся в покои императора. Стражники, как и раньше, под его взглядом, вытягиваясь, брали на караул. Открывались двери. Император был в постели, но уже раздетый, в нижнем белье. Он увидел Бецалеля и рывком сел.

– Опять ты! Стража!

– Несмотря ни на что, я решил предупредить! Против вас в замке что-то затевается. Примите меры!

– А-а-а!– протянул со смешком император,– еврейские хитрости и уловки! Хотите своего добиться!

– Думайте, что хотите!

Бецалель молча направился к выходу.

– Рав Бецалель, остановитесь! Откуда вам  известно?

– Объявите тревогу, въезд свободен, мост опущен, охраны у ворот нет. Возят  порох!

Император метался по комнате.

– Стража! Заговор! Козни моего брата! Если это обман, я велю вас казнить!

Рав вернулся к Ицхаку.

– Ехать нельзя,- сказал Ицхак,– хорошо, сюда дотянули. Надо искать новую ось.

– Утром найдем.

– А что, рэбе, смотрю, все забегали, не из-за нашего ли это возвращения?

И в этот миг раздался мощный взрыв. На боковой стороне здания вырос столб огня, и все осветилось вокруг.

Крики в ночи. Из дворца выбегали раздетые люди,  вооруженная стража. Огонь разгорался, метались резкие тени. Рав и Ицхак тоже побежали к огню. Часть стены была развалена. На глазах разрасталось пламя. Горела пристройка, оголились вспыхнувшие балки, к самым перекрытиям поднимались языки пламени. Огонь уже был внутри помещения, и тут Рав Бецалель понял  – эта часть здания примыкает к библиотеке императора. И огонь приближается туда.

– Ицхак, веди сюда Йоселе. Дай указание! Он сможет победить огонь!

Голем появился и вошел в самый жар. Быстрыми движениями он стал выдергивать горящие балки и оттаскивать их от огня Он ломал перекрытия, отдирал от стен горящие доски, тлеющую ткань, тащил и сваливал все на отдельную кучу – в стороне запылал громадный костер. И чем больше он разгорался, тем меньше огня оставалось в здании. Задымились последние головешки, а от пылающего костра было светло как днем.

Вокруг люди стояли как зачарованные. Мариам прижалась к раву. Подошел Тихо Браге.

– Рав Бецалель, вы не пожар потушили. Вы спасли богатство и мудрость для Чехии!

Оказался здесь и император. Полуодетый, он сиял от радости. Величественно подошел к раву, похлопал его по плечу.

– Это незабываемо! Вы войдете в историю! Завтра весь народ узнает, какие люди живут с нами!

…И трубил рог, сзывая люд в императорский зал дворца. В первых рядах знатные дворяне, лица духовного звания, почтенные гости.

. На троне Рудольф Второй, в роскошной мантии, и, как символ власти, на его голове в блеске драгоценных камней и жемчуга корона императора священной римской империи.

В наступившей тишине глашатай возвещал императорское повеление.

Лев Бецалель, стоящий рядом с троном, внимал словам:

… Указ отменяется. Отныне евреи находятся под защитой Императора. Причинение зла евреям будет рассматриваться в суде и сурово наказываться.

Закон для всех, живущих в стране, равен.

По согласованию с раввинами Чехии, главным раввином города Праги назначается рабби Иеуда Лев Бен Бецалель…

…Катила карета с новой осью по дороге. За ней вышагивал Голем. Лев Бецалель, все еще не пришедший в себя от всех событий, сидел, углубившись в раздумье. Только Мариам откровенно веселилась и радовалась. Она, в какой раз, приказывала Ицхаку останавливаться, платочком с ног до головы снова вытирала Голема, приговаривая:

– Йоселе, как ты закоптился. Тебя надо всего отмыть!

Она обхватывала его шею руками, висла на нем, а он  спокойно шагал и шагал.

Не радовался один Ицхак. Он все больше наполнялся обидой и раздражением. Негромким шепотом говорил Мариам:

– Разве ты не понимаешь, что делаю все я. Голем только исполняет, в нем нет души. Это каменный истукан, а я живой тебя люблю!

– Ах, Исхак!– смеялась Мариам.– Что ты понимаешь в любви!?

Хорошие новости бегут впереди нас.

Когда карета подъехала к гетто, уже разносился звук шофара.

Лев Бецалель, первым делом, зашел в синагогу помолиться, а из всех домов, стекались к площади взволнованные люди – стар и млад. Новость ширилась, и вместе с ней нарастало веселье, раздавался громкий, давно не слышимый, смех, радостные разговоры и. поздравления. Появились музыканты, заиграли скрипки, ударили барабаны, и затанцевал народ, подхваченный зажигательными мелодиями. Мариам тоже пустилась в пляс. Подошедшие Якоб, Ицхак и Голем стояли в стороне, а Мариам закружилась перед ними, стала хватать, тянуть и обнимать Голема. Насупившийся Ицхак еле себя сдерживал, рот его кривился в злобной усмешке, а Мариам все танцевала, кружилась и повторяла:

– Йоселе! Йоселе! Иоселе!

И тут произошло неожиданное. Голем протянул руки к Мариам и пошел за ней. Убыстряя шаг, затанцевал. Пораженный Ицхак рванулся за ним, стал выкрикивать одну за другой команды, но Голем не реагировал. Такого не бывало. Приблизившись, уже вне себя, Ицхак прошипел «Ярость!». Голем остановился. Оттолкнул рукой Мариам, повернулся и опустил руку на голову Ицхака. Тот упал, а Голем двинулся на толпу, разметая всех перед собой. В испуге люди стали разбегаться и кричать:

– Спасайтесь! Спасайтесь! Голем сошел с ума, зовите рэбе!

А Голем продолжал бить и крушить все кругом. Он уткнулся в домики, небольшие утлые домики гетто и стал их разносить. Один за другим. Рав сразу все понял, увидев, лежащего на земле Ицхака. Бросился вдогонку за Големом, настиг его, схватил одной рукой со спины за шею, а второй рванул со лба букву. Голем на миг застыл и медленно стал оседать. Осыпались руки, плечи. И на глазах мощная фигура превратилась в кучу глины, покрытой одеждой и металлическими пластинами.

Лев Бецалель стоял и смотрел. Собралась толпа.

– Помогите отнести в синагогу! – сказал он.

Сразу вызвались добровольцы.

На дороге, очнувшийся от удара, сидел Ицхак, обхватив руками голову.

У входа в синагогу плакала Мариам.

Рав велел отнести останки Голема на чердак, сам помог уложить его в дальнем углу, запер чердак на замок, а лестницу приказал убрать.

Оставшись один, он дал волю чувствам – жаль ему было Голема – комок подступал к горлу и слезы наворачивались на глаза. Но он собрался духом и вышел из синагоги, а улица веселилась, гремела музыка, как ни в чем не бывало, танцевали и смеялись счастливые люди…

 Рав постоял, улыбнулся, высоко поднял голову…

Так и стоит он по сегодняшний день, отлитый в бронзе, в достославной златой Праге, полной сказок и легенд.


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1272




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2011/Zametki/Nomer7/Boguslavsky1.php - to PDF file

Комментарии:

Гарри
Уральск, Kazahstan - at 2012-08-14 22:12:01 EDT
Очень красивая легенда!
Александр Пейсахис
Ашкелон, Израиль - at 2011-12-31 16:07:05 EDT
Прочёл, понравилось. Рад, что познакомился с интересным человеком!
Янкелевич
Натания, Израиль - at 2011-10-08 21:15:33 EDT
Прочел с большим удовольствием. Спасибо автору.
капустин яков
Бат-ям, Израиль - at 2011-10-08 20:18:56 EDT
не получается писать больше 4 страниц. будьте здоровы.
жду новых работ. яков

Игрек
- at 2011-07-14 05:43:04 EDT
Мне понравилось. Еще одна легенда о Големе, одна из самых оптимистичных.