Вильну в свое время называли «Иерусалимом Литвы»,
подчеркивая этим названием значение города, как культурного центра, откуда знания
и книги расходились по всему еврейскому миру. Время это безвозвратно прошло, но
вот перед нами репринт учебника по химии, изданный в Тель-Авиве в текущем 2004
году. На титульном листе оригинала напечатано Вильна 1876.
Основной пункт устава организованного в 1863 году Общества по распространению
просвещения между евреями в России (ОПЕ) начинался словами: «Общество споспешествует
распространению между евреями знания русского языка...» Однако далее следовало:
«Общество издает и содействует изданию полезных сочинений ... как на русском,
так и на еврейском языках, имеющих целью распространение просвещения между
евреями». Необходимость нести просвещение на иврите диктовалось тем, что при более
чем 80% еврейской грамотности мужского еврейского населения России грамотность
по-русски в те годы достигала только 25%, а среди евреев Царства Польского лишь10%.
Публикуемые издания могли стать «полезными и пропагандирующими положительные науки
и естественные знания» только в том случае, если они были написаны на иврите.
И раньше, чем ОПЕ признало необходимость издания учебной литературы на иврите,
это понял автор рассматриваемой книги Гирш Рабинович.
Гирш (Цви Гакохен) Рабинович (1832-1889) родился в раввинской семье в Ковенской
губернии в небольшом местечке Линкове близ Поневежа. По переписи 1847 года 872
еврея составляли более половины всего населения Линкова. Он получил традиционное
религиозное образование, но уже с детства увлекался математикой и естественными
науками. Владея лишь двумя еврейскими языками – ивритом и идишем – первые сведения
по математике мальчик почерпнул из средневековых еврейских книг. Подростком Гирш
Рабинович овладел немецким, что дало ему возможность расширить круг источников.
Самостоятельно, без чьей-либо посторонней помощи, он приобрел основательные знания
по математике, физике, химии и биологии. В двадцатилетнем возрасте он поставил
перед собой задачу – написать на иврите (на древнееврейском, как тогда говорили)
ряд учебных пособий по естественным наукам для таких же как он еврейских подростков,
не владеющих другими языками.
В 60-70 годах
Гирш Рабинович написал и с помощью ОПЕ издал ряд книг - учебников по математике,
физике и химии. Это были популярные издания, что видно даже из их названий. Книга
по механике называется «Покой и движение», книга о теплоте – «История огня и воды».
Значительная часть написанного – девять томов, посвященных геологии, метеорологии,
органической химии и другим наукам, остались неизданными.
На титульном листе рассматриваемой книги написано, что она «предназначена для
начинающих и для самостоятельных занятий без помощи преподавателя». Книга была
адресована подросткам – учащимся иешив. Следует напомнить, что в иешиве было строго
запрещено чтение любой светской литературы, в том числе и научной. Только дома,
после долгого учебного дня, зачастую тайком, ешиботники могли читать запрещенные
книги – о преподавателе нечего было и говорить. Написание учебного пособия для
самостоятельного образования само по себе непростая задача, в данном случае книга
предназначалась читателю, никогда не видевшему не только химической, но вообще
никакой лаборатории и никакого химического производства, что многократно усложняло
задачу автора. Для облегчения понимания автор снабдил книгу многочисленными рисунками
(185 рисунков на 300 страницах книги), начиная от изображений простейших химических
приборов – пробирок, реторт, газометров, баллонов для сжиженной углекислоты (в
том числе и в разрезе) и кончая схемами производства светильного газа и серной
кислоты. Рисунки могли помочь представить, как выглядит и как используется тот
или иной прибор, но были совершенно бесполезны при объяснении понятий. Главная
трудность, стоявшая перед автором – это не приборы, а химическая терминология.
Ни библейский, ни талмудический, ни средневековой иврит не знал таких слов, как
«атом», «молекула», «химическая реакция». Автор оказывался в заколдованном кругу
– вводимое им новое слово приходилось объяснять другим новым словом, также непонятным
читателю. Бессмысленно было пояснять новый ивритский термин переводом на русский
или немецкий, т.к. его читатели не владели этими языками. Но они владели идишем,
и идиш, более живой и обиходный, чем иврит, да еще и строящий технические термины
на основе немецких корней, мог служить дополнительным языком, поясняющим ивритский
текст. В те годы, однако, большинство деятелей еврейского просвещения, в том числе
и руководители ОПЕ, отрицательно относились к идишу, считая этот язык анахронизмом
и символом отсталости. Гиршу Рабиновичу удалось убедить своих издателей, что использование
идиша, как дополнительного языка, будет способствовать пониманию излагаемого на
иврите материала. Все ивритские химические термины – названия соединений, реакций,
процессов и т.д. сопровождаются в книге терминами на идиш. В особых редких случаях,
например в таблице, где перечислены все 63 химических элемента, известные в то
время, ивритские названия сопровождаются немецкими и русскими названиями, напечатанными,
соответственно, латинским шрифтом и кириллицей. Русские термины автор иногда использует
и в тех случаях, когда его читатели знают их из своего жизненного опыта. Так,
он применяет слова пуд, верста, рубль, причем пишет их ивритскими буквами.
Сопровождая ивритский текст рисунками и пояснениями
на идише, автор сумел создать доступное учебное пособие. В книге изложены как
теоретические основы науки 60-70 годов ХIХ века, так и практическая химия, процессы,
используемые в лаборатории и на производстве. Особенное внимание обращено на применении
химических веществ в быту – например, на использование хлора для отбеливания тканей
и обеззараживания помещений или применения йода как лекарственного вещества. Книга
очень насыщена материалом, автор старается передать читателю как можно больше
знаний, причем не только по химии. Так, изложение атомной теории сопровождается
упоминанием, что автор теории Дальтон был не только химиком, но и физиологом,
открывшим заболевание органов зрения (дальтонизм). Рассказ о работах Лавуазье
по установлению природы кислорода снабжено примечанием, что «выдающиеся достижения
этого ученого не спасли его от казни во время террора в годы Французской революции».
Наконец, рассказывая о ртутной руде – киноваре, автор, хорошо зная своего читателя,
дает примечание, что киноварь была описана еще во время составления Талмуда и
приводит соответствующую ссылку.
Сегодня трудно
представить то впечатление, которое производило на еврейскую молодежь местечка
чтение светских еврейских книг. Вот как вспоминает известный писатель и педагог
А. И. Паперна свое первое знакомство со случайно попавшими ему в отрочестве светскими
книгами: «Это была смесь различных родов литературы, не дававшая ничего цельного,
систематического, законченного. В сборниках рядом со стихотворениями фигурировали
статьи о физических явлениях... Приходилось читать о Французской революции, не
имея понятия о всеобщей истории и географии, читать по астрономии без основных
сведений из математики и т.п. Тем не менее, книги эти в совокупности оказали в
свое время огромное влияние. Нас, юных читателей, восхищала в них новизна содержания,
чистота языка, простота изложения, разнообразие затрагиваемых вопросов и способы
их трактовки. Из безбрежной однообразной талмудической пустыни мы переносились
в чудный сад со свежею, прекрасною, разнообразною и разноцветною растительностью;
из тесной и душной атмосферы клауза (школы, промежуточной между хедером и иешивой)
нам открывался вид на широкий мир. Я читал новые книги запоем, проводил над ними
целые ночи, я перечитывал и переписывал много раз особенно понравившиеся мне статьи».
А. И. Паперно говорит о впечатлении от чтения
случайных книг, несравненно большее впечатление и влияние оказывали целенаправленное
чтение. Книги Г. Рабиновича, в том числе и учебник химии, пользовались в 70-80
годы значительной популярностью, особенно среди воспитанников ешиботов и немало
способствовали их образованию. Разумеется, со временем эти книги вышли из употребления.
С одной стороны, их материал устаревал из-за быстрого развития науки, с другой
– подрастающие поколения еврейской молодежи не менее быстро овладевали русским
языком.
Но, как гласит латинское изречение «habent
sua fata libelli» - книги имеют свою судьбу. Прошло более ста лет. В 2004 году
исполнилось сорок лет химическому факультету Тель-Авивского университета, и руководство
факультета, помня свои корни, отметило эту годовщину репринтным изданием учебника
химии Гирша Рабиновича. В своем обращении к читателям декан факультета профессор
Ури Чешновски пишет: «В добавление к впечатляющей картине научного образования
на иврите в еврейских общинах диаспоры, эта книга служит прекрасным напоминанием
талмудического выражения – ты не обязан кончить всю работу, но не волен освободиться
от нее.
Эта книга позволит нам осознать тот
долгий путь, который прошла химия за последнее столетие, и, возможно, научит нас
некоторой скромности и позволит представить, какими устаревшими, хотя и релевантными
своему времени будем выглядеть мы и наши исследования спустя столетие».
Думаю, что как сам факт переиздания старого учебника, так и повод к этому переизданию
напоминают и о том долгом пути, который прошли потомки самостоятельно изучавших
химии по ивритскому учебнику Гирша Рабиновича, путь через учебные заведения различных
стран до университетов Израиля, где иврит не требует перевода и объяснения.
