Tartakovsky1
Маркс Тартаковский

 

ОБ ОДНОЙ ВЕРСИИ
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО В. Б. РЕЗУНУ (Виктору Суворову)



    
    
     Эта работа в сокращении публиковалась года четыре назад. Одно время казалось, что звезда нашего квазиисторика уже закатилась. Но появляются одна за другой книги Суворова-Резуна со все новыми перепевами всё того же. И по реакции западных публицистов (прежде всего немецких и отчасти французских) понимаешь, что отрицание Холокоста и обсуждаемая «версия» - две стороны одной медали и равнозначны по своему общественному воздействию. Западные т.н. интеллектуалы стремятся отскоблить пятна своего прошлого.
     В. Суворов, целиком «позаимствовавший версию» из выступления Гитлера 22 июня 1941 г., оправдывавшего вероломное нападение на СССР, очень пришелся кстати. Тем поразительнее, что среди адептов Резуна-Суворова процент еврейских умников чрезвычайно велик.
     Отклики читателей побудили меня расширить прежний текст.
     Рассматриваю это Открытое письмо как продолжение моих работ о Гитлере (См. «Заметки» №№ 33, 35).

    
     * * * * *
    
    
     «Влияние провокационных идей Виктора Суворова не стоит недооценивать. Метаморфозы, которые претерпела в последние годы немецкая историография войны на Востоке, поразительны. Покойный профессор Хильгрубер, один из ведущих немецких историков, неожиданно заговорил об угрозе, которую Советский Союз представлял для Германии в 1941 году, хотя некогда, в 1965 г., пользуясь теми же источниками, он рисовал образ индифферентного Сталина, стремящегося умиротворить Гитлера, до самого начала войны перевыполняя советские обязательства перед Германией.
     В книге под характерным названием «Война Сталина» австрийский профессор Эрнст Топич утверждает, что, концентрируя внимание на агрессивных действиях Гитлера..., мы просмотрели истинного преступника – Сталина. Вторая мировая война, утверждает Топич, «была по сути дела нападением Советского Союза на западные демократии»...
     Иоахим Хофман в официальной германской истории второй мировой войны... солидаризовался с Суворовым, говоря об исходившей от Советского Союза стратегической угрозе, которая-де не могла не убедить Гитлера, что июнь 1941 года – последняя возможная дата начала превентивной войны...»
     Г. Городецкий, историк, директор Каммингсовского Центра по изучению России и Восточной Европы Тель-Авивского университета.

    
     Почтеннейший Владимир Богданович!
     Извините, что не величаю Вас избранным Вами гордым псевдонимом (еще и с прибавлением столь значащего имени – Победитель /лат./). Вы бы как отнеслись к поэту, назвавшемуся Пушкиным? К пишущему на военные темы и подписывающемуся - Александр Македонский. И т. д.
     Проявляемое уже в этом свойство личности отражается, увы, и в главной из пропагандируемых Вами версий, без которой немыслима была бы и аргументация недавней Вашей книги, шельмующей Георгия Константиновича Жукова. Приходится обращаться к корням, фундаменту. К базису (в терминах «истмата»). Надстройка рассыпется сама собой.
     Суть «версии» (озвученной еще самим фюрером в его выступлении по радио 22 июня 1941 г.) можно передать в немногих словах. Сталин готовил нападение на Германию, но - Гитлер опередил. Проникшись сим интересным соображением, Вы отныне год за годом заполняете сомнительными аргументами одно сочинение за другим. Но все они почему-то вызывают в памяти известный анекдот о российском генералиссимусе. Суворов, не любивший немогузнаек, спросил, будто бы, солдата, сколько звезд на небе. «Пять тысяч семьсот шестьдесят четыре», - отрапортовал (будто бы) тот. Александр Васильевич подивился его находчивости.
     Нельзя не подивиться и Вашей. Как человек военный (кажется, не побывавший в сражении?) Вы оглушаете читателя шквалом цитат, цифр, наименований: номера и число советских дивизий, полков, батальонов; количество и типы танков, самолетов, орудий; количество и тоннаж вагонов, цистерн т.п. Все это-де готовилось для блицкрига. По Вашей версии потенции Германии были ничтожны в сравнении с советской мощью? Увы, подкузьмил случай, роковой день 22 июня...
     Замах, что называется, рублевый... Разбираться ли с каждой цифирькой, приводимой Вами (пересчитывать ли на небе звезды)? Детали тогда лишь важны, когда они складываются в весомые доказательства. О них и поговорим. А на всякий чих, как известно, не наздравствуешься. И для того чтобы определить, тухлые ли яйца, незачем съедать всю яичницу.
     Зимняя 1939\40 г.г. советско-финская война, к примеру, чрезвычайно неудобна Вам. И в своих первых книгах Вы почти не упоминаете о ней. Гитлер весной 1940 г. в считанные недели оккупировал Норвегию (и попутно Данию). Операция велась за морем при господстве враждебного британского флота, в сложнейших горных условиях (высоты до 2000 м. за полярным кругом), при высадке британских соединений в поддержку норвежской армии...
     Сталин неожиданно, как и Гитлер, напал на граничащую с СССР равнинную Финляндию, соразмерную Норвегии и по территории и по населению (3,5 млн.). Дивизия за дивизией мощной 7-й, а также 8-й и 14-й армий с крупными танковыми соединениями и тяжелыми орудиями вводятся в бой. Советский флот блокирует побережье. Советское превосходство в воздухе полное. С первого дня войны столица и порты Финляндии открыты для обстрела с воздуха и с кораблей... Все, казалось, предрешено.
     Война, однако, завершилась для СССР позором. Растворяется в небытии признанное СССР еще в декабре 1939 г. «правительство Финляндской демократической республики» во главе с секретарем Исполкома Коминтерна Отто Куусиненом; бессчетные массы советских бойцов, вплоть до высшего командного состава, следуют из финского плена прямиком в Гулаг, бессчетное количество трупов остаются непогребенными вдоль всей границы от Балтики до Баренцева моря...
     «Советские рубежи отодвинуты от славного города Ленина», - меланхолически сообщало ТАСС. Стоило ли ради этого позориться перед всем миром, подвергать сомнению саму боеспособность Красной Армии, окончательно рвать с западными демократиями, стать государством-изгоем, изгнанным (15.XII.1939) из Лиги Наций?..
     Ложится ли все это в Вашу версию?.. Конечно, можно решить, что Германия в последующие месяцы терпела поражение за поражением и представляла мишень, более беззащитную, чем маленькая Финляндия. Увы и увы... Голландия и Бельгия капитулируют в считанные дни, Франция разгромлена в считанные недели, Югославия и Греция - менее чем в течение месяца. Люфтваффе соединениями до 500 бомбардировщиков непрерывно наносят удары по Британии вплоть до Ковентри и Бирмингема в глубине территории... Тогда как Япония на Дальнем Востоке и сама еще не решила, куда направить удар: по советскому Приморью или в Южные моря. И финская авантюра еще в печенках... Сталин, однако же, по Вашей версии, уже самонадеянно утвердил «День „M"», когда советский блицкриг должен был сокрушить Германию, а вслед за тем всю Европу и т.д. И Вы вычислили эту решающую дату - 6 июля 1941-го!
     Но «зимняя война», как говорится, в печенках и у Вас тоже. Рассыпалась «версия», на что справедливо указывалось Вам в читательских откликах. Находчивости Вам, впрочем, не занимать, и в очередной книге «Последняя республика» Вы перечисляете причины неудачи сталинского блицкрига. Тут и небывалые морозы к западу от Ленинграда на протяжении всей зимы 1939-40 гг., и невероятные укрепления «Линии Маннергейма», и валуны, скрытые под снегом...
     Наверное, в горах Норвегии немцев ждала гладь Невского проспекта?..
     На морозы ссылались и Наполеон, и Гитлер, когда терпели поражения. Вот и Вас потянуло на такие аргументы...
     Была ли «Линия Маннергейма» неприступна? Допустим. Но нельзя ли было полосу укреплений всего-то от Ладоги до т.н. Маркизовой лужи, мелководной оконечности Финского залива, обойти с севера по суше или с юга по льду залива – при таких-то морозах?..
     И еще. Вы же настаиваете, что у Сталина для захвата Европы были наготове «миллионы парашютистов», немыслимое количество воздушно-десантных дивизий и транспортно-десантных самолетов («Последняя республика», гл. «Миллион или больше?»)... Как Вам известно, гитлеровцы, вторгшись в Грецию, силами, несоизмеримыми с «миллионом», сходу десантировались на Крите и выбили с острова до 50-ти тысяч британских (в основном) и греческих войск. Тогда как Хельсинки, столица Финляндии, не защищенная ни с воздуха, ни с моря и подвергавшаяся в ходе «зимней войны» безнаказанным советским бомбардировкам, ближе к Ленинграду, чем Крит к греческим аэродромам. Вся маленькая финская армия была тогда рассредоточена вдоль более чем тысячекилометровой советско-финской границы; Хельсинки (в сущности, небольшой город) «защищался» народной милицией – подростками и стариками. Туда бы десантироваться и - не на промерзшем Карельском перешейке, а прямо в президентском дворце (как много лет спустя в Кабуле) соорудить «правительство» с Куусиненом во главе!.. Но - никакого десантирования (изготовившегося, по Вашей версии, для блицброска даже на Берлин и Лондон), что-то не последовало.
     Так что же после сказанного остается от Вашей громогласной Версии? «Миллион или больше» десантников – и это лишь в резерве! В действии и того больше. Размах даже и не рублевый. На полный червонец! А в итоге – нуль! (Чтобы не выразиться круче – по-русски).
     Кстати, до румынских нефтепромыслов еще ближе, чем от бывшей российской столицы до финской. «Если одна советская танковая рота в десять танков появится в районе Плоешти и если у каждого танкиста в кармане окажется коробок спичек, то война в Европе завершится крушением Третьего Рейха», пишете Вы. В чем же дело? Что бы ни произошло в самом начале войны, в резерве все еще «миллион десантников». И спички найдутся. Даже Берлин, между прочим, в 41-м бомбили с советских аэродромов. И Молотов как-то слетал в самый разгар боев над немецкими позициями прямо в Лондон...
     А единственные тогда в Европе нефтепромыслы почему-то целы. И нефть оттуда гонят в воюющую Германию. Но что-то не задействованы ни миллион, ни даже десяток-другой десантников со спичками в карманах...
     Вы оригинально демонстрируете стратегическое коварство Сталина накануне гипотетического «Дня „M"» (и реального нападения Гитлера на СССР): железные дороги Германии «закупорены эшелонами с советским зерном, лесом, рудой, стратегическими материалами. Это то самое дружеское объятие, которым душат вчерашнего приятеля... В случае советского удара германское командование не могло в полной мере использовать магистраль для эвакуации, переброски подкреплений и маневра резервами. Так что не так глупы были те, кто в Москве планировал поставки в Германию». Оригинальная логика!
     «Не так глуп», оказывается, Сталин был и тогда, перед самой войной, когда почти начисто истребил командный состав Красной армии, профессионалов с опытом ведения боевых действий. Так он, по Вашей Версии, «обновлял кадры»!.. Кстати, тогда же он «обновил» и собственные разведкадры – да столь радикально, что не знал даже (или не понимал, получая разведданные), что происходит буквально под носом, в считанных километрах по другую сторону советско-германской границы. Гитлеровское вторжение, готовившееся месяцами, оказалось для Сталина полным сюрпризом. А Вы толкуете о «Дне „M"»! Да возможен ли блицкриг, совершенно не обеспеченный надежной доверительной разведкой? Полезет ли слепой в драку?..
     На исходе НТВ Евгений Киселев в телефильме «Мировая революция для товарища Сталина», перехватывая у Вас ставшую популярной версию, наглядно демонстрировал ее на экране. Огромная карта Европы. Рука телеведущего бестрепетно прочерчивает линию вниз - от Стокгольма до Афин. По Сталинскому плану Красная Армия обязана-де к такой-то дате в июле 41-го выйти на этот рубеж. Очередной рубеж – от заполярного Нарвика через Осло, Копенгаген и Мюнхен к Риму и Неаполю – к такому-то числу... Третий взмах руки поверг меня напрочь: вот он, решающий рубеж - прямо в Атлантике, от Рейкьявика до Лиссабона! И ни слова при этом о скромных возможностях советского флота, запертого во внутренних морях... Но для командиров, оказывается, уже припасены были тактические карты... Лотарингии.
     Экой прыткий товарищ Сталин у Вас с господином Киселевым, ныне - главным редактором «Московских новостей»!
    
     * * *
    
     Как тут, прослезившись от умиления, не вспомнить сочинение еще одной знаменитости, тоже славящийся поныне самой буйной фантазией!..
     «Россия должна спуститься и выйти на берег теплого Индийского океана. Это не моя блажь. Это судьба России. Это рок. Это подвиг России. Мы должны сделать это, потому что у нас нет выбора. По-другому мы не можем. Это геополитика. Наше развитие требует этого. Как ребенок, переросший какой-то костюм, должен надеть новый...
     Я вижу русских солдат, собирающихся в этот последний русский поход... я вижу подводные лодки, всплывающие у берегов Индийского океана и десантные корабли, подходящие к берегам, по которым уже маршируют солдаты русской армии...
     Как я мечтаю, чтобы русские солдаты омыли свои сапоги теплой водой Индийского океана и навсегда перешли на летнюю форму одежды... Чтобы любой взвод русских солдат мог навести порядок на любом пространстве». И т.д. и т.п.
     Конечно же, это Владимир Вольфович Жириновский собственной персоной! Его знаменитый опус «Последний бросок на юг», вошедший в опубликованное в 2003 году собрание «политических сочинений». Вы, Владимир Богданович, не улавливаете здесь нутряного сходства с самим собой?
     Словом:
    
     Самой историей наказ России дан.
     Броня крепка и быстры наши танки...
     Волнуйся и шуми, Индийский океан -
     Мы скоро будем мыть в тебе свои портянки.
    
     * * *
    
     Впрочем, почему бы не повоевать всласть, если у тебя первоклассного оружия вагон и маленькая тележка, а у противника одна эта маленькая тележка да и далеко не первоклассного? Вот, например, нет-де у Гитлера авиации дальнего действия. Она бы ему очень пригодилась. «Но ее не оказалось».
     Не все почему-то согласны с этим Вашим утверждением. Например, британский лидер Черчилль. В письме американскому коллеге Рузвельту (8 декабря 1940 г.) он жалуется, что снабжение сражающейся Британии оружием, сырьем и продовольствием через Атлантику осуществляется уже только северным маршрутом (через исландские воды). «Но и этот последний путь подвергается все усиливающимся атакам германских подводных лодок и бомбардировщиков дальнего действия».
     Допустить ли, что коллега прилгнул коллеге?..
     Вы по образованию танкист – и о советских танках едва не на всякой второй Вашей странице. О немецких - мимоходом. Не то качество! Цитирую: «Кто же это бедную Россию окружил в 1941 году? Уж не Адольф ли Гитлер с тремя тысячами устаревших, допотопных, примитивных танков?».
     Зато сталинские танки (и авиация и артиллерия) выше всех похвал. Не смею спорить: я не танкист. И, по Вашей версии, вся эта техника, готовая к блицкригу - танки, орудия, автотранспорт и пр. и пр. (сапоги, между прочим, тоже), - всё добро это в апреле-июне 41-го уже свезено была прямо к государственной границе (как раз тогда, когда германские магистрали «буквально задыхаются» от вагонов с советскими стратегическими товарами!). И самолеты уже приземлились там на приграничных аэродромах. Солдатские сапоги и снаряды в ящиках так просто «навалом выгружены на грунт». А что? Вот-вот в
     «День „M"» обуются солдатики в новые сапоги, влезут в свои самолеты и танки (десятки тысяч танков и самолетов!), зарядят орудия и пойдут крушить фрица аж до Атлантики и дальше – «до Рейкьявика». Там, за морем-океаном, передохнут и сменят портянки.
     «Всю Европу за три перекура из конца в конец пройдем мы хмуро» - так озаглавил журнал «Огонёк» подобострастное интервью с Вами.
     Но мы уже догадываемся (а Вы об этом пишете), что произойдет 22 июня за считанные дни до высчитанного Вами «Дня „M"». Все разом и вмиг достанется Гитлеру. Отсюда-де все наши жуткие беды на дорогах войны до Москвы, Сталинграда, Кавказа, Курска и обратно. Еще бы, такая передовейшая техника да в руках врага!..
     Но что-то не слышали мы (а Вы об этом не пишете), чтобы немецкие танкисты пересели со своих «устаревших, допотопных, примитивных танков» в наши замечательные, чтобы немецкие летчики летали на наших замечательных самолетах и их артиллеристы палили из трофейных орудий. Хотя, вероятно, всякое бывало. Все же хотелось бы, чтобы Вы рассказали (тоже с цифрами и цитатами), куда подевалось все это добро.
     Вы возразите: сталинские танки приспособлены-де «для германских автострад». Но ведь и у немецких, помимо прочих изъянов, «слишком узкие гусеницы». И Вы ведь собирались на сталинских танках пересечь и Польшу и Румынию с их скверными дорогами и только потом «на германских автострадах» развить немыслимую скорость. (Оставим вопрос, как это из Румынии попасть в Германию...). Так хуже ли румынских и польских дорог украинские, тем паче прибалтийские? Сам я жарким летом 41-го протопал более шестисот километров (от Бердичева через Каневскую переправу до Полтавы) и свидетельствую: даже проселки, по которым шел, были в ту пору вполне сухими и проезжими. Были и отличные шоссе (небезопасные тогда именно из-за господства вражеской авиации), ведшие на Винницу (и далее – на Одессу), на Житомир (и далее - на Киев), автомагистраль Киев-Харьков (и далее через Курск, Орел и Тулу – на Москву)...
     Ну, а сталинские самолеты, будто бы доставшиеся Гитлеру? Цитирую: «По огневой мощи И-16 в два раза превосходил «Мессершмидт-109Е» (правильнее – «Мессершмитт» /Messerschmitt/ - М.Т.)... Только он один имел броневую защиту...». То же и о прочих типах машин. Что же, и в небе «неевропейские дороги»?.. Ну, а советские орудия со снарядными ящиками, тоже-де «выложенные на грунт» и доставшиеся врагу?.. Как так получилось, что миллионы советских солдат оказались в плену (и многие потом - в армии Власова), тогда как трофейная техника как-то вовсе не задействована? Так, может, ее и не было в предусмотренном Вами количестве и качестве?..
     Между прочим, немецкие воздушные асы на своей «отсталой технике» (и танкисты – на своей) совершали чудеса, которые нашим асам, увы, и не снились. Трижды Герои Советского Союза Иван Кожедуб и Александр Покрышкин сбили в боях соответственно 62 и 59 немецких самолетов – в гитлеровской авиации такие цифры были бы едва ли не рядовыми. Счет немецких мастеров воздушного боя на их «несовершенных» «Мессершмиттах» и «Хейнкелях» был и вдвое, и втрое, даже вчетверо (!) выше. Небо летом 41-го было открыто для немецких «Юнкерсов» – хорошо помню это по массированным бомбардировкам под Сквирой и на Каневской переправе...
     Не выходит ли, вопреки Вашей версии, что не так-то уж готовы были мы к блицкригу и победоносному маршу аж на Атлантику? И, может – при здравом уме и твердой памяти - не так уж и целились? Неужто не понимали, что в маленькой Финляндии нас ждали еще цветочки?..
    
     * * *
     В одном Вы правы, Владимир Богданович! И Сталин и Гитлер - оба первостатейные мерзавцы. И Вождь непременно напал бы на Фюрера, вцепился бы ему в загривок – но тогда только, когда последний истекал бы кровью. Тут наш-то уж урвал бы свой кусок, тут и продемонстрировал бы свой блицкриг, - но не раньше. Точно так же как (цитирую Вас) «в критический для Японии момент Сталин наносит удар в спину истощенной войной Японии» - лишь 9 августа 45-го, уже после атомной бомбардировки Хиросимы. Обычная шакалья повадка.
     Никакого заранее запланированного «Дня „M"» не было и быть не могло. Вплоть до рокового июня 41-го Сталин довольствуется объедками. Гитлер вторгся в Польшу – Сталин выждал почти три недели, пока польская армия не была разгромлена, и себе тоже кус оторвал.
     Гитлер захватывает Данию и Норвегию – Сталин присваивает Эстонию, Латвию и Литву (уже общипанную Гитлером) с их карликовыми армиями. Насчет румынской Бессарабии есть некая договоренность с фюрером, для которого кость в горле демократическое правительство Титулеску. О нефтяных полях Плоешти, бесценных для Германии, не имевшей своей нефти, однако, речи быть не может. Сталин на них и не покушается. Знает, чем это обернется. Во всеуслышание объявляется, что советские границы, существенно сдвинутые на запад, теперь абсолютно надежны. Самый ходовой у нас тогда оборот речи - «граница на замке».
     Только все это - пирровы победы. Вот и коснулись мы главного противоречия во всей Вашей лихой Версии. Вы, я заметил, любите стратегические рассуждения. Всякий раз приглашаете читателя порассуждать вместе с Вами. Что ж, поразмышляем.
     Самый надежный способ избежать нападения – не входить в соприкосновение с реальным противником: вместе с западными демократиями дать бы гарантии Польше. Ладно, отбросим уже этот шанс. Советско-германская граница осенью 1939 г. поперек бывшей Польши протяженностью чуть более 500 км. К северу – советская территория в тысячи км. (до Ленинграда и далее до Мурманска) недоступная для прямого удара. Да и для непрямого тоже. К югу – почти тысяча километров (до Одессы), пространство, тоже не соприкасающееся с неприятелем, да еще и защищенное при гипотетическом вторжении в Белоруссию непролазными, памятными еще с 1-й мировой Пинскими, Волынскими и Мозырскими болотами.
     Тогда как Берлин – сердце Третьего Рейха – вот он, на магистральной линии, обеспеченной ближе чем с полпути так часто восхваляемыми Вами германскими автострадами, всего-то в семистах километрах!!! Воспетые Вами наши «скоростные танки» да на их-то дорогах дают-де до 100 км/час, и запас хода у них-де как раз эти 700 км. (Кенигсберг и вовсе в двухстах). «Даешь Берлин!» - в любой запланированный «День „M"»... Лев Троцкий в схожей ситуации (середина июля 1920 г.) бросает лозунг: «Тыл Красной Армии – впереди!» Т.е. в Германии. Михаил Тухачевский отдает приказ: «...принесем трудящемуся человечеству счастье и мир. Вперед, на Запад! На Варшаву! На Берлин!»...
     И впрямь, перед огромным Советским Союзом почти вся незначительная (в сравнении) территория Рейха (даже не кролик - мышь перед удавом), тогда как Гитлер может рассчитывать лишь на узкий проход (обеспеченный единственной магистралью на Минск и Смоленск), которым однажды уже ходил Наполеон...
     Но тут Сталин почему-то мельтешит, суетится - затевает авантюру в Прибалтике: приобретает территорию с населением еще только что вполне нейтральным, но сразу ожесточившимся против Советов и встретивших затем Гитлера как освободителя. В 41-м войска Рейха прошли до Риги в считанные дни, до Таллинна и Нарвы – в считанные недели. «Славный город Ленина» из тылового вмиг стал прифронтовым.
     Прибалты составили вскоре отборные части СС. Тогда как во Львове формируется свои карательные части – «СС-Галичина»...
     Двинуть бы на Берлин, но - Сталин затевает вдруг уже упоминавшуюся здесь финскую авантюру. Прихвачена сотня километров – но нейтральная дотоле демократическая Финляндия тут же для своей безопасности вынуждена (с огромной неохотой!) пригласить из-за моря немецкие войска. И в перспективе уже не только блокадный вымирающий Ленинград, но и вся полуторатысячекилометровая железнодорожная магистраль к незамерзающему порту Мурманск под прямым ударом в считанных километрах от фронта и даже перерезана на отрезке от Лодейного Поля до Петрозаводска...
     Фюрер знал, что делал, давая согласие на советскую оккупацию Бессарабии. В ответ на действия агрессора (и территориальные претензии Венгрии и Болгарии, почуявших слабость Румынии) народное возмущение смело правительство Титулеску, союзника западных демократий, сторонника системы коллективной безопасности вместе с СССР. К власти пришла «железная гвардия» генерала Антонеску, тут же призвавшего немцев для реорганизации румынской армии и охраны нефтяных скважин. Вот и нефть непосредственно в руках Гитлера! Тогда как еще только что далекая и абсолютно тыловая Одесса в перспективе прифронтовой город (окруженный уже в августе 41-го)...
     Традиционно прорусская Болгария становится союзницей Гитлера, Венгрия, обеспокоенная судьбой анклава, которую Советы упорно называют Закарпатской Украиной, окончательно связывает свою судьбу с Рейхом...
     К чему бы так мелочиться, хапая куски, теряя при этом разом все козыри в глазах западных демократий (и компартий этих стран), получая вместо союзников и нейтралов лютых врагов по всей своей западной границе от Одессы до Мурманска (почти 4 тысячи километров!)? 29 апреля 41-го Геббельс записал в своем личном дневнике: «Россия держится очень смирно, чувствуя себя окруженной».
     Боже, как издеваетесь Вы, Владимир Богданович, над глупым министром Рейха! Вы обращаетесь прямо к «министру обороны России», аппелируя почему-то при этом к какой-то «Марь Иванне», чтобы она подтвердила: Россию-де (до Чукотки?) окружить невозможно («Да кому же это под силу?»), - и тут уже, право, стыдно за Вас. Ну, не школьный же глобус надо видеть перед собой, рассуждая о столь серьезных вещах!
    
     * * *
    
     Вождь изготовился, но фюрер опередил. И Вы подконец одной из своих книг сравниваете Сталина в июне 41-го с русским мужичишкой, пригорюнившимся на пепелище... Прямо как в анекдоте, где со шлюхой выделывают черт те что, «но тут явился Жан и все опошлил». Опережающий натиск противника, действительно, штука скверная. Но отнюдь не фатальная. Тем паче при собственной огромной, да что там – необъятной стратегической глубине. Приведу пример другой страны, не размахнувшейся на полглобуса, а отмеченной на нем чуть ли не точкой...
     В Судный день 6 октября 1973 г. семидесятитысячный египетский авангард внезапно форсировал Суэцкий канал, напрочь смял незначительную (ввиду праздника и солдатских отпусков) израильскую оборону на восточном берегу и захватил укрепленную «линию Бар-Лева». Президент Садат и его генералы проявили редкое мастерство. Был развеян миф об уникальном уме и проницательности евреев. О всеведении Моссада, израильской разведки. Даже среди лидеров т.н. избранного народа процент дураков оказался примерно таким же, как и у прочих. Какой урок для нас, евреев, на все времена!
     Удар был настолько сокрушительным, что и о бегстве израильских солдат не могло быть речи. Отдельные форты, даже роты на открытой местности, оборонялись в полном окружении. Поднятые впопыхах самолеты Израиля были встречены форсированным заградительным огнем советских ракет. Потери были огромны.
     В тот же день 6 октября на севере Израиля пошли на прорыв сирийские танки. Сирийский воздушный десант вмиг захватил позиции на горе Хермон – великолепный пункт для наблюдения за полем сражения вплоть до Средиземного моря. Брошенные с маху в бой израильские танки уничтожались превосходящими силами противника...
     Превосходящими – мягко сказано. Всего в египетской армии, воодушевленной победоносным вторжением, было до 800 тысяч личного состава, 2200 танков, 2300 артиллерийских орудий, 150 противовоздушных ракетных установок и 550 самолетов, контролировавших первую линию обороны. Все это новейшее советское вооружение.
     Состав и вооружение сирийской армии были лишь вдвое меньшими. Танки (предмет особой Вашей заботы) – образца Т-55 и Т-62, несущие 115-мм орудия. У израильтян почти вдесятеро меньше танков (отнюдь не новые уже тогда американские М-60 и британские «Центурионы»).
     В вышедшей не столь давно книге «Гриф „секретно" снят» можно прочесть и о прямом участии советских военных – летчиков, танкистов, ракетчиков – в боевых действиях. Разумеется, на стороне арабов. Вспоминают участники сражений, сокрушаются о гибели земляков в чуждых им горах и песках...
     Положение крохотной страны было отчаянным, но - не безнадежным. Долго можно было бы рассказывать о боевых действиях, доныне изучаемых в генеральных штабах мира. Вот их завершение на южном фронте. Израильские танки прорвались на узком стыке Второй и Третьей вражеских армий. Для египетского командования это было поначалу эффектным зрелищем: противник по собственной инициативе устремился, казалось, в глубокий мешок. Анвар Садат назвал это «операцией для телекамер», задуманной врагом просто для укрепления духа своих войск. Вот только горловину этого мешка все никак не удавалось перехватить намертво. Тогда как подошедшие к Суэцкому каналу израильтяне, наладив переправу, уже вышли на африканский берег и сами отрезали египтян, воевавших на восточном берегу, от источников снабжения и от пресноводного канала, параллельного Суэцкому в трех километрах западнее...
     Тогда как на северном фронте, в кровопролитных боях сломив сопротивление сирийцев, израильские войска уже шли на Дамаск... И только «самая решительная позиция Советского Союза» (истерики в ООН, угрозы применить ядерное оружие) остановила израильский натиск. (Содействие в этом неприглядном деле госсекретаря Соединенных Штатов Генри Киссинджера трудно переоценить).
     В октябрьские дни 1973 г. Израиль понес больше жертв, чем на всех трех фронтах войны за шесть лет до того и почти столько же, сколько в войне за независимость в 1948-49 годах. Но – опять победил, потому что, как и в войне России против Гитлера, выбора не было. Франция могла пасть, Россия – нет. Судьба, уготованная ей, была прописана черным по белому в cамой зловещей книге столетия – в «Mein Kampf» (слова, приведенные ниже, ввиду из значимости сам Гитлер выделил курсивом).
     «...Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены.
     Сама судьба указует нам перстом... Это гигантское восточное государство неизбежно обречено на гибель. К этому созрели уже все предпосылки... Судьба предназначила нам быть свидетелем такой катастрофы, которая лучше, чем что бы то ни было, подтвердит безусловно правильность нашей расовой теории» (гл. XIV. Восточная ориентация или Восточная политика).
     Народ, поставленный перед перспективой гибели, обязан победить.
     Так стыкуются ли умозрительные версии (и Ваша, в частности) с поразительными сюжетами, предлагаемыми самой жизнью?..
    
     * * *
    
    
     Но не расстраивайтесь, Владимир Богданович! Это же благое дело - утвердить в российских умах понимание того, что Сталин, как и Гитлер, желал и спровоцировал кровопролитнейшую из всех войн. «Сам Аллах не может изменить прошлого». А вот диктаторам это удается. Их психикой (обычно патологической) мечены целые эпохи, миллионы и миллионы судеб. В этом я пытался разобраться, когда лет двадцать назад писал свою книгу «Роль глупости в мировой истории». Рукопись, по которой изрядно прогулялось советское издательство («Московский рабочий»), вышла в 1991 г. мизерным тиражом под нейтральным заглавием: «В поисках здравого смысла». Уже там я подчеркивал шакалью повадку Сталина (упрощаю здесь для краткости), тогда как Вы настаиваете, скажем так, - на волчьей. Если бы Сталин собирался напасть на Германию, его предвоенные геополитические решения были бы совершенно иные, - об этом задолго до Вашей «версии» в указанной книге на страницах 169-173.
     Я смог вернуться к «тандему Сталин-Гитлер» в другой своей книге «Историософия. Мировая история как эксперимент и загадка» (М. «Прометей», 1993), посвященной, в целом, другим проблемам. Тогда как из Ваших уст вопрос этот, как и должно, обрел поистине публичное звучание.
     Но idee fixe обладает необычайной властью над своим носителем. Вы не учли (такое сплошь да рядом) что для пророка, быть может, важнее всего – смолкнуть вовремя. «Служенье истине не терпит суеты», скажем так.
     Вы открыли для себя самый простой способ производства сенсаций. Там, где принято считать ДА, непременно заявите НЕТ. И наоборот. «Почему Советский Союз ПРОИГРАЛ Вторую мировую войну». Таков подзаголовок книги «Последняя республика» с выделением ключевого слова. «Кто проиграл войну в Финляндии?» – название одной из ее глав. Так кто же? Сталин, втихую разогнавший им же созданное «правительство» Куусинена? Финский маршал Маннергейм, принужденный к компромиссу?.. Дудки! «Войну в Финляндии проиграл Гитлер» (стр. 224)! Такие вот затейливые парадоксы.
     Для подтверждении подбираются удобные факты. Неудобные тут же отбрасываются. Вы противоречите порой самому себе в пределах все той же книги. Выберу пример понагляднее. Надо, чтобы гордые британцы заискивали, едва ли не ползали перед всемогущим Сталиным – выстраивается несколько глав с общим выводом прописными буквами: «В 1941 ГОДУ БРИТАНИЯ БЫЛА НА ГРАНИ ПОРАЖЕНИЯ» (с. 166).
     Надо, чтобы тогда же те же британцы били чванливых немцев, - пожалуйста: «Королевские военно-воздушные силы отбили германское наступление в ходе «Битвы за Британию», и сами начали бомбардировку германских городов» - и Вы повествуете о том, как Молотов с Риббентропом ведут переговоры в берлинском бомбоубежище... «В ночь с 9 на 10 апреля 1941 года британская бомбардировочная авиация нанесла массированный удар по Берлину»... «В июне 1941 г. потеря господства на море для Германии обозначилась весьма четко»... И т.д. (с. 159-161).
     Так была или не была «Британия на грани поражения»? Вы-то сами в этом разобрались?
     Ваша неразборчивость, удручающие ерничество и разухабистость стиля («стиль – это человек!») бросаются в глаза. Себя Вы кокетливо величаете «врагом всего прогрессивного человечества» (с. 468), о своем критике: «какой-то мерзавец» (с. 474)... Нельзя представить, чтобы эти качества личности не сказались на отношении к фактам.
     Отчего же такой успех, тиражи, известность? Да оттого, что Версия как говорится и вашим и нашим. Присяжным патриотам вкупе с коммунистами лестно: были когда-то и мы рысаками; завзятым отечественным либералам чудятся разоблачения тирана и деспота, готового в свое время сокрушить Запад, их, так сказать, духовную отчизну...
     Ну а либералам на Западе (сегодняшним их потомкам), которые в известные годы по замечанию Андре Мальро «ожесточенно боролись со своим желанием бороться с нацистами», всё это попросту бальзам на душу.
     О немцах с их памятью о прошлом и говорить не приходится. «Пора отряхнуться от вины» – таков актуальнейший лозунг.
     Я, как видите, намеренно не касаюсь проблематики еще одной Вашей книги («Очищение») – восхваления Сталина за то, что он «очистил» (!) командный (и не только) состав армии и разведки накануне войны. Не касаюсь очередной – о Маршале Г.К. Жукове. Цинизм с очевидным намерением провоцировать скандал не заслуживает серьезной критики.
     Засим кланяюсь.
     М. Тартаковский.
    
     P.S. Написал – и вспомнил: у Вас, как сами пишете, уже после выхода первой книги было «три кубометра почты». Дальше – больше, опять же «в кубометрах». Что для Вас еще одно письмо?.. Поэтому я и обозначил: ОТКРЫТОЕ. Пишут автору обычно согласные с ним. Несогласие требует умственных усилий, серьезной контраргументации. Случай позволил мне приглядеться к упомянутому выше самому эрудированному, надо думать, поклоннику и уже как бы соавтору Вашей версии. Помнится, в одной из давних предновогодних передач НТВ «О, счастливчик!» т.н. телезвезды проявляли эрудицию, отвечая на вопросы своего коллеги Дмитрия Диброва. Не слишком напрягались, выбирали из представленных четырех вариантов правильный ответ, оцененный в денежных купюрах. Евг. Киселеву досталось: какой из американских президентов принял закон об отмене рабства? На табло возникли 4 знаменитых фамилии: Вашингтон, Линкольн, Грант, Вильсон. Евг. Киселев напрягся. Перечитал фамилии. Почесал за ухом. Потрогал кончик носа... Наконец, обратился за поддержкой, предусмотренной правилами телевикторины, к публике...
     Поверите ли? – даже оторопь взяла. И это - корифей (как писали тогда) нашей политической тележурналистики?.. И это он в своей передаче по Вашей «версии» (выше я упоминал о ней), возникая собственной персоной то в Лондоне, то в Париже, Берлине, Вашингтоне, в прочих столицах, авторитетно водил нас «по лабиринтам мировой политики»? И это он ныне возглавляет редакцию популярного либерального еженедельника?.. Увы и увы, господа российские либералы!
     Вспомнилось еще, как однажды, сойдя с поезда в Москве на Белорусском вокзале, я сел в такси и попросил отвезти в Сокольники. «А где это?» – поинтересовался таксист. Я взглянул на него, увидел, что не шутит, извинился, вышел из машины и побрел с чемоданами в метро.

    
     Цит. здесь:
     Речь Черчилля 22 июня 1941 г. – Уинстон Черчилль. Вторая мировая война. Книга V, гл. 20 «Советская Немезида» (Нью-Йорк, изд-во им. Чехова, 1955 г., стр. 406-407).
     Виктор Суворов, «Ледокол. День „M"» (М. АСТ, 1997, повторное издание), стр. 561, 365, 30, 31-2, 164, 337;
     указанный автор – «Очищение» (М. АСТ, 1998, повторное издание), стр. 467-8, 412;
     указанный автор – «Последняя республика» (М. АСТ, 1995), стр. (кроме указанных непосредственно в тексте) 203, 322.
     Письмо Черчилля от 8 декабря 1940 г. цит. по – К. Типпельскирх «История второй мировой войны» (М. 1956), стр. 123.



   



    
___Реклама___