Bolotnikov1
©"Заметки по еврейской истории"
Ноябрь  2005 года

 

Виктор Болотников


Стоит ли так скорбеть?



     В последние месяцы во многих газетах и журналах опубликованы статьи, посвящённые одной теме: изменение порядка приёма еврейских эмигрантов в Германию. Особенно активно печатались статьи профессора Павла Поляна (1). Важность поднятой темы подчеркнута и тем, что его статья заняла целый разворот в "Еврейской газете". Статьи почти всех авторов обильно орошают газетные и журнальные страницы слезами скорби о дальнейшей судьбе еврейской иммиграции. Этот "бурный поток" заставил меня взяться за перо и изложить взгляд на эту проблему рядового еврея. Рискуя вызвать неудовольствие значительной части иммигрантов, необходимо сказать и о тех проблемах, которые стыдливо замалчиваются или излишней политкорректностью выхолащиваются.

     Начну с утверждения многих авторов, что эмиграционный потенциал постсоветского еврейства близок к исчерпанию: "Но при этом забывают другое: эмиграционный потенциал постсоветского еврейства и без того близок к исчерпанию, налицо фаза естественного затухания еврейской эмиграции из бывшего СССР в целом, безотносительно к стране исхода. В 2010-е годы от широкой реки начала 1990-х останется всего лишь узенький ручеек". (2) Очень точно подмечено: совсем пересыхает ручеёк еврейской эмиграции!
     Маленькая задачка: в 2003 году въехало в Германию 19 тысяч еврейских эмигрантов из стран СНГ (включая прибалтийские государства), а в этом готовится приехать 27 тысяч (без прибалтов) (2). Вопрос: на сколько каждый год сокращается еврейская эмиграция?
     Не знаю, основываются утверждения о сокращении еврейской эмиграции на статье И.Зайдмана (3), который считает, что евреев в СНГ осталось всего 400 тысяч, так как из 2,1 миллиона евреев СССР 1 миллион 700 тысяч уже эмигрировали, или эти авторы просто единомышленники "по жизни". Кстати, главный раввин России Берл Лазар считает, что только в России проживает не 230 тысяч евреев (согласно переписи), а по меньшей мере 1 миллион 500 тысяч. Ибо только активистов в еврейских общинах (выделено мной - В.Б.) около 300 тысяч(!). А есть ещё одиннадцать других стран СНГ. Так что не скоро это море будет вычерпано до дна. Евреи вообще парадоксальный народ: чем больше их уезжает, тем больше остаётся. А может всё дело в арифметике?

     Вот ещё задачка: приехал в Германию еврей со второй женой (нееврейкой) и её двумя детьми от её первого брака (с неевреем), а также его первая жена (нееврейка) с их общим ребёнком. Вопрос: сколько евреев эмигрировало из СНГ и сколько евреев пополнили общину Германии?
     Для продвинутых в математике вопросы можно несколько усложнить: сколько евреев приехало в Германию, и сколько считаются евреями?
     Если кто-нибудь думает, что условия задачки нереальны или чрезвычайно редки, то это глубокое заблуждение. Вот и по статистике О.Шили в Германию прибыло 200 тыс. иммигрантов-евреев, а у П.Шпигеля общины пополнились только восьмьюдесятью тысячами членов. И совсем не потому, что евреи не спешат стать членами общины.
     Условия задачки являются камнем преткновения для многих пишущих о еврейской иммиграции. Десять лет в русскоязычной прессе Германии не прекращается полемика: чем вызвано решение принимать в Германию еврейских иммигрантов из СНГ? Какова цель этого приёма? Почему речь идёт только о евреях СНГ? Почему разнятся права еврейских иммигрантов и немцев - поздних переселенцев, которые тоже приезжают из стран бывшего СССР? Ответы предлагались разные: попытка избавиться от чувства вины за Холокост, поддержание имиджа демократической и мультикультурной страны, пополнение общин, желание возродить еврейскую жизнь и многие другие. Споров не вызывало только то, что все понимали, но вслух старались произносить пореже: это приём этнических иммигрантов. Для приёма немецких переселенцев были разработаны свои условия приёма, а для евреев - свои. Точнее, применены нацистские критерии принадлежности к еврейству. Изменить критерии в тот момент было невозможно из-за естественного вопроса: почему уничтожали по этим критериям, а спасать от советских антисемитов нужно по другим? Пятнадцать лет приёма иммигрантов показали несостоятельность таких условий приёма.

     Но всё по порядку. Никто из авторов, пишущих на еврейские темы, не ставил под сомнение право немцев самим определять критерии принадлежности к своему народу, а вот принадлежность к еврейству каждый норовил определить сам. И жутко возмущался, если не все с ним соглашались. Например, так: "... тем самым мракобесные идеи о приеме только галахических евреев, запущенные в обсуждение ЦСЕГ некоторое время тому назад, в чистом виде не прошли. Дверь перед ними закрылась (4)".
     Выражение мракобес - реакционер, враг прогресса, культуры(5), по их мнению, точно характеризует деятелей ЦСЕГ и его руководителя П.Шпигеля, озвучившего эту идею. Одна только беда: все критики этой идеи встречные предложения не выдвигают. Позиция как в мультике: "А баба Яга - против!". К чему бы это? Может, не хотят афишировать, что им близки плодотворные идеи "прогрессивных" нюренбергских деятелей немецкого народа прошлого века, сформулировавших подробно критерии принадлежности к еврейскому народу. Особенно одного из этой шайки, чья формула, надо полагать, до сих пор вызывает восторг наших "прогрессистов" и применяется ими сегодня: "В моём штабе я сам решаю кто еврей!"(6).
     Умерить бы восторги по поводу того, что не прошло предложение П.Шпигеля о приеме эмигрантов, руководствуясь законами Галахи. Ясно, что приём эмигрантов общинами и есть приём по этим законам. Разумеется, либеральные общины могут принимать и евреев по отцу. Но их всего 14 против 86 считающихся ортодоксальными общин. Да и Галаха - единственный закон принадлежности к еврейскому народу, нигде не отменённый.

     Необходимо обратить внимание на одно обстоятельство: как бы не обижались немецкие переселенцы на правительство, оставившее "за бортом" многих этнических немцев, разорвавших некоторые семьи (когда одного из родных братьев или сестер не пускают в Германию из-за незнания в достаточной мере языка или других причин), они не позволяют себе называть его решения мракобесными. И не ставят под сомнение право народа определять принадлежность к нему. Подобные высказывания неприемлемы потому, что, во-первых, ЦСЕГ является представителем еврейской общины Германии. А, во-вторых, есть и такое мнение(7): "Невозможно не сказать об оживлённой дискуссии развернувшейся на страницах русско-еврейских газет сейчас. Связана она с предложением председателя еврейской общины Германии П.Шпигеля ограничить приём евреев из бывшего СССР, поставив заслон в виде законов Галахи. Немецкие средства массовой информации, как еврейские, так и другие спокойно отнеслись к предложению и больше обсуждали мотивы. А мотивы заключались вовсе не в том, чтобы сократить приём евреев, а в том, чтобы еврейская община Германии не несла ответственности за людей, выдающих себя таковыми, и не занималась бы полугодовалой проверкой документов прибывших беженцев. П.Шпигель вовсе не против того, чтобы принимать беженцев, он лишь против того, чтобы их отождествляли с евреями, и он говорит о том, что лишь очень небольшая часть прибывших становится на учёт в еврейскую общину, принимает участие в жизни общины, посещает синагогу и так далее и тому подобное. Проблема, которую поднимает П.Шпигель, сложна. Он хочет создать не столько религиозную общину, сколько еврейство наполненное сутью, культурой, еврейство европейское, которое бы являлось силой и в политическом и в экономическом смысле этого слова. А не группой "социальщиков", скрывающих свои тайные доходы и использующих еврейского дедушку как средство передвижения".

     В связи с этим обратимся к, если так можно выразиться, "качеству" еврейской эмиграции. Судя по тому, что руководство Германии вело переговоры о дальнейшей еврейской иммиграции с представителями еврейской общины, задача пополнения общин и возрождения еврейской жизни на повестке дня стояла. Но, если руководствоваться Нюрнбергскими законами, эта задача невыполнима. Ибо при их применении безразличны вопросы: составляют ли этнические евреи (уточняю: имеющие обоих родителей-евреев) среди желающих попасть в Германию хотя бы пятьдесят процентов? Какой процент евреев "по бабушке или дедушке" составляют среди молодёжи до двадцати лет? А также вопрос: сколько евреев приедет со вторыми-третьими нееврейскими жёнами и количество детишек, которых эти жёны привезут от своих браков с неевреями (среди евреек эта цифра на 1-2 порядка ниже). Недаром шутят: еврей не национальность, а средство передвижения.
     Для сведения: в нашем городе проживает более тысячи иммигрантов "по еврейской линии", и почти такое же число разъехалось по другим городам. Достаточно репрезентативное количество для вывода: во-первых, значительный процент "еврейской иммиграции" составляют люди, к еврейству имеющие, мягко говоря, весьма отдалённое отношение, а, во-вторых, не менее значительный процент даже имеющих еврейское происхождение иммигрантов вовсе не стремится сохранить связь с еврейством.

     Ещё не так давно на газетных страницах описывались страдания деда, который не может приехать в Германию из-за того, что сюда не пускают его внуков. Пишущие возмущались проявленной несправедливостью к внукам. Но в их защиту был единственный аргумент: дед в своё время хорошо преподавал математику в школе. И ни слова об их отношении к еврейству.
     Прошу правильно понять: всё это не к тому, чтобы запретить иммиграцию русских, татар, украинцев, а так же китайцев с индийцами. Б-же упаси! Пусть едут, но еврейская иммиграция должна состоять из евреев, а не из русских, украинцев или китайцев вместо и под видом евреев. Чтобы как в анекдоте об отделе кадров: "Если уж брать Рабиновича, то он должен быть евреем!"
     Есть и ещё один аспект. В этом году родился у русскоговорящих членов еврейской общины ребёнок, за то же время ушли в мир иной пять членов общины. Вопрос: через какое время община вернётся к численности, которая была до приезда "русских" евреев, если они составляют сейчас 75 - 80% членов общины?

     Приехавшие с немцами представители других наций волей-неволей ассимилируются: изучат язык, воспримут немецкую культуру, а религия для принадлежности к национальной общности у немцев существенного значения не имеет. Тем более это относится к тем, кто имеет кого-нибудь из родителей-немцев. Ярким примером могут служить волны иммиграции после Гражданской и Второй мировой войн. Если бы не подпитка немецкими иммигрантами из СССР, эмиграцией значительного числа диссидентов в восьмидесятые - начале девяностых годов, а также еврейских иммигрантов, от русской иммиграции осталось бы одно воспоминание. У евреев иначе. Дети, у которых только один из родителей - еврей, имеют возможность выбора национальности. Должен заметить, что еврейство "по отцу" или "по матери" при выборе национальности, на мой взгляд, для иммигрантов из СНГ большого значения не имеет. Значение имеет только отношение человека к еврейству. Но уже в этом случае значительная часть делает свой выбор не в пользу еврейства. Что касается евреев "по бабушке или дедушке", то тут ситуация однозначная. Подавляющее число внуков выбирает нееврейскую национальность. То, что внуки евреев считают себя принадлежащими к другому народу вполне закономерно. До восьмидесяти процентов родственников - неевреи, отношение к евреям - в лучшем случае нейтральное, в школе о еврействе - ни слова. Более того, представители третьего поколения, зачастую, имеют крещёных родителей и сами крещены. Должен заметить, что испокон веку еврей ассоциируется с иудаизмом, а русский - с православием. Может ли считать себя евреем ребёнок, отвечающий такой совокупности условий: хотя бы один из родителей - русский или украинец православного вероисповедания и сам он крёщён в детстве? А таких детей - пруд пруди.

     Кстати, на этом фоне особенно уродливо выглядят кривляния наших "борцов с религиозным мракобесием". Примечательно то, что в средствах массовой информации, ориентирующихся на "русских" немцев нет и намёка на необходимость отказа от религии. А вот в "Еврейской газете", а также в статьях на еврейские темы в других газетах, тема отказа от иудаизма проходит красной нитью через многие публикации. Активность здесь проявляют евреи. Причём авторы, для доказательства несостоятельности и вредности иудаизма, идут даже на то, что перевирают законы иудаизма и выдумывают бессмысленные запреты. Для них не имеет значения, что религия победно шествует по просторам России и деятели, ещё недавно предававшие её анафеме, сегодня, неумело крестясь, выстаивают церковные службы, а на главных телевизионных каналах идут православные религиозные передачи. Подобная избирательность создаёт впечатление что христианство - свет в окошке, а иудаизм и еврейство - прямая дорога в гетто. Наибольшее число сторонников у борцов с религиозным засильем среди тех, кто не только далёки от еврейства, но и хотели бы вовсе от него уйти.

     Именно для них актуально предложение создать "союз меча и орала" из желающих эмигрировать в Германию, представители которого будут диктовать ей условия приёма. Или, на худой конец, создание еврейского "землячества выходцев из СНГ" с той же целью. Эта "светлая" мысль носится в воздухе уже лет десять, каждый раз меняя цели создания организации на потребу момента: то борьба за изменение статуса, то - за пенсии, то - просто за возможность посидеть за одним столом с сильными мира сего. Постоянным остаётся одно: заменить ретроградов ЦСЕГ на нас, любимых. Одна беда: большинство тех, за чьи интересы предстоит бороться, состоят членами общин и существующее положение дел их, в основном, устраивает. Кстати, все или почти все вопросы, волновавшие иммигрантов последние десять лет, разрешаются к вящему их удовольствию. Недовольные же, конечно, всегда есть и будут. Вот и вносится предложение:
     "В отсутствие организаций представителями иммигрантов могли бы выступить разве что еврейские активисты-самовыдвиженцы из отдельных общин, интеграционных и культурных центров и клубов для русскоговорящих, органов СМИ (таких, как "Еврейская газета", "Русская Германия", "Партнер" и радио "Мульти-культи"). При этом должны быть представлены еврейские иммигранты как ассоциированные с еврейскими общинами, так и не ассоциированные с ними (статистически последних в Германии уже большинство, но именно они в социологическом плане являются совершенной terra incognita)".(4)

     Только неассоциированные с общинами terra incognita не в социологическом, а в этническом плане. Не грех бы сначала выяснить: а сколько же евреев в этом большинстве? Правда, заинтересованных в этом выяснении не найти. Ибо тогда оппонентам ЦСЕГ уже не удастся спекулировать тем, что большинство евреев не ассоциированы с общинами. И ещё одно не понятно: почему необходимо самовыдвигаться, если существует Берлинский Союз еврейской культуры - мечта наших секулярных евреев и куда приём не по Галахе. Надо полагать БСЕК уже процентов на девяносто состоит из русскоязычных иммигрантов и руководится ими. А вот если нет, то совершенно естественно возникают два вопроса: во-первых, почему этого не произошло и, во-вторых, почему за пятнадцать лет не создано ничего похожего, а вот множество русских обществ расплодилось как мух на мусорной куче?
     Может, всё дело в том, что в них можно обсудить достоинства или недостатки исполнительского мастерства Л.Зыкиной в незабвенных "Валенках" или Газманова в "Сделано в СССР", можно самим спеть "Россия - родина моя". Или же обсудить шансы "Спартака" и "Динамо" в российском первенстве. Вот только ознакомиться с историей, культурой, языком еврейского народа там вряд ли удастся, как и во многих других культурных и интеграционных центрах. Не говоря уже о том, что и желающих получить эту информацию там не густо. Шибко ли заинтересованы члены подобных обществ именно в еврейской иммиграции? Так кого же будут представлять активисты-самовыдвиженцы: иванов, не помнящих родства? Да и подбор: "Русская Германия", "Партнёр" - очень национально озабоченные издания. Что в них еврейского: изредка печатающиеся статьи "на еврейские темы"? А уж "Мульти-культи" говорит само за себя. Надо полагать, процент евреев среди сотрудничающих с этими средствами массовой информации, значительно выше, чем по стране в целом. Но имеет ли это такое уж большое значение? Будут ли они блюсти еврейские национальные интересы - это суть важно. Торквемада (9), говорят, тоже из наших, да и многие выкресты во все века "способствовали" росту еврейства и соблюдению еврейских национальных интересов. Не говоря уже о евреях-коммунистах, приложивших грандиозные усилия для истребления, как еврейского духа, так и самих евреев. Их, кстати, тоже никто не избирал. Это одному из них сказал раввин: "Революцию делают Троцкие, а отвечать приходится Бронштейнам". Не повторится ли история?

     В небольших городах получить основные знания о еврейском народе и его культуре возможно только в общине, которые местные евреи создали и сохранили. Они осознают себя евреями, связаны с еврейством Израиля и Европы, национальные проблемы для них не умозрительны. А вот для иммигрантов опыт построения общин и национальные проблемы - нечто второстепенное. Пользуясь индифферентностью их к национальным проблемам, некоторые бойкие иммигранты пытаются вбить клин между местными евреями и иммигрантами. И рождаются перлы: "Более того, между ЦСЕГ и выходцами из бывшего СССР долгие годы зрел острый конфликт, вышедший наружу во время руководств Пауля Шпигеля, что делает их ("русских" евреев - В.Б.) недостаточное представительство в ЦСЕГ ещё более заметным и знаковым (3).
     Идентификационный конфликт начался с того дня, когда приехали первые иммигранты, не знакомые с реалиями еврейской жизни, оторванные от своих корней, не знакомые с проблемами еврейства Германии, но желающие повернуть жизнь общин в знакомое русло советских общественных организаций, и с мечтами о получении каких-либо преференций ничем при этом себя не связывая. Причём известно, каких евреев хотели принимать руководители ЦСЕГ, хотя их желание видеть поголовно религиозных ортодоксов преувеличивается "русской" прессой. Отнюдь не все местные евреи днюют и ночуют в синагогах и вовсе не требуют этого от вновь прибывших. А вот что хотят иммигранты и какими они видят организации, призванные заменить общины - сие до сих пор тайна велика есть. За десяток лет существования русскоязычной еврейской прессы никто не удосужился объяснить, в чём национальные, подчеркиваю - национальные, интересы иммигрантов расходятся с интересами местных евреев.

     И конфликт наружу вышел не при руководстве Пауля Шпигеля. Просто сейчас некоторые бойкие иммигранты, поняв, что притока электората более не предвидится, опять "гонят волну". Но правильно подмечают: "Пытаясь успокоить и без того спокойную еврейскую общественность..." (4) Действительно, никто не бегает по улицам, не рвёт на себе волосы с криками: "Гвалт, идн!(8) Все на борьбу за иммиграцию! Долой ЦСЕГ!" Собственно говоря, почему иммигранты должны быть более заинтересованной стороной, чем местные евреи, эту самую иммиграцию инициировавшие?
     Ответ на этот вопрос могут дать следующие цитаты: "Все или почти все критерии сформулированы так, чтобы до минимума свести число тех, кого будут принимать по старому регламенту, и до максимума - тех, кого не будут принимать по новому. Вместе с тем слабая объективируемость критериев создает хорошие предпосылки для произвола, коррупции и конфликтов."
     "Поскольку "заинтересованными сторонами", по всей видимости, станут те, кто вырабатывал нынешний "компромисс", русскоязычному еврейству придётся немало побороться за право делегировать в эту комиссию (комиссия, наблюдающая за установленной процедурой приёма - В.Б.) своих представителей. Но сделать это совершенно необходимо". (4)

     Вот тут уже теплее. Разумеется, местные евреи не могут без произвола и коррупции - воспитание не то. Ясно, что вопрос приёма еврейских эмигрантов им доверять нельзя и русскоязычные евреи должны взять это дело в свои руки. Только они, ассимилированные евреи, свободные от того, что они считают религиозными и национальными предрассудками, развращённые коррумпированным режимом, воспитанные на беззаконии, могут обеспечить интересы еврейской иммиграции. Из-за отсутствии у русскоязычной иммиграции организаций придётся призвать "варягов", т.е. активистов-самовыдвиженцев. Перед кем будут нести ответственность эти активисты? Чьи интересы будут представлять и защищать? Желающих попасть в Германию?
     Скорее всего, их лозунгом станет: "Давай, давай!" Ведь чем больше приедет русскоязычных, не имеющих отношения к еврейству и не желающих его иметь, - тем лучше. Электоральная база резко расширится. Одновременно появится возможность поспешествовать тем желающим иммигрировать, чьи права на въезд весьма, мягко говоря, проблематичны (имеются в виду не только въезжающие по поддельным документам или по фиктивным бракам, а и вторые-третьи супруги евреев с детьми от браков с неевреями).

     Пример Израиля, где раскрыта неонацистская группировка из евреев "по дедушке и бабушке"(10), должен послужить предостережением для нас. Германия не Израиль, где репатрианты и их дети учат язык, воспринимают культуру, постигают азы религии; преобладающее еврейское окружение располагает к ассимиляции. Здесь "климат иной" и окружение тоже. Если ситуация не изменится, то вместо Касрилдорфа, которым некоторые пугают иммигрантов, получится какой-то Жлобинск-на-Дунае с пьянством, матерщиной и "любовью" к евреям.
     Этому поспешествуют и предложения: "Думается, что, наряду с полным членством в общинах, целесообразно вводить также и ассоциативное, создающее предпосылки для максимально возможной интеграции в общины и еврейство также и негалахических евреев (например, отказ им в праве избирать и быть избранным в правление общин мог бы сочетаться с их правом на ускоренное прохождение гиюра, на уплату добровольных взносов и пожертвований, на отсутствие дискриминации детей в культурных и образовательных программах общин). Статус ассоциативных членов и толерантность смогут привлечь в общины часть и секулярных евреев".

     Ассоциативное членство и ускоренное прохождение гиюра - сплошное словоблудие. Большая часть наших иммигрантов не интересуется своими еврейскими корнями, продолжая жить прошлым, прежними своими интересами, образом жизни, мышления, поведения. Поэтому концерты заезжих второсортных "чесальщиков" собирают полные залы, да местная самодеятельность скрашивает "трудовые будни" наших социальщиков. Разумеется, концерты и литературные встречи посещает гораздо больше людей, чем молитвы, а Маринину и Незнанского с Тополем читают больше, чем Севелу и Агнона. И, хотя никто не преграждает путь на мероприятия общины (как религиозные, так и светские) негалахическим и светским евреям, разумеется, интерес к ним меньше. Возможность же влияния секулярных евреев на решения общины быстро превратит их в подобие сельских клубов, вероятно, без пьянства и матерщины, но с хоровым пением "Подмосковных вечеров" и "Россия - родина моя", а ускоренный гиюр, дай только волю подателям этих предложений, сведётся к слегка изменённой, но привычной клятве: "Я, юный евреец, вступая в ряды общины, торжественно клянусь...".
     И напрасны восторги: "В правлениях общин всё больше выходцев из СНГ, проявляющих подчас совершенно неуместную, с точки зрения ЦСЕГ, степень самостоятельности" (2).
     Тем более что, судя по публикациям в прессе - никакой от этого пользы, одни шумные разборки в правлениях общин и стремление уменьшить влияние религии. За примерами далеко ходить не надо:
     Берлин - пытаются сменить ортодоксальный иудаизм то ли на консервативный, то ли на либеральный;
      Аугсбург - увольнение раввина из-за излишней религиозности (!);
      Штутгарт - увольнение раввина с последующими судебными разбирательствами.
   И всё это выплёскивается на страницы газет и в суды; в общинах - склоки, сопровождающиеся победными реляциями в газетах одной стороны и жалобными стенаниями проигравшей стороны.

     Исходя из вышеизложенного, особо скорбеть об изменении условий приёма еврейских иммигрантов не приходится. Давно необходимо было упорядочить приём именно в еврейских национальных интересах. Такое мнение имеет таки место быть у части русскоязычных иммигрантов и, буде самовыдвиженцы приступят к обсуждению с Бундесканцлером проблем еврейской иммиграции, должно быть учтено.

     Примечания

     1."Против кого дружим?" ["Еврейская газета" № 8 (36)], "Не в дверь, так в окно..." [журнал "Партнёр" № 8 (95)], "Не в дверь, так в окно..." [электронный журнал "Заметки по еврейской истории" № 8(57)-2005], "Kamingespräche sind kein "Runder Tisch" " ["Jüdische Zeitung" № 1, September 2005]
     2."Против кого дружим?" ["Еврейская газета" № 8 (36)]
     3."За державу (немецкую) обидно" И.Зайдман ["Еврейская Газета" №2(30)]
     4.Павел Полян "Не в дверь, так в окно..." [электронный журнал "Заметки по еврейской истории" № 8(57)-2005]
     5.С.И.Ожегов "Словарь русского языка" [М, "Русский язык", 1986, стр. 312]
     6.Широко известное выражение Г.Геринга; за дословность не ручаюсь, но по смыслу точно.
     7.Артур Фредекинд "Холокост и еврейская община Германии"
     8..Гвалт, идн! - Караул, евреи! (идиш)
     9.Торквемада - великий инквизитор, имевший еврейское происхождение, инициатор изгнания евреев из Испании в 1492 г.
     10.Роман Кушнер. "В Иерусалиме раскрыта неонацистская группировка" ["Еврейская Газета" №6(34)]


   


    
         
___Реклама___