От редакции. Статья
проф. Федина, поступившая в редакцию
недавно, была написана в 2000 году, но,
как показывают сегодняшние дискуссии, не
потеряла актуальности.
Два физика-теоретика сочли
необходимым написать в „ЛГ“ письмо во
славу атеизма. Они не согласны с А.Кураевым, полагающим, что истинных атеистов
(как и истинно верующих) не так уж много. „Нас, атеистов, не так уж мало“-
восклицают В.Л.Гинзбург и Е.Л.Фейнберг. В их письме встречаются здравые
замечания, что не удивительно: ценз авторов высок весьма. Удивляет другое...
как бы это поделикатнее сказать... несомненная прикосновенность, что ли, их
аргументации к университетским курсам основ марксизма-ленинизма середины
сороковых годов двадцатого века. Тогда полагалось верить предсказаниям скорой
победы „материализма“ над
„идеализмом“... Академикам не нравится мода на религиозность? Любая мода преходяща,
в этом они правы. Но ведь внедрялась мода и на атеизм, не так ли? Моды приходят
и уходят, а вера и сопутствующее ей неверие остаются. Только атеизм, полагают
Гинзбург и Фейнберг, способен победить лженауку? Сомнительно!
Борьба с лженаукой, конечно же,
необходима. Вред от мутных потоков всяческого шарлатанства и невежества,
низвергающихся на головы землян в конце двадцатого века,- вполне очевиден.
Нереальна, однако, надежда на великую и окончательную победу в этой борьбе.
Рациональная аргументация бессильна, если аудитория не хочет слушать или не в
состоянии уследить за всей совокупностью логических рассуждений. Верующих в
абсурд переубедить нельзя. А для недостаточно подготовленных приходится
популяризировать, искать художественные образы и аналогии, играть на чувствах
слушателей или читателей. Проповедовать... Стараться убедить, увлечь, заставить
поверить. Когда физики были в почете, а лирики в загоне, это, как правило,
удавалось. Иногда это удается и теперь, если доверие слушателей к науке на подорвано в корне усилиями нынешних
СМИ. Так или иначе, но вам либо верят,
либо не верят. Бернард Шоу ехидничал,
напоминая просветителям, что простому человеку Бог-творец навсегда останется
понятнее и ближе, чем сообщения умников об элементарных частицах, кварках и
суперструнах...
Если поскрести интеллектуальный лак
сотрудников РАН, то подавляющее большинство из них признается, что очень многое
в их научном оснащении было принято ими на веру. От невежественной аудитории
глоб и чумаков эти научники отличаются тем, что знают: наука (как высшая форма
общественного богатства, а вовсе не как учреждение, даже столь славное, как
РАН...) владеет методами, отсеивающими ложные учения. Среди таких лженаук -
„научный“ коммунизм, диалектический материализм, „мичуринская“ биология. Их
ложность была очевидна каждому студенту физфака уже в 1948 году. Но
предшественница РАН под давлением обстоятельств, т.е. выкрестившись в
большевистский антирелигиозный "атеизм", согласилась считать всю эту
белиберду истиной в конечной инстанции. А в университетах нашлась ведь
профессура, громившая теорию относительности и кибернетику, квантовую механику
и современную теорию химической связи. „Опыт введения ада в России“ (слова
Г.Федотова) - проявил себя и в этом растлении человеческого разума, в злодейски-систематическом
извращении объективного смысла научной работы. Нелегко будет восстановить в
России безусловный авторитет научного знания, добиться доверия к слову
ученого...
Академик Несмеянов (сначала
пожертвовавший постом Президента АН СССР ради престижа и достоинства научного
сообщества, а потом пожертвовавший своей Нобелевской премией из страха перед
партийной указкой) сравнивал интеллектуальные ресурсы ученого с горным
пейзажем: чем выше вершины, тем глубже и темнее пропасти рядом с ними... Иногда
эти теснины пусты, но зачастую в них гнездятся самые странные идеи и
представления. К великому конфузу науки, именно атеистические носители высшего
образования в наше неустоявшееся время зачастую оказываются пропагандистами
всякого шарлатанского вздора, изливаемого в бурный "информационный
поток".
Поэтому вряд ли плодотворна
дискуссия о проценте „истинно“ верующих в Бога или „истинных“ атеистов в той
или иной выборке. Не нам судить об этом. Люди, мягко говоря, несовершенны. Один
и тот же человек может молитвой достигать благодати, а в иной час - погрязнуть
в тяжких сомнениях. Атеист тоже не всегда пребывает в „чистом“ состоянии, от
грешного верующего его отличает то, что лишившись Бога, он не может не
сотворить себе кумира; он - язычник.
Согласимся поэтому с А.Кураевым: истинный атеизм невозможен; отрицая
Бога, атеист не освобождается от проблемы. Взорвав храмы и разогнав монастыри,
большевикам пришлось заменить религиозную медитацию митингами и партийными
собраниями, прославляющими обожествленного кесаря и империю, т.е. попытавшись
повернуть время на два тысячелетия вспять. Теперь мы можем судить, насколько
безуспешным оказалось их воинствующее безбожие.
Проблема
заключается в наличии человеческой души, в вечном поиске смысла человеческого
существования, в признании тех или иных ценностей, уважаемых людскими
сообществами. Трудно согласиться с академиками, когда они заявляют, будто
священные книги мировых религий - лишь художественные иносказания. Вроде Гарсиа
Маркеса... Да, Библия - самая читаемая книга мировой литературы. Но сводить её
значение лишь к этому - слишком даже для атеиста! Странно читать утверждение о
неотличимости библейских чудес от потуг нынешних ясновидцев, астрологов и т.п.
гипнотизеров. „В обоих случаях имеет место противоречие с наукой“ - заявляют
Гинзбург и Фейнберг. Но позвольте! Одно дело -„случаи“, „имевшие место“ две и
три тысячи лет назад, когда утверждался авторитет невидимого Бога-Творца, а об
экспериментальной и теоретической физике люди не получили бы никакого понятия,
даже если бы им тогда и позволили заглянуть в наши нынешние учебники, не говоря
уж о „Докладах Академии Наук“. И совсем иной пафос у нынешних „чудотворцев“:
они славят не Бога, а себя. Неужели не ясно, что подобные приравнивания в устах
физиков повышают статус нынешних шарлатанов? Вера в Бога вовсе не синонимична
ни бессмертию души, ни вере в чудеса, как это получилось в письме двух физиков.
„Новое знание никак не способно
укрепить веру в чудеса, веру в Бога“ - пишут Гинзбург и Фейнберг. Но ведь
дело-то вовсе не в этом, а в том, что и поколебать веру в Бога новое знание
„никак не способно“.
Реальность, воспринимаемая людьми,
порождена материальными процессами, но не исчерпывается их относительной
простотой. Существует психологическая "надстройка". Вера для подавляющего
большинства людей вовсе не означает "знание истины", она - "то,
что является основой человеческого существования". Такая вера непоколебима
даже при столкновении с очевидным противоречащим опытом. Очень хотелось бы,
чтобы рациональное мышление, наконец, стало необходимым элементом общественной
жизни. Увы, до этого пока очень далеко. Но бессмысленно
надеяться на безусловное
господство рационализма. Между размышлением и решением всегда вклинивается
элемент иррациональности, ибо мы никогда не располагаем исчерпывающей
совокупностью данных и действовать приходится, основываясь на недостаточном
знании. Решение кончает с размышлением, оно дополнительно к нему.
Достижения науки
двадцатого века грандиозны. Но давайте попытаемся честно ответить на простой
вопрос: возросли ли за прошедшие сто лет людские надежды на то, что
естественные науки способны разрешить все проблемы человечества? Или убыли?
Я сам - атеист. Так записано в
здешней анкете, ибо не принадлежу ни к одной из официально зарегистрированных в
Германии конфессий. В таком, бюрократическом, смысле Гинзбург с Фейнбергом
правы: нас не так уж мало. Но я решительно не согласен с уважаемыми авторами,
что наступят времена, когда „функции, которые в какой-то мере способна
осуществлять религия, перейдут к семье, школе, гражданственному сознанию и
искусству“. Не надо уподобляться Марксу с Энгельсом! Будущее скрыто от нас.
Давайте думать о насущном. Ведь все „дела человеков“ (см. Деяния!) обречены на
то, чтобы любые учреждения выполняли свои функции лишь „в какой-то мере“. Вот и
следует основательно потрудиться, чтобы эта мера по крайней мере не убывала. А
уж какая "мода" останется в веках, а какая окажется преходящей, - как
говорится, рассудит Бог...
Он же воздаст каждому по вере его
("Мне отмщение, и Аз воздам"). Разговор о том, верили ли в Бога
Эйнштейн и Павлов кажется мне бестактным. В основе занятий наукой лежит
истинная вера в то, что мир закономерен, а законы Природы неизменны и
познаваемы. Религиозная истина не противоречит истине научной. Верно и обратное
утверждение. Это я цитирую Вернера Гейзенберга - физика-теоретика, навсегда
вписавшего своё имя в историю науки.
Есть два вида Откровения, говорил
он. Одно - в Писании, его донесли до нас люди, а раз так - оно не свободно от
людских заблуждений. Книга Природы - непосредственное выражение выражение воли
Творца. Читать эту Книгу трудно, дано это не каждому; без
заблуждений и в
науке не обойтись, но наука способна их преодолевать.
Гейзенберг не полностью
солидаризировался с этой точкой зрения, но она была симпатична ему. К ней
следует добавить совет Эйнштейна о необходимости для исследователя относиться к
себе с юмором...
