Rumer1
"Заметки по еврейской истории", № 45 от 22 августа 2004 г.                                                 http://berkovich-zametki.com/Nomer45

Михаил Румер-Зараев

 

Вольнодумец и еретик



     Философия Спинозы: «наиболее величественная конструкция, которую создавал человеческий разум».

     Это отлучение, текст которого (см. Приложение) так выпукло и образно показывает смысл и характер религиозного наказания в еврействе позднего средневековья, был не единственным проявлением борьбы амстердамской общины за духовную дисциплину, ее нетерпимости к философским исканиям эпохи Возрождения. За 40 лет перед тем такому же отлучению был подвергнут другой философ – предшественник и вдохновитель Спинозы – Уриэль Акоста.

     Но в чем причина появления в Амстердаме XVII века одного за другим вольнодумствующих еретиков? Ведь и Акоста, а затем и Спиноза (страшно подумать правоверному еврею!) выражали сомнения в божественном происхождении учения Моисея, в том, что закон Моисея имеет превосходство над естественным правом. Как тут не вступить в силу инстинкту самосохранения народа, столетиями выработанному в противодействии силам, стремящимся поглотить его? Можно, конечно, было объяснить такие еретические воззрения влиянием ренессансного мышления, общей атмосферой вольномыслия, окружавшей еврейский мир, но, думается, все обстоит глубже и серьезнее.

     Вызов, брошенный Спинозой традиционному иудаизму, был эпизодом противостояния двух направлений мировой философской мысли, одно из которых связано с именами Аристотеля и Маймонида, Декарта и Лейбница, Спинозы и Гегеля, а другое – Платона и Плотина, Паскаля и Кьеркегора, отцов каббалы, а в новейшие времена – Шестова и Бубера. И если первое – рационалистическое направление ориентировано на Разум, на идеологию, сосредоточенную на земном, то второе, проникнутое иррациональным мироощущением Веры, представляет собой попытку постигнуть небесное. Борьба этих течений составляет содержание духовной истории человечества, где земное конфронтирует с небесным, Вера с Разумом, тайна с ясностью, мистическое начало с рациональным. И Спиноза, которого считают отцом европейского рационализма, – в центре этой борьбы, продолжающейся и по сей день.

     Апология Необходимости

     Один из глубочайших и наиболее страстных, а может быть и пристрастных аналитиков творчества Спинозы Лев Шестов сказал, что история философии представляет собой странствование по душам. А теперь представьте себе, что должно твориться в душе молодого еще человека (он и умер-то, не дожив до 45 лет), физически слабого и больного туберкулезом, получившего традиционное иудейское воспитание в лучшей иешиве города и основательно изучившего там Библию, Талмуд, который пишет: «Разум и воля, которые составляли бы сущность Бога должны были быть совершенно отличны от нашего разума и нашей воли и могли бы иметь с ними сходство только в названии; подобно тому, например, как сходны между собой Пес – небесный знак и пес – лающее животное». Ну а как же библейское «человек создан по облику и подобию Божию»? Что это – ложь, выдумка? Никакого разума, никакой воли у Бога нет, таков вывод философа. Бог – это субстанция, природа, и человек – одно из бесконечных проявлений этой природы, как камень, дерево. С чего это человек вообразил, что все создано ради него, что он пуп земли? Но Бог, сотворив человека, сказал, что мир принадлежит ему. А это библейское утверждение по Спинозе надо понимать не в буквальном, а в переносном смысле. Библия требует возлюбить Бога, но как возлюбить причину, субстанцию?

     Характерно, что марксистская мысль ставит знак равенства между материей и понятием спинозовской природы, а философию Спинозы рассматривала как материализм (особую пантеистическую форму материализма) и атеизм. Плеханов утверждал, что Бог Спинозы – это своего рода «теологический привесок», устранение которого из его философии не меняет ее содержания.


     Можно оспаривать это утверждение, но Бог Спинозы и в самом деле внерелигиозен, ему не присущи самосознание, моральные качества, воля, чувства. Его бессмысленно о чем-либо просить, обращать к нему молитвы. Богу-природе присущ необходимый естественный порядок и никакие его нарушения, никакие чудеса невозможны.

     Высший смысл жизни философ видел в понимании и примирении с познанной Необходимостью. Недаром самое известное его утверждение: «Не плакать, не смеяться, не ненавидеть, а понимать». Эту философию примирения с необходимостью двести лет спустя афористически выразит Гегель, который скажет: «Все действительное разумно».

     Но посмотрите, с какой страстью и горечью пишет о Спинозе Шестов: «Если хотите обрести истину, учил он (Спиноза – Ред.), обо всем забудьте, и, прежде всего, забудьте библейское откровение, помните только математику. Красота, безобразие, добро, зло, хорошее, дурное, радость и горе, страх и надежда, порядок и беспорядок – все это – «человеческое», все это преходящее и к истине никакого отношения не имеет. Вы думаете, что Бог печется о нуждах людей? Что Он мир создал для человека? Что Бог преследует высокие цели? Но там, где цели, там, где забота, где радость и горе – там нет Бога. Чтобы постичь Бога, нужно стараться освободиться и от забот, и от радостей, и от опасений, и от надежд, и от всех великих и малых целей. Настоящее имя Богу – необходимость… Не думайте, что добродетелями своими вы можете заслужить расположение Бога. Ежедневный опыт учит нас, что удачи и неудачи равно постигают и благочестивых и неблагочестивых, добродетельных и порочных. Так есть, так было и будет. Стало быть, так и быть должно, ибо это вытекает из необходимости божественной природы и нет ни нужды, ни возможности менять существующий порядок вещей».

     Но есть и другой строй мысли, другое религиозно-философское направление, одним из представителей которого был в XX веке сам Шестов, а в XVII – антипод и современник Спинозы Блэз Паскаль. Это он готов был привлечь разум к Божьему суду, а в тайне видеть способ постижения истины. Это для него из глубины веков звучали слова одного из первых христианских философов Квинта Тертуллиана: «Сын Божий был распят; не стыдимся этого, хотя это и постыдно; сын Божий умер – вполне верим этому, потому что это нелепо. И погребенный воскрес; это верно, потому что это невозможно».

     Не будем с позиций материализма, в котором мы воспитаны, приклеивать к этому мировоззрении ярлык обскурантизма. Все не так просто.
     Философия, основанная на вере, на мистическом ощущении имеет такое же право на существование, как и привычный нам рационализм. И в том, и в другом направлении духовного развития человечества есть вопросы, на которые ответить невозможно.

     Жизнь и судьба

     Как возникла, однако, философия Спинозы, представленная в сравнительно небольших по объему сочинениях – «Этике» и «Богословско-политическом трактате», философия, называемая «наиболее величественной конструкцией, которую когда либо создавал человеческий разум»? И что представлял собой ее создатель? Надо вообразить себе, что такое был Амстердам XVII века, который недаром называли «голландским Иерусалимом». Испанские и португальские сефарды, к которым принадлежал род Спинозы или как правильно он был назван в тексте отлучения де Эспинозы, вернувшись в иудаизм, принесли в Голландию традиции высокой духовной культуры, свойственной испанскому еврейству.

     Барух (после отлучения он назвал себя Бенедиктом) рос в семье богатого и образованного купца, который к тому же управлял финансовыми делами амстердамской общины (в нынешней Германии его назвали бы гешефтсфюрером общины). Получив прекрасное образование и не только еврейское, но и светское, он попал в кружок вольнодумцев, в котором сразу же проявил свои блестящие способности. Враждебное отношение общины, которое усилилось после отлучения, побудило Спинозу написать апологию своих взглядов, которая не сохранилась, но легла в основу его «Богословско-политического трактата», опубликованного анонимно.

     Он учился в Лейденском университете, жил затем в Гааге, где зарабатывал себе на жизнь шлифовкой оптических стекол. Обаяние его личности и интерес к его учению были так велики в христианском мире, что ему предлагали занять кафедру философии в Гейдельбергском университете при одном, правда, условии не нападать на господствующую религию. Спиноза отказался от этой должности, также как и от предложения посвятить свой труд Людовику XIV, что гарантировало бы ему королевскую пенсию. Тем не менее, его основная философская работа «Этика» была опубликована лишь после смерти. Протестантские теологи утверждали, что он отрицает бытие Божие.
     Родившись в 1632 году, он умер в 1677-м от чахотки, оставшись в памяти человечества, говоря словами Бертрана Рассела «самым благородным и привлекательным из великих философов».

Приложение

Постановление об отлучении от еврейской общины Баруха Спинозы. 27 июля 1656 года

     «Господь не простит его»

     Сеньоры Маамаада (Верховного синагогального совета – Ред.) сообщают, что они давно уже знают о ложных мнениях и неправильном поведении Баруха де Эспинозы и пытались использовать различные средства и увещевания, дабы отвратить его от порочных путей. Но поскольку они не добились никакого улучшения, а, напротив, получали с каждым днем все больше известий об ужасающих ересях, которым он подвержен и которым он учил, и о чудовищных деяниях, которые он совершал, и поскольку они располагали многими надежными свидетелями, которые в присутствии того же Эспинозы докладывали и свидетельствовали против него и обвиняли его; то когда все сие было расследовано в присутствии господ хахамов (раввинов – Ред.), они решили с одобрения последних, что упомянутый Эспиноза должен быть отлучен и отделен от народа Израиля, как они ныне отлучают его посредством нижеследующего херема:

     По решению Ангелов и приговору Святых, мы отлучаем, изгоняем, проклинаем и предаем анафеме Баруха деЭспинозу, с согласия Бога (хвала Ему!) и с согласия этой святой общины, перед Священным Писанием с 613 заповедями, записанными в нем, посредством того проклятия, которым Иехошуа бин Нун (Иисус Навин – Ред.) проклял Иерихон, и того проклятия которым Элиша проклял детей и всех проклятий, которые записаны в Законе. Да будет он проклят днем, и да будет он проклят ночью; да будет он проклят, когда ложится, и да будет он проклят, когда встает; да будет он проклят, когда выходит (из дома – Ред.), и да будет он проклят, когда входит (в дом – Ред.). Господь не простит его; гнев и ярость Господни возгорятся против сего человека и навлекут на него все проклятия, которые записаны в Книге Закона, и господь уничтожит само его имя под Небесами, и Господь отделит его на его беду от всех племен Израилевых всеми проклятиями Небес, записанными в Книге Закона. Но вы, прилепившиеся к Господу Богу вашему, будете благословенны.

     Мы приказываем, чтобы никто не общался с ним устно или письменно, и не оказывал ему никаких услуг, и не оставался с ним под одной крышей, и не приближался к нему ближе, чем на 4 эла (эл – 1,13 м. – Ред.) и не читал ничего из того, что он сочинил или написал.



   



    
___Реклама___