Kushner1
"Заметки по еврейской истории", № 44 от 19 июля 2004 г.                                                 http://berkovich-zametki.com/Nomer44

БОРИС КУШНЕР

 

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО И.Р. ШАФАРЕВИЧУ

От редакции. Предлагаемое вниманию читателя "Открытое письмо" было написано в 1988 году. Оно стало широко известно и сыграло свою роль в борьбе с ксенофобией и антисемитизмом. К сожалению, долгое время этот текст был труднодоступен, а актуальность его не уменьшилась. Мы публикуем "Открытое письмо" в  авторской редакции 2004 года.


Если не я за себя, кто за меня?

Но если я только за себя, зачем я?

И если не теперь, то когда?

 

Талмуд, Пиркей Авот, 1. 14, Гиллель

 

 

Уважаемый Игорь Ростиславович!

 

Недавно я прочёл Вашу работу «Русофобия», которая, по-видимому, не без Вашего ведома, ходит по рукам. Настоящее письмо не ставит себе целью в чём-то переубедить Вас, и, тем более, повлиять на Ваши, очевидно, вполне сложившиеся убеждения. Ваша нелюбовь, даже ненависть к моему народу (а, значит, и ко мне) является простым биологическим фактом. Факт этот вызывает у меня сожаление, я должен считаться с ним, но никакого ущерба моему национальному самоощущению и чувству собственного достоинства он не причиняет. Я мог бы совершенно спокойно умереть и, не вступив с Вами в дискуссию. Поверьте, у меня есть и другие, более духовные занятия. И если я всё же отвечаю Вам, то просто для того, чтобы Вы не приняли со свойственной Вам свободой интерпретации молчание за знак согласия.

 

1. Мне хотелось бы сразу отделить (насколько это возможно) ту часть Вашего сочинения, которая касается собственно проблем русского национального самосознания. Я не ощущаю никакого своего морального права и не имею никакого желания вмешиваться даже в простое обсуждение этих проблем, относя их целиком и полностью к компетенции русского человека.  Хочу только подчеркнуть моё глубокое уважение к духовной красоте и мощи русского народа, мою веру в то, что он найдёт свой самобытный путь, достойный его высокой души и его места в мировой культуре. И я вполне сочувствовал бы Вашей тревоге, Вашей любви к Вашей земле и Вашему народу, если бы изначально высокие чувства эти не были омрачены столь же изначально низкой ненавистью к другим человеческим существам.

 

2. Перейду теперь к отрицательной, предостерегающей части Вашего труда.   В ней можно обнаружить две компоненты: роковая роль евреев в судьбе России (с проекцией на возможное будущее других народов) и критический (точнее клеветнический) очерк национальных традиций (а, следовательно, и национального характера) евреев как таковых. Что же, в известном недавнем периоде русской истории действительно можно наблюдать непропорциональное (как в количественном, так и в эмоциональном отношении) участие евреев. Обстоятельство это представляется мне трагическим для моего народа в такой же степени, как и для Вашего.  Не отрекаясь от кровного своего родства с этими людьми, хочу всё-таки подчеркнуть, что они ушли из нашего национального русла, для которого Жаботинский, очевидно, характернее, нежели, скажем, Троцкий. Вопреки Вашему мнению (подкреплённому несколькими специально выбранными из моря литературы цитатами) еврейское национальное самосознание[ii] вовсе не сосредоточено на русофобии, да и на России вообще. И дело здесь не в высокомерии и презрении, столь болезненно переживаемых Вами. Просто, поверьте, у нас есть свои заботы, свои чувства, свои идеалы и свой мир. Как и у многих других народов, для которых Россия не составляет средоточия их духовной жизни. Не является ли, Игорь Ростиславович, призрак русофобии, обступивший Вас со всех сторон, проявлением чувства Вашей национальной исключительности? Конечно, Россия занимает значительное место в наших мыслях. Так уж сложилось, что заметная часть нашего народа прошла длинный отрезок своего исторического пути рядом с Вашим народом, нам пришлось многое пережить вместе и многое пережить друг от друга. Да ведь и русское самосознание в ряде своих проявлений не балует евреев отсутствием внимания, свидетельством чему является, в частности, и Ваше фундаментальное сочинение. Я думаю, что сейчас наступает пора нашего национального расставания, и затягивается оно не только по нашей вине. И абсолютное большинство моих соплеменников – я уверен в этом, – расстанется с Россией с чувством печали и благодарности, с искренним желанием счастья Вашему многострадальному народу. Я убеждён в этом, ибо человеческая совесть не позволяет рисовать портрет народа с выродков и маньяков.

 

Я считаю своим долгом прямо сказать, что мне стыдно и больно за многих моих соплеменников, за их глупость, бестактность, и, наконец, за вольные и невольные их злодеяния. Я  ощущаю свою моральную ответственность, свою моральную вину. А теперь, положа руку на сердце, вполне ли спокойна Ваша совесть, Игорь Ростиславович?  Подведение счетов между народами – вредное, опасное и глупое занятие, и я не хочу сбиваться на Ваше словоупотребление вроде «что они сделали нам».  Слишком уж одушевлённые местоимения «мы», «они», слишком многие добрые, хорошие, тёплые люди, друзья видятся мне за ними.   Любое человеческое существо персонально и не может быть обвинено в терминах совокупности, к которой оно в силу тех или иных обстоятельств отнесено.  (Согласимся здесь с Расселом).  Чувство стыда, ответственности, вины, о котором я только что говорил, может возникнуть только в результате добровольного, внутренне необходимого движения души. И я не обвиняю, я просто по-человечески спрашиваю: вполне ли спокойно Ваше сердце, Ваша совесть, Игорь Ростиславович, когда Вы думаете о живших в России евреях? Ну хотя бы в той части совместной нашей истории, которая предшествует известным событиям, и в которой единственная вина наша состояла в том, что мы породили религиозную концепцию, тысячелетие принятия которой Вы собираетесь вскоре отмечать. Забегая вперёд, хочу спросить: как Вы могли принять Б-га от такого народа, Игорь Ростиславович? А ведь Перун, кстати сказать, был бы самобытнее...

 

Вообще история отличается от математики, прежде всего тем, что историк прикасается к живой человеческой плоти, к её нервным, болевым узлам, и умение ощущать страдание другого существа, как своё собственное, абсолютно необходимо для таких занятий. Полное отсутствие этой первоначальной способности – вот что поражает более всего в Вашем сочинении и что выводит его за пределы научного исторического исследования, несмотря на всю внешнюю обстоятельность.  Для иллюстрации этой мысли достаточно прочесть Ваши игривые упоминания о погромах. До чего же злопамятные люди эти евреи! Подумать только – ведь они затаили недобрые чувства после известных пасхальных увеселений в Кишинёве! А Мартов (Цедербаум)! Надо же – с трёх лет не может забыть погрома. И это притом, что казаки разогнали толпу до его дома.  (Интересно, что бы он затаил, если бы вместо «до» здесь стояло «после»?) А Бялик – вместо прочувствованных сонетов пишет полные горечи послепогромные стихи. Вот если бы он написал в тот момент «Я помню чудное мгновенье», вот тогда бы И.Р. Шафаревич был бы доволен. И, кстати, не вспомнить ли нам антипольские стихи Пушкина, тоже послепогромные, с той разницей, что погром был учинён в доме Мицкевича? Позвольте сообщить Вам, уважаемый Игорь Ростиславович, что мы так же ощущаем боль, как и Вы, так же любим своих детей и нам также тяжело видеть, как им забивают гвозди в глазницы, как это было бы тяжело (не дай Б-г!) видеть Вам по отношению к Вашим детям. Не подумайте только, что я пишу всё это, чтобы пробудить в Вас сочувствие или даже совесть. Мы готовы отозваться, как и все люди, на любую человеческую симпатию, но мы не домогаемся таковой. Я просто сообщаю Вам некий естественноисторический факт, видимо, не вполне сознаваемый Вами, возможно для цитирования в дальнейших Ваших трудах. Извините, но подобные вещи почему-то застревают и в личной, и в национальной памяти. Боюсь показаться Вам назойливым, но мы не забудем наших матерей и отцов, миллионами отправленных в газовые камеры совсем недавно на глазах цивилизованного мира. Вполне возможно, впрочем, что Вы и эти действия считаете естественной реакцией немецкого населения на ... здесь надо вставить подходящую цитату из Геббельса и Co, что я предоставляю Вам, как мастеру жанра (вполне вероятно, что цитаты эти уже покоятся в Вашей  картотеке).

 

3. Изумление вызывает и Ваше  опереточное легкомыслие в трактовке истории и традиций еврейского народа. Они несколько сложнее и устроены, как это ни прискорбно, немножко не так, как Вы излагаете. Прежде всего, вкратце о Ваших манипуляциях со Святым Писанием. По-видимому, трудно отрицать, что Библия (в том числе и Ветхий Завет[iii], являющийся Священной Книгой еврейского народа) составляет одну из самых существенных основ европейской цивилизации. Книга эта сложна, как сама жизнь, и так же, как и жизнь, оставляет каждому духовному существу, обращающемуся к ней, свободу выбора. По Образу и Подобию сотворён человек, – сказали когда-то евреи. Каждый выбирает сам. Можно сосредоточиться, скажем, на:

 

Почитай отца твоего и мать твою...

Не убивай.

Не прелюбодействуй.

Не кради.

Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

 

(Исход, 20. 12–16)

 

Не следуй за большинством на зло, и не решай тяжбы, отступая по большинству от правды.

 

(Исход, 23. 2)

 

Не мсти и не имей злобы на сынов народа твоего: но люби ближнего твоего, как самого себя. Я Г-дь. ... Пришлец, поселившийся у вас, да будет для вас то же, что и туземец ваш; люби его, как себя; ибо и вы были пришельцами в земле египетской. Я Г-дь, Б-г ваш.

 

(Левит, 19. 18, 34)

 

Когда будешь снимать плоды в винограднике твоём, не собирай остатков за собою; пусть остаётся пришельцу, сироте и вдове.

 

(Второзаконие 24. 21)

 

Не выдавай раба господину его, когда он прибежит к тебе от господина своего. Пусть он у тебя живёт, среди вас на месте, которое он изберёт в каком-нибудь из жилищ твоих, где ему понравится; не притесняй его.

 

(Второзаконие 23. 15–16)

 

Если и иноплеменник, который не от твоего народа Израиля, придёт из земли далёкой ради имени Твоего, – ибо и они услышат о Твоём имени великом и о Твоей руке сильной и о Твоей мышце простёртой, – и придёт он и помолится у Храма сего: Услышь с неба, с места обитания Твоего, и сделай всё, о чём будет взывать к Тебе иноплеменник...

 

(3-я кн. царств, 8. 41–43)

 

И Он будет судить народы и обличит многие племена; и перекуют мечи свои на орала, и копья свои на серпы; не поднимет народ на народ меча и не будут более учиться воевать.

 

(Исайя, 2.4)

 

Благ Г-дь к надеющимся на Него, к душе, ищущей Его. Благо тому, кто терпеливо ожидает спасения от Г-спода. Благо человеку, когда он несёт иго в юности своей; сидит уединённо и молчит, ибо Он наложил его на него; полагает уста свои в прах, помышляя: может быть есть надежда; подставляет ланиту свою бьющему его, пресыщается поношением; ибо не навек оставляет Г-дь. Но послал горе, и помилует по великой благости Своей.

 

(Плач Иеремии, 3. 25–32)

 

Можно было бы продолжать без конца. Трудно удержаться и не воскликнуть вместе с Вами (но с противоположной интонацией): «У кого ещё можно встретить подобные чувства?!» Такие  ценности мы внушаем нашим детям и предлагаем всем, кто хочет разделить их с нами. А вот Ваши любимые места:

 

Когда же введёт тебя Г-дь, Б-г твой, в ту землю, которую он клялся отцам твоим, Аврааму, Исааку и Иакову, дать тебе с большими хорошими городами, которых ты не строил, и с домами, наполненными всяким добром, которых ты не наполнял, и с колодезями, высеченными из камня, которых ты не высекал, с виноградниками и маслинами, которых ты не садил...

 

(Второзаконие 6. 10–11)

 

Тогда сыновья иноземцев будут строить стены твои и цари их – служить тебе; ... Ибо народ и царства, которые не захотят служить тебе – погибнут; и такие народы совершенно истребятся.

 

(Исайя 60. 10–22)

 

И придут иноземцы, и будут пасти стада ваши; и сыновья чужеземцев будут вашими земледельцами и вашими виноградарями.

 

(Исайя 61. 5)

 

И будут цари питателями твоими; и царицы их кормилицами твоими; лицом до земли будут кланяться тебе и лизать прах ног твоих...

 

(Исайя 49. 23)

 

О прочих же народах, происшедших от Адама, Ты сказал, что они ничто, но подобны слюне, и всё множество их Ты уподобил каплям, каплющим из сосуда.

 

(3-я кн. Ездры 6. 56)

 

И если для нас создан век сей, то почему не получаем мы наследия с веком? И доколе это?[iv]

 

(3-я кн. Ездры 6. 59)

 

Что же, возможен и Ваш выбор. Можно упиваться подобными вырванными из теологического, психологического, исторического и художественного контекста местами. Но сколько мрака  надо иметь в душе для этого! Привет Вам от Ем. Ярославского (Губельмана), Игорь Ростиславович! Наш выбор совсем другой. И детей наших мы учили не по Вашим рецептам. Что же касается трагических, мрачных, загадочных аспектов Библии, то этот вопрос сложен и много обсуждался. Ему можно было бы посвятить большое самостоятельное исследование. Мне кажется, что мы сталкиваемся здесь с Тайной, восходящей к ст.4 гл. 1 книги Бытия: «И увидел Б-г свет, что он хорош; и отделил Б-г свет от тьмы». Но тьму оставил. Зачем? Почему? Любое приближение к постижению этой Тайны может основываться только на любви и откровении, а не на произвольном манипулировании цитатами, составляющем основу Вашего творческого метода.

 

И ещё одно обстоятельство, не позволяющее свести концы с концами в Вашем изложении. Ведь Вы цитируете, если я не ошибаюсь, синодальный перевод, священную книгу Вашей религии; и уже тысячу лет приведённые Вами тексты составляют неотъемлемую  часть также Вашего религиозного кодекса (не буду следовать Вашему примеру и говорить о результатах воспитания Ваших детей на этой основе, ибо не могу представить себе воспитателя, достойного этого названия, одарённого мрачной Вашей фантазией).

 

Отмечу ещё фактическую неточность, неожиданную для такого формально скрупулёзного исследователя, каковым Вы, несомненно, являетесь. 3-я книга Ездры не входит в еврейский (а также и в православный) канон. Этот апокриф, созданный приблизительно в конце первого века н.э., дошёл до нас только в переводах (в латинских и греческих рукописях подразумеваемый автором Мессия прямо именуется Иисусом Христом). 3-я книга Ездры всегда привлекала внимание именно христиан: о ней высоко отзывались отцы церкви, а в прошлом[v] веке и митрополит Филарет Московский. Ваше упоминание этой книги в контексте воспитания еврейских детей совсем уж смехотворно. Как видите, ненависть – плохой советчик, Игорь Ростиславович!

 

Той же дремучей недобросовестностью, исключающей возможность серьёзного обсуждения, отмечено Ваше упоминание о Талмуде. Здесь Вы даже изменяете обычной своей академической манере и не приводите точных цитат. Остаюсь при сильном подозрении, что это связано с уровнем владения предметом. Для того, чтобы внести свою заметную лепту в многовековую клевету на Талмуд, надо всё-таки потрудиться побольше. Одного-двух терминов маловато. Впрочем, если Вы не удовлетворены сказанным, можно подумать об организации Вашей дискуссии со знатоками Талмуда по столь милым Вашему сердцу средневековым образцам. Что же касается волнующей проблемы осквернения могил (евреями, конечно), то не худо было бы Вам, в соответствие со взятой на себя миссией духовного наставника обратиться с пастырским словом к некоторым своим соотечественникам, следы вандализма которых Вы без труда обнаружите на еврейских кладбищах в Ленинграде и Орше. Читаешь Ваши пассажи, и, кажется, вот-вот появятся и пресловутые христианские младенцы; похоже, только какая-то загадочная остаточная стыдливость удерживает Вас от соблазна. Ваше маловразумительное, но отменно злобное упоминание о деле Бейлиса подкрепляет это ощущение.

 

Всё тем же хорошо знакомым своеобразием проникнута и Ваша трактовка праздника Пурим. Представьте себе, Игорь Ростиславович, что содержанием Пурима (одного из древнейших в нашей, да и не только в нашей истории, праздников) является радость по поводу избавления, спасения народа. Так же, как и 9-го мая, мы радуемся вовсе не гибели миллионов немцев (в том числе и женщин и детей) и разрушению их домов. В истории, – увы, – часто происходят горькие вещи и в наших праздниках (да и не только в наших) всегда слышна соответствующая печальная нота. Такую же глубину имеет и Ваше внешне остроумное, но вполне несуразное для любого человека с историческим и просто моральным чутьём упоминание о Варфоломеевской ночи. И почему бы Вам, кстати, не вспомнить здесь о многочисленных праздничных аутодафе[vi] и о праздновании пасхи Христовой в Варшаве, иллюминированной горящим гетто? 

Что же касается цифры  75 000, которой Вы потрясаете, то не могу удержаться и не отметить (в очередной раз) Ваш, по-видимому, нарочитый примитивизм в обращении с Библией. Приводимые в этом документе цифры всё-таки не следует воспринимать, как сводки Госкомстата. Надо понимать своеобразный, преувеличенный характер восточного, да и любого летописного мышления. Без такого понимания обращение к древним документам просто опасно, ибо умножает невежество и предрассудки, что, – увы, – ясно наблюдается в Вашем случае. Посмотрите, например, на завоевание евреями Ханаана. Да ведь там камня на камне не должно было бы остаться, а вместе с тем в дальнейшем библейском повествовании мы всё время встречаемся с сильными и процветающими ханаанскими племенами. Интересно, что следы этого образного восточного мышления можно встретить в виде гебраизмов в языках народов, воспринявших Библию. Когда, например, баснописец говорит: «Вороне где-то Б-г послал кусочек сыра», вряд ли кто-либо представляет себе Б-жьего ангела с мечом в одной руке и куском сыра в другой. Это элементарное наблюдение надо бы иметь в виду, когда Вы открываете Святое Писание, Игорь Ростиславович. 

И ещё несколько слов о терминологических спекуляциях. Я имею в виду набившие оскомину переживания, вращающиеся вокруг словосочетания «избранный народ». Термин этот, может быть, и не вполне удачен, ибо молчаливо предполагает не всегда встречающуюся способность восприятия терминологических конструкций именно, как цельных образований. Скажем, обращение «уважаемый товарищ» не является простой суммой составляющих его слов. Товарищ может быть отнюдь не уважаемым, да и вообще не быть товарищем. Прилагательное «избранный», вырванное из своей синтаксической и семантической связи, одним даёт повод думать о каких-то подразумеваемых привилегиях, а другим (обычно недобросовестным исследователям) долго и со вкусом рассуждать о национальном высокомерии евреев, их презрении к другим народам и т.д., и т.п. 

В действительности же основное содержание словосочетания «избранный народ» состоит в простой констатации того факта, что скрижали с заповедями были вручены на Синае еврейскому народу и ему же назначено было стать тем проводником, через который высокие моральные иудео-христианские принципы достигли других народов. О том, во что обошлась эта «привилегия» моему народу, может судить всякий, кто хоть немного знаком с его историей. Да, мы гордимся нашей исторической миссией, но это – гордость, а не гордыня, и в гордости этой не больше высокомерия, чем в чувствах русского человека, думающего о том, что Достоевский был русским писателем. Вы считаете, что мы были упрямы и высокомерны, поддерживая в течение двух тысяч лет своё национальное существование в неимоверных, нечеловеческих условиях, а я вижу в этом прекрасную, гордую верность своим отцам, своей вере, своему собственному (самобытному!) пути. Не этого ли Вы хотите для своего народа?!

 И вот ещё один пример нашего национального подвига, которым я горжусь, и буду гордиться: мы возродили наш древний язык, молчавший в течение почти двух тысячелетий. Сейчас на этом языке пишут научные работы, объясняются в любви, ссорятся, негодуют. Вся гамма человеческих чувств вернулась в иссохшее лоно иврита. Скажите, кто ещё сделал такое? В связи с высокомерием, злобностью и т.д., которые Вы нам так неистово инкриминируете, хочу напомнить ещё раз прекрасные слова Моисея: «Люби ближнего твоего, как самого себя», составляющие один из столпов нашей религии. Согласно нашей традиции все люди, подчёркиваю – все, сотворены по Образу и Подобию Б-жьему, все они дети Б-жьи. Праведники всех народов имеют свою долю в грядущем мире, – говорит наша традиция (Талмуд, Синед., 105 А). 

И  в этом отношении она идёт даже дальше христианства – достаточно вспомнить апостола Павла или католическую формулу «extra ecclesiam nulla salus»[vii]. Еврей не имеет никаких привилегий перед иноверцем с точки зрения спасения. Наоборот, в отличие от последнего, обязанного соблюдать только 7 заповедей, предписанных сынам Ноя, еврей должен соблюдать все 613 заповедей Торы. Клеветой является и легенда о религиозной замкнутости евреев. Всякий, принявший иудаизм и согласившийся выполнять его требования, причисляется к «детям Авраама, отца нашего», к «сынам Израиля», словом, к «избранному народу». Например, не евреем был один из знаменитых наших законоучителей р. Акива бен Иосиф. Действительность не похожа на Ваш пасквиль, Игорь Ростиславович! И здесь мне ещё раз хочется спросить: при всей ненавидящей убеждённости Вашей, как могли Вы принять Б-га от такого народа?! 

 

4. Теперь вкратце о русофобии. Восхищение вызывает непринуждённость, с которой Вы извлекаете эту угрозу из дискуссии с несколькими, видимо, раздражающими Вас авторами. Некоторые из приводимых Вами высказываний в адрес русского народа действительно возмутительны. Но, вместе с тем, трудно вообразить, как могут все эти слова, не имеющие даже широкого хождения, угрожать духовному здоровью и самому существованию столь великого народа. Думаю, что народ этот решит свои проблемы, просто не заметив всей воображаемой опасности, и опираясь не на ненависть, а на тот свет, что живёт в человеческой душе.

 

Что же касается настоящей фобии, то она действительно присутствует в Вашей работе, и, как Вы сами удачно отметили, в виде смеси ненависти и страха. Речь идёт о юдофобии (можете выразиться резче, я не обижусь) и, если о ненависти мы уже говорили, то компонента страха представляется мне загадочной. Создаётся ощущение, что читаешь сочинение представителя маленького народа. При соотношении 40:1 (или даже более того) говорить о каких-то евреях просто стыдно. Какой комплекс неполноценности надо при этом лелеять в себе, каким неверием в собственный народ обладать! И заклинания, и причитания Ваши, Игорь Ростиславович, простите, выглядят не по-мужски. Все пространства открыты для конкуренции, и особых преимуществ для тех евреев, которые пожелают (или которым придётся) жить вместе с Вами, мягко говоря, не создаётся. Неужели указанное выше соотношение эффективно только для погромов? Но, говоря серьёзно, я глубоко убеждён, что, помимо всего этого, русский национальный дух не уступает по глубине никакому другому духу и зловредному еврейскому духу тоже.

 

Болезненной представляется мне и Ваша склонность считать антирусскими манифестами те или иные литературные произведения.  Как говорил Гиллель, не делай другому того, чего ты не хотел бы себе (кстати, это тоже из Талмуда). Посмотрите, например, на сочинения Достоевского. Каким презрением к полякам, инородцам проникнуты они! А «Тарас Бульба», с его апологией национального высокомерия, ненависти, поэтизацией кровавого разгула! Воистину, чему учат наших детей! И вместе с тем, все (или почти все) понимают, что творчество любого крупного мастера не сводится к подобным чёрным сторонам.

 

5. Что же сказать на прощание? Вы подчёркиваете гражданское мужество, открытость своей позиции. Вы – трагичны, Вы завершаете свой труд упоминанием о смерти («Я не мог бы спокойно умереть, не попытавшись это сделать»). Возможно, эта мысль связана с Вашими личными обстоятельствами. Не знаю. Но, похоже (простите, если я ошибаюсь) Вы имеете в виду мировых сионистов, которые изведут Вас «атомной бомбой антисемитизма» (Ваша терминология!) или даже обыкновенной водородной бомбой. Не беспокойтесь, худшего, скорее всего, не случится. Во всяком случае, один образец бескомпромиссного гражданского мужества много лет процветал на Ваших глазах [viii] . Возможно, кто-то из ваших друзей, руководствуясь неодолимым движением порядочности (Вы скажете – наущением сионистов), не подаст Вам руку. Не беда. Живите долго и счастливо,   Игорь Ростиславович, быть может, Б-г вернётся к Вам и вложит в Ваши уста слова, достойные Вашего великого народа и Вашего собственного ума и таланта.

 

11 мая 1988 г., Москва.

(25 мая 2004 г., Pittsburgh)



[i] Написанное в 1988 г. Письмо распространялось в Самиздате, и впоследствии было с теми или иными искажениями опубликовано в  журналах  «Страна и Мир», т. 2 [50], Мюнхен, март–апрель (1989), стр. 122-126, «22», v. 64, Иерусалим, март–апрель (1989), стр. 154-164 и в газете «Новое Русское Слово», Нью-Йорк, 18 августа 1989 г.  Оно также читалось в передачах «Радио Свобода» в 1989 г. Я воспроизвожу имеющуюся у меня самиздатскую версию (прим. 2004 г.).

[ii] Я предпочитаю этот термин употребляемому Вами словосочетанию «еврейское националистическое движение».

[iii] Здесь и ниже я пользуюсь христианской терминологией.

[iv] Кстати, не это ли вопрошаете Вы применительно к своему народу?

[v] Имеется в виду 19-й век. (Прим. 2004 г.).

[vi] В связи с Вашим католическим морализированием в наш адрес вспомните и циничную 31-ю статью инквизиционного судебного кодекса, обрекающую человека на сожжение: « мы должны отпустить и отпускаем такого-то и отдаём его в руки светского правосудия, такому-то коррехидору сего города, или тому, кто исполняет его обязанности при названном трибунале, коих мы сердечно просим и молим милосердно обращаться с обвиняемыми».

[vii] «Вне церкви нет спасения» [Ред.].

[viii] Имеется в виду ныне покойный академик И.М. Виноградов, бывший в течение многих лет директором математического института им. Стеклова АН СССР. [Ред.]



   



    
___Реклама___