СНОВА О ЕАК
Виктор Снитковский

СНОВА О ЕАК


    В 10-м номере журнала вышла статья Федора Лясса о кровавом начале Еврейского Антифашистского комитета. Мне кажется, что следует несколько уточнить фразу автора: «Обеспокоенный все возрастающим авторитетом ЕАК среди еврейского населения … руководители партии и правительства, сфабриковав дело, ликвидировали ЕАК». Я полагаю, что судьба ЕАК была решена еще в 1944 г., если не раньше, когда из НКВД поступило оперативное спецсообщение о том, что имеются «факты распространения клеветнических антисоветских измышлений по адресу некоторых руководителей и ответственных работников партии и правительства» и приводились высказывания о росте «государственного антисемитизма» членов ЕАК и их близкого окружения. Причем поименно перечислялись наиболее активные антисемиты в партийном руководстве СССР – А.С.Щербаков, А.А.Жданов, Н.С.Хрущев, Г.Ф.Александров.
     Вот фрагменты агентурных донесений или записей подслушивающей аппаратуры из «спецсообщения». Характерно, что имя Сталина в высказываниях еврейской интеллигенции в «спецсообщении», скорей всего из-за боязни, не упомянуто:
Михоэлс рассказал после своего доклада Щербакову о положении евреев в освобожденных районах: «…Он выслушал ужасные подробности страдания людей, прошедших все муки ада, с ледяным, спокойным и бесстрастным лицом абсолютно равнодушного человека и холодным тоном сделал замечание, что если Еврейский антифашистский комитет будет заниматься ходатайствами пострадавших от войны, то он потонет в этом материале и перестанет заниматься своей прямой политической работой – борьбой с фашизмом…. Ни один мускул его спокойного, сытого лица не дрогнул».
     Журналист и сотрудник ЕАК Л.А.Гольдберг высказался: «…Чем дольше я думаю и наблюдаю, тем больше убеждаюсь в том, что антисемитизм идет у нас сверху, чем очень искусно пользуются, чтобы отвлечь недовольство за плохое снабжение, за все материальные тяготы. Мы многому научились у немцев, в частности и этому».
    
Последними и наиболее крамольными в «спецсообщении» приводились слова инженер-майора и члена ВКП (б) с 1918 г. А.Л.Клячко: «Антисемитизм насаждается сверху, насаждают его бюрократия и чиновничество. Народ не антисемит, а антисемитизм ему прививают сверху. Гитлер оставил след у нас. Во главе антисемитской компании стоят Жданов, Щербаков. Антисемитизм глубоко пустил корни среди генералитета и офицерства… Антисемитизм – это не еврейский вопрос. Дело не только и даже не столько в нем. Дело в общей реакции. Консолидируются силы реакции, для них антисемитизм – это только одно из орудий. Вот, например, маршалы. Кончится война, они потребуют свою долю власти…. Головка армии реакционная. Реакция проникает в руководящие круги гражданского аппарата. Силы реакции скоро открыто выйдут на поверхность. Руководство страны уже дало немало авансов. По этим авансам нужно будет платить. Поэтому речь идет не только об антисемитизме. Передовым евреям и передовым русским нужно объединятся. Речь идет не о защите советских устоев, а о защите элементарной демократии. Надо отстоять демократию…. Основное в том, чтобы действовать, надо действовать».
    
В 1944 г. Сталин не уничтожил ЕАК, так он еще зависел от военных действий западных союзников и их поставок по ленд-лизу. Позднее Сталин хладнокровно вырезал цвет еврейской интеллигенции, которая ему больше не была нужна.

ПО ПОВОДУ ТОЧКИ ОТСЧЕТА АНТИЕВРЕЙСКОЙ ПОЛИТИКИ СТАЛИНА


    Михаил Носоновский полагает, что точкой отсчета можно считать, когда «…в 1920-е годы советская власть повела активную борьбу со всеми формами еврейского национального движения, за исключением….». Я полагаю, что к этому же времени следует добавить событие, связанное с погромами, которые устроили буденовские войска на Украине. Руководство Бунда обратился тогда к Ленину с письменной жалобой на эти погромы. «Самый человечный человек» ответил лишь, черкнув на первой странице документа Бунда, «в архив». Таким образом, остальному руководству страны стало ясно, что для советской власти выполнение интернациональных обязательств касательно евреев не обязательно.
     Хотел бы отметить по поводу утверждения Носоновского о том, что «…тогда же в 20-е годы…. На латиницу была переведена письменность татар, мусульманских народов Средней Азии…» Сначала с арабской письменности на латиницу перешли в Турции, а потом мусульмане из руководства Наркомнаца повторили это для мусульман в СССР. Тех, кто не хотел писать латиницей, репрессировали, как врагов народа. Но немусульмане в советских «верхах» вскоре разобрались, что информация из Турции для советских мусульман опасна, а потому перевели письменность на кириллицу. После этого «застрявшие» на латинице были репрессированы, так же, как враги народа.
     Однако, я не согласен с утверждением, что «В Советском Союзе ничего не делалось без санкции «сверху». В целом это так, но некоторые вещи происходили даже вопреки указаниям «сверху». Ни экономику, ни ментальность людей по приказу сверху быстро изменить невозможно. Так же, почти невозможно заставить людей заниматься тем, что им нелюбо и не интересно. Родные языки миллионов коренных жителей национальных республик и автономий вытеснялись русским языком не только ради «великой общности». Родные языки не требовались в жизни, которая экономически, культурно и юридически была основана на русском языке. Театры на идише в провинции пустовали и до войны. У меня есть книга воспоминаний ведущей актрисы Минского еврейского театра, где она сожалеет об этом. Чего греха таить, но Еврейский театр в Москве послевоенных лет пустовал – зрителей было очень мало. Очень мало посещало его и московских, и иногородних евреев.
     Я 24 года прожил в Казахстане. В 1968 году, когда я приехал в Алма-Ату, там еще были вывески «гостиницасы», парикхмахерскаясы», «столоваясы». Вскоре началась очередная «казахизация» - на вывесках написали вновь придуманные казахские слова, пытались что-то перевести на казахский язык, в школах увеличили число часов на изучение казахского языка, но ничего не получалось. Казахи не хотели идти учиться на педагогов казахского языка, поэтому учителей казахского языка катастрофически не хватало. Казахи категорически не читали переведенную на казахский язык иностранную литературу. Даже переводы с русского на казахский язык Чингиза Айтматова лежали на прилавках без движения. Казахские газеты не раскупались.
     Полагаю, что, примерно, та же ситуация была с языком идиш. А что происходит в Израиле, где идиш, безусловно, не запрещают, хотя и не особенно пропагандируют? Идиш уходит вместе со стариками.
     Та же ситуация в США – ни иврит, ни идиш «не идут» в молодежь. Более того, растет число смешанных браков, где ни иврит, ни идиш не пользуются успехом.
     Сейчас в России куда лучше ситуация с еврейским образованием, чем при советской власти, но число смешанных браков, в которых не нужен иврит и идиш, растет. Не гонится за ним и большая часть остальных оставшихся в России евреев. Это печально, но ради высшего образования, которое им было нужно в СССР, евреи сражались - и добивались его, а идиш и иврит не были ими востребованы. При этом не нужно забывать, что учебников иврита для школ не было, исчезли и учебники идиша после войны и изучение этих языков никак не поощрялось официально.
     Полагаю, что упирать на то, еврейский язык был низведен лишь по указанию свыше, нелогично.



    
___Реклама___