Baraz3

Арье Барац

Иудейский подход к Иисусу

(Из книги "Лики Торы")


19.26. Не гадайте и не ворожите.

         Знахарство безусловно является разновидностью ворожбы. Однако практическая галаха все же при известых условиях дозволяет к нему обращаться. Иными словами, иудаизм все же не отождествляет всякое магическое и парамагическое действие с идолослужением, т.е. с фундаментальным нарушением Торы, с коренным грехом. Как я уже отметил, даже описанное в Гемаре сотворение мудрецами живого теленка некоторые понимают как заклинание демонов.
         В этой связи уместно коснуться той мистической ауры, которую породил вокруг себя булгаковский роман. Так, жена Булгакова Елена Сергеевна со временем обрела таинственные свойства "светлой королевы Марго". Лакшин рассказывает, что в весьма преклонном возрасте Елена Сергеевна выглядела не просто моложавой, но откровенно молодой, как будто бы у нее действительно имелся какой-то "крем Азазело". Приведу лишь один эпизод из его воспоминаний: У Елены Сергеевны жил огромный пес, с которым она "вела долгие, им одним ведомые разговоры". Однажды в новогоднюю ночь, когда Лакшин был в гостях у вдовы Булгакова, незадолго до торжественной минуты вдруг нарушилась всякая радио и телевизионная связь. Тогда, - вспоминает Лакшин, - Елена Сергеевна что-то пошептала псу, и "когда стрелки часов сошлись на цифре 12, из под стола ровно и гулко забухало торжественным лаем - ровно двенадцать раз. Мы чокнулись шампанским".
         "То что Михаил Афанасьевич Булгаков спознался с нечистой силой, - пишет Лакшин, - да еще не оскорбил, а усмирил ее, одомашнил и взял в попутчики... перестроило вокруг него весь быт и уклад, людей и обстановку".
         Я предположил выше, что главным "механизмом" булгаковского заклятия были бесстрашие и мастерство, что благодаря этому мастерству он создал пусть и весьма авторизированный, но в то же время вполне убедительный образ Князя мира. Более того, используя средства реализма для описания мистической сферы, "превратив мировую культуру в высшую силу", Булгаков добился того, что Князь этот действительно появился (в 1932 году выражение "Он появился" стало фигурировать в булгаковских черновиках в качестве одного из возможных названий Романа). Причем закляв этого Князя бесстрашием и мастерством, сам Булгаков поставил оба эти типа заклятия в один ряд: И иерусалимский проповедник, вошедший в Свет, и московский автор "Повести о Пилате", удостоившийся лишь Покоя, связались с Сатаною невидимой нитью.
         Излишне упоминать, что для христианского восприятия нет ничего более ложного, нежели подобное "усмирение", нежели подобное заклятие "нечистой силы". Но иудаизму, имеющему дело с совершенно другими представлениями, вполне внятен частный булгаковский опыт. Разумеется, эмоциональная живость Воланда и его свиты, намеки Булгакова на их человеческую генеалогию - иудаизму чужды. Булгаковский образ Князя мира действительно частный, действительно "литературный" образ, он заведомо не может быть сведен к той или иной религиозной традиции. Однако в основе своей он созвучен все же не столько христианскому, сколько именно иудейскому опыту.
         Более того, этому опыту вопреки коренным церковным установкам вполне внятен и сам евангельский текст. Начать, по-видимому, следует с того, что традиционно иудаизм обвиняет Иисуса именно в колдовстве. Фактически это обвинение приводится уже в Евангелии ("Фарисеи говорили: он изгоняет бесов силою князя бесовского" Мф.9.34).
         Давид Флуссер находит Иисуса таким же целителем, каким был р.Ханина и другие. Более того, он показывает, что слова "сын Божий" в Гемаре применяются именно в отношении целителей. Допустим. И все же действия Иисуса существенно отличались от действий тех целителей, которые упоминаются в Гемаре. Его дар целительства не просто был продолжением дара молитвенника, как это было в случае с р.Ханиной. Целительство Иисуса постоянно сопровождалось наложением рук и словом, обращенным вовсе не к Всевышнему, а либо к больному, либо даже к его недугу. Уже одного этого достаточно, для того чтобы заподозрить его в знахарстве.
         Обвинения, приводимые евангелистами от лица "некоторых" фарисеев: "он изгоняет беса бесовскою силой", обвинения, которые косвенно поддерживает Талмуд, в сущности в такой ситуации достаточно закономерны. Ведь как мы прочитали, колдовство, а значит по мнению некоторых и граничащее с ним знахарство (т.е. целительство, строящееся на использовании "космических энергий"), запрещено Торой.
         Вот как само Евангелие передает соответствующую полемику: "Сказали: он изгоняет бесов не иначе, как силою вельзевула, князя бесовского. Но Иисус, зная помышления их, сказал им: если сатана сатану изгоняет, то он разделился сам с собою: как же устоит царство его? И если я силою вельзевула изгоняю бесов, то сыновья ваши чьею силою изгоняют? Посему они будут вам судьями. Если же я Духом Божиим изгоняю бесов, то конечно достигло до вас Царствие Божие. Или, как может кто войти в дом сильного и расхитить вещи его, если прежде не свяжет сильного и тогда расхитит дом его" (Мф 12. 22-29).
         Нет сомнений, что теме борьбы Иисуса с "князем мира сего", т.е. тому или иному заклятию "нечистой силы" Евангелие придает первостепенное значение. Обращению к народу с проповедью о приближении Царствия Небесного предшествовало не только погружение Иисуса в воды Иордана, но прежде всего "возведение его Духом в пустыню, для искушения от дьявола" (Мф 4.1), т.е. предшествовала его победа над дьявольскими искушениями. Дар исцеления, власть творить чудеса появляются у Иисуса только после этого, только после того как он "связал сильного", т.е. именно "усмирил нечистую силу". А как мы усвоили, все самые серьезные сомнения в истинности его посланничества у его современников возникают преимущественно всвязи с этим даром.
         Между тем даже несмотря на то, что "Небесному Царству" Иисусом как будто противопоставляется "царство сатаны", сказанное им легко укладывается в представление, согласно которому "сатана, - он же ангел смерти, он же злое побуждение", т.е. функционер божественного судопроизводства. Ведь победа праведника над искушениями, над своим "дурным побуждением", т.е. его борьба с самим собой оборачивается в иудейской мистике победой космической. Зачастую она понимается именно как овладение стихиями и духами, и вполне легитимно граничит с заклятием.
         Иисус, как победивший искушения праведник, обрел власть над духами. Но именно это как раз и обнаруживает их служебную, а не самоценную природу! Если бы сатана был подобной во всем человеку личностью, то он бы по определению никак не мог быть праведником "связан". Ведь легко заметить, что несмотря на свои удивительные свойства, Иисус никого не "гипнотизировал", что он только убеждал своих собеседников.
         Евангелие не приводит ни одного случая, когда бы духи не послушались Иисуса, и в то же время послушание ему со стороны людей встречается достаточно редко. Причем его власть над духами очень напоминает его же власть над природными стихиями, но никак не над людьми: "И говорил им: что вы так боязливы, маловерные? Потом встав запретил ветрам и морю, и сделалась великая тишина. Люди же удивляясь говорили: кто этот, что и ветры и море повинуются ему" (Мф 8.25-26).
         Как бы то ни было, мне представляется, что его победа над дьяволом была не только победой Праведника, т.е. человека осознавшего, что "нет большего порока чем трусость" и преодолевшего этот порок, но и победой "Мастера", т.е. Баал Шема, знатока каббалистической мудрости. То что Иисус в преодолении искушений "связал сильного", точнее, как он это сделал, позволяет думать, что во-первых в структуре Евангелия люди и духи принципиально разные существа, а во-вторых, что "Иисус керигмы" - это именно "Баал Шем" - "Властитель Имени", т.е человек, напрямую связанный с природным, а потому и демоническим аспектом мироздания.
         Следует отметить, что традиционный иудейский подход к Иисусу именно таков. Во всяком случае согласно одному средневековому источнику, Иисус выкрал из храма Шем Гамефораш и творил свои чудеса благодаря ему. Это очень характерная и точная оценка его религиозной деятельности, в которой всего лишь следует “поменять знак”. На каком основании? Почему его познания в каббале следует признать законными? Уже хотя бы потому, что ни в какой другой сфере никому не удалось обличить его в отступлении от закона. Из евангелий хорошо видно, что Иисус ни в чем не нарушал Тору.
        





___Реклама___