Kremen6

Мне известно место на Земле, где нет "еврейской проблемы". "Вранье! - скажете вы. - Такого не может быть!.." "Может!.. - упрусь я. - Я сам в это не верил, но испытал на собственной шкуре!.." И вот здесь начнется самое интересное: вы станете гадать, где такое место может находиться. В Израиле? Да нет, не подходит. Там полно евреев-антисемитов. В Америке? Нет, не в Америке. Если не считать, конечно, Нью-Йорка, который представляет страну точно так же, как Москва - остальную Россию... Но я прекращаю игру в кошки-мышки. Место без "еврейской проблемы" - деревня Панфилки Ярославской области. Справа от Погорелок и слева от Березняков. До Рыбинска - 20 километров, до Ярославля - 60. Расположена в стране априори юдофобской, как считает значительная часть московской и питерской интеллигенции. Дело даже не в том, что столичные игры в национальные проблемы провинцию почти не затрагивают. Просто в достославные времена душегубца Сталина был в ярославской области замечательный председатель колхоза "Малиновец" Давид Иосифович Кагнер. Еврей по национальности, русский по судьбе. Еще в перестроечные годы те, кто оставались в здешних деревнях, завистливо вздыхали: "...Вот при Кагнере была жизнь! Было хозяйство, и была работа. А сейчас что?.. Тьфу!.." "Малиновец", вопреки своему названию, специализировался на клубнике, которую выращивал в неимоверных количествах. А Давид Иосифович своим трудолюбием и рачительностью наложил самую неожиданную печать на эти "неперспективные края": в них, по сей день, не знают слова "жид". А если слышат "еврей", то сразу же добрым словом вспоминают Кагнера. Когда-нибудь я напишу о нем поподробнее, но сейчас хочу сказать про другое.

Все вышесказанное пришло мне в голову, когда в родной "ОГ" я наткнулся на статью Гр. Зеленина "Лесков против Солженицына" с запоминающимся последним абзацем: "Провозгласив в свое время великую заповедь "жить не по лжи", Солженицын, увы, сам же ее и нарушил". Таким образом выходило, что Александр Исаевич соврал. Даже не то чтобы выборочно соврал, а уже вовсю живет по лжи и нас этой ложью кормит в своей книге "Двести лет вместе", от которой опубликован, правда, лишь первый том... Поразившись коварству современного классика и понимая, что с этим коварством нам всем нужно что-то делать, я попытался погрузиться в "незамутненную искренность Лескова", как поэтично выразился Гр. Зеленин: "Прежде всего стоит уяснить, какое соотношение представляет число евреев-шинкарей к общему числу евреев-ремесленников и промышленников, занимающихся иными делами... Шинкарей много менее, чем слесарей, пекарей и сапожников... В любом местечке, где есть пять, шесть шинкарей, - все остальное еврейское население промышляет иными делами..." Чуть ранее автор статьи более точно обозначает причину своего разоблачительного пафоса: "Какую же надо иметь сговорчивую совесть, чтобы связать первую волну эмиграции евреев из России не с погромами и беспросветной "чертой оседлости", а с реформами винно-водочной торговли, ущемившими интересы еврейских шинкарей". И тут до меня, недалекого, наконец-то дошло, что Солженицын прокололся на еврейской проблеме и уже прилюдно зачислен в антисемиты.

Стараясь не поддаваться панике, я подумал о методологии. Обвиненный в антисемитизме писатель оперирует доступной историку статистикой, касающейся, в частности, ликеро-водочной промышленности и ее владельцев. Гр. Зеленин же подтверждает свои разоблачения лесковскими фразами типа "пять-шесть шинкарей...", то есть полностью художественной литературой. Значит, с одной стороны, статистика, с другой - "все остальное еврейское население промышляет иными делами..." и т.д. Но на мое возражение уже готов достойный отпор. И он - из этой же статьи. "Из какого сора под неусыпным оком царской, а затем и советской цензуры произрастала в России любая статистика, хорошо известно". То есть любая статистика прошлого (и, по-видимому, настоящего) - вранье, Солженицын, опираясь на нее, "передергивает", это все "не те факты". А надо предлагать "те", проверенные, исторически справедливые... Где же они, "те факты"? Да вот же они, про "пять-шесть шинкарей"...

Читаешь все это и не понимаешь поначалу, о чем, собственно, идет речь? И что принципиально нового открылось обществу в первом томе книги "Двести лет вместе", из-за чего следует драться на кулаках и навешивать друг на друга ярлыки? То, что "пять-шесть шинкарей" (по Лескову) или - много больше (по Солженицыну) торговали в своих заведениях не пепси-колой?.. Мы такого не ведали и не подозревали. Что же нам теперь делать с другими национальностями, которые не сажали свеклу квадратно-гнездовым методом и не продвигали кукурузу за Полярный круг?.. Например, мой дед по материнской линии Антон Арабов не спаивал русский народ. Он его окуривал. Выращивал в Ялте табак, скрещенный с элитным турецким сортом, тайно вывезенным из Константинополя. Этим и жил. Так что, мне теперь всерьез утверждать, что греки окуривали русский народ? Пусть так, греки окуривали, а евреи спаивали... Все это слишком пародийно и дискуссии не стоит. А что еще написано в "Двести лет вместе"? Погромы явились ответом на убийство государя Александра II... Будем это оспаривать? Нет, не получается, поскольку такая связь хронологически очевидна. Что еще?.. Что в революционном движении радикальная часть еврейства слилась с радикальным крылом русской молодежи?.. Тоже не опровергнешь, последствия этой гремучей смеси мы переживаем по сей день. И здесь Лев Троцкий пожимает через океан времени руку Эдуарду Лимонову.

Погодите, а это откуда, про войну 1812 года?.. "Большую помощь оказывала русским войскам так называемая "еврейская почта", созданная еврейскими торговцами и передававшая информацию с невиданной в то время быстротой. (...) Тогда еще великий князь, будущий Николай I, записал в дневнике: "Удивительно, что они (евреи) в 1812 году отменно верны нам были и даже помогали, где только могли, с опасностью для жизни". Из какого "просионистски настроенного публициста" это почерпнуто? Да из того же Александра Исаевича!.. Но, вопреки написанному в книге, обстрел ее идет по всем направлениям. Не нравится, например, стиль автора, его выражения типа "каленый клин"... Или: "...помпа его мессианского возвращения в Россию из Америки через Дальний Восток не свидетельствовала о скромности, приличествующей любому уровню величия". Действительно, не свидетельствовала. Потому что, по данной логике, свидетельством скромности являются, скорее, различные "круглые столы", за которыми восседают отечественные политсантехники в благополучной Европе и Америке. А если человек проехал на поезде страну, которой он не видал полтора десятка лет, это уже явная злокачественная "помпа"... Все это, на мой взгляд, дымовая завеса, скрывающая нечто более важное, о чем сказать в уважаемой газете нельзя.

Раздражение вызывает не столько методология Солженицына, сколько сам факт наличия в сегодняшнем мире писателя, который озабочен исключительно русской национальной темой и идеей. За наскоками на "Двести лет вместе" я так и слышу голос одного своего приятеля, несколько лет назад покинувшего Россию в страшном раздражении. Его аргументация отъезда сводилась, в основном, к следующему - в то время, как мир идет к глобализму и единой цивилизации, какие-то там русские все копаются в своих проблемах, все ищут правого и виноватого. Особо отвратительным является то обстоятельство, что это - имперская нация, гноившая все другие национальности в "тюрьме народов". Русский пьян, грязен и некультурен. Ругается матом. Не любит папу Римского и евреев. Ненавидит самого себя. К тому же у этого существа есть диковатая старомодная религия - православие, мешающее стране войти в цивилизованный рынок. Как могут эти неприглядные горемыки, с головой повинные в собственных бедах, бросать тень на народ, подвергшийся в последнюю мировую войну холокосту и положивший на алтарь кровожадного Молоха 6 миллионов своих отцов и матерей? Правда, сами русские потеряли в той же бойне миллионов 30...

Но здесь мне становится стыдно от подобного цитирования. Тем и плоха любая дискуссия: начнешь отвечать на несправедливость и скатишься к еще большей несправедливости. Поэтому беру себя в руки и скажу, по возможности спокойно. А.И. Солженицын написал исследование, которое, по моим наблюдениям, одинаково не нравится ни националистам, ни либералам. Одни причисляют его к антисемитам, другие упрекают в потворствовании сионистам. Подобная ситуация как раз подтверждает неангажированность книги и ее автора. Солженицын сегодня - дотошный и обстоятельный историк, может быть, чуть предвзятый. За эту "национальную ограниченность" нужно ли его пинать? А кто у нас еще остался в литературе с подобной темой и подобного калибра? "Иных уж нет, а те далече..." Но вся пикантность заключена в том, что в приличном обществе вообще не принято судить о половине написанного. Так что в некоторых случаях более мужественно промолчать, чем бросаться грудью на амбразуру. Это я и о себе говорю.

В итоге приходишь к мысли, что в измочаленной, почти мертвой стране, какой стала Россия к концу ХХ века, нельзя вести дискуссию на национальную тему. Обязательно обидишь какой-нибудь народ и скатишься к устному рукоприкладству. Поэтому я замолкаю, лишний раз поминая добрым словом покойного председателя Кагнера. Он бы, думаю, на Солженицына не нападал. Смолчал бы или, на худой конец, дождался второй половины книги. Потому что жил в месте, где нет "еврейской проблемы". Давид Иосифович своим трудом ее упразднил.

С любезного согласия редакции "Общей газеты"