" "
 2002

 

Теодор Лессинг - пророк и жертва

 

У каждого народа в критические времена его истории есть свои пророки, раньше и лучше других предвидящие грозящие всем опасности. Но их плохо слышат, мало понимают, им редко верят. Больше того, они часто становятся жертвами своего дара предвидения. Пример Кассандры, увы, далеко не единственный.

В период зарождающегося в Германии нацизма таким пророком выступил профессор ганноверской Высшей технической школы Теодор Лессинг - удивительно разносторонний, не по-современному универсальный человек: философ, психолог, социолог, поэт, критик, писатель, врач, преподаватель, журналист, автор свыше 2000 статей, книг и брошюр, один из основателей ганноверской народного университета (Volkshochschule).

Лессинг родился 8 февраля 1872 года в Ганновере, в известной в городе еврейской семье. Его предки со стороны отца свыше 200 лет жили в Ганновере. В заметке Еврейская судьба, написанной в 1926 году, после трех лет жестокой травли Лессинга националистами, фашистами и просто немецкими обывателями, он писал: С Ганновером связан я всей своей жизнью. Я знаю, что есть более красивые земли, более доброжелательные люди. Но это - моя земля и моя судьба. И я люблю ее. И даже ненависть была любовью.

Отец Зигмунд Лессинг - врач, доктор медицины, имел известный в Ганновере праксис в центре города (Георгштрассе, 30). Одним из пациентов доктора Лессинга был будущий президент Германии, генерал-фельдмаршал Гинденбург, который сыграет роковую роль в судьбе Теодора Лессинга.

Детские и юношеские годы Лессинга были нелегкими - он постоянно испытывал большие психологические трудности во взаимоотношениях с родителями и со школьными учителями. Директор гимназии писал отцу Лессинга: Я советую вам обучать сына простому ремеслу, т.к. к умственной работе он всю свою жизнь будет неприспособлен.

Такая неправильная оценка способностей ребенка, к сожалению, не редкость. Например, мать Нильса и Харальда Бор все знакомые жалели, т.к. ее детей долгое время считали умственно отсталыми. Потом Нильс стал великим физиком, а Харальд - первым математиком Дании. Но подобные педагогические ошибки сильно травмируют детей. Теодор был взят из гимназии и отдан в ученики в банк. Там он тоже из-за своей непригодности был недолго. Некоторое время провел Лессинг в знаменитой еврейской школе садоводства в Алеме, основанной еще в прошлом веке (на месте этой школы фашисты во время войны создадут страшный концлагерь для немецких и польских евреев).

Закончить школу удается Лессингу только в 1892 году. После долгожданной абитуры двадцатилетний Теодор отправляется подальше от Ганновера, в университет Фрайбурга, чтобы учиться медицине, как хотел его отец. В это же время появляются его первые литературные работы.

В жизни Теодора Лессинга два человека сыграли особую роль: это его первая жена Мария Штах фон Гольхайм и школьный друг Людвиг Клагес. Этих двух человек Лессинг не мог забыть никогда. О них он пишет в своей автобиографической книге Раз и больше никогда. Этих людей он очень любил, они оказали на него большое влияние, с обоими он с горечью расстался навсегда, и не последней причиной этому был царящий в обществе антисемитизм.

С Марией Штах фон Гольхайм Лессинг знакомится в 1898 году. Не без ее влияния он возвращается к прерванным на время научным занятиям и защищает 19 июля 1899 года в Эрланге докторскую диссертацию по философии. У них родились две дочки, Юдит и Мириам. К сожалению, этот брак не был долгим, он распался в 1907 году. Семья Марии отвергала Лессинга из-за его еврейского происхождения, несмотря на то, что Лессинг после своего совершеннолетия обратился в евангелическую веру. Отход от иудаизма был связан с тем, что Лессинг дома практически не получил никакого религиозного образования, не был приобщен к еврейской традиции, не чувствовал себя евреем. Но усиливающиеся антисемитские нападки даже в кругу его друзей и знакомых заставили его вспомнить, что он еврей. В 1900 году он вновь вернулся к иудаизму, уже сознательно и окончательно.

В поисках нормальной работы меняет Лессинг несколько городов, пока в 1907 году не возвращается, наконец, в родной Ганновер, где получает место доцента Высшей технической школы. Лессинг много и разносторонне работает в Ганновере: читает лекции в Высшей школе, пишет статьи и книги, не только по философии, но и как театральный критик, социолог, психолог. Лессинг был ярым сторонником идеи народного образования. При его активном участии в 1918 году в Ганновере была создана Volkshochschule. Народные школы создаются затем и других городах.

В Ганновере проживет Лессинг почти всю свою дальнейшую жизнь и будет вынужден уехать из него только за шесть месяцев до своей гибели от руки нацистского убийцы.

В 1912 году он женится на Аде (Аделе) Гроте-Абентерн, ставшей его верным другом и соратницей во всех тяжких испытаниях, выпавших на его долю.

А главные испытания приходятся на 1924-1926 годы, когда Лессинг, отстаивая свое мнение, противостоял, практически в одиночку, всему так называемому обществу. Подавляющее большинство считало себя правым, а в Лессинге видело врага. Теперь, спустя годы, видно, что прав был Лессинг, заплативший своей жизнью за свою правоту. Еще одна иллюстрация истины: Нет пророка в своем отечестве.

Со стороны эти годы были относительно спокойными и безкризисными. Германия постепенно оправлялась от горечи поражения в первой мировой войне. Экономика стабилизировалась, рейхсмарка становилась крепкой валютой. Конгресс Коминтерна, состоявшийся в Москве, констатировал отсутствие какой-либо революционной ситуации в Германии и в Европе в целом. Ничто, казалось бы, не предвещало скорой мировой трагедии.

Но в Германии поднимал голову национализм. В 1925-26 годах выходят в свет оба тома книги Гитлера Mein Kampf. Лессинг в прямом и переносном смысле кожей чувствовал опасность. Он первый громко заговорил о ней. И стал первой жертвой.

Первый случай, поставивший Лессинга против общественного мнения, был так называемый процесс Харманна.

Фритц Харманн, неоднократно ранее судимый, был садист-убийца наподобие российского Чекатило. Но его выделяла одна особенность: он был осведомителем полиции и это облегчало его преступную деятельность. Общество, и в том числе правоохранительные органы - полиция и суд - стремились быстрее осудить и казнить Харманна. Лессинг на страницах ряда газет (прежде всего на страницах газеты Prager Tagesblatt, выходящей на немецком языке в Праге) напоминал о вине общества, в том числе и полиции, в деле Хартмана и призывал день его казни объявить Днем всеобщего покаяния в Ганновере.

Эта позиция ставила Лессинга против господствовавшей точки зрения, и очень скоро общество показало ему, что оно не прощает отступников, осмеливавшихся иметь свое собственное мнение. Чашу терпения переполнила статья Лессинга о Гинденбурге.

Пауль фон Гинденбург в первую мировую войну командовал войсками Восточного фронта, затем он - начальник Генштаба, фактический главнокомандующий германской армии. Про него говорили, что он выиграл битву при Танненберге и проиграл мировую войну. Гинденбург приближался к своему 80-летию, когда был избран президентом. После истечения семилетнего президентского срока 10 апреля 1932 года он был избран президентом на второй срок. В этой должности он и скончался в 1934 году. Именно Гинденбург назначил 30 января 1933 года Адольфа Гитлера рейхсканцлером. Во время предвыборной борьбы в 1932 году компартия Германии, кандидатом в президенты от которой был Эрнст Тельман, выдвинула лозунг: Кто голосует за Гинденбурга, голосует за Гитлера".

Ровно за семь лет до этого профессор Лессинг был практически единственным, кто открыто выступил против избрания Гинденбурга. В своей статье, опубликованной ровно за один день до выборов, Лессинг не уставал повторять, что не сомневается в личной честности старого солдата. Но Гинденбургу не хватает духовных качеств, необходимых на таком высоком государственном посту. Он легко может стать игрушкой в руках опытных политических интриганов. Сам Гинденбург с солдатской прямотой говаривал о своем интеллектуальном развитии: В своей жизни я прочитал до конца только одну книгу - Новый завет. Сейчас нельзя без трепета читать заключительные строки статьи Лессинга о Гинденбурге, звучащие поистине пророчески. В лице Гинденбурга на трон взойдет не философ. Это будет только представительский символ, только Вопросительный Знак, Нуль. Могут сказать: лучше Нуль, чем Не (). К сожалению, история показывает, что за Нулем всегда скрыто стоит будущий Не.

Так и получилось. За Нулем следует Не. Кто выбирал Гинденбурга, выбрал Гитлера.

На следующий день после факельного шествия в честь победы Гинденбурга на выборах в различных ганноверских газетах появились статьи, упрекавшие Лессинга в оскорблении национального героя. Начались многочисленные антисемитские выходки, демонстрации и угрозы, та называемые акции самозащиты народа от оскорбления немецкой национальности со стороны зарвавшегося еврейского профессора.

Кульминацией явилось демонстративное шествие студентов из Ганновера в Брауншвейг. Студенты прошли по городу, собрались на главном вокзале, где им был выделен специальный поезд, и с плакатами Евреи прочь!, Лессинг прочь! направились в Брауншвейг, где их ждали студенты местной высшей школы.

Длившееся несколько месяцев противостояние Лессинга с бушевавшим немецким обществом закончилось относительно мирным компромиссом. Лессингу было запрещено преподавать в высшей школе и он с этого времени целиком посвятил себя научной и литературной работе.

Годы с 1924 по 1926 стали для Лессинга тяжелейшим испытанием - в течение этих трех лет противостоял он, почти один, таким взрывам ненависти и антисемитизма, которые трудно себе представить. Только после ухода из Высшей технической школы пришел он к относительному творческому успокоению.

Последняя большая опубликованная в Германии работа Лессинга - появившееся в 1930 году исследование Еврейская самоненависть ("Der jьdische Selbsthaß"). Он попытался здесь дать психологическое объяснение внутренней трагедии еврейства, которую он сам вдоволь испытал на своем веку, чтобы указать путь к возможному исцелению. Этот путь, как увидел его Лессинг, - сионизм.

После приведения Адольфа Гитлера к присяге в качестве рейхсканцлера в начале 1933 года угрозы в адрес Лессинга приобретали все более конкретный характер. Оставаться в его родном городе было невозможно. Друзья и, среди них, Альберт Эйнштейн, советовали эмигрировать. В марте 1933 года Лессинг покидает Ганновер. Он едет сначала в Прагу, затем поселяется в Мариенбаде, на вилле Эдельвейс. Название будущей книги Лессинга, так и не увидевшей свет, было Mein Kopf". В ней он хотел дать истинный портрет автора Mein Kampf. Не удивительно, что за его голову, как говорили, назначена награда. В ночь с 30 на 31 августа неизвестный преступник через окно его рабочего кабинета дважды выстрелил в него из револьвера. Одна из пуль попала в голову, эта рана оказалась смертельной. В час ночи, доставленный в больницу уже без сознания, Теодор Лессинг скончался.

В день убийства Теодора Лессинга, 30 августа, в Нюрнберге проходил съезд национал-социалистический партии, известный как Съезд победителей. В день скромных похорон Лессинга в Мариенбаде 4 сентября, состоялся грандиозный нюрнбергский парад, длившийся более четырех с половиной часов. Перед трибуной с Гитлером, Геббельсом, Гиммлером и другими нацистскими лидерами прошли более ста тысяч человек. Убийство Лессинга можно было бы назвать подарком нацистскому съезду.

Имя Лессинга сейчас, к сожалению, не очень известно. Незаметно прошел 8 февраля этого года 125-й день его рождения. Общедоступный двадцатитомный Словарь (Lexikon des Deutschen Taschenbuch Verlags), кроме знаменитого Готтольда Эфраима Лессинга, знает только английскую писательницу Дорис Лессинг. Но не Теодора Лессинга! О нем сегодня в Ганновере напоминает только площадь перед Volkshochschule, названная его именем - Theodor-Lessing-Platz, а также надпись на памятнике евреям, преследовавшимся нацистами в 1933 - 1945 годах, где среди почти 2000 имен можно прочитать Лессинг, профессор, доктор философии, Теодор, 61 год, Мариенбад. Если бы имена на памятнике у ганноверской оперы были расположены не по алфавиту, а в хронологическом порядке, имя профессора Теодора Лессинга было бы первым в этом скорбном списке жертв нацизма.