Levin1
Евгений Левин
История Иуды и Тамар в свете отношения мудрецов Талмуда к естественным потребностям женщины

 

 

Известно, что со времен Талмуда и до наших дней еврейские дети начинали изучать Тору не с первой из ее книг, "Бытие", но с книги "Левит". Данная практика у многих вызывала недоумения. Книга Бытие является в основном повествовательной, причем многие сюжеты, излагаемые в ней, вполне способны заинтересовать даже самого ленивого и нелюбопытного ребенка. Книга "Левите", напротив, рассказывает в основном о храмовых жертвоприношениях, законах ритуальной нечистоты и прочих сухих материях, малоинтересных даже большинству взрослых, не говоря уже о маленьких детях. Так почему же обучение Торе традиционно начиналось именно с нее?

Стандартное объяснение,которое мне доводилось слышать по данному вопросу, состоит в том,что традиционная еврейская школа унаследовала данный подход от школ времен второго Храма, когда Тору учили прежде всего дети занятых в храмовом культе священников и левитов. Поскольку в будущем этим детям надлежало сменить своих отцoв в служении у жертвенника и алтаря, то вполне  естественно, что их учили прежде всего вещам, связанным с "профессиональной подготовкой", т.е. как раз изложенным в "Левите" законам о жертвоприношениях, ритуальной нечистоте (физическом состоянии, в котором человек не имеет права войти в Храм) и проч.

Существует, однако, и другое объяснение. Многие из  героев книги “Бытие” традиционно рассматриваются в еврейской педагогике в качестве моделей для подражания. Однако при этом их отдельные поступки порой настолько не совпадают с нормами, принятыми в традиционных еврейских общинах, что далеко не всякий учитель сможет объяснить детям, "что бы это значило". Так что вполне естественно, что еврейская педагогика предпочла отложить эту книгу на потом, и начать изучение Торы с пусть и более сухого, но зато куда менее взрывоопасного материала.

Если данное объяснение является верным, то тогда нельзя не признать, что среди признанных "недетскими" сюжетов книги "Бытие" несомненно должна была оказаться и история Иуды и Тамар (Быт.38).Невестка одного из сыновей праотца Иакова прикидывается блудницей (Быт 38:14); Иуда, прародитель одного из колен, оказывается у этой блудницы в объятьях (ibid 18);и наконец, финальное оправдание Иудой данного поступка своей невестки(Ibid 26) - каждого из этих фактов с лихвой хватило бы, чтобы породить у детей множество "ненужных" вопросов. Причем количество этих вопросов может стать еще больше, если дотошный ребенок задумается о том, как именно оправдал Иуда поступок своей невестки:"Иуда сказал: она правее меня, потому что я не дал ее Шeле, сыну моему".

Для тех, кто плохо помнит библейский сюжет, напомню, о чем идет речь. Тамар последовательно была женой двух старших сыновей Иуды, Эра и Онана. Однако обоих ее мужа одного за другим "умертвил Господь": первого - поскольку тот "был неугоден пред очами Господа"(ibid 7), а вторго - поскольку он "когда входил к жене <покойного> брата своего, изливал на землю"(ibid 9).

По обычаям того времени после смерти Онана мужем Тамар должен был стать его младший брат, Шела. Однако Иуда, похоже, испугался, что Тамар приносит несчастье тем, кто на ней женится. Поэтому он не пожелал отдать ей в мужья своего третьего сына ("ибо он сказал: не умер бы и он подобно братьям его" (Ibid 11)), но, сославшись на его малолетства, отправил невестку к ee отцу "пока подрастет Шева, сын мой" (Ibid).

Будучи формально нареченной Шелы, Тамар, естественно, не могла выйти замуж ни за кого другого. Поэтому в данной ситуации ей оставалось только одно: жить без мужчины до того момента, когда Иуда решит, что его сын достаточно подрос, чтобы взять ее себе в дом - т.е. учитывая настроения Иуды, с большой вероятностью до смерти.

Поэтому слова Иуды "она правее меня" можно понимать следующим образом: Тамар толкнул на грех я сам, своим пренебрежением к ее естественным потребностям. Поэтому моя вина больше, нежели ее - и, следовательно, у меня нет морального права ее наказывать.

Думаю, никто не станет спорить, что столь грубый "физиологизм", да еще к тому же звучащий  из уст одного из родоначальников еврейского народа, действительно может быть весьма трудно объяснить маленьким детям. Однако я вполне допускаю, что вышеприведенные библейские слова могут шокировать также и многих взрослых, прежде всего - тех из них, кто вырос под влиянием христианской религиозной традиции с ее идеалами монашества, целибата и воздержания (или же, равным образом  -под влиянием сходных во многом по духу позднесоветских представлений, с их легендарным "в нашей стране секса нет). Подобный подход в лучшем случае покажется им иллюстрацией к известным словам Павла, что "лучше жениться, чем разжигаться" (1 Кор. 7:9), в худшем же - свидетельством "материализма" и "примитивности" ветхозаветных нравов. Но и в том, и в другом случае трудно ожидать,что сказанное Иудой будет иметь в их глазах хоть какое-то отношение к подлинной духовности и/или религиозности.

Однако, если мы обратимся к талмудической традиции, то перед нами предстанет совсем иная картина:слова, произнесенные Иудой в оправдание своей невестки,, окажутся  полностью соответствующими одной из основополагающих идей, из которых исходит Галаха (еврейское каноническое право), определяя обязанности мужчины по отношению к женщине.

Вот характерный пример: согласно согласно одному из законов, изложенных в недельной главе "Мишпатим",

 

"если кто продаст дочь свою в рабыни, то она не может выйти, как выходят рабы;  если она не угодна господину своему и он не обручит ее, пусть позволит выкупить ее; а чужому народу продать ее [господин] не властен, когда сам пренебрег ее;  если он обручит ее сыну своему, пусть поступит с нею по праву дочерей;  если же другую возьмет за него, то она не должна лишаться пищи, одежды и супружеского сожития." (Исх 21:7-10).

 

В Писании речь идет о весьма специфическом (и причем весьма малоприятном) случае. Однако Мехильта (галахический мидраш на книгу “Исход”) делает из этого текста парадоксальный вывод: согласно мнению мудрецов, из этих слов Торы мы учим, в заключаются обязанности... еврейского мужа по отношению к его жене! Или, иными словами - с религиозной точки зрения еврейский муж не просто "имеет право", но обязан заниматься сексом со своей женой.

Вышеприведенное мнение Мехильты впоследствии стало галахой, т.е. официальной позицией иудаизма по данному вопросу . Поэтому, говоря словами "Мишней Тора" - галахического свода, составленного в 12-м веке Моисеем Маймонидом,

 

"когда человек женится , независимо от того, была ли его невеста девственницей или нет, взрослой или маленькой, рождена она в народе Израиля или освобожденная рабыня, - в любом из этих случаев он становится обязанным ей по десяти пунктам, и получает права по четырем пунктам. <...> Десять пунктов обязанностей. Три из них из Торы: кормить ее, одевать и оказывать супружескую близость" (Законы брака 12:1-2).

 

Разумеется, как только галаха обязала мужчин заниматься любовью со своими женами,то немедленно возник вопрос:а  как часто должен человек иметь близость с супругой, чтобы считаться исполнившим заповедь?

Ответ на этот вопрос мы находим трактате Мишны "Ктубот". При обсуждении вопроса, в каких случаях муж обязан развестись со своей женой, выплатив ей при этом сумму денег причитающуюся ей по Ктубе  (брачному контракту ), мудрецы, среди прочего, называют следующую ситуацию:

 

"Если муж дал обет не прикасаться к жене: школа Шаммая говорит - на две недели; школа Гиллеля говорит - на неделю" (Мишна Ктубот 5:6).

 

Как и в большинстве случаев, галаха (закон) в данном споре соответствует мнению школы Гиллеля. Т.е., с точки зрения еврейского закона, если муж, в связи с данным им религиозным обетом, воздерживается от секса с женой всего на неделю, то это уже считается достаточным основанием, чтобы жена потребовала и получила развод.

Мудрецы Талмуда, впрочем, отдавали себе отчет, что далеко не все мужчины способны иметь близость с супругой хотя бы раз в неделю: одни - потому,что по роду своих занятий месяцами не бывают дома; другие же - потому,  что тяжелая работа не попросту не оставляет им на это сил. Поэтому мудрецами была предпринята попытка скорректировать  объем "минимальной обязанности" мужчины по отношению к жене в соответствии с родом его занятий:

 

"Как часто должен человек иметь близость с женой? Сказал р. Элиэзер: человек незанятый - каждый день (sic!); работник - дважды в неделю; погонщики ослов - раз в неделю; погонщики верблюдов - раз в тридцать дней; моряки - раз в шесть месяцев" (Мишна Ктубот 5:6) .

 

Разумеется, предлагая еврею, не слишком обремененному трудами, заниматься любовью каждый день, мудрецы Талмуда хотели сказать:"каждый день, когда женa чиста". Ибо в соответствии с Торой во время менструации и некоторое время после этого считается ритуально нечистой (нида), и близость с ней запрещена категорически. Однако, сохранив в неприкосновенности данный библейский запрет, авторы Талмуда неоднократно подчеркивали, что целью данного запрета ни в коем случае не является "воздержание". Ибо мудрецы полагали, что, воздержавшись от близости с женой в период ее нечистоты,в остальное время муж будет желать ее гораздо больше, так что в результате даже после долгих лет совместной жизни супруги будут иметь столь же интенсивную сексуальную жизнь, как и сразу после свадьбы:

 

"Рабби Меир говорил: почему Тора обязала женщину отдаляться от мужа во время менструации? Чтобы она не надоела мужу, но оставалась для него столь же желанной, как в день свадьбы" (Нидда 31б).

 

Более того: мудрецы Талмуда часто предпринимали различные шаги, позволявшие женщине возобновить близость с мужем сразу по окончанию периода нечистоты, не откладывая .К примеру,, согласно галахе, женщины должны были окунаться в микву (ритуальный бассейн) только ночью. Однако в тех случаях, когда с этим возникали какие-либо проблемы, мудрецы разрешали окунаться так же и днем:

 

"Говорил р. Хия бен Аши от имени Рава: женщинa, по окончанию периода ритуально нечистоты, должнa окунаться в микву только ночью.

Р. Идди разрешил женщинам Нареша окунаться днем, из-за львов <которые выходили ночью на охоту, так что женщины боялись выходить из дома>; Р. Аха разрешил то же в Папонии, из-за разбойников; р. Иуда - в Пумбедите, из-за опасности ночной простуды; Рава - в Мехозе, из-за городских ворот <которые вечером запирались>" (Нида 67б).

 

Или другой пример. Женщина, согласно Торе, становилась запрещенной мужу лишь в результате маточного кровотечения. Любая иная кровь - скажем, вызванная царапиной стенки влагалища - не делала женщину нечистой. Пользуясь этим моментом, мудрецы постановили:

 

“Если женщина видит каплю крови <например, на постели или одежде> <...>она имеет право объяснить ее какой-либо иной причиной, <и таким образом, не считать себя запрещенной мужу>" (Мишна Нида 8:1-2).

 

Поясняя данный принцип, Мишна приводит следущий казус:

"Как-то пришла к р. Акибе женщина и сказала: рабби, я видела каплю крови, <разрешена ли я мужу>? Сказал р. Акиба: может быть, у тебя есть там царапина <и таким образом, кровь не связана с гинекологией>? Сказала женщина: да, есть, но она давно зажила. Сказал ей р. Акиба: но разве не могла она вновь закровоточить? И признал ее ритуально чистой.

Услышав его решение, ученики стали изумленно переглядываться. Сказал им р. Акиба: что вас так удивляет? Разве не учили мудрецы, что в этих вопросах надо следовать более мягкой, а не более строгой линии?" (Мишна Нида 8:3) (1)

 

Отдельные мудрецы не ограничивались тем, что галахически обязывали мужчин иметь близость со своими женами. По их словам, естественные потребности женщины защищаeт не только галаха, но и Небo. А потому, мужчину, который пренебрегает своими супружескими обязанностями, может ждать самое суровое наказание - даже если он делает это из религиозных соображений:

 

Сказал Рава:вот что случилось в р. Рехуми, учеником Равы из Мехозы. Накануне Судного дня он всегда возвращался из иешивы (2) к жене <чтобы иметь с ней близость>.Один раз он был очень погружен в изучение Торы. Его жена, в ожидании его прихода, все говорила:Вот-вот он придет!Вот-вот он придет! Однако он так и не пришел. Потеряв надежду, она горько зарыдала. Рассказывают, что в этот момент р. Рехуми сидел и учился на балконе. Балкон обвалился, он упал на землю и умер." (Ктубот 62б) .

Незадачливый р. Рехуми оставлял жену, поскольку занимался изучением Торы. Однако во времена Талмуда отдельные евреи, подобно иным христианским аскетам, отказывались от супружеских отношений, преследую другие религиозные цели - например, желая достичь большей святости, полностью. В отличии от отцов церкви, мудрецы Талмуда относились к подобной практике более чем скептически, полагая, что единственное, чего можно ею добиться, это сделать себя более доступным искушению:

 

"Р.Хия бар Аши имел обычая, простираясь ниц во время молитвы, просить Бога уберечь его от сексуальных вожделений. Однажды его жена услышала эту молитву, и удивилась: ведь он уже семь лет ко мне не прикасается, о чем же еще просить? Однажды, когда р. Хия учился в саду, жена переоделась блудницей и стала дефелировать перед ним. Он спросил ее: кто ты? Она ответила: меня зовут Харута, и я сегодня прибыла в город. Он попытался ее "снять". Она сказала:в качестве платы достань мне вон те гранаты с верхушки дерева. Он взобрался на дерево, сорвал гранаты и вернулся к ней." (Кидушин 81б).

 

Впрочем,заботясь о физиологических потребностях женщины, мудрецов Талмуда помнили не только о количестве, но и о качестве: для них было достаточно важны как частота супружеской близости, так и то, чтобы женщина получала удовольствие от секса. Поэтому, насколько это было в их силах, мудрецы старались стимулировать еврейских мужчин удовлетворять своих подруг:

 

"Мы учим в барайте: если женщина достигнет оргазма <дословно - "даст семя"> раньше мужчины, то от этого акта родится сын; если же мужчина достигнет раньше - то дочь. Сказал р. Катина: таким образом, я могу сделать так, что у меня будут только сыновья <т.е. его жена достигала оргазма в каждом акте>.Рава говорил: тот, кто хочет иметь сыновей, пусть занимается сексом дважды за ночь." (Нида 31а).

 

Чтобы понять, зачем потребовались мудрецам вышеприведенные рассуждения о "тайнах зачатия", приведем еще один отрывок из Талмуда:

 

"Спросили ученики у р. Шимона бар Йохая:почему женщина приносит после родов грехоочистительную жертву? Ответил р. Шимон: потому, что во время родом дает клятву не заниматься больше сексом. Спросили ученики: почему после рождения сына женщина считается нечистой семь дней, а после рождения дочери - четырнадцать дней? Ответил р. Шимон: рождению сына все рады, поэтому женщина смягчается уже через семь дней; и никто не рад рождению дочери, поэтому она смягчается только через четырнадцать дней" (Нида 31б).

 

Не знаю, много ли найдется среди читателей тех, для кого, как для р. Шимона, рождение девочки не является поводом для радости. Однако нет никаких сомнений, что в его время дело обстояло именно так: почти все отцы хотели иметь сыновей, а не дочерей..

А теперь, зная об этом, вернемся к вышеприведенному тексту из трактата Нида. Известно, что чем дольше длится половой акт, тем больше у женщины шанса достичь оргазма. Мужчина же, напротив, испытывает оргазм в момент семяизвержения, т.е. независимо от длительности акта. Поэтому с эгоистической мужской точки зрения достаточно естественно стремиться закончить акт как можно быстрее - особенно если мужчина устал после напряженного трудового дня (а во времена Талмуда подавляющее большинство мужчин было занято именно тяжелым физическим трудом, причем рабочий день длился от рассвета до заката). Так что у мудрецов было более чем достаточно оснований полагать, что при подобном раскладе далеко не каждый мужчина станет заботится о том, чтобы доставить должное удовольствие также и своей жене. Поэтому, чтобы хоть как-то стимулировать мужчин в данном направлении, мудрецы решили апеллировать к его собственным интересам: хочешь сыновей? тогда старайся, чтобы твоя жена тоже получала удовольствие от секса.

Впрочем, заботясь о том, чтобы женщины получали удовольствие от секса, мудрецы Талмуда помнили не только о длительности акта. Известно, что накануне месячных у многих женщин резко возрастает чувствительность, поэтому в это время они получают от секса гораздо больше удовольствия. Однако многие мужчины времен Талмуда опасались вступать в это время в связь с женой, так как боялись нарушить заповедь, если месячные начнутся раньше или жена ошиблась в расчетах на день-два (что было вполне вероятно, поскольку календарей тогда ни у кого не было).Поэтому некоторые мудрецы сочли нужным специально подтолкнуть мужчин заниматься сексом именно в это время - причем делали они это при помощи утверждений, более чем сомнительных с физиологической точки зрения:

 

"Сказал Рабби: женщина имеет больше всего шансов забеременеть перед началом менструации" (Нида 31б) (3).

 

Вышеприведенное высказывание Раби является далеко не единственным свидетельством того, что мудрецы делали все возможное, чтобы страх перед непреднамеренной близостью в состоянии нечистоты как можно меньше мешал нормальной супружеской жизни. Причем некоторые из этих шагов получили даже галахическое оформление:

 

"Спросил р. Зера у р. Иуды:должна ли женщина проверять себя <не является ли она ритуально нечистой> перед каждой близостью? Сказал р. Иуда: не должна. Спросил р. Зера: а чем плохо, если будет проверять? Ответил р. Иуда:будет напряжена и вообще откажется от близости.

"Спросил р. Абба у р. Хуны:должна ли женщина проверять себя  после каждой близости? Сказал р. Хуна: не должна. Спросил р. Абба: а чем плохо, если будет проверять? Ответил р.Хуна:будет напряжена и вообще откажется от близости." (Нида 12а).

 

При желании, можно было бы привести еще много талмудических текстов и высказываний аналогичного содержание. Однако,по моему скромному разумению, уже приведенного материала более чем достаточно, чтобы понять: мудрецы Талмуда несомненно видели глубокий смысл в заботе о естественных потребностях еврейских женщин. А потому практически каждый из них мог бы подписаться под библейскими, в которых Иуда признавал, что виноват перед Тамар, ибо этими ее потребностями прeнебрег.

 

Дополнение: Талмуд и проблемы бездетной женщины.

 

Говоря о ситуации, в которой оказалась Тамар после смерти своего второго мужа, мы практически полностью сосредоточились на физиологическoй стороне проблемы. А между тем, одной лишь физиологией ее проблемы не исчерпывались. От старших сыновей Иуды детей у нее не было. Поэтому,если бы она так и оставалась жить в доме отца, то в перспективе ей вполне "улыбалось" закончить жизнь не только без мужа, но и без детей.

Как известно, в результате связи со своим свекром Тамар забеременела (и впоследствии родила двух близнецов, Переца и Зераха). Поэтому слова Иуды "она правее меня" мы можем понимать как относящиеся не только к естественным потребностям его невестки, но как подразумевающую также и проблему отсутствия детей: из-за того, что я не дал ей своего сына, она не могла реализовать свое естественное желание стать матерью законным путем, и потому вынуждена была согрешить.

Как мы могли убедиться, раскаяние Иуды в пренебрежении естественными потребностями Тамар находится в полном соответствии с подходом талмудического иудаизма к означенной проблеме. Так что теперь нам остается выяснить, проявляли ли мудрецы Талмуда аналогичное понимание чувств женщины, которая хочет, но в силу внешних обстоятельств не может иметь детей.

В Мишне приводится спор относительно того, распространяется ли библейская заповедь "плодиться и размножаться" на мужчин и на женщин, или же только на мужчин:

 

"Мужчина обязан плодиться и размножаться, но не женщина. Р. Йоханан бен Барока сказал: и те, и другие обязаны, как сказано:(Быт 1:28):Плодитесь и размножайтесь." (Мишна Евамот 6:6).

 

Как и в большинстве подобных случаев, галаха соответствует мнению анонимного большинства, а не мнению одного мудреца. Поэтому, в соответствии с еврейским законом, женщина не обязана иметь детей (Наиболее разумное объяснение, почему именно это мнение в конечном счете преобладало, заключается в том, что беременность и роды связаны с риском для жизни - а никто не может обязать другого рисковать своей жизнью (4)).

Данное решение имело далеко идущие последствия. Поскольку мужчина обязан по галахе иметь детей, то, согласно еврейскому праву, в случае, если его супруга неплодна, он имеет право (по некоторым мнениям - даже обязан) подать на развод и жениться на другой женщине, дабы иметь возможность исполнить заповедь. Женщина же, как мы выяснили детей иметь не обязана. Поэтому логично было бы предположить, что еврейское право не признает бесплодие мужа в качестве основания,на котором  она может потребовать  развода.

Однако, если мы обратимся к соответствующим талмудическим прецедентам, то мы с удивлением узнаем, что наш вывод был совершенно необоснован. Ибо когда перед мудрецами представала женщина, требовавшая развести ее с бесплодным мужем, решение практически всегда принималось в ее пользу.

Вот, к примеру, два подобных случая, описанные в Вавилонском Талмуде:

 

"Женщина пришла к р. Ами и сказала: я хочу развестись со своим мужем, который бесплоден. Сказал ей р. Ами: оставь, ведь ты не обязана иметь детей, так что нет у тебя повода для развода. Сказала женщина: когда бездетная станет старой, что с ней будет? Сказал р. Ами: если так, то обязаны принудить мужа дать развод.

Женщина пришла к р. Нахману и сказала: я хочу развестись со своим мужем, который бесплоден. Сказал ей р. Нахман: оставь, ведь ты не обязана иметь детей, так что нет у тебя повода для развода. Сказала женщина: разве не нужно женщине посоха, чтобы опереться < в старости>, и лопаты, которая ее погребет? Сказал р. Нахман: если так, то обязаны принудить мужа дать развод" (Ебамот 65б).

 

Вавилонский Талмуд ограничился в данном случае приведением  прецедентных решений в пользу женщины, желающей развестись с бесплодным мужем. А в  Иерусалимском Талмуде подобная судебная практика приводится просто в качестве априорного правила:

 

"Учили р. Яков бен Аха, р. Абаху и р. Ицхак бен Мерион от имени р. Иуды: если женщина хочет развестись с бесплодным мужем, дабы вторично выйти замуж - закон на ее стороне <т.е. суд принуждает мужа дать ей развод>” (Иерусалимский Талмуд Евамот 6:6).

 

Таким образом, хотя мудрецы и не обязали женщин "плодиться и размножаться", они прекрасно понимали их психологическую и экономическую потребность иметь детей. А потому, если женщина хотела стать матерью, в глазах мудрецов это было достаточным основание, чтобы освободить ее от уз брака с бесплодным мужчиной.

Так что, даже если мы решим, это слова Иуды "она правее меня" относились не столько к физиологическим потребностям Тамар, сколько к ее желанию стать матерью, то все равно картина при этом не меняется. Ибо и этом случае его подход полностью совпадает с подходом талмудического иудаизма.

---------------------------------------------------------------------------------------------------

Примечания

  1. Справедливости ради необходимо отметить, что далеко не все постановления Талмуда способствовали более частой супружеской близости.К примеру, мудрецы увеличили период ритуальной нечистоты, вызванный менструацией, с семи дней минимум до двенадцати (Нида 66а). Однако обсуждение опричин, побудивших мудрецов принять подобное решение, увело бы нас слишком далеко от основной темы.
  2. Согласно Талмуду, студенты иешив могли покодать своих жен на тридцать дней (Ктубот 62б). Однако отдельные мудрецы оставались в иешиве на гораздо более длительные сроки. Рекорд, если верить .(весьма недостоверной) легенде, принадлежал р. Акибе, покинувшему жену аж на двадцать четыре года!
  3. Впрочем, в той же сугие приводится высказывание р. Йоханана, куда более согласующиеся с физиологией: "Сказал р. Йоханан: женщина имеет больше всего шансов забеременеть близко ко времени окунания в микву" (Нида 31б).
  4. В Талмуде мы находим также иное объяснение решения мудрецов:"Где в Торе сказано, что женщина не обязана плодиться и размножаться? Р. Ила учил от имени р. Елиэзера бен Шимона": Сказано (Быт 1:28):И наполняйте землю, и обладайте (vekavsha - ивритское правописание позволяет прочесть этот глагол в единственном числе: "и обладай") - мужчинам свойственно обладать, но не женщине" <т.е. поскольку женщина занимает в браке подчиненное положение, то ее невозможно обязать относительно того, что не находится в ее власти>” (Ебамот 65б).

 


   
    
   

   


    
         
___Реклама___