©"Заметки по еврейской истории"
сентябрь 2014 года

Георгий Фомин

Георгий Фомин

Пока в памяти храним...


Чтобы воскресить дорогих нам людей, окончивших свой земной путь, нет необходимости в произнесении магических заклинаний.

Достаточно наедине с собой восстановить в памяти их образы или рассказать о прожитых совместно с ними мгновениях внимательным слушателям – приятелям, потомкам – и тогда...

Эти люди снова «оживут» в нашем сознании, станут действовать, давать нам советы, утешать в беде... Такое «воскрешение» остаётся доступным до тех пор, пока хоть кто-нибудь хранит о них воспоминания, рассматривает их фотографии, читает написанные ими строки.

Подобные рассуждения непрерывно сопровождают меня в процессе поисков утерянных сведений по семейной родословной своих предков. Всё дальше в прошлое уходят от нас события и годы, и вместе с ними – рубежная эпоха – Великая Отечественная война 1941-45 гг., уничтожившая огромные слои людской памяти...

«На ловца и зверь бежит» - такова народная мудрость.

Прежде чем рассказать читателю, какого «зверя» мне удалось поймать, следует пояснить, почему и как я стал этим «ловцом».

Моя фамилия Фомин - явно русского происхождения.

Однако в детские годы это не было для меня столь очевидно, поскольку окружавшая нашу семью многочисленная родня – Фомины – все были евреями.

Ну, может быть, за редкими исключениями, когда жёны некоторых родственников оказывались нееврейками, но принявшими фамилию мужей.

Родиной всех родственников Фоминых было белорусское местечко Колышки на Витебщине. Хотя мне так и не довелось посетить ту землю предков, но до сих пор при каждом встреченном упоминании этого названия – устно либо печатно – по спине бегут мурашки: наши места!

Ведь именно там, среди мхов и дёрна, колышащихся на болотных водах, покоятся корни нашего фамильного древа.

История местечка и многих его жителей прекрасно изложена в изданной в 2009 году в Минске книге писателя и журналиста  А.Л.Шульмана «Откуда есть пошли Колышки» (http://www.mishpoha.org/library/06/index.html).

Вот она в моих руках, эта небольшая книга в мягком переплёте.

На обложке скромная картинка, напоминающая графические иллюстрации А.Л.Каплана к рассказам Шолом-Алейхема, и чем-то знакомое заглавие.

Ну да, конечно! Это же начало летописной «Повести временных лет» – «...откуда есть пошла Земля Русская...», т.е., – откуда мы родом?

Возможно, кому-то из будущих читателей вставленное здесь слово Колышки покажется чуждым, но только не мне. 

Название этого белорусского местечка (с ударением на ‘ы’) пришло в мою жизнь в давнем послевоенном детстве вместе с негромкими, чаще всего – грустными, воспоминаниями родственников старшего поколения.

Автор – журналист и писатель Аркадий Львович Шульман – сам уроженец Витебщины.

С этим краем его связывает семейное прошлое, трудовое настоящее (он является главным редактором издающегося в Витебске Международного еврейского журнала «Мишпоха») и обширные творческие помыслы. На базе журнала, при активном личном участии Аркадия Львовича, выходит в свет серия очерков «Моё местечко», в которых по итогам бесчисленных поездок, тщательных розысков, бесед с жителями и очевидцами воссоздаётся история еврейских местечек Белоруссии.

В этот же ряд сейчас встал очерк ещё об одном из многих «штетлов» на территории бывшей Черты Оседлости – о местечке Колышки, где еврейское население стало быстро увеличиваться в начале XIX века. Принимая еврейский быт, еврейскую культуру и, разумеется, иудейскую религию, Колышки стали заметным центром торговли и сельского хозяйства в Витебской губернии.

Из тех далёких лет сохранились и пришли к нам имена евреев-торговцев, кузнецов, портных – Амроминых, Иткиных, Стерниных и др.

Об этих дедах-прадедах, проживших нелёгкие судьбы в дореволюционной и послереволюционной Белоруссии, повествуется в очерке, и мы – их потомки, – читая, следим за ними с неослабевающим интересом. Мы чувствуем повседневные местечковые заботы, познаём взаимоотношения соседей, отправляем детей на учёбу в местную школу и в другие города, вместе веселимся в дни еврейских национальных праздников.

Не исключено, что упоминаемые в книге фамилии бывших колышан, их потомков, страны их нынешнего проживания и фотографии помогут кому-нибудь восстановить потерянные семейные связи или определить неизвестных ранее родственников, как это случилось со мной.

Эта книга для нас – Нихамкины, Ноткины, Фомины, Рогацкины, Вихнины, Кикинзоны, Райхлины (перечень весьма велик), – для многих и многих, чья генеалогия берёт начало в еврейском местечке Колышки Лиозненского района Витебской области Беларуси.

Наши корни переплелись в той земле.

В ряду замечательных людей, родившихся в местечке, прославивших свой родной край, достойное место занимает герой Великой Отечественной войны, полковой комиссар Ефим Моисеевич Фомин, один из руководителей трагической обороны Брестской крепости в июне 1941 года.

Именно к этому человеку, с которым меня связывает достаточно близкое родство, относится моя нечаянная находка в старом журнале.

Писатель Сергей Сергеевич Смирнов (1915-1976), широко известный своим подвижническим трудом по розыску безвестных героев войны, рассказал о судьбе уроженца местечка Колышки Ефима Фомина в отдельной главе своей книги «Брестская крепость», изданной в первый раз в 1957 году.

С того времени любое упоминание Брестской крепости оказывает на меня такое же трепетное воздействие, как и упоминание местечка Колышки.

Со слов переживших войну очевидцев и участников обороны Крепости С.С.Смирнов опубликовал данные, что Ефим Фомин был захвачен в плен

30 июня 1941 г., на 9-й день войны, в группе других военнослужащих, и тут же, якобы по указанию предателя, Фомин был расстрелян «как комиссар».

За много прошедших лет мы уже привыкли относиться к этим сведениям как к чему-то незыблемому.

Здесь мне следует упомянуть о своём увлечении на протяжении нескольких последних лет – восстановлении семейной генеалогии Фоминых.

Как это часто случается, активный интерес к своей родословной вспыхивает тогда, когда среди живущих родственников уже мало остаётся людей, помнящих «старину», и ещё меньше – могущих связно изложить свои воспоминания.

Учитывая невозвратные потери старых семейных документов и фотографий в сожжённых войной местечках, в суматохе и спешке эвакуаций, эмиграций, да и просто по ротозейству, любая крупица требуемой информации дорого ценится, даже если она встречается не впервые.

И вдруг!..

Листая один из давних номеров журнала «Наше Наследие» (выпуск III за 1988 год), привезённых из России в эмиграцию и сохраняемых на особой полке, я впервые обратил внимание в разделе «Из летописи века» (стр. 95) на заголовок «24 дня. Письмо защитника Брестской крепости К.М.Симонову».

Разумеется, на этот раз я не оставил письмо без прочтения. Одолев четыре больших журнальных страницы, заполненных мелким шрифтом в две колонки, я едва поверил своему везению!

Писатель-фронтовик Константин Михайлович Симонов (1915-1979), работая в 1955 г. над созданием сценария для кинофильма об обороне Брестской крепости, разыскивал участников и очевидцев событий и вёл с ними переписку.

С одним из них, Анатолием Бессоновым, К.Симонов вошёл в такие доверительные отношения, что даже отправил ему свой киносценарий для просмотра и замечаний.

Подробное письмо, опубликованное в журнале «Наше Наследие», – это ответ А.Н.Бессонова, сохранившийся  в архиве Константина Симонова и снова увидевший свет в 1988 году, уже после смерти писателя.

Переживший войну защитник Брестской крепости  Анатолий Бессонов делился воспоминаниями о своём участии в сражениях, при этом непроизвольно(!) опровергал наши устоявшиеся знания.

Неоднократно упоминая комиссара Фомина, рядом с которым он воевал в рядах обороняющихся, описывая его руководство боевыми действиями, его контузии и ранения, А.Бессонов сообщает, что ещё 15 июля, после 24-х дней упорной обороны Е.М.Фомин был жив и, будучи тяжело раненным, находился в крепости среди своих солдат.

В тот день обессиленные, измождённые от голода и жажды, безоружные защитники крепости уже не смогли оказать сопротивление врагу.

Немцы ворвались в цитадель и захватили в плен тех людей, кто ещё мог двигаться самостоятельно. Скорее всего, тогда же были убиты все раненные и неспособные к перемещению.

Таким образом, жизнь полкового комиссара Фомина, одного из руководителей обороны крепости, завершилась героически, на боевом посту.

Бессонов в письме настоятельно просил, чтобы «диктор в прологе будущего фильма перечислил имена защитников». Однако в вышедшей на экраны в 1956 году кинокартине «Бессмертный гарнизон» по сценарию Симонова не прозвучало ни единого упоминания о Фомине.

В дальнейшем К.Симонов передал содержание этого письма писателю С.С.Смирнову, который в своей книге «Брестская крепость» рассказал о военной судьбе защитника крепости Анатолия Бессонова.

Однако в главе «Комиссар» автор почему-то ни в чём не сослался на воспоминания Бессонова, исказив при этом ряд фактов.

Складывается впечатление, что возможные попытки С.С.Смирнова прославить комиссара Фомина были кем-то пресечены.

В январе 1957 года полковой комиссар Е. М. Фомин, отдавший жизнь в борьбе с врагом, был посмертно награждён орденом Ленина.

Не исключено, что преградой для посмертного присвоения Ефиму Моисеевичу высокого в те времена звания Героя Советского Союза послужила его национальность.

Эта постыдная причина, разумеется, не могла быть обнародована, поэтому, скорее всего, «сверху» распорядились: "Фомина следует сдать в плен и бесславно расстрелять!".

Так возникла и была вложена в уста «очевидцев» версия о пленении Фомина 30 июня, выдаче его «как комиссара» и расстреле у Холмских ворот.

С годами эти «воспоминания» обрастали новыми подробностями, вызывающими сомнения в их первоначальной правдивости.

В то же время, я уверен, что приведённые А.Бессоновым факты, касающиеся пребывания Фомина в крепости, не следует считать выдумкой, т. к. в 1955 году, до выхода книги С.Смирнова (1957) и фильма по сценарию К.Симонова (1956), Бессонов ещё не мог находиться под влиянием общей эйфории обнаружения безвестных сослуживцев и излагал давние события достаточно правдиво.

Публикуя в журнале «Наше Наследие» письмо, сохранившееся в архиве К.Симонова, никто не заметил несоответствие, относящееся к дате гибели комиссара Е.Фомина, т.к. внимание было сфокусировано на других деталях документа.

Занимаясь сбором фактов из жизни моего славного родственника, полкового комиссара Ефима Фомина, чья судьба навсегда соединена в людской памяти с обороной Брестской крепости в 1941 году, я соприкоснулся с энтузиастами изучения военной истории, использующими современный документальный материал.

Более полувека мы признаём события июня 1941 года такими, как о них нам поведал в давних телевизионных беседах и в своей книге «Брестская крепость» бывший фронтовик С.С.Смирнов.

Сергей Сергеевич, наделённый высоким понятием о честности, не допускал ни единой мысли, что уцелевшие участники боёв в Брестской крепости могут  описывать для него события, мягко говоря, отличающиеся от действительных.

Однако, нам не следует забывать, что эти люди, в своём большинстве прошедшие сквозь кошмар гитлеровского плена, а уже в послевоенное «мирное время» пережившие ужасы сталинских концлагерей, не были признаны советской властью полноправными гражданами.

Пользуясь открывавшейся в беседах со Смирновым возможностью оправдать своё «позорное» прошлое, они приписывали себе чужие героические поступки, увеличивали длительность своих вооружённых действий в Крепости, создавали нереальные ситуации и даты.

На основе таких «мемуаров» Смирнов восстанавливал для нас боевую историю обороны Брестской крепости, прославлявшую сопротивление врагу изолированной группы военнослужащих в течение целого месяца.

Нынешние исследователи Брестской эпопеи нашли доступ к иным источникам. Прежде всего, это пролежавшие долгое время под спудом штабные бумаги 45-й пехотной дивизии вермахта, которая вела наступательные бои в городе Бресте и в крепости. Дивизионные «Журналы боевых действий» содержат скрупулёзные записи поминутных событий тех кровавых дней.

Первым из этих энтузиастов следует назвать проживающего в Новосибирской области историка и писателя Ростислава Владимировича Алиева, обобщившего некоторые свои выводы в книге-сборнике «Брестская крепость. Взгляд с немецкой стороны», 2009. Читателям предъявлены документально зафиксированные реальные даты и действия обеих сторон, воевавших на территории Крепости.

Из глубин архивов возникла картотека советских военнопленных, захваченных в крепости «Брест-Литовск». Широко известная своей педантичностью немецкая бюрократическая машина заработала с первых же минут вторжения на территорию противника. Помимо материальных трофеев тщательно учитывались и людские ресурсы.

На каждого оказавшегося в фашистском плену красноармейца сразу же заводилась «карточка военнопленного», заполнявшаяся по установленной форме, и затем сопровождавшая человека при переводе его в места сбора, в концлагеря, на промышленные предприятия – до самого его конца.

Пристальное внимание исследователей было обращено на пункт «Место и время пленения». Во многих случаях указано не только число, но и время суток.

К всеобщему нашему потрясению, основное количество солдат и офицеров гарнизона Брестской крепости зарегистрированы в этой картотеке уже 22-го, 23-го июня и далее, вплоть по 27-е число. Среди них оказались и те собеседники Смирнова, кто сообщал ему о своих боях в Крепости 30-го июня, 5-го июля и даже далее. Однако, судя по картотеке, после 27-го июня число пленных снизилось до единиц.

Неустанная и целенаправленная работа Ростислава Алиева в архивах Германии, Австрии и бывшего СССР позволила ему, кроме того, обнаружить фотографии, сделанные немецкими солдатами посреди развалин оборонительных сооружений.

Эти снимки датированы первыми числами июля 1941 года, что, совместно с сохранившимися дневниковыми записями германских солдат и офицеров, подтверждает прекращение основного сопротивления защитников после первой недели боёв.

Из тех же штабных документов выяснилось, что 45-я дивизия была выведена из Крепости в восточном направлении уже 4-го июля «в связи с выполнением поставленной задачи». Таким образом, опровергается давняя легенда советских историографов о сражениях в крепости в течение всего июля 1941 года.

Некоторые из найденных фотографий на фоне зданий цитадели Брестской крепости запечатлели процесс захоронения пленёнными красноармейцами своих убитых товарищей во взрывных воронках. Ясно видно, что большое количество тел было сброшено в огромную воронку, возникшую при взрыве двухтонного снаряда калибра 600 мм германской артустановки Karl-Gerät.  Появилась возможность по довольно чётким ориентирам определить это место погребения. Поданная Алиевым мысль инициировала активные розыски могилы силами жителей города Бреста, неравнодушных к истории и славе родной страны и предшествующих поколений.

Раскопки проводились при участии специализированной воинской части под общим руководством сотрудников Мемориального комплекса «Брестская крепость–герой», на чьей территории проходили работы.

Тщательные поиски дали внушительные результаты: из вскрытой «Воронки» были извлечены останки 58-ми человек и множество сопутствующих военному быту предметов, в том числе записная книжка, портмоне с письмом и солдатские медальоны, пролежавшие в земле 70 лет.

Такое большое захоронение советских бойцов – защитников Брестской крепости найдено всего во второй раз за все послевоенные годы.

Проржавевшие медальоны и истлевшие записи были исследованы в военно-криминалистической лаборатории, и, ко всеобщему ликованию, удалось восстановить имена троих красноармейцев, а также места их довоенного жительства.

Усердные розыски родственников или иных возможных следов по найденным адресам начались немедленно. Благодаря помощи связистов, коммунальных работников и просто отзывчивости различных людей за весьма короткий срок удалось отыскать детей и внуков тех погибших, чьи имена были определены.

Все эти годы, изо дня в день, они помнили и скорбели о «без вести пропавших».

9 ноября 2011 года останки 58-ми героев-защитников Брестской крепости поместили под плиты крепостного Мемориала. На торжественном церемониале перезахоронения в первых рядах присутствовавших стояли приглашённые родственники, произнося слова сердечной признательности «поисковикам», благодаря которым были «оживлены» для них любимые люди.

Все ушедшие живы, пока их в памяти храним!..

(продолжение следует)


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:8
Всего посещений: 2434




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2014/Zametki/Nomer9/Fomin1.php - to PDF file

Комментарии:

Элла
Сан Хосе, СА, США - at 2014-11-09 08:08:25 EDT
Уважаемый Георгий!С удовольствием прочла ваше теплое, интересное сообщение.Уверена ,оно тронет немало сердец.Великая вещь- память! Она помогает ушедшим оставаться среди живых,она помогает живым остаться чувствующими и не потерять связь времен,ибо" забвение - первый признак дикости." Я радуюсь вашему успеху, жду новых работ. Удачи!
Сильвия
- at 2014-09-26 14:57:29 EDT
Благодарю, Георгий, за ответ. Снова мне захотелось перечитать, что писал Марк Солонин об обороне Брестской крепости.

Немецкий отчет о штурме Брестской крепости
http://www.solonin.org/doc_nemetskiy-otchet-o-shturme

Публикацию переводов документов из Федерального военного архива Германии мы начинаем с отчета командования 45-й пехотной дивизии вермахта о штурме Брестской крепости. Высокие потери дивизии в ходе этой операции (1121 чел. убитыми и ранеными, что составляет 7% от её штатной численности) вызвали удивление и раздражение верховного командования - в обстановку "триумфального марша", с которого начался Восточный поход вермахта, они не вписывались. Уже 25 июня начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Ф.Гальдер делает в своем "Военном дневнике" такую запись: "Подтверждается, что 45-я пехотная дивизия, по-видимому, зря понесла в районе Брест-Литовска большие потери… Выяснить эффективность огня наших установок «Карл» [тяжелые артсистемы] по району Бреста. Расследовать действия 45-й пехотной дивизии в районе Бреста..."
Можно предположить, что в ходе этого "расследования" и был составлен приведенный ниже отчет:

....В результате тяжёлых боёв дивизии с 22 по 29. 6.41 можно констатировать:
1) Крепость и город Брест-Литовск заняты и таким образом движение по важнейшим путям снабжения (1-я танковая дорога и железная дорога Варшава, Брест-Литовск) на восток стало возможным и надежно прикрытым.
2) Крупные силы двух русских дивизий (6-й и 42-й) уничтожены, среди прочих захвачены следующие трофеи:
а) оружие: 14.576 винтовок, 1.327 пулемётов, 27 минометов, 103 орудия,
b) лошади: 780 лошадей, c) подвижные средства: 36 танков и гусеничных машин, коло 1500 автомобилей, в большинстве непригодных
Пленными взято: 101 офицер, 7.122 унтер-офицера и солдата
Кроме того у русских тяжёлые потери убитыми.
....
45-я дивизия поставленную ей задачу выполнила. Потери были тяжёлые; они составляют:32 офицера, 421 унтер-офицер и солдат убиты или пропали без вести,
31 офицер, 637 унтер-офицеров и солдат ранены...."

О фильме "Брестская крепость":
http://www.solonin.org/blogs_brestskaya-krepost-so-slezami
...Не без трепета душевного я ждал финала - что же автор сделает с Ефимом Моисеевичем Фоминым. Думаю, что он все правильно сделал. Да, правда факта была нарушена (Фомина, как еврея и комиссара, выдали "свои"), но такой эпизод, такая ложка дегтя была бы в данном случае, в этом фильме-реквиеме, ненужной и лживой....

Шана това.

George Fomin
Foster City, CA, USA - at 2014-09-26 07:56:59 EDT
Для меня весьма отрадно знать, что история боёв в 41 году в БК интересует не одного меня. В отличие от многих других исследователей Брестской обороны, я подхожу к этой эпопее весьма однобоко - выискиваю только подробности о судьбе Е.М.Фомина. С того же вопроса "Как погиб Фомин" я начинал свои поиски. Причём стараюсь использовать те документальные
свидетельства, которым можно больше доверять, чем в них сомневаться. На сегодня мы имеем только один-единственный документ с советской стороны - обнаруженный в развалинах Крепости в 51 г. полуистлевший "Приказ №1", где упоминается среди других руководителей обороны полковой комиссар Е.М.Фомин, из чего следует, что в день написания Приказа, 24 июня, Фомин ещё был жив и действовал. И всё! Ничего более официального не имеем.
Основной командный состав Крепости 22 июня 41 года оказался за её пределами: в летних лагерях, в отпусках, в неорганизованных массах отступающих/бегущих войск. Крепость осталась отрезанной от РККА, от всей страны, брошенная на произвол противника, и никаких документов, списков, зафиксированных радиограмм и пр. не было вывезено, спасено, сохранено. О возможных боевых действиях гарнизона никто в СССР не знал по крайней мере до 44 г., когда наступающая Советская Армия освободила г.Брест и крепость, и впервые от местных жителей услышали упоминания о боях неизвестных защитников Крепости с врагом. Огромный вклад в розыск возможных участников и свидетелей внесли писатели-фронтовики С.С.Смирнов и К.М.Симонов. Их усилия позволили собрать множество воспоминаний защитников Крепости. Им обоим, безусловно, наша глубокая благодарность!
Но - увы! - усилиями тех же людей многие факты, события, биографии были искажены, спрятаны и заменены. Уверенно могу сказать, что не во всех этих заменах есть их вина. Безусловно существовали продиктованные "сверху" выводы и решения. Поэтому не станем сейчас сильно осуждать писателей. О степени доверия к воспоминаниям советских мемуаристов - выживших к середине 50-х гг. защитников БК, я уже упомянул в своём очерке. Таким образом, помимо "Приказа №1", вся остальная история о Фомине - дело рук и головы Смирнова с использованием сведений от «мемуаристов».
Есть две ключевые точки в истории обороны, к которым вспоминающие стараются оказаться поближе. Первая - История создания «Приказа №1» - многие (слишком многие) указывают на своё присутствие на совещании командиров, участие в написании или переписывании текста Приказа и пр., а всё потому, что им надо проявиться в мозговом центре обороны и тем самым подтвердить своё активное сопротивление врагу.
Найденный и опубликованный в широкой печати текст «Приказа» стал опорной базой для этих воспоминаний. Вторая точка - пленение и расстрел пк Фомина. Тут оказалось, что чуть ли не все защитники сражались «плечом к плечу» рядом с ним, вместе оказались под завалом и были извлечены оттуда, почти что вместе к стенке были поставлены, но тут только одному Фомину не повезло, его выдали и расстреляли как комиссара, а остальных не за что было казнить, и они наблюдали «собственными глазами», но почему-то каждому увиделось/запомнилось по-разному. Вот это пленение и этот расстрел «на глазах у всех» наверняка подбросил участникам сам Смирнов, хотя я очень уверен – не по своей воле.

Сильвия
- at 2014-09-23 17:13:27 EDT
George Fomin
Foster City, CA, USA - at 2014-09-22 00:13:57 EDT
...Комиссарская гимнастёрка Фомина привлекала внимание не только бойцов-соратников, но также и вражеских снайперов, охотившихся за командным составом, и людей из "пятой колонны"... Поэтому Ф. вскоре сменил форму политработника на простую солдатскую ..Т.е. опознать комиссара по одежде в случае пленения было затруднительно.
Выдача Ф. предателем и немедленный расстрел тут же у стены крепости - факт сомнительный, т.к. не подтверждается захваченными немецкими документами. (Здесь мало места для объяснения подробностей).
---------------------------------
Я готова на прочтение еще одной Вашей статьи, настолько мне это интересно.
Значит "смена одежды" имела место... Был ли Фомин тяжело ранен - немцы могли бы его пристрелить и по этой причине. По фото Фомин незаметен (по мне) как "типичный еврей" и, если не было предателя, то почему Фомин расстрелян в одночасье? А если этот факт не подтверждается, то как Фомин погиб? Если бы он погиб как обыкновенный пленный в лагере (!), то имелась бы карточка военнопленного, где указывалась бы его смерть или выход из лагеря, например, передача в руки СС. Возможно ли, что смерть произошла на марше в лагерь военнопленных, т.е. ДО оформления карточки пленного, но где воспоминания тех пленных, что шли с ним в одной колонне (кто-то ведь выжил)...?
Проверила по данным ОБД: есть два военных документа, по которым Фомин "пропал без вести", ничего о плене, первый от 1941, второй - 1942г. Это, конечно еще ни о чем не говорит, т.к. ОБД постоянно пополняется.
О каких, конкретно, немецких документах идет речь?

Эдуард Шехтман
- at 2014-09-23 13:45:19 EDT
Спасибо автору за "пионерный" по содержанию и интересно написанный материал. Известная нам версия обороны Брестской крепости теперь облагорожена
правдой, не умаляющей при этом героизма защитников, принявших на себя страшный удар германской военной машины.

райский либерал
- at 2014-09-22 05:59:52 EDT
"Скорее всего, тогда же были убиты все раненные и неспособные к перемещению"
Парадоксально, но немцы раненых сразу не убивали, это не советские. Потом могли и евреев, и комиссаров, могли пристрелить раненых отставших при этапировании, но сразу вырезать раненых это чисто красноармейская манера, ещё с гражданской.

George Fomin
Foster City, CA, USA - at 2014-09-22 00:13:57 EDT
Сильвия, спасибо за внимание! 45-я дивизия вермахта была кадровой боевой частью. После подавления сопротивления гарнизона БК, она была отправлена на восток в сторону фронтовых сражений. Взамен в Крепость прибыли части второй линии - для "зачистки", сбора трофеев и наведения порядка в связи с предстоящим визитом Гитлера (Г. посетил БК совместно с Муссолини в августе 1941). Говорить об "ОБОРОНЕ БК", начиная с первых дней июля, не имеет смысла. Действия скрывавшихся одиночек можно отнести к разряду партизанщины, терактов, как и на остальной оккупированной территории СССР. Комиссарская гимнастёрка Фомина привлекала внимание не только бойцов-соратников, но также и вражеских снайперов, охотившихся за командным составом, и людей из "пятой колонны", убивавших в спину (упоминаются факты в мемуарах выживших защитников). Поэтому Ф. вскоре сменил форму политработника на простую солдатскую и даже подстриг волосы подобно рядовому составу, чтобы не отличаться внешним видом. Т.е. опознать комиссара по одежде в случае пленения было затруднительно.
Выдача Ф. предателем и немедленный расстрел тут же у стены крепости - факт сомнительный, т.к. не подтверждается захваченными немецкими документами.
(Здесь мало места для объяснения подробностей).

Сильвия
- at 2014-09-20 21:43:57 EDT
"...Из тех же штабных документов выяснилось, что 45-я дивизия была выведена из Крепости в восточном направлении уже 4-го июля «в связи с выполнением поставленной задачи». Таким образом, опровергается давняя легенда советских историографов о сражениях в крепости в течение всего июля 1941 года."

45 пд быда выведена, но оставились группы немецких солдат для "зачистки". И все же даже в июле еще были столкновения, но действовали одиночки и крохотные группки сов.солдат, что еще скрывались и пытались выйти из крепости (некоторым удалось). Если Е.Фомин оставался в своей форме (что скорее всего), то нашивки в петлицах и на рукаве отчетливо указывали на его звание (достаточно высокое), так что не нужно было предателя для опознания. Мне кажется, что никто из офицеров в той ситуации не пытался сойти за рядового.

Абрам Торпусман
Иерусал&, - at 2014-09-20 20:59:46 EDT
Спасибо, Георгий! Очень точно и честно, потому интересно.
нина веприк
штуттга&, германи - at 2014-09-20 18:38:47 EDT
Жорик, ты проделал очень интересную и нужную работу, особенно важную для детей и внуков. Подобные мысли посещают многих из нас, но, ксожалению, не всем дано воплотить их в жизнь.
Геннадий
Запорож&, Украина - at 2014-09-20 15:04:07 EDT
Занимаясь изучением неизвестных страниц в истории Великой Отечественной войны,в частности истории героической обороны Брестской крепости, я "вышел" на Георгия Фомина.
Должен отметить не только преданность автора избранной теме и своим корням, но и талант неутомимого исследователя, украшенный незаурядными литературными способностями.
Безусловно, здесь опубликована лишь малая толика из того, чем владеет автор.И здесь отмечу ещё одну грань его творчества:обнародовать лишь документально подтверждённые факты, а не пересказывать увы, появляющиеся всё чаще "охотничьи рассказы".

Новых творческих успехов тебе, дорогой друг!
Геннадий.

George Fomin
Foster City, CA, USA - at 2014-09-20 06:16:40 EDT
В свою очередь, я благодарен всем, кто отзывается на помещённый материал, и всем, кто способствует как восстановлению истин в истории, так и очищению русского языка от искажений!

Соплеменнику (кто Вы?) Спасибо за внимание и за пожелание! Но, чтобы дополнить недостающими подробностями, необходимо отыскать недостающие документы. Мои приятели подтвердят, что по этой теме я могу рассказывать часами, но не все могу пока опубликовать, т.к. часть рассказов - мои собственные выводы, неподтверждаемые реальными фактами.

Ася Крамер
- at 2014-09-20 04:40:43 EDT
А я горжусь, что Георгий Фомин работает корректором в нашей газете!
Соплеменник
- at 2014-09-20 02:58:55 EDT
Большое спасибо!
Было бы желательно расширить очерк недостающими подробностями.

Элиэзер М. Рабинович
- at 2014-09-20 00:58:39 EDT
Исключительно интересные воспоминания и рассказ. Сколько же еще времени мы будем заново открывать историю, резко искажЁнную официальной советской историографией?

Я горжусь, что мне удалось представить порталу нового автора.