©"Заметки по еврейской истории"
февраль  2012 года

Самуил Виноградов

Наследие Карла Маркса: отделить зерна от плевел

Уже более двух десятков лет я занимаюсь теоретическим наследием Карла Маркса, пытаясь понять и оценить его подлинный вклад в развитие научных знаний о человеческом обществе. Политические перемены, происходившие в СССР с конца 80-х гг. прошлого века, казалось бы, позволили исследователям, изучавшим социальные процессы, освободиться от догм официальной идеологии и критически осмыслить основные теоретические положения марксистской теории. Мои скромные усилия в этом направлении неизбежно вытекали из того влияния, которое объективно оказали идеи Маркса на развитие человечества в прошедшие сто лет.

Но произошло нечто совершенно иное. Крах советского политического и экономического строя и полная дискредитация той формы «социализма», которую изобрели эпигоны Маркса, породили всплеск нигилизма по отношению ко всему, что было сделано последним на протяжении его жизни. Само имя Маркса стало едва ли не синонимом псевдоучёного, попытавшегося постичь непостижимые законы социального мироздания и даже посмевшего наметить пути преобразования этого мироздания в соответствии с предложенной им схемой.

Абсолютное отрицание научной состоятельности теоретического наследия Маркса, однако, не было подкреплено какими-либо фундаментальными исследованиями, в которых присутствовали бы как доскональный анализ выдвинутых Марксом концепций, так и неопровержимые аргументы ошибочности этих концепций. Научное сообщество как будто потеряло всякий интерес к сущности глубинных процессов, происходящих в социуме, признало аксиомой отсутствие объективных закономерностей общественного развития. Но раз сомнение в такой аксиоме было высказано, да ещё в столь громкой форме, попытки постижения научной истины при изучении общественных процессов неизбежно продолжатся.

Недавно я обнаружил среди заговора молчания вокруг имени Маркса статью Евгения Майбурда «Из заброшенной рукописи о Карле Марксе»1. Появилась надежда, что нашёлся, наконец, исследователь, способный объективно проанализировать созданный Марксом пласт теоретического материала, отделить зёрна от плевел, показать, в чём Маркс был прав, а в чём заблуждался. Приступая к чтению каждого последующего номера виртуальной газеты с продолжением статьи, я ждал, когда, наконец, автор закончит описывать житейские и околополитические дрязги, в которых был замешан Маркс (и которые в настоящее время уже мало кого интересуют). Хотелось обнаружить в статье совершенно другое – теоретический анализ того материала, который представляет собой реальный вклад Маркса в мировую общественную мысль. Но так и не дождался.

Те, кто внёс ощутимый вклад в развитие человеческой цивилизации, создал памятники духовной культуры и продвинул вперёд науку, оставались, в своей повседневной жизни, обычными людьми, с присутствующими им странностями и недостатками. Но для человечества они важны именно как творцы. Какое нам сейчас дело до того, что Пушкин и Лермонтов иногда безобразно вели себя по отношению к окружающим? Что интересного в том, что Сергей Есенин устраивал пьяные загулы и хулиганил? А ценителям музыки вовсе не хочется вникать в вопрос о гомосексуальных наклонностях Петра Чайковского. Маркс, естественно, также был далёко не идеален в своём общественном поведении. Тот его образ, который был создан Галиной Серебряковой, столь же далёк от действительности, как и образ Ленина, созданный Мариэттой Шагинян. Я не собираюсь подвергать сомнению те факты из жизни Маркса, которые собрал и изложил Евгений Майбурд. Но сама попытка, на основании этих фактов, навязать читателям общее негативное мнение обо всём, что связано с именем Маркса, представляется мне некорректной.

Нет сомнения, что толчком для теоретического изучения социума для Маркса стало стремление уничтожить то, что он считал социальной несправедливостью, то есть имущественное неравенство между людьми. Надо признать, что в годы его жизни это неравенство проявлялось, зачастую, в ужасающих формах, особенно в сфере промышленного производства. Увы, то, что называлось капиталистической эксплуатацией наёмного труда, было вовсе не выдумкой социалистов, а повседневной реальностью, которую в нашу эпоху просто трудно себе представить. Маркс не пожелал примириться с этой реальностью и, подобно социалистам-утопистам, начертал для себя миссию – указать человечеству путь к созданию справедливого социума. Но, имея задатки учёного-теоретика, он понимал, что социальные преобразования возможны лишь в том случае, когда они не противоречат общему ходу исторического развития общества.

Обладая весьма солидным для того времени знанием философии и истории, Маркс попытался сделать то, о чём не помышлял до него ни один представитель мира науки – сделать человеческое общество предметом изучения в качестве материального объекта. Независимо от Дарвина он исходил из представления о человеке, как продукте саморазвития животного мира, который, в свою очередь, возник из неживой природы в процессе длительной эволюции.

С сожалением следует констатировать, что все основные опубликованные труды Маркса по данному вопросу содержали главным образом лишь конечные результаты его исследований. Те же работы, в которых раскрывался внутренний механизм социальных процессов, едва ли не 100 лет оставались лишь объектом «грызущей критики мышей». Только в начале 30-х годов архив Маркса и Энгельса был вывезен из гитлеровской Германии в СССР. Публикация же важнейших рукописей, начатая тогда же в Советском Союзе, была закончена лишь в 60-х годах. Однако эти рукописи вызвали существенный интерес главным образом на Западе, среди некоторых передовых представителей общественной мысли, таких, как, например, Эрих Фромм2. Советские обществоведы и идеологи (что, впрочем, было, чаще всего, одним и тем же), просто проигнорировали высказанные Марксом ценнейшие мысли, представлявшие серьёзную опасность для той концепции социалистической идеи, которая была канонизирована в СССР. Между тем, внимательное прочтение рукописей Маркса позволяет понять, в чём состоит та самая его теоретическая ошибка, реализация которой обошлась человечеству в реки крови и десятки миллионов загубленных судеб.

Решая поставленную перед собой, задачу, Маркс опирался на совершенно неопровержимые основания, дающие целостное представление об общих закономерностях развития человеческого общества. Первое из данных оснований состоит в том, что в основе жизни людей лежит удовлетворение ими наиболее существенных потребностей (в пище, одежде, жилье). Человек вынужден удовлетворять эти потребности, осуществляя для этого соответствующую деятельность. Содержанием такой деятельности является труд, то есть добывание средств к существованию путём материального преобразования окружающей природной среды. Одновременно, в процессе труда, происходит также и преобразование человеком себя самого. В результате у него появляются новые потребности, которые непрерывно возрастают и требуют дальнейшего совершенствования трудовых усилий. Следовательно, основой развития человеческого общества, как процесса непрерывного возникновения всё новых разнообразных потребностей людей и удовлетворения этих потребностей, является рост производства материальных благ. В этом и состоит сущность выдвинутой Марксом материалистической концепции развития производительных сил общества, которую практически невозможно опровергнуть.

Но развитие производительных сил, как известно всем, кто изучал теоретическое наследие классиков марксизма, – это лишь одна из сторон объективного противоречия, лежащего в основе развития человеческой цивилизации. В качестве другой стороны Маркс назвал т.н. «производственные отношения». Однако что эти отношения собой представляют в действительности, Маркс не объясняет ни в одном из опубликованных им трудов. Нельзя же всерьёз считать достаточным объяснением фразу из предисловия к "Критике политической экономии". Ведь для понимания сущности производственных отношений, как и любого другого сложного социального явления, необходим исторический анализ, то есть изучение сущности их происхождения и развития на протяжении длительного времени. И Маркс блестяще сделал такой анализ (к сожалению, лишь в своих ранних рукописных работах).

В этих работах Маркс сумел в общих чертах раскрыть сам внутренний механизм социального расслоения общества. Прежде всего, он подверг анализу процесс развития производительных сил и показал, что основным условием такого развития и его формой является общественное разделение труда, то есть распределение между людьми тех или иных трудовых функций, закрепление за ними специфических видов деятельности. Хотя данная мысль высказывалась ещё до Маркса, в частности, основоположником английской политической экономии Адамом Смитом, однако при этом разделение труда рассматривалось только с точки зрения экономического развития общества. Маркс же показал, что процесс общественного разделения труда является, одновременно, основополагающей причиной социального расслоения общества на большие группы, которые существенно различаются между собой по характеру своих потребностей и интересов.

В написанной совместно с Ф. Энгельсом рукописи «Немецкая идеология» Маркс сделал фундаментальный вывод. Этот вывод гласит, что, одновременно с развитием производительных сил общества, ростом удовлетворения важнейших потребностей людей и увеличением разнообразия этих потребностей, «у каждого появляется какой-нибудь определенный, исключительный круг деятельности, который ему навязывается и из которого он не может выйти... Это закрепление социальной деятельности, это консолидирование нашего собственного продукта в какую-то вещную силу, господствующую над нами, вышедшую из-под нашего контроля, идущую вразрез с нашими ожиданиями и сводящую на нет наши расчеты, является одним из главных моментов во всем предшествующем историческом развитии. Социальная сила, т. е. умноженная производительная сила, возникающая благодаря обусловленной разделением труда совместной деятельности различных индивидов, – эта социальная сила, вследствие того, что сама совместная деятельность возникает не сознательно, а стихийно, представляется данным индивидам не как их собственная объединенная сила, а как некая чуждая, вне их стоящая власть, о происхождении и тенденциях развития которой они ничего не знают; они, следовательно, уже не могут господствовать над этой силой, – напротив, последняя проходит теперь ряд собственных фаз и ступеней развития, не только не зависящих от воли и поведения людей, а, наоборот, направляющих эту волю и это поведение»3. Приведённое высказывание без преувеличения можно назвать ключом к пониманию сущности социальных противоречий, социальной жизни общества в целом.

Одновременно Маркс в общих чертах разработал также концепцию, которая достаточно строго и убедительно объясняет причины социальных антагонизмов в обществе. Сущность этой концепции состоит в том, что, в результате общественного разделения труда, носящего стихийный, никем не регулируемый характер, происходит разрыв между интересами отдельных людей и интересами общества в целом. Каждый человек стремится удовлетворить свои жизненные потребности, что является условием его существования. Формой же такого удовлетворения выступает потребление тех или иных благ. Но интересы общества в целом состоят как раз в обратном – в том, чтобы люди создавали эти блага. Пока жизнедеятельность людей протекала в рамках первобытных общин, противоречия между производством и потреблением отсутствовали, либо подавлялись общинной психологией, поскольку в условиях крайней скудости средств к существованию они могли привести к разрушению и гибели таких общин. Когда же, в результате начавшегося процесса общественного разделения труда, стали появляться излишки производимых продуктов, последовал распад общинных связей, и взаимоотношения между людьми стали приобретать все более противоречивый характер.

Закрепление за каждым человеком определённой специфической деятельности приводило к тому, что большую часть необходимых для его существования продуктов он был вынужден получать в обмен на продукт его собственной трудовой деятельности. Следовательно, само существование человека стало зависеть от множества других людей, каждый из которых тем или иным образом участвовал в производстве совокупного общественного продукта. В итоге, отношения производства, распределения, обмена и потребления материальных благ, связавшие общество в единую экономическую систему, сделались сильнее отдельного индивида, подчинили его себе. Так произошло потому, что продукт труда человека, прежде служивший удовлетворению его собственных потребностей, стал отныне служить другим людям. При этом отдельный работник вносил в продукт всё меньшую его долю, зато непрерывно увеличивалось число людей, участвующих в его производстве. И чем большее количество совокупного труда вкладывалось людьми в производимый ими продукт, тем большей ценностью этот продукт становился для общества. Такой продукт, произведенный уже не для непосредственного потребления, а для обмена на другие продукты, как бы аккумулирует живой труд, превращается в овеществленный труд, имеющий теперь общественную ценность. Но сам человек при этом теряет такую ценность, все более превращается всего лишь в средство осуществления материального производства. Общество он интересует лишь как частичный работник, придаток производственного процесса.

Данное явление, порожденное стихийным характером процесса общественного разделения труда, Маркс назвал отчуждением труда. В работе, получившей впоследствии название «Экономическо-философские рукописи 1844 года» он показал, что отчуждение есть социальный процесс, для которого характерно превращение деятельности человека и результатов такой деятельности в самостоятельную силу, господствующую над человеком и враждебную ему. Сущность отчуждения труда состоит в том, что овеществленный труд, то есть продукт труда, становится для человека важнее, чем живой труд, а, следовательно, важнее и носителя этого труда, то есть другого человека. Продукты как бы «вклиниваются» в отношения между людьми, опосредствуют данные отношения. Соответственно отчуждение труда означает отчуждение человека от общества, от природы, от другого человека.

Объективно отчуждение труда является неизбежным результатом стихийного процесса разделения труда в сфере материального производства. Средневековый ремесленник, например, сам изготовлял тот или иной продукт и обменивал его на другие продукты, нужные ему. В эпоху раннего капитализма мануфактурный рабочий, осуществляя ручной труд, участвовал в изготовлении продукта совместной деятельности многих рабочих. При этом он получал в качестве вознаграждения только минимум средств к существованию. А на современном механизированном предприятии рабочий является всего лишь придатком машины, простым агентом производственного процесса. В каждый продукт теперь вложен труд огромного числа людей. Однако эти люди нужны обществу преимущественно лишь в подобном качестве. Трудовая деятельность теряет для них человеческий, то есть общественный смысл, превращается исключительно в условие поддержания их физического существования.

Таким образом, непрерывный процесс отчуждения труда порождает всё более полное отчуждение частичного работника от общественных целей и ценностей. «...Рабочий, – писал по этому поводу Маркс, – относится к продукту своего труда как к чужому предмету. Ибо при такой предпосылке ясно: чем больше рабочий выматывает себя на работе, тем могущественнее становится чужой для него предметный мир, создаваемый им против самого себя, тем беднее становится он сам, его внутренний мир, тем меньшее имущество ему принадлежит. Рабочий вкладывает в предмет свою жизнь, но отныне эта жизнь принадлежит уже не ему, а предмету»4.

Отчуждение труда означает, в конечном счете, отчуждение человека от его собственной человеческой сущности, которое проявляется, прежде всего, в созидательной деятельности. Главное место в сознании и поведении человека в данном случае объективно занимает потребительская деятельность, отражающая его биологическую, то есть, фактически, животную сущность. Рабочий, по выражению Маркса, «только вне труда чувствует себя самим собой, а в процессе труда он чувствует себя оторванным от самого себя. У себя он тогда, когда он не работает, а когда он работает, он уже не у себя»5.

Отчуждение людей от продуктов трудовой деятельности, порожденное разделением такой деятельности, отнюдь не является абсолютным. Сам факт отчуждения уже предполагает, что производимый работниками продукт переходит к другим людям, тем, кто его не производит, но имеет возможность присвоить благодаря своему особому положению в системе общественного разделения труда.

Пока люди могли обеспечить себя лишь минимальным количеством материальных благ, никто, кроме них самих, не мог присваивать эти блага. Но уже появление у первобытных людей излишков производимых продуктов сверх физиологически допустимого минимума потребления создало возможность перераспределения этих излишков. Ведь чем больше человек ограничивался кругом специализированной деятельности, тем меньше возможностей у него оставалось для других занятий, тем сильнее была его зависимость от окружающих его общественных отношений. Поскольку процесс общественного разделения труда носит стихийный характер, всегда находились люди, стремившиеся присвоить себе излишки продуктов чужой трудовой деятельности посредством вооруженного насилия, хитрости, использования суеверий и предрассудков. Пользуясь своим превосходством, они постепенно заняли в системе общественного разделения труда место, прямо противоположное тем, кто непосредственно производил материальные блага. Закрепление этими людьми за собой особого, привилегированного положения произошло потому, что в обществе возникло особое отношение между людьми, подчинившее себе все остальные отношения.

Сущность данного отношения К. Маркс охарактеризовал следующим образом: «...Посредством отчужденного труда человек порождает не только свое отношение к предмету и акту производства как чуждым и враждебным ему силам, – он порождает также и то отношение, в котором другие люди находятся к его производству и его продукту... Подобно тому, как он свою собственную производственную деятельность превращает в свое выключение из действительности, в кару для себя, а его собственный продукт им утрачивается, становится продуктом, ему не принадлежащим, точно так же он порождает власть того, кто не производит, над производством и над продуктом. Отчуждая от себя свою собственную деятельность, он позволяет другому человеку присваивать деятельность, ему не присущую»6.

Это и есть основное экономическое отношение, присущее обществу на всем протяжении развития цивилизации – отношение частной собственности. Содержание данного отношения состоит в том, что каждый человек имеет собственный источник (либо несколько источников) получения материальных благ, без чего он не смог бы существовать. При этом одни люди имеют самостоятельные источники существования, другие же ничего не имеют и вынуждены продавать свою рабочую силу собственникам, получая взамен средства к жизни.

Такова, в общих чертах, выдвинутая Марксом концепция социального развития общества, достаточно убедительно объясняющая основополагающие причины имущественного неравенства, классовых антагонизмов, социальных потрясений, различных форм насилия в отношениях между людьми, общностями людей и даже государствами. Отчуждение между людьми, обусловленное имущественными отношениями, пронизывает всё общество, даже, зачастую, на уровне семьи, не говоря уже о таких социальных общностях, как коллектив, поселенческая группа или целая нация. Вся история человечества – это непрерывные конфликты между людьми, насилие на всех уровнях взаимоотношений между ними. В многочисленных революциях и гражданских войнах соплеменники безжалостно убивали друг друга не во имя провозглашаемых ими идей, а ради перераспределения общественного богатства, то есть овеществлённого труда. В силу всеобщего характера процесса разделения труда в материальном производстве, порождённое этим процессом отчуждение распространилось на все сферы жизни человечества. Уголовная преступность, проституция, наркомания, нецензурная брань и другие формы отчуждения характерны для любого общества вплоть до настоящего времени.

Казалось бы, делая столь фундаментальные философские выводы, Маркс должен был пойти дальше – представить общественное разделение труда в качестве главного системообразующего фактора развития общества, а, следовательно, признать общество стихийно действующей целостной системой, то есть совокупностью взаимосвязанных элементов (социальных групп). Но тем самым пришлось бы признать, что общество является, по сути, живым организмом, эксперименты над которым со стороны отдельных людей и групп неизбежно ведут к разрыву внутренних связей между его элементами, а значит, к разрушению системы в целом. Ведь систему невозможно изменить, находясь внутри неё, будучи одним из её элементов. Для этого надо выйти за её пределы, подчинить её себе. Но, увы, системный подход к изучению окружающего мира Маркс так для себя и не выработал. К тому же такое признание означало для Маркса необходимость отказа от его главной идеи – революционного преобразования мира руками одного из элементов общественной системы – промышленного пролетариата.

Нельзя сказать, что Маркс целиком игнорировал естественный характер общественных процессов. Выдвигая идею социализма, он сделал попытку раскрыть внутреннюю цель саморазвития человеческого общества и выявить пути достижения данной цели. В качестве последней он рассматривал вовсе не социализм как некий искусственно сконструированный общественный строй. Такой целью для Маркса был человек, живой субъект, имеющий возможность реализовать свое стремление к счастью в форме всестороннего развития собственных способностей. Подобное состояние общества, при котором каждая личность может реализовать себя в качестве творческого субъекта, Маркс назвал практическим или положительным гуманизмом. Социализм же он понимал как длительный процесс перехода человечества от классового общества к такому гуманизму.

Сущность данного процесса Маркс рассматривал как историческое преодоление отчуждения труда или, что то же самое, как положительное упразднение частной собственности. Это означает коренное изменение соотношения материального (экономического) и духовного (человеческого) богатства как в системе объективных условий жизни людей, так и в системе их ценностных ориентаций. В данном случае, как писал Маркс, «...на место экономического богатства и экономической нищеты становятся богатый человек и богатая человеческая потребность. Богатый человек - это в то же время человек, нуждающийся во всей полноте человеческих проявлений жизни, человек, в котором его собственное осуществление выступает как внутренняя необходимость, как нужда. Не только богатство человека, но и бедность его получает при социализме в равной степени человеческое и поэтому общественное значение. Она есть пассивная связь, заставляющая человека ощущать потребность в том величайшем богатстве, каким является другой человек»7. Эта идея превращения человека в величайшее богатство для других людей, идея присвоения не какой-либо вещи, а человека в качестве главной ценности, то есть присвоения его духовного богатства, и по сегодняшний день является одной из вершин гуманистической мысли человечества.

Однако, как известно, благими намерениями вымощена дорога в ад. Маркс не хотел терпеливо ждать, когда капитализм сам придёт к своей естественной смерти. Он выдвинул концепцию, согласно которой пролетариат, одерживая победу над буржуазией в борьбе за политическую власть, упраздняет частную собственность, а, одновременно, и ее противоположность – отчужденный труд, то есть упраздняет самого себя как класс. Практически это означает, что промышленные рабочие способны обобществить средства производства и обеспечить дальнейшее развитие производительных сил общества. Именно здесь заложено основное внутреннее противоречие теории «научного социализма». Сущность указанного противоречия состоит в том, что промышленный пролетариат объективно не способен выполнить всемирно-историческую миссию, якобы предначертанную ему, с точки зрения Маркса, ходом исторического развития общества. Ведь для того, чтобы взять в свои руки совокупные средства производства и двинуть вперед их развитие, необходимо владеть всем тем богатством, которое выработало человечество, то есть культурой. Однако промышленные рабочие являются классом, наиболее отчужденным, в силу стихийного характера процесса общественного разделения труда, не только от средств производства, но и от основных достижений мировой культуры. Тем самым круг их ценностей ограничивается главным образом сферой потребления материальных благ.

Иного и быть не может, пока рабочий занимает в системе общественного разделения труда вполне определенное специфическое место в качестве частичного работника, придатка машины. Как писал ещё в 1969 г. выдающийся российский философ Г.С. Батищев, разделение деятельности «есть не что иное, как разделение самого человека, превращение человеческих индивидов в «частичных индивидов». При таком «раздроблении» конкретность человека для своей теоретической реконструкции требует собирания и критического синтеза многих и многих изуродованных, искалеченных индивидов, ставших «обломками» человека»86.

Нельзя сказать, что Маркс не видел указанного противоречия, тем более что он сам и раскрыл сущность отчуждения, и показал, до какого уровня духовной нищеты отчужденный труд доводит наемного рабочего. Но, говоря о результатах процесса отчуждения рабочего от общественных целей и ценностей, Маркс сделал парадоксальный вывод: «Вот до какой абсолютной бедности должно было быть доведено человеческое существо, чтобы оно могло породить из себя свое внутреннее богатство»9. Этот аргумент, совершенно не подтверждаемый всем ходом исторического развития общества, Маркс и положил без всяких доказательств в основу своей социально-политической теории. Но тот, кто был «ничем», не может стать не только «всем», но даже «кем-то», пока не изменит своего места в системе общественного разделения труда, пока не перестанет быть наемным частичным рабочим. Пролетариат, отчужденный от общественных целей и ценностей, объективно не способен на самостоятельную созидательную деятельность в качестве социальной (а не рабочей) силы. Это подтверждается всем многообразным горьким опытом развития нашего общества на протяжении многих десятилетий.

Сама идея «построения» того или иного общественного строя абсурдна по своей сути. Нормально функционирующее человеческое общество нельзя построить, как нельзя, например, искусственно создать живой организм, поскольку поступательное развитие этого общества возможно лишь как естественноисторический процесс. Это относится и к социализму. Пролетариат, провозглашенный большевиками гегемоном революции, господствующим классом нового общества, якобы овладевшим основными средствами производства, фактически остался в том же положении, в котором он находился до Октябрьского переворота. Иного и быть не могло в обществе, где процесс капиталистического разделения труда был еще очень далек до своего завершения.

Следует всё же отдать должное научной честности 26-летнего Маркса, который попытался представить себе, что произойдёт в случае захвата пролетариатом (а фактически, его псевдопредставителями) политической власти в обществе, где ещё не исчерпан до конца потенциал капитализма. Рассматривая потенциальный «грубый коммунизм», Маркс писал: «Как таковой он имеет двоякий вид: во-первых, господство вещественной собственности над ним так велико, что он стремится уничтожить все то, чем, на началах частной собственности, не могут обладать все; он хочет насильственно абстрагироваться от таланта и т. д. Непосредственное физическое обладание представляется ему единственной целью жизни и существования; категория рабочего не отменяется, а распространяется на всех людей; отношение частной собственности остается отношением всего общества к миру вещей... Этот коммунизм, отрицающий повсюду личность человека, есть лишь последовательное выражение частной собственности, являющейся этим отрицанием. Всеобщая и конституирующаяся как власть зависть представляет собой ту скрытую форму, которую принимает стяжательство... Всякая частная собственность как таковая ощущает - по крайней мере по отношению к более богатой частной собственности – зависть и жажду нивелирования, так что эти последние составляют даже сущность конкуренции. Грубый коммунизм есть лишь завершение этой зависти и этого нивелирования, исходящее из представления о некоем минимуме. У него – определенная ограниченная мера. Что такое упразднение частной собственности отнюдь не является подлинным освоением ее, видно как раз из абстрактного отрицания всего мира культуры и цивилизации, из возврата к неестественной простоте бедного и не имеющего потребностей человека, который не только не возвысился над уровнем частной собственности, но даже и не дорос еще до нее.

Для такого рода коммунизма общность есть лишь общность труда и равенство заработной платы, выплачиваемой общинным капиталом, общиной как всеобщим капиталистом. Обе стороны взаимоотношения подняты на ступень представляемой всеобщности: труд – как предназначение каждого, а капитал – как признанная всеобщность и сила всего общества...

Таким образом, первое положительное упразднение частной собственности, грубый коммунизм, есть только форма проявления гнусности частной собственности, желающей утвердить себя в качестве положительной общности»10. Не правда ли, до боли знакомая картина.

Возможно, величайшая трагедия Марка как учёного и философа заключалась именно в том, что он, вместо того, чтобы, развивая свою теоретическую концепцию развития общества, создать целостную фундаментальную социологическую науку, ввязался в политическую борьбу, не имевшую ни малейших перспектив. Именно поэтому человечество так и не узнало Маркса-социолога. Зато оно узнало Маркса-экономиста.

Не вызывает сомнения, что вся теоретическая деятельность Маркса в области политической экономии была подчинена той же цели, что и «научный социализм» – обоснованию неизбежности перехода человечества от капитализма к социализму. Начиная свою работу над «Капиталом», Маркс стремился подвести теоретический фундамент под свою идею закономерности пролетарской революции. Для этого, по его мнению, надо было научно обосновать исторически преходящий характер индустриального этапа товарного производства, что невозможно было сделать без глубокого и добросовестного анализа современной Марксу мировой системы хозяйства. Соответственно первый том «Капитала» (которым, собственно, и ограничивается реальный вклад Маркса в мировую экономическую науку) делится на две совершенно неравноценные части.

Первая часть этого тома и до сегодняшнего дня является образцом теоретического исследования по своей глубине и добросовестности. Не случайно ещё совсем недавно, в период охватившего мир экономического кризиса резко возрос спрос на «Капитал». Но язык «Капитала» доступен далеко не каждому, поскольку этим, по сути гегелевским, языком объясняются достаточно сложные, противоречивые экономические явления и процессы. Так, в Советском Союзе, где все без исключения студенты изучали политическую экономию, лишь ничтожная часть дипломированных специалистов читала этот фолиант. Занимаясь социологическими исследованиями, я довольно часто задавал респондентам соответствующий вопрос и ни разу не услышал на него положительного ответа.

Вплоть до настоящего времени, в мире не появилось ни одной фундаментальной работы, написанной на том же теоретическом уровне, что и «Капитал», способной опровергнуть важнейшие теоретические положения Маркса в области теории стоимости и теории прибавочной стоимости. Маркс, как никто другой, сумел раскрыть механизмы производства и обращения капитала, показать объективные закономерности макроэкономический процессов. А поскольку капиталистическое товарное производство, которое было характерно для индустриальных стран в XIX веке, в значительной мере сохранилось до наших дней, в нём неизбежно действуют те же закономерности.

Вместе с тем следует констатировать, что своей основной цели – показать неизбежность экономического краха капитализма, исходя из сделанных им открытий в области политической экономии, – Маркс так и не достиг. Его концепция неизбежности экономического краха капиталистической системы хозяйства основана на двух произвольно сделанных выводах. Первый из них – неизбежность абсолютного обнищания пролетариата, второй – неизбежность циклических экономических кризисов, ведущих к краху мировой экономической системы в целом. Исходя из этих выводов, Маркс венчает «Капитал» сакраментальной фразой: «Бьёт час капиталистической эксплуатации. Экспроприаторов экспроприируют». Но аргументы Маркса в данном случае оказались очень слабыми. Ход исторического развития общества показал их несостоятельность, показал способность капиталистической экономики решать возникающие перед ней проблемы.

В заключение я попытаюсь высказать свой вариант ответа на вопрос о долговечности капиталистической системы хозяйства и возможности перехода человечества к той форме общественных отношений, которая исключает частную собственность и, соответственно, эксплуатацию чужого труда. Для этого придётся вновь вернуться к фундаментальным основам высказанной Марксом в его ранних рукописных работах материалистической теории развития общества. Важнейшая составляющая этой теории – концепция основополагающей роли общественного разделения труда в процессе такого развития. Именно специфический характер разделения труда в сфере материального производства делает частную собственность необходимым условием существования современного общества. Следовательно, для того, чтобы уничтожить современную частную собственность и сопутствующий ей наёмный труд, преодолеть отчуждение работников от средств производства, необходимо уничтожить индустриальное разделение труда.

Сама подобная постановка вопроса, на первый взгляд, кажется немыслимой. Ведь именно благодаря процессу разделения труда человечество и достигло нынешних высот своего развития. Но в погоне за прибылью предприниматели стремились до предела упростить трудовые функции рабочих, свести эти функции к самым элементарным движениям. В результате, ещё в начале XX века появилось конвейерное производство, обеспечивавшее выпуск продукции в массовых масштабах. Однако сами рабочие, основные потенциальные потребители массовой продукции, не могли её приобрести, поскольку их уровень потребления был ограничен стоимостью их рабочей силы, то есть прожиточным минимумом. Как результат, в крупнейших капиталистических странах в конце 20-х годов произошёл экономический кризис перепроизводства.

Но, с другой стороны, весь ход мирового экономического прогресса показал, что дробление трудовых операций между работниками не является бесконечным. Рано или поздно оно завершается. Но означает ли сказанное, что тем самым прекратится развитие общественного производства? Ответ на этот вопрос был дан ходом истории уже в середине ХХ века. Благодаря научно-технической революции прежнее разделение труда, превращавшее работника в простой придаток производственного процесса, постепенно перестаёт быть основной формой развития производительных сил общества. Всё более становится возможной, мало того, необходимой с точки зрения дальнейшего общественного прогресса, замена живой рабочей силы автоматическими устройствами.

Таким образом, процесс исторического преодоления отчуждения труда, представляет собой уничтожение прежнего разделения труда. Сущность данного процесса выражается в постепенном вытеснении работников из сферы наемного труда на основе автоматизации основных сфер материального производства. Тем самым создаются предпосылки постепенного отмирания классовых противоречий, практического преодоление отчуждения между людьми, а значит, реализации центральной гуманистической идеи, в общих чертах намеченной ещё Иммануилом Кантом: «Человек... существует как цель сама по себе, а не только как средство»11.

В качестве существенной тенденции, процесс превращения человека из средства в цель совокупной жизнедеятельности общества уже заметно выражен в ряде высокоразвитых стран. Это проявляется в значительном сокращении численности наемных рабочих в составе самодеятельного населения, в постепенной гуманизации общественных отношений, в расширении сферы обслуживания люде, в интеллектуализации профессиональной деятельности работников и т.д. В данном случае мы наблюдаем не искусственно созданный общественный строй, а закономерный этап естественноисторического развития общества.

Вызревание гуманистических социальных отношений проявляется не только и даже не столько в росте материального благосостояния основной массы людей, занятых в совокупном общественном производстве, сколько в их переходе к принципиально новым видам деятельности, требующим всесторонних знаний, а также в возрастании самоценности человеческой жизни и человеческой личности. Иначе говоря, возрастает общественное значение живого труда по сравнению с трудом овеществленным. Среди общественных ценностей на первый план все более выдвигается культура – совокупность интеллектуальных богатств, накопленных человечеством, а также деятельность по созданию таких богатств. Конечно, переход человечества к новому качественному состоянию является чрезвычайно длительным, сложным и противоречивым процессом, растянутым на века, однако он уже происходит и носит эволюционный, а, следовательно, необратимый характер.

Маркс, естественно, не мог всего этого предвидеть. Он был продуктом своей эпохи и, в то же время, её критиком, одержимым грандиозной идеей. Свою идею он реализовать так и не сумел. Мало того, попытки её реализации самозваными последователями Маркса, как было сказано выше, стоили человечеству неисчислимых жертв. Но обвинять в этом самого Маркса можно не в большей степени, чем обвинять создателя планетарной модели атома Томаса Резерфорда в гибели сотен тысяч жителей Хиросимы и Нагасаки. С другой стороны, значительную часть своей жизни Маркс потратил на совершенно никчемные виды деятельности, хорошо описанные в упомянутой статье Евгения Майбурда. И всё же, если суммировать весь реальный вклад Маркса в мировую общественную мысль XIX века, приходится признать, что лишь единицы его современников могут быть поставлены с ним в один ряд.

Цитированная литература

1 Сетевой портал «Заметки по еврейской истории». Из заброшенной рукописи о Карле Марксе». № 12/2010 и след.).

2 Эрих Фромм. Марксова концепция человека. М: Республика, 1992.

3 Маркс К., Энгельс Ф. Избранные сочинения. В 9-ти т. Т. 2. Москва, 1985. С. 31.

4 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 42. С. 88.

5 Там же. С. 90.

6 Там же. С. 96.

7 Там же. С. 125.

8 Батищев Г. С. Деятельностная сущность человека как философский принцип // Проблема человека в современной философии. М., 1969. С. 113.

9 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 42. С. 120.

10 Там же. Т. 42. С. 114 – 116.

11 Кант И. Соч. Т. 4. Ч. 1. Москва, 1965. С. 269.


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 905




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2012/Zametki/Nomer2/Vinogradov1.php - to PDF file

Комментарии:

Борис Минков
- at 2012-04-12 13:46:20 EDT
Е. Майбурд
- at 2012-04-11 06:18:34 EDT

Заметно многое. Например, то, что Вам, и не только, почему-то так и "не пришло в голову", - как это китайцы, к примеру, "слезли с дерева" и "очеловечились", не имея никакого представления о страстно пропагандируемой Вами "морали на все времена". А также, - как это вышло, что "народ книги" за почти два с половиной тысячелетия так и "не пришил ни одной пуговицы к пифагоровым штанам"?

Это не "еврейский вопрос", замечу.

С уважением,
Борис Минов.

Борис Дынин - Борису Минкову
- at 2012-04-11 06:42:27 EDT
Борис Минков
- Wed, 11 Apr 2012 06:14:32(CET)

"...было замечено о логике Кожева...Не знаю кем "это было замечено". Я ничего "не знаю", если нет точной, авторитетной и проверяемой ссылки."

См. ниже Борис Дынин - Борису Минкову - Ч.1, Ч.2
- at 2012-04-09 06:12:56 EDT.
Конечно, это не авторитетная, но проверяемая ссылка :-)

"Ему как раз принадлежит ведущая практическая роль в части создания именно экономики ЕС

Я не думаю, что экономика ЕС создана по Марксу. Ох, эти философы!

"Будущее ничего не "готовит" нам ни "по Марсу", ни "по Ньютону", ни "по Эйнштейну". Но классика требует уважения. И не следует думать, что Маркс (как и Гегель, Ньютон и др. классики) в чём-то "ошибались" и понимали меньше нынешних "философов" и "экономистов".

Да, классика требует уважения, но не обязательно ее использование идеологами. И я думаю, что классики понимали проблемы нашего времени меньше, чем наши современники, что естественно. Ньютон понимал в тяготении меньше, чем Эйнштейн, что не есть ему упрек, ибо он понимал больше, чем его предшественники, и был плечом для Эйнштейна. Я не думаю, что такое сравнение из истории физики анологично положению Маркса в истории идеологии (философии, экономики и пр.). Маркс вообще не интересовался стабилизацией, оптимизацией и пр. экономики, и в этом плане не был ученым-экономистом вообще.

Это замечание, если оно имеет смысл для Вас, есть также ответ на остальную часть Вашего постинга. В том числе на Ваше желание видеть философию и экономику подобными физике, или вообще естественным наукам. Желание понятное, но анализ его уведет нас далеко...
С уважением, Борис Д.

Е. Майбурд
- at 2012-04-11 06:18:34 EDT
Борис Минков
- at 2012-04-11 06:14:32 EDT

Я мало смыслю в "философии" и "экономике"

00000000000000

Да это и так заметно, дорогой.

Борис Минков
- at 2012-04-11 06:14:32 EDT
Борис Дынин - Борису Минкову
- at 2012-04-11 01:55:54 EDT

"...было замечено о логике Кожева... нет больше а сфере "диалектики негативности" (Борис Дынин).

Не знаю кем "это было замечено". Я ничего "не знаю", если нет точной, авторитетной и проверяемой ссылки.

Я не могу назвать его своим "кумиром", но это (сказанное Вами выше) не так. Ему как раз принадлежит ведущая практическая роль в части создания именно экономики ЕС, он был её ведущим разработчиком, и не случайно именно он открыл и вёл первое заседание ЕЭС.

Будущее ничего не "готовит" нам ни "по Марсу", ни "по Ньютону", ни "по Эйнштейну". Но классика требует уважения. И не следует думать, что Маркс (как и Гегель, Ньютон и др. классики) в чём-то "ошибались" и понимали меньше нынешних "философов" и "экономистов". И где же они, нынешние? Прежде всего нужно видеть "аксиоматику", на которую опиралась мыслители, и текущие обстоятельства, понять это, а "не ловить блох". Знать, что такое "экстраполяция" и её естественные пределы, и т.д. Забыть ходячее-клишированное, тот же "утопизм". Это только мы такие умные, - задним числом, - вот и нет нынче ни одного Имени, на которое можно сослаться, не осрамившись вскоре, как и все нынешние "старшие экономисты", включая "нобелевских".

Я мало смыслю в "философии" и "экономике", хотя многое читал и читаю с удовольствием, хотя и "интуитивно". Для меня важно - понял я, или нет, опираясь, естественно, на свой, пусть и ограниченный, но почти полувековой опыт (b.minkov+optics, b.minkov+lasers, b.i.minkov+scintillators, B.I.Minkov+radiation+stability, просто minkovite, и ещё более сотни публикаций ещё в ту пору, когда интернета не было). Естественно, мои замечания "интуитивные", и относятся больше к "методологии" и "стилистике".

Не вижу я в так называемых "работах" по нынешней "экономике" и "философии" ни "ограничительной" части, ни "отличительной", а также чётко сформулированных "начальных" и "граничных" условий, области релевантности, что сразу же производит впечатление болтовни, жонглирования терминами, жульничества, не говоря уж о просто грязноязычных фельетонах (Е. Майбурд и иже).

Искренне Ваш, с уважением,
Борис Миков.

Борис Дынин - Борису Минкову
- at 2012-04-11 01:55:54 EDT
Борис Минков
- Wed, 11 Apr 2012 01:22:54(CET)

"... если взять мир в целом, то в глаза сразу бросается гигантский пролетариат, причем именно в марксистском смысле этого слова... где прибавочная стоимость, как и при капитализме, инвестируется частными лицами, а не государством, но изымается она не в пределах той же страны, а за ее пределами." (Александр Кожев).
=====================================
Уважаемый тезка! В добавление к тому, что уже было замечено о логике Кожева (в вопросе об оправдании Маркса, - в других вопросах он был более интересным философом, но больше а свере "диалектики негативности", почему и любил Гегеля и иной раз клялся Марксом) следует заметить, что он не дожил до Emerging markets (развивающихся рынков) Бразилии, Индии..., не говоря уж о Китае. Что бы нам будущее ни готовило, почти очевидно, оно грядет не по Марксу. После смерти Кожева в 1968 г., произошло много такого, в том числе с французской философией (а был он прежде всего философом), что ссылки на него, право, не очень актуальны в экономике.

Борис Минков
- at 2012-04-11 01:22:54 EDT
"... то, что называлось капиталистической эксплуатацией наёмного труда, было вовсе не выдумкой социалистов, а повседневной реальностью, которую в нашу эпоху просто трудно себе представить." (С.Виноградов).

Да, трудно, - но только там, где дают кушать "за себя и за того парня":

"... если взять мир в целом, то в глаза сразу бросается гигантский пролетариат, причем именно в марксистском смысле этого слова... где прибавочная стоимость, как и при капитализме, инвестируется частными лицами, а не государством, но изымается она не в пределах той же страны, а за ее пределами." (Александр Кожев).

"При соучастии и покровительстве Международного валютного фонда и Всемирного банка, всегда требующих скромности и прозрачности, ... воровали абсолютно все - вплоть до подков лошадей на скаку... вплоть до булыжников с мостовых и львов в зоопарках, и потом все это испарилось. ... И граждане, невидимые, остались без стран, с гигантским долгом, который должен быть оплачен – битой посудой чужого праздника, и с правительствами, которые не правят, потому что ими правят извне." - "Невидимые", Эдуардо Галеано, 1940 г.р. (Уругвай, Испания, Аргентина), один из самых известных латиноамериканских писателей.

Вот с этого и начинается, как и было веками, любая "экономика".

"Вместе с тем следует констатировать, что своей основной цели – показать неизбежность экономического краха капитализма, исходя из сделанных им открытий в области политической экономии, – Маркс так и не достиг. Его концепция неизбежности экономического краха капиталистической системы хозяйства основана на двух произвольно сделанных выводах. Первый из них – неизбежность абсолютного обнищания пролетариата, второй – неизбежность циклических экономических кризисов, ведущих к краху мировой экономической системы в целом." (С.Виноградов).

А вот это лишнее, совсем лишнее. См., к примеру, выше (Александр Кожев, Эдуардо Голеано). И не только.

С уважением,
Борис Минков.

М. ТАРТАКОВСКИЙ. Реанимация коммунизма?
- at 2012-04-09 18:37:18 EDT
Борис Дынин - Борису Минкову - Ч. 2
- Mon, 09 Apr 2012 06:12:59(CET)

Карл Маркс: «Что касается меня, то мне не принадлежит ни та заслуга, что я открыл существование классов в современном обществе, ни та, что я открыл их борьбу между собою. Буржуазные историки задолго до меня изложили историческое развитие этой борьбы классов, а буржуазные экономисты — экономическую анатомию классов. То, что я сделал нового, состояло в доказательстве следующего: 1) что существование классов связано лишь с определёнными историческими фазами развития производства, 2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата, 3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов.»

И при этом, по Кожеву, "Сегодня ни один серьезный человек не будет утверждать, что пророчества Маркса серьезны".
Так что будем осторожны в своих ссылках на философов. С ними не так просто!

>>>>>>>>>>>>>>>>>>MCT<<<<<<<<<<<<<<<

С философами, действительно, "не так просто". Одни волнения.
Местный философ, кондидат филосоыфских наук (так в его автобиографии на Портале) готов, видимо, подтвердить, -
"что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата".
Когда и где это реализовалось?
Готов ли он определить само это кардинальное здесь понятие - пролетариат?

Указанный философ подтверждает, видимо, известную коммунистическую доктрину, -
"что диктатура пролетариата сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов».
Опять же, где и когда это произошло?

И - как он представляет себе "бесклассовое общество", сиречь пресловутый коммунизм, где "все равны", хотя люди рождаются уже разными - и личный интерес едва ли не важнейший стимул развития человечества.

Борис Минков
- at 2012-04-09 07:19:15 EDT
Борис Дынин - Борису Минкову
- at 2012-04-09 06:12:59 EDT

Спасибо Вам за отклик!

Я здесь случайный гость. Просто, обратил внимание на мужество, можно сказать, автора статьи о "Наследии Карла Маркса", и был удивлён непривычной мне "стилистикой" некоторых комментариев. У меня совсем иной профиль (, , , , ).

Я отметил, что моё отношение к этому предмету чисто "интуитивное", но Ваши замечания мне были интересны.

Искренне Ваш,
Борис Минков.

Борис Дынин - Борису Минкову - Ч. 2
- at 2012-04-09 06:12:59 EDT
Видите ли не чартисты, профсоюзы, фабианцы, лейбористы и прочие далеко не марксистские группы и партии добивались политических изменений в капиталистическом обществе в соединении с преобразованиями в его экономической структуре, но "ошибочная истина Маркса". При этом, удивительно, как тот же Кожев забывает понимание Марксом самого себя. " "«Что касается меня, то мне не принадлежит ни та заслуга, что я открыл существование классов в современном обществе, ни та, что я открыл их борьбу между собою. Буржуазные историки задолго до меня изложили историческое развитие этой борьбы классов, а буржуазные экономисты — экономическую анатомию классов. То, что я сделал нового, состояло в доказательстве следующего: 1) что существование классов связано лишь с определёнными историческими фазами развития производства, 2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата, 3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов.»

И при этом, по Кожеву, "Сегодня ни один серьезный человек не будет утверждать, что пророчества Маркса серьезны".
Так что будем осторожны в своих ссылках на философов. С ними не так просто! Иной раз аргумент остается вырванной из контекста цитатой.

Борис Дынин - Борису Минкову - Ч.1
- at 2012-04-09 06:12:56 EDT
Борис Минков
- at 2012-04-08 20:35:11 EDT
Мои дорогие друзья!

Хотелось бы отметить мнение одного из крупнейших философов прошлого века, Александра Кожева (Alexandre Kojeve, 1902-1968), а заодно и одного из основателей Евросоюза и разработчиков ЕЭС (Европейского Экономического Сообщества), который писал (по памяти, но близко к тексту), что Карла Маркса вслух положено шельмовать, а по сути, но скрыто, - перестраивать "экономику" (и социальную сферу) именно (и только) по его "Капиталу" (в переводе, - Колониализм с европейской точки зрения, А Кожев, Вестник Европы, 2002, № 5)
===================================
Дорогой друг и тезка!
Читали ли Вы Кожева? Не заметили ли Вы, что он гегельянец, а отношение Маркса к Гегелю, я уверен, Вам известно. Так процитирую Кожева:

"В наши дни, как и во времена Маркса, гегелевская философия не является истиной в собственном смысле слова: она является не столько дискурсивно адекватным раскрытием реальности, сколько идеей или идеалом, т.е. «проектом», который нужно осуществить, а тем самым – подтвердить действием. Примечательно как раз то, что именно потому, что она еще не истинна, эта философия остается единственной, которая способна однажды стать истинной. Ибо она является единственной философией, говорящей, что истина созидается во времени из заблуждения и нет «трансцендентных» критериев (в то время как теистическая теория либо верна на веки вечные, либо изначально ложна). Вот почему история никогда не опровергнет гегельянства, но удовлетворится тем, что изберет одну из противостоящих друг другу трактовок.
Поэтому мы можем сказать, что в настоящий момент всякая интерпретация Гегеля, если она представляет собой нечто большее, чем пустую болтовню, есть лишь программа борьбы и труда (одна из этих «программ» называется марксизмом). А это означает, что труд истолкователя Гегеля имеет значение как деяние в области политической пропаганды. Г-н Ниль совершенно прав, когда он под конец книги говорит: «гегельянство представляет собой отнюдь не только литературный интерес». От того, как ныне трактуются тексты Гегеля, зависит будущее мира, смысл настоящего и значение будущего."

http://vphil.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=212&Itemid=52

Так что не по Марксу должна идти история, а по Гегелю. Ну а как же с Марксом? Тут гегельянец на высоте:
"Мы можем сразу сказать, что марксистские пророчества не оправдались – как раз в капиталистических странах не было “социальной революции”. Сегодня ни один серьезный человек не станет всерьез утверждать, что в этих странах имеется хоть какая-то возможность подобной революции. Но если сегодня уже нельзя всерьез отрицать это фактическое положение дел, то можно ложным образом его интерпретировать. Скажем, можно предположить, что Маркс ошибался в своих предсказаниях потому, что ложными были их теоретические основания. Зачастую именно это и утверждалось. По-моему, такое истолкование не только ложно, но и опасно. На деле Маркс ошибся не потому, что он был не прав в теории, но именно потому, что он был прав.".
http://magazines.russ.ru/vestnik/2002/5/kolonial.html (В упомянутой Вами статье)

И в чем же он был прав, что сделало его неправым? А том, что якобы капиталисты делали то, что должна была сделать пролетарская революция.
"Короче говоря, капиталисты стали делать именно то, что они и должны были делать по марксистской теории, а именно то, что делало “социальную революцию” невозможной и ненужной"

Е. Майбурд
- at 2012-04-09 05:15:36 EDT
Борис Минков
- at 2012-04-08 20:35:11 EDT
000000000000000000000000

Наряду с мнениями "одного из крупнейших философов прошлого века, Александра Кожева (Alexandre Kojeve, 1902-1968), а заодно и одного из основателей Евросоюза и разработчиков ЕЭС (Европейского Экономического Сообщества)" хотелось бы видеть наличие своих собственных мозгов.

Борис Минков
- at 2012-04-08 20:35:11 EDT
Мои дорогие друзья!

Хотелось бы отметить мнение одного из крупнейших философов прошлого века, Александра Кожева (Alexandre Kojeve, 1902-1968), а заодно и одного из основателей Евросоюза и разработчиков ЕЭС (Европейского Экономического Сообщества), который писал (по памяти, но близко к тексту), что Карла Маркса вслух положено шельмовать, а по сути, но скрыто, - перестраивать "экономику" (и социальную сферу) именно (и только) по его "Капиталу" (в переводе, - Колониализм с европейской точки зрения, А Кожев, Вестник Европы, 2002, № 5).

Помнится также, что в Германии, одним из "Наших Лучших", - по результатам голосования, в котором приняли участие миллионы телезрителей, - наряду с Альбертом Эйнштейном и Мартином Лютером был признан и Карл Маркс (как выдающийся экономист, социолог и гуманист).

Хотелось бы также заметить, что лично я знаком с этим предметом "интуитивно", а также преимущественно по "художественной литературе". Но мне помнится, что в той или иной мере практически все ("меченные" совестью и способностью к сопереживанию) Имена в классике прошлого века (как и в среде учёных-естественников) были так или иначе "сопричастны" к "марксизму".

Комментарии Е. Майбурда к этой статье, типа "... следовало бы почитать, притом внимательно и без марксистских шор (!)", "Чтобы судить о таких вещах, нужно знать литературу и историю науки. Как у автора по этой части?" и т.д., мне представляются бессодержательными и возмутительно-бескультурными.

"...язык "Капитала" - это язык Гегеля... Он труден для восприятия..." (С.Виноградов). Да, мне это запомнилось, хотя прошло с полвека, как я в последний раз держал его в своих руках. Вот я и думаю, что раздражение и пустословие в "замечаниях" Е. Майбурда и с этим и связано тоже. Не говоря уже о том, что новомодные антимарксистские "шоры" для экс-марксистов много краше.

А "напоследок я скажу" (Элиэзеру М. Рабиновичу), что для палачества вовсе не нужна такая "трудная для восприятия" (С.Виноградов) головная боль как "Капитал" Маркса. Вполне достаточно и "морали на все времена":

"33. ГОСПОДЬ, наш Бог, отдал его в наши руки: мы убили его и его сыновей, перебили все его войско. 34. В ту пору мы овладели всеми его городами и предали их заклятью — уничтожили. В этих городах мы истребили и мужчин, и женщин, и детей. 35. Только скот и захваченную в городах добычу мы оставили себе. 36. …ГОСПОДЬ, наш Бог, отдал нам всё!" (Тора, Второзаконие/Слова, гл.2, академический перевод с древнееврейского). И т.д.

"...Кто понимает, будет хранить молчание." (Авраам ибн Эзра, раввин, 11 век н.э.).

С уважением, Борис Минков.

Виолетта
- at 2012-03-03 14:06:36 EDT
Уважаемый господин Виноградов. Изложить свою точку зрения по вопросам противоречий «Капитала» в интернете я, естественно, не смогу. Но если Вас, действительно, интересуют эти противоречия, они обсуждаются с 80-х годов Х1Х века. Энегльс опубликовал в мае 1884 года 2 том «Капитала», а в декабре того же года его русский перевод уже продавался в книжных магазинах крупнейших городов Российской империи. И сразу же с его критикой выступили народники, легальные марксисты, Ленин, Туган-Барановский, Р.Люксембург, после революции – Преображенский, Варга, Мотылев и др. Критика посвящена схемам воспроизводства. Что касается 3 тома, то ситуация такая же, как и с 2 томом. После публикации развернулась критика по 2 проблемам: противоречие между теорией прибыли и теорией прибавочной стоимости. Это противоречие продолжают обсуждать до сегодняшнего дня в рамках марксистской парадигмы. Второй проблемой является теория производительного труда. Особенно активно ее обсуждали в 20-е годы. В 30-х годах дискуссия по данной проблеме была запрещена, а журналы, на страницах которых публиковались соответствующие материалы, поместили в спецхраны. В период «оттепели» к этой дискуссии вернулись, но ее снова запретили. Однако сегодня прочитать ее вполне возможно. Спецхраны открыты. Доступно и то, что публиковалось в 60-70 годы.
Самуил Виноградов
Израиль - at 2012-02-29 14:34:26 EDT
Поправка. Моя монография называется "Общая социология" (Алматы, Изд-во "Гылым", 1997 г.).
Самуил Виноградов
Израиль - at 2012-02-29 08:30:01 EDT
Уважаемая Виолетта. Вы совершенно справедливо заметили, что я в своей статье уделил основное внимание ранним работам Маркса. Дело в том, что моя специальность - социологическая наука, а не экономическая. Именно в "Немецкой идеологии" и "Экономическо-философских рукописях 1844 года" ясно выражена идея о том, что общественное разделение труда, обусловленное необходимостью удовлетворения непрерывно растущих потребностей людей, представляет собой стихийный и объективный процесс, подчиняющий себе сознание и поведение людей. Следовательно, ключ к пониманию как социальных процессов и явлений, так и конкретного поведения отдельной личности, надо искать не в субъективных устремления индивидов и групп, а в их месте в системе общественного разделения труда. Соответственно, изменить в лучшую сторону социальные отношения в обществе, ослабить социальные противоречия можно только на основе изменения характера производительной деятельности людей. Более конкретно эта концепция изложена в моей монографии "Теоретическая социология" (Алматы, Гылым, 1997), экземпляры которой имеются в Российской Центральной библиотеке и в библиотеке ИНИОН. К сожалению, в настоящее время в мировой социологии безраздельно господствует идеалистический подход к пониманию социальной жизни общества, который сопровождается полным разрывом между теоретическими концепциями и эмпирическими социологическими исследованиями. Любое же упоминание имени Маркса применительно к познанию социума встречается представителями современных социологических направлений в штыки (именно в силу провала попыток реализации его социал-утопических идей). Образно говоря, вместе с водой выплеснули ребёнка.
Что же касается поднимаемых Вами вопросов о серьёзных противоречиях в разных томах "Капитала", относящихся к области фундаментальной экономической науки, то я, в силу своей специализации, не считаю себя достаточно компетентным для дискутирования по ним. Но буду Вам очень признателен, если Вы изложите свою точку зрения по этим вопросам в Интернете.

Виолетта
- at 2012-02-28 12:18:06 EDT
Продолжение:
Наемному труду торговых работников присущ двойственный характер? Иначе говоря, снова тот же самый вопрос о создании стоимости: непроизводительный труд торговых работников создает стоимость или нет?
Не менее серьезным является противоречие между 1 и 2 томами «Капитала». Относится это, прежде всего, к теории общественного воспроизводства. Маркс построил свои схемы без учета роста производительности труда. В теории Маркса рост производительности труда выражается в росте органического строения капитала и нормы прибавочной стоимости. В схемах этого нет. Все попытки построить схемы с учетом роста производительности труда приводили их авторов к закону о преимущественном росте производства средств производства, что противоречит как эмпирике, так и здравому смыслу. Еще сложнее является проблема реализации относительной прибавочной стоимости, при рассмотрении воспроизводства общественного капитала. Не удается найти общественных субъектов, способных предъявить спрос на соответствующую часть товарной массы при принятых Марксом предпосылках.

Виолетта
Киев, - at 2012-02-28 12:15:57 EDT
Уважаемый господин Виноградов!
С интересом прочитала Вашу статью о наследии Маркса. Хочется выразить Вам искреннюю благодарность за проделанную работу и обратить внимание на некоторые аспекты затронутой Вами проблемы.
Вы считаете, что реальный вклад Маркса в мировую экономическую науку ограничивается первым томом «Капитала», т.к. именно там обоснованы важнейшие теоретические положения в области теории стоимости и теории прибавочной стоимости, и вплоть до настоящего времени в мире не появилось ни одной фундаментальной работы, написанной на том же теоретическом уровне, что и «Капитал», способной их опровергнуть. Я думаю, это не произошло по той простой причине, что Маркс сам их опроверг во 2 и 3 томах «Капитала».
Не понятно, почему Вы высказываете такое благоговение по отношению к рукописям молодого Маркса, а по отношению к 2 и 3 тому – пренебрежение. Энгельс в предисловии к 2 тому пишет, что Маркс поручал ему из материала подготовительных рукописей для 2 и 3 тома «что-нибудь сделать» (т.24, с.9). Почему Маркс сам не подготовил эти рукописи к печати? Почему он практически перестал работать над своим любимым детищем после 1870 года? Эпизодически вернулся к рукописям в 1877 и 1878 году – и все! Но ведь он хотел, чтобы его произведение было опубликовано, раз поручил Энгельсу сделать эту работу. Почему же не сам опубликовал? Может быть, ответ заключается в том, что Маркс видел противоречия между теоретическими положениями, высказанными в разных томах, и не знал, как их разрешить?
Первое из важнейших противоречий вовсе не всем известное «так называемое противоречие между 1 и 3 томами "Капитала"», рассматриваемое и критикуемое в учебниках по политической экономии. С определенной натяжкой будем считать, что ему найдено относительно удовлетворительное объяснение. Гораздо серьезнее проблема производительного труда. В 1 томе исследование отталкивается от аксиомы о непроизводительном характере труда по смене формы стоимости. В 3 томе пришлось рассматривать воспроизводство торгового капитала и возмещение чистых издержек обращения. Как возмещается стоимость «основного капитала» в торговле? Процесс возмещения основного капитала в сфере материального производства Маркс объясняет двойственным характером труда. Но двойственный характер имеет лишь производительный труд. Труд по смене формы стоимости априорно объявлен непроизводительным. Маркс мучается над решением этого вопроса в 17 главе 3 тома, все время повторяя необходимость вернуться к его разрешению позже. Однако не вернулся. Почему? Еще сложнее проблема возмещения чистых издержек обращения. В соответствии с теорией о непроизводительном труде по смене формы стоимости, Маркс говорит, что они возмещаются как вычет из совокупной прибавочной стоимости, созданной промышленным капиталом, и сразу же приводит условный числовой пример, в котором он эти чистые издержки обращения прибавляет к стоимости, произведенной промышленным капиталом. Это противоречие увидел Цаголов, и тихонько, не привлекая излишнего общественного внимания к этой проблеме, в своем Курсе п/э , в соответствии с логикой Маркса, привел условный числовой пример, в котором он чистые издержки обращения вычел из прибавочной стоимости и не прибавил к стоимости, созданной промышленным капиталом. Понятно, что в 70-е годы в СССР эту проблему обсуждать было невозможно. Но сегодня можно к ней вернуться? Так все-таки, труд по смене формы стоимости является производительным, создающим стоимость и прибавочную стоимость или нет? Если все-таки нет, тогда надо найти ответ на вопрос о возмещении чистых издержек обращения. До сегодняшнего дня такого непротиворечивого ответа, который бы не разрушал теорию стоимости и прибавочной стоимости, обоснованную в 1 томе, нет. Нет и ответа на вопрос о воспроизводстве стоимости «основного капитала» в торговле.

Борис Э.Альтшулер
Берлин, - at 2012-02-27 23:40:05 EDT
Маркс интересен для нас из-за идеологии, носящей его имя, - марксизма. Наследство Маркса, при всей критике, гигантских размеров: его труды поначалу идеалистического философа-младогегельянца сформировали диалектический и исторический материализм, в экономике — теорию прибавочной стоимости, в политике — теорию классовой борьбы. Труды Маркса стали идеологической основой рабочего движения 19-20 вв. По своему первоначальному образованию и мышлению Маркс был философом.
Примерно до 1848 года, до 30 лет, он развивался почти исключительно как философ и как журналист. Политической экономией стал заниматься после 30 лет (примерно с 1850 года) и подходил к ней с методологических философских позиций. Кроме того, он был ещё и практиком революционных преобразований: в 1864 г. участвовал в создании Первого Интернационала, на его первом Конгрессе в 1866 г. был избран генеральным секретарём (Generalrat).
Несмотря на крещение в дестве, так и не смог сделать университетской карьеры. Материально зависел вначале от своего тестя Людвига фон Вестфален и ещё от поддержки голландской родни Филипс, основателей знаменитого концерна. Хронически тяжёлая материальная ситуация семьи несколько улучшилась из-за наследства после смерти матери в 1863 г. Маркс даже пробовал себя как биржевой спекулянт американскими и английскими акциями. Однако позже, уже в 1868 г. вновь понадобилось вмешательство Фридриха Энгельса, взявшего на себя долги - и не только. Карл Маркс был отцом Харри Фредерика, сына домработницы Хелены Демут, отданного на воспитание в приёмную семью. Даже это отцовство(1851), согласно некоторым публикациям взял на себя, спасая семейную жизнь друга, Энгельс. В конце жизни Маркс отошёл от активной писательской и революционной деятельности,- после смерти жены Женни фон Вестфален путешествовал за год до своей смерти в 1883 г. в Швейцарию, Францию и Алжир.
Наследие Маркса не похоронено. После объединения Германии в 1989 г. была очень популярна карикатура, изображавшая Маркса говорящего: "Что же вы хотите, парни? Это у меня ИДЕЯ была такая." И действительно, наследие Маркса так изменившее мир, слишком велико и объёмно, чтобы вдруг исчезнуть в небытии. Оно и сегодня популярно на Западе и в СЩА.
Мне эта толковая статья Самуила Виноградова очень понравилась.

Националкосмополит
Израиль - at 2012-02-26 13:28:18 EDT
Прекрасная статья, адекватно оценивающая одного из гениальных ученых 19ого века К. Маркса.
Когда же читаешь многочисленные статьи Майбурда о Марксе и о Бараке Абаме начинаешь верить, что малограмотный Абама реэнкарнация малограмотного Маркса.

Борис Дынин - Э.М.Рабиновичу
- at 2012-02-20 15:16:01 EDT
Элиэзер М. Рабинович
- at 2012-02-20 14:47:14 EDT
На Марксе, возможно, ещё долго можно будет делать диссертации, но я не вижу, чем разговор о нём может быть полезен и интересен подавляющему большинству читателей.
==============================
Согласен. Особенно в плане выявления "зерен", которые могут дать здоровые ростки сегодня. В свое время, когда я был молод (было такое), среди философов, экономистов, историков отношение к Марксу имело экзистенциальное значение. Отделение зерен от плевел здесь было часто личной и общественной позицией и частью пробуждения общественного сознания. Но то время ушло. Конечно в истории мысли (в "диссертациях") оно законсервируется, ибо вопрос о "ложном сознании" возник до Маркса и не ушел с ним. Конечно, находятся и будут находиться идеологи, клянущиеся именем Маркса. Но в нашей компании читателей их мало. Не так ли?

Элиэзер М. Рабинович
- at 2012-02-20 14:47:14 EDT
Свою книгу об истории СССР М. Геллер и А. Некрич назвали "Утопия у власти". Всякие там Сен-Симоны и Фурье экспериментировали в своих имениях, потомки Вагнера основали и, кажется, продолжают поддерживать арийскую колонию где-то в Латинской Америке. Марксизм, основанный Марксом и в теории, и в революционной практике, привёл утопию к власти в большой части мира и поставил невиданный по масштабам социальный эксперимент. Эксперимент унёс сотни миллионов жизней, оказавшись абсолютным провалом во всех отношениях: экономике, здравоохранении, свободе, правах человека. После этого эксперимент рухнул, оставив после себя: "Учение Маркса бессильно, потому что оно неверно". Марксизм - разновидность фашистского образа мышления, а фашизм Муссолини и Гитлера не был совершенно лишён марксистского влияния.

Какое значение может иметь сейчас возня с целью отделить "зерно от плевел" в этом страшном провале? Что Маркс, возможно, этого не имел в виду? Это такое же опрадание, как разговор о том, что ведущие нацисты в лагерях были хорошими семьянинами и любили классическую музыку. Я уверен, что рациональное зерно, если оно есть, давно инкорпорировано в основные экономические теории и практику сегодняшнего дня, и тот "социализм", который мы видим в Зап. Европе, к Марксу имеет очень мало отношения.
На Марксе, возможно, ещё долго можно будет делать диссертации, но я не вижу, чем разговор о нём может быть полезен и интересен подавляющему большинству читателей.

Янкелевич - V-A
Натания, Израиль - at 2012-02-18 03:06:49 EDT
Уважаемый V-A, Вы пишете, что "Кризис в Еврозоне (в том числе и в Греции) вызван перепроизводством жилья в США в первой половине 2000х." Прекрасно. Я это даже осуждать не хочу, потому, что несбалансированный бюджет, где социальные выплаты превышают возможности государства, где короткая рабочая неделя и ранний выход на пенсию - все это ни при чем, а вот перепроизводства жилья в штатах - оно ес-но все и опрокинуло. Вы пишете, что "в СССР не было кризисов перепроизводства". Вы это в насмешку? В СССР был перманентный кризис сельского хозяйства, промышленности и всего остального. Страна жила на нефтяной игле, и когда нефть стала по 13 долларов за барель все эти кризисы, перекрываемые нефтедолларами и вылезли наружу и страна пошла на дно, потому что не могла даже пшеницу произвести для своего населения.
М. ТАРТАКОВСКИЙ. Марксизм как симптом.
- at 2012-02-17 22:07:51 EDT
Е. Майбурд - Б.Дынину- Fri, 17 Feb 2012 19:01:50(CET)
"Марксизм – симптом общего упадка культуры и одна из причин этого... Он успешнее всех других («учений») ответил на социальный заказ своего времени".

>>>>>>>>>>>>>MCT<<<<<<<<<<<

Да, разлитие культуры, её относительная общедоступность (с 19 в. и далее) помимо позитивности этого явления означает также неизбежное её обмеление.

Вся историософия Маркса укладывается в единственное понятие:
БОРЬБА КЛАССОВ;
вся экономическая теория - в два слова:
ПРИБАВОЧНАЯ СТОИМОСТЬ;
вся реальная политика -
УНИЧТОЖЕНИЕ ЧАСТНОЙ СОБСТВЕННОСТИ.

Тогда как подлинная история человечества есть движение
ОТ КОММУНАЛЬНОЙ ОСОБИ К ИНДИВИДУАЛЬНОЙ ЛИЧНОСТИ,
осознающей и по мере сил направляющей своё бытие.
Без частной собственности немыслима никакая свобода, ни сама ЛИЧНОСТЬ - ВЕНЕЦ ЭВОЛЮЦИИ.

V-A
- at 2012-02-17 21:42:49 EDT
Янкелевич
Это нужно очень хотеть увидеть, так как там кризис, на мой взгляд, имеет совсем другую природу.

Кризис в Еврозоне (в том числе и в Греции) вызван
перепроизводством жилья в США в первой половине 2000х.

Хотелось бы на каком-нибудь живом примере увидеть подтверждение этому.
Ну в СССР не было кризисов перепроизводства.

Янкелевич - V-A
Натания, Израиль - at 2012-02-17 20:46:53 EDT
Уважаемый V-A, Вы пишете, что "Поскольку одним из главных достижений Маркса было доказательство имманентной природы и цикличности кризисов при капитализме, то с вашим утверждением никак невозможно согласиться".
В таком случае сегодняшний кризис в Греции связан именно с природой капитализма? Вытекает, как Вы пишете из "имманентной природы и цикличности кризисов при капитализме"? Это нужно очень хотеть увидеть, так как там кризис, на мой взгляд, имеет совсем другую природу. Да и не только в Греции.
Если я не ошибаюсь, у меня все же другая специализация, Маркс видел из этого "достижения" выход в виде перехода к социализму и коммунизму (что-то в этом роде - не хочется искать точные цитаты, но смысл такой). Это так же является сотавной частью того достижения Маркса, о котором Вы пишете. Хотелось бы на каком-нибудь живом примере увидеть подтверждение этому.

V-A
- at 2012-02-17 20:03:50 EDT
Янкелевич

Попытки подтвердить реальность идей Маркса сегодняшними кризисами убедительны так же, как лозунг "Учение Маркса всесильно, потому что оно верно!"


Поскольку одним из главных достижений Маркса было
доказательство имманентной природы и цикличности кризисов
при капитализме, то с вашим утверждением никак невозможно
согласиться.

Янкелевич
Натания, Израиль - at 2012-02-17 19:57:08 EDT
Господа, не являясь специалистом по теме вашей высокоученой дискуссии, все же рискну заметить, что на мой взгляд проводится неправомерное приравнивание "ученя Маркса" и "Марксизма". Сам же автор пишет, что Маркса почти никто не читал, не изучал, про "критику мышей" и одновременно про влияние на судьбы человечества.
На мой непросвещенный взгляд на судьбы человечества повлиял "марксизм", то есть то, что из трудов Маркса сделал Ленин с сотоварищи (предшественниками и последователями).
Попытки подтвердить реальность идей Маркса сегодняшними кризисами убедительны так же, как лозунг "Учение Маркса всесильно, потому что оно верно!"

Е. Майбурд - Б.Дынину
- at 2012-02-17 19:01:50 EDT
Борис Дынин - Е.Майбурду +
- at 2012-02-17 17:24:04 EDT
«Так что вопрос переходит из вопроса, является ли, например, "частная собственность" экономическим или правовым понятием, в анализ культуры Нового времени.»

Согласен. Марксизм – симптом общего упадка культуры и одна из причин этого. Кстати, в имеющемся у меня издании «Восстания масс» Ортеги-и-Гассета много купюр. Известно ли вам полное издание на русском?
________________________________________
Борис Дынин
- at 2012-02-17 17:06:41 EDT

«еще при публикации первой части Вашей "Рукописи":"Маркс как интриган и прохиндей"! Не удивлен, но... если да, то надо публиковать с пояснением: "Как Маркс оказался великим мыслителем", ибо все-таки он таков по стандартным меркам современного мира. Сколь ни содержательной была бы Ваша критика методов Маркса в научной и политической деятельности, и сколько бы Вы ни поясняли специфические задачи Вашего исследования, реакция на него всегда будет окрашена внедрившимся в современное сознание мнением о величии Маркса как мыслителя, чему пример эта статья.»

Борис, это не мое, а ваше название первой публикации моей рукописи.-:)
На ваш вопрос отчасти отвечает последняя фраза вашего же постинга. А как оказался? Он успешнее всех других ответил на социальный заказ своего времени.

Е. Майбурд
- at 2012-02-17 18:28:48 EDT
Буквоед
- at 2012-02-17 14:46:08 EDT

«...должен сказать, что его тезис: " (1) «ужасающие формы» были вопиющими эксцессами, газетными сенсациями, которые Маркс представил как типичные явления, и (2) ко времени писания и выхода «Капитала» общее положение рабочего класса стало улучшаться, начиная от оплаты труда и вплоть до быта и приобщения к культуре", - мягко говоря, не совсем корректный. Достаточно прочитать "Оливер Твист" Диккенса, "Отчет об эпидемии голодного (сыпного) тифа в Верхней Силезии" Рудольфа Вирхова, "Как живет другая половина" Джейкоба Рииса, "Люди бездны" Джека Лондона, равно, как и воспоминание многих людей, чтобы понять, что жизнь рабочего человека до Великой войны была действительно "ужасающей".»

У нас с вами источники разной природы. У вас – художественная литература. У меня – объективные исторические данные.

Е. Майбурд
- at 2012-02-17 18:21:54 EDT
Самуил Виноградов
Беэр-Шева, Израиль - at 2012-02-17 13:50:42 EDT

«Увы, я разочарован отзывом г. Майбурда. Уж если он считает частную собственность юридическим, а не экономическим понятием, то спорить с ним не имеет смысла.»

Вы правы, со мной спорить по этому вопросу не имеет смысла. Потому что это не я придумал. Экономическим понятие собствености (любой, не только частной) является лишь в марксизме. А вся остальная наука считает, что «собственность» - это чье-то право - на владение, распоряжение, завещание... и т.д.

«Поэтому, говоря о многочисленных теоретических трудах, "опровергающих" экономические концепции Маркса, следует помнить, что единственным критерием научной истины является практика»

Ах, если б навеки так было...

Борис Дынин - Е.Майбурду +
- at 2012-02-17 17:24:04 EDT
Между прочим, Евгений, надо учесть, что по разным причинам, анализ которых не к месту здесь, он побудил к активности многих мыслителей и миллионы немыслителей. Так что вопрос переходит из вопроса, является ли, например, "частная собственность" экономическим или правовым понятием, в анализ культуры Нового времени. И при этом - в вопрос о симбиозе псевдонауки с наукой под флагом освобождения человека посредством науки, экономики, революции. В этом свете, наверное, следует не только критиковать Маркса, но и отвечать на критику критики Маркса.
Борис Дынин
- at 2012-02-17 17:06:41 EDT
Автор: "Вплоть до настоящего времени, в мире не появилось ни одной фундаментальной работы, написанной на том же теоретическом уровне, что и «Капитал», способной опровергнуть важнейшие теоретические положения Маркса в области теории стоимости и теории прибавочной стоимости.

Е. Майбурд: "Жаль, что автор позволяет себе такие заявления, не зная литературы. Эти «положения» давно опровергнуты. А уж о непревзойденном теоретическом уровне просто смешно говорить."

Евгений! Я согласен с Вами! Но остается вопрос, заданный мною Вам еще при публикации первой части Вашей "Рукописи":
"Маркс как интриган и прохиндей"! Не удивлен, но... если да, то надо публиковать с пояснением: "Как Маркс оказался великим мыслителем", ибо все-таки он таков по стандартным меркам современного мира. Сколь ни содержательной была бы Ваша критика методов Маркса в научной и политической деятельности, и сколько бы Вы ни поясняли специфические задачи Вашего исследования, реакция на него всегда будет окрашена внедрившимся в современное сознание мнением о величии Маркса как мыслителя, чему пример эта статья.

Буквоед
- at 2012-02-17 14:46:08 EDT
Автору большое спасибо: статья может и должна послужить началом нормальной полемики о Марксе и марксизме. Нормальной - в смысле "без гнева и с изучением". "Без гнева", т.е. не в стиле отзыва Е.М. Майбурда, "с изучением" - понять, почему учение Маркса не приказало долго жить, как множество ему подобных, коих было и есть хоть пруд пруди, но продолжает пользоваться популярностью. Я, хоть и давно дал себе зарок не полемизировать с Евгением Михайловичем Майбурдом по некоторым вопросам политики и экономики,"чтоб не было раздоров между нами", тем не менее, должен сказать, что его тезис: " (1) «ужасающие формы» были вопиющими эксцессами, газетными сенсациями, которые Маркс представил как типичные явления, и (2) ко времени писания и выхода «Капитала» общее положение рабочего класса стало улучшаться, начиная от оплаты труда и вплоть до быта и приобщения к культуре", - мягко говоря, не совсем корректный. Достаточно прочитать "Оливер Твист" Диккенса, "Отчет об эпидемии голодного (сыпного) тифа в Верхней Силезии" Рудольфа Вирхова, "Как живет другая половина" Джейкоба Рииса, "Люди бездны" Джека Лондона, равно, как и воспоминание многих людей, чтобы понять, что жизнь рабочего человека до Великой войны была действительно "ужасающей".
Самуил Виноградов
Беэр-Шева, Израиль - at 2012-02-17 13:50:42 EDT
Увы, я разочарован отзывом г. Майбурда. Уж если он считает частную собственность юридическим, а не экономическим понятием, то спорить с ним не имеет смысла. Юридические нормы устанавливаются субъективно живыми людьми и лишь опосредствованно отражают социальную действительность, поскольку эта действительность преломляется определённым образом в субъективном сознании господствующих социальных сил. Между тем частная собственность, как социально-экономическое отношение между людьми, возникла задолго до появления юридических норм, будучи результатом процесса общественного разделения труда. В данном случае в нашей полемике имеет место столкновение материалистического и идеалистического подхода к социальным явлениям и процессам. А это уже область не науки, а философии, то есть сферы умозрительного знания, которое невозможно подтвердить непосредственными практическими доказательствами. Спор между материализмом и идеализмом продолжается уже два с половиной тысячелетия и конца ему не видно. К тому же, к сожалению, у представителей технических наук доминирует линейное мышление, тогда как закономерности живого мира и общества носят нелинейный характер. А уровень преподавания общественных дисциплин (в том числе диалектики) в советских технических вузах был весьма низок. Между тем язык "Капитала" - это язык Гегеля, язык диалектический, пытающийся отразить бесконечные противоречия окружающего мира. Он труден для восприятия, поэтому критики "Капитала", не владеющие этим языком, просто отбрасывают диалектический метод и предпочитают делать обобщения, основанные на прикладном знании. Но при всём разнообразии экономических концепций, противостоящих концепции Маркса, ни одна из них не позволяет анализировать экономические явления методом научной дедукции. А вывести объективные закономерности общественной жизни на основе эмпирических исследований конкретных социальных объектов, в отличие от закономерностей мира неживой природы, невозможно именно в силу нелинейного и внутренне противоречивого характера развития человеческого общества. Поэтому, говоря о многочисленных теоретических трудах, "опровергающих" экономические концепции Маркса, следует помнить, что единственным критерием научной истины является практика. В данном случае - историческая практика. Тому подтверждение - современные кризисы, потрясающие мировую экономику и не вписывающиеся в современные теоретические модели. В той степени, в какой нынешняя система экономических отношений с мире сохраняет элементы индустриально-товарного производства, она подчиняется практически тем же закономерностям, которые господствовали в Западной Европе и США в XIX веке. Изменения в экономике, связанные с научно-технической революцией, порождают новые закономерности, которые, естественно, не могут быть поняты на основе классической политэкономиии и ещё только требуют осмысления.
Е. Майбурд
- at 2012-02-17 12:23:27 EDT
Вместо продолжения свой рукописи о Марксе, нашел эту статью. Считаю, редактору виднее. Но трудно удержаться от отзыва.
В формате отзыва вряд ли возможна полноценная полемика. Поневоле ограничусь замечаниями по тесту (в 4 частях).

1.

Само имя Маркса стало едва ли не синонимом псевдоучёного, попытавшегося постичь непостижимые законы социального мироздания и даже посмевшего наметить пути преобразования этого мироздания в соответствии с предложенной им схемой.

Абсолютное отрицание научной состоятельности теоретического наследия Маркса, однако, не было подкреплено какими-либо фундаментальными исследованиями, в которых присутствовали бы как доскональный анализ выдвинутых Марксом концепций, так и неопровержимые аргументы ошибочности этих концепций.
.

Неправда. В моей книге “Введение в историю экономической мысли» как раз излагает итоги таких исследований и «досконального анализа» (насколько фундаментально и неопровержимо – не берусь судить). Выявлены основные «ошибки», а вернее – натяжки и подтасовки в тексте Маркса – во всех трех томах «Капитала». Кое-что попало и в мою статью «Фиктивный “Капитал”», опубликованную в Заметках. По-видимому, автор не знаком с литературой вопроса.

Недавно я обнаружил среди заговора молчания вокруг имени Маркса статью Евгения Майбурда «Из заброшенной рукописи о Карле Марксе»1. Появилась надежда, что нашёлся, наконец, исследователь, способный объективно проанализировать созданный Марксом пласт теоретического материала, отделить зёрна от плевел, показать, в чём Маркс был прав, а в чём заблуждался. Приступая к чтению каждого последующего номера виртуальной газеты с продолжением статьи, я ждал, когда, наконец, автор закончит описывать житейские и околополитические дрязги, в которых был замешан Маркс (и которые в настоящее время уже мало кого интересуют). .

Напрасные ожидания. Цель этой рукописи указана в самом ее начале – ответить на вопрос, зачем Маркс написал «Капитал».

Хотелось обнаружить в статье совершенно другое – теоретический анализ того материала, который представляет собой реальный вклад Маркса в мировую общественную мысль. Но так и не дождался..

Не там искал. См. выше.

Я не собираюсь подвергать сомнению те факты из жизни Маркса, которые собрал и изложил Евгений Майбурд. Но сама попытка, на основании этих фактов, навязать читателям общее негативное мнение обо всём, что связано с именем Маркса, представляется мне некорректной. .
Не думаю, что меня можно обвинить в желании навязать читателю априорное негативное мнение.

Нет сомнения, что толчком для теоретического изучения социума для Маркса стало стремление уничтожить то, что он считал социальной несправедливостью, то есть имущественное неравенство между людьми. Надо признать, что в годы его жизни это неравенство проявлялось, зачастую, в ужасающих формах, особенно в сфере промышленного производства. .

Неправда. Я показал в упомянутой статье, которую автор проглядел, что (1) «ужасающие формы» были вопиющими эксцессами, газетными сенсациями, которые Маркс представил как типичные явления, и (2) ко времени писания и выхода «Капитала» общее положение рабочего класса стало улучшаться, начиная от оплаты труда и вплоть до быта и приобщения к культуре.

Следовательно, основой развития человеческого общества, как процесса непрерывного возникновения всё новых разнообразных потребностей людей и удовлетворения этих потребностей, является рост производства материальных благ. В этом и состоит сущность выдвинутой Марксом материалистической концепции развития производительных сил общества, которую практически невозможно опровергнуть. .

Здесь не место рассмативать историческую концепцию Маркса (убого-материалистическую). Последее верно. Не только практически, но даже и теоретически ее невозможно опровергнуть. Более того, ее невозможно и доказать ни теоретически, ни практически.

Е. Майбурд
- at 2012-02-17 12:19:44 EDT
2.

В этих работах Маркс сумел в общих чертах раскрыть сам внутренний механизм социального расслоения общества. Прежде всего, он подверг анализу процесс развития производительных сил и показал, что основным условием такого развития и его формой является общественное разделение труда, то есть распределение между людьми тех или иных трудовых функций, закрепление за ними специфических видов деятельности. Хотя данная мысль высказывалась ещё до Маркса, в частности, основоположником английской политической экономии Адамом Смитом, однако при этом разделение труда рассматривалось только с точки зрения экономического развития общества. Маркс же показал, что процесс общественного разделения труда является, одновременно, основополагающей причиной социального расслоения общества на большие группы, которые существенно различаются между собой по характеру своих потребностей и интересов.


Смита следовало бы почитать, притом внимательно и без марксистских шор. Там есть все, что автор приписывает Марксу, - четко, исчервывающе и без дураков.

Одновременно Маркс в общих чертах разработал также концепцию, которая достаточно строго и убедительно объясняет причины социальных антагонизмов в обществе. Сущность этой концепции состоит в том, что, в результате общественного разделения труда, носящего стихийный, никем не регулируемый характер, происходит разрыв между интересами отдельных людей и интересами общества в целом. Каждый человек стремится удовлетворить свои жизненные потребности, что является условием его существования. Формой же такого удовлетворения выступает потребление тех или иных благ. Но интересы общества в целом состоят как раз в обратном – в том, чтобы люди создавали эти блага.

Нет такого экономического или политического субъекта – «общество». Что составляет «цели общества» - об этом спорят до сих пор. Претензия на открытие Марксом этой «тайны» смехотворна.

Закрепление за каждым человеком определённой специфической деятельности приводило к тому, что большую часть необходимых для его существования продуктов он был вынужден получать в обмен на продукт его собственной трудовой деятельности. Следовательно, само существование человека стало зависеть от множества других людей, каждый из которых тем или иным образом участвовал в производстве совокупного общественного продукта....

Вот беда-то! Еще хуже, что сказанное от лица Маркса подробно объяснил Адам Смит. И совсем уже трагедия в том, что именно здесь источник роста производительности общественного труда. Надо бы понимать такие вещи.

Но сам человек при этом теряет такую ценность, все более превращается всего лишь в средство осуществления материального производства. Общество он интересует лишь как частичный работник, придаток производственного процесса.

Когда и кому «общество» нашептало такую чушь? Замечу в скобках, что «обществу» рабочий нужен еще и как потребитель. Откуда берется совокупный спрос на производимые товары?

Данное явление, порожденное стихийным характером процесса общественного разделения труда, Маркс назвал отчуждением труда. В работе, получившей впоследствии название «Экономическо-философские рукописи 1844 года» он показал, что отчуждение есть социальный процесс, для которого характерно превращение деятельности человека и результатов такой деятельности в самостоятельную силу, господствующую над человеком и враждебную ему.

Да, он хотел это показать. Очень трудился. Тезис о «враждебности» критики не выдерживает.

Е. Майбурд
- at 2012-02-17 12:16:48 EDT
3.

Сущность отчуждения труда состоит в том, что овеществленный труд, то есть продукт труда, становится для человека важнее, чем живой труд, а, следовательно, важнее и носителя этого труда, то есть другого человека. Продукты как бы «вклиниваются» в отношения между людьми, опосредствуют данные отношения. Соответственно отчуждение труда означает отчуждение человека от общества, от природы, от другого человека. .

Этот пассаж я привожу, чтобы показать, как последовательное нагромождение внешне правдоподобных рассуждений приводит к заранее заданному, притом, дурацкому, выводу. Из того, что и как пишет Маркс о труде, видно, как не любил он труд – вообще, не только для себя. Он исходно считал, что труд – это наказание. Правда, при коммунизме... и т.д.

А на современном механизированном предприятии рабочий является всего лишь придатком машины, простым агентом производственного процесса. В каждый продукт теперь вложен труд огромного числа людей. Однако эти люди нужны обществу преимущественно лишь в подобном качестве.

О предпочтениях «общества» см. выше. О «придатке машины» даже начинать не стану.

«...Рабочий, – писал по этому поводу Маркс, – относится к продукту своего труда как к чужому предмету. ФФФ Ибо при такой предпосылке ясно: чем больше рабочий выматывает себя на работе, тем могущественнее становится чужой для него предметный мир, создаваемый им против самого себя, тем беднее становится он сам, его внутренний мир, тем меньшее имущество ему принадлежит. Рабочий вкладывает в предмет свою жизнь, но отныне эта жизнь принадлежит уже не ему, а предмету».

До знака ФФФ можно согласиться. Далнейшее – чистая пропаганда.

Отчуждая от себя свою собственную деятельность, он позволяет другому человеку присваивать деятельность, ему не присущую»6. Это и есть основное экономическое отношение, присущее обществу на всем протяжении развития цивилизации – отношение частной собственности.
Частная собственность – понятие правовое, а не экономическое.

В силу всеобщего характера процесса разделения труда в материальном производстве, порождённое этим процессом отчуждение распространилось на все сферы жизни человечества. Уголовная преступность, проституция, наркомания, нецензурная брань и другие формы отчуждения характерны для любого общества вплоть до настоящего времени.

Понимает ли автор, что он пишет? Это основной тезис марксистов, оправдывающих преступления как следствие экономического строя, а преступников – как жертв экономическо-политических обстоятельств. Этот тезис абсолютно противоречит главному положению всех мировых религий и большинства известных мне этических систем – об ответственности свободного человека за свои поступки. И этот же тезис оправдывает узурпацию личной свободы «благонамеренным» маркистским государством.

Е. Майбурд
- at 2012-02-17 01:14:21 EDT
4.

Сущность данного процесса Маркс рассматривал как историческое преодоление отчуждения труда или, что то же самое, как положительное упразднение частной собственности. Это означает коренное изменение соотношения материального (экономического) и духовного (человеческого) богатства как в системе объективных условий жизни людей, так и в системе их ценностных ориентаций. В данном случае, как писал Маркс, «...на место экономического богатства и экономической нищеты становятся богатый человек и богатая человеческая потребность. Богатый человек - это в то же время человек, нуждающийся во всей полноте человеческих проявлений жизни, человек, в котором его собственное осуществление выступает как внутренняя необходимость, как нужда. .

«Богатство человека измеряется количеством вещей, от которых ему легко отказаться» (Генри Торо). До Маркса. Короче Маркса. Лучше Маркса, который сам мечтал быть богатым в самом материальном смысле.


Маркс не хотел терпеливо ждать, когда капитализм сам придёт к своей естественной смерти. Он выдвинул концепцию...и т.д.... Именно здесь заложено основное внутреннее противоречие теории «научного социализма». ...промышленный пролетариат объективно не способен выполнить всемирно-историческую миссию, якобы предначертанную ему, с точки зрения Маркса, ходом исторического развития общества. Ведь для того, чтобы взять в свои руки совокупные средства производства и двинуть вперед их развитие, необходимо владеть всем тем богатством, которое выработало человечество, то есть культурой. .

Не противоречие. Просто ошибка. И у автора тоже. Не в дефитите культуры проблема. Об этом ясно сказали фон Мизес и фон Хайек. Слыхал ли автор о таких?

Не вызывает сомнения, что вся теоретическая деятельность Маркса в области политической экономии была подчинена той же цели, что и «научный социализм» – обоснованию неизбежности перехода человечества от капитализма к социализму..

Не то что сомнения. Это абсолютно ничем не подтверждается.

Первая часть этого тома и до сегодняшнего дня является образцом теоретического исследования по своей глубине и добросовестности. .

Глупость. Автор «Капитала» даже не понимал, что такое капитал.

Вплоть до настоящего времени, в мире не появилось ни одной фундаментальной работы, написанной на том же теоретическом уровне, что и «Капитал», способной опровергнуть важнейшие теоретические положения Маркса в области теории стоимости и теории прибавочной стоимости. .

Жаль, что автор позволяет себе такие заявления, не зная литературы. Эти «положения» давно опровергнуты. А уж о непревзойденном теоретическом уровне просто смешно говорить.

В заключение я попытаюсь высказать свой вариант ответа на вопрос о долговечности капиталистической системы хозяйства и возможности перехода человечества к той форме общественных отношений, которая исключает частную собственность и, соответственно, эксплуатацию чужого труда.... Следовательно, для того, чтобы уничтожить современную частную собственность и сопутствующий ей наёмный труд, преодолеть отчуждение работников от средств производства, необходимо уничтожить индустриальное разделение труда. .

Уже уничтожали частную собственость – что выходило? Уничтожить наемный труд – что взамен? Уничтожить «индустриальное разделение труда» - что останется? Каменный век.

И всё же, если суммировать весь реальный вклад Маркса в мировую общественную мысль XIX века, приходится признать, что лишь единицы его современников могут быть поставлены с ним в один ряд. .

Чтобы судить о таких вещах, нужно знать литературу и историю науки. Как у автора по этой части?