©"Заметки по еврейской истории"
февраль  2012 года

Дан Рогинский

Дорога жизни: от красного - к бело-голубому

Страна, в столице которой я прожил первые 34 года своей жизни, называлась не «Россия», а Советский Союз. Когда власти той страны сочли за благо для себя открыть предо мной врата исхода, мне было предоставлено право отказаться от советского гражданства, что я с удовольствием и сделал (они вынудили меня уплатить за это право, хотя отказ от гражданства вменялся мне в обязанность).

С тех пор прошло 38 лет.

Я чувствовал себя гражданином Израиля последние два года перед исходом (годы борьбы за исход), а за несколько месяцев до выезда я удостоился получить почётный документ о предоставлении мне израильского гражданства. (В менее буквальном смысле я стал «израильтянином» гораздо раньше.)

Чем был для меня Советский Союз? У каждой медали две стороны. С одной стороны, это была для меня чужая, вражеская страна. Я выживал там, во вражеском тылу. В 8 лет, в подмосковном пионерском лагере, мы с моим товарищем по несчастью (моим ровесником-евреем) убегали в леса от своих преследователей «коренной национальности». Когда мне шёл 10-й год, моих обоих родителей уволили «по сокращению штатов» (читай: за принадлежность к «космополитам безродным», которые одновременно были и «буржуазными националистами»).

Та страна была врагом всего света, начиная с собственного населения; «врагами» особого рода (и для властей, и для народа) были евреи.

Читающий эти строки может подумать: «он всё видит в чёрном свете», «у страха глаза велики». Нет, страха я не испытывал.

Я был ребёнком 9-12 лет, когда в квартире, где я жил, каждые пару дней часами ходил по коридору (соединявшему комнату с внешним миром) один из двух «милых соседей» и выкрикивал юдофобские лозунги. (Остальными деталями «сладкой жизни» обременять не стану.)

Но жизнь продолжалась. Меня отделяла от погромщика тонкая стенка, но я сидел за своим столом и учился, а в классе был «первым учеником». За что мои одноклассники меня уважали и ценили (некоторые сочетали эти чувства со скрытой враждой, а другие тянулись ко мне и дружили). Никаких коллизий с одноклассниками у меня не было.

Я не «видел всё в чёрном свете» и в последние месяцы жизни Сталина, когда соседи делили между собой нашу комнату («скоро освободится, когда их выселят» - не в Израиль, а в Сибирь). Или когда (в те же месяцы) учительница химии выгнала меня из класса как «жидовскую морду». А суд оправдал соседа по квартире - хулигана-антисемита.

Я не «видел всё в чёрном свете» и тогда, когда, окончив школу с золотой медалью и пытаясь поступить в МГУ, я был подвергнут «собеседованию» с вопросами на уровне 3-его курса Физфака (на большинство которых я ответил) и признан негодным. Через несколько дней меня приняли как «серебряного». Шёл 1956 – год XX съезда.

И образование, полученное мною на Физфаке МГУ, было прекрасным. И состав студентов нашего курса был замечательный – и по интеллекту, и по культурному уровню, и по человеческим качествам.

Я не «видел всё в чёрном свете» и тогда, когда, получив при окончании Физфака МГУ (кафедра теорфизики) диплом с отличием, я был отправлен (вместо аспирантуры) на подмосковный завод. Там не знали, чем меня занять, и я приезжал туда «отметиться» только пару раз в неделю. Тем временем физик-армянин, работавший в прекрасном московском институте, во главе которого стоял другой физик-армянин, сумел перетянуть меня к себе в аспирантуру. (Директор института, будучи армянином, носил ещё более еврейское имя, чем я: я был «Владимир Исаакович», а его звали «Абрам Исаакович». – Один из парадоксальных примеров диалектики жизни!)

И уж совсем не было причин «видеть всё в чёрном свете» в 1967, когда неевреи (с восхищением и, пожалуй, даже с доброй завистью) поздравляли меня с победой в Шестидневной войне.

А уж как ликовал я в декабре 1970-го, когда мир (и, прежде всего, евреи мира) сумел заставить «нашу родную власть» отменить смертный приговор Дымшицу и Кузнецову (ленинградское самолётное дело).

Тогда я понял: «мы побеждаем!». Я ушёл из института, где ничто не мешало мне успешно заниматься любимым делом (ушёл сам, чтобы не навредить начальнику-еврею), и стал на путь открытой борьбы за выезд.

Я начал изучать иврит гораздо раньше - за 11 лет до того, как смог уехать. За два года до исхода я не только стал преподавать иврит в своей квартире, но и присоединился к московской группе «Доврей иврит» («ивритоязычные»), с товарищами по которой мы общались только на иврите. Мы преодолели «железный занавес» и как бы жили в Израиле (виртуально).

Те два года были наполнены борьбой против и борьбой за. Преследованиями властей и победами над вражескими силами. Дружбой с соратниками и необходимостью «держать ухо востро». (Мне удалось тогда отбиться от настойчивых попыток «подружиться» со мной «соратника», не вызывавшего у меня доверия. Уже будучи в Израиле, я узнал, что он донёс на Щаранского.) Окрыляло ощущение единства евреев мира и всех «светлых сил человечества».

В моём рассказе «чёрная краска» оказалась перемешанной со светлой. Всё в жизни перемешано.

Жизнь нередко озадачивает загадочным сочетанием противоположных, несовместимых аспектов действительности.

С одной стороны, там всё, что вокруг, было для меня «они»; я был чужаком. С другой стороны, «их» язык был (и остался) моим языком, а «их» чудесная природа была и «моей». Я ходил там с рюкзаком по разным далёким краям, лазил по горам, плавал на байдарке и плоту, бегал на лыжах… Всё это я оставил и никогда не жалел.

В школьные годы (последние 4 года) у меня был очень близкий друг – русский мальчик. Мы разделяли любовь к науке и вместе пошли на Физфак (он тоже был золотым медалистом; его, как положено, приняли без проблем: он был «свой»). Мы попали в одну группу. Прекрасно! Вот парадокс: начав учиться, мы перестали дружить. Мы не ссорились, но – естественным образом - вокруг меня оказались только евреи. Почему? «Еврейские дела» редко бывали темой обсуждения, еврейский национализм не был тогда ничьим кредо, но… Была сила, которая тянула нас друг к другу.

Вот ещё один взгляд на прошлое: я провёл в стране моего рождения те годы жизни, когда всё вокруг становится «голубым и зелёным». Я подружился с замечательными людьми, которые остались близкими друзьями на всю жизнь. Это – оборотная сторона той страшной действительности: «они» (враги свободы и враги евреев) против своей воли помогали «нам» (поборникам свободы и евреям) сплотиться и ощущать себя внутренне свободными. И научиться видеть и понимать то, что «они» прятали за семью печатями.

В те давние времена, только гуляя по улицам Москвы, можно было разговаривать вдали от стен, у которых есть «уши», и мы обсуждали спасение мира, часами ходя по городу и тем самым сочетая разные удовольствия.

«Москва-столица, моя Москва». Это была «их» песня про «их» Москву. Но Москва была и моя. Эту «мою Москву» моей молодости я не хочу потерять, приехав в теперешнюю Москву. За 38 лет я ни разу не нанёс визита в ту страну, где родился.

В детстве и юности я никогда не слышал от своих родных ничего о еврейских традициях или истории, меня не учили ни «открещиваться» от своего еврейства, ни гордиться принадлежностью к «избранному народу» (слово «еврей» было тогда вообще «запретным»). Но товарищ Сталин (и иже с ним) и «великий советский народ» научили меня быть евреем и с гордостью нести это почётное «бремя». Научили принадлежать к Святому Народу.

«Что для меня теперь Израиль?» Тут слово «теперь» - лишнее. Израиль стал моей страной задолго до того, как я здесь поселился.

И, как ни странно, продолжает становиться «ещё более моей страной» (уже 39-й год), хотя многие перемены, происходившие и происходящие здесь, мне (мягко говоря) совсем не по душе. Я пытался бороться с этими переменами (в партии «Тхия» и в других рамках); теперь пытаюсь бороться и с помощью интернета.

Но, видя эти удручающие перемены (наряду с радующими переменами), я, хотя и призываю других не успокаивать себя словами «обойдётся», продолжаю сам верить:

«АМ ИСРАИЛЬ ХАЙ!»

«Народ Израиля жив!»

И будет жить вечно.


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 983




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2012/Zametki/Nomer2/Roginsky1.php - to PDF file

Комментарии:

Акива
Кармиэль, Израиль - at 2012-02-27 09:52:10 EDT
Можно только порадоваться за человека, сумевшего на 100% реализовать себя. Автор рассказал в общем-то типичную историю, схожие истории происходили с большинством. А Москва, как была столицей мафии, так ею и осталась. Барух ашем, анахну кан.
Oleg
Haifa, Israel - at 2012-02-21 07:15:34 EDT
Как жалко что мы совсем не знаем таких прекрасных людей...
И как приятно с ними познакомиться! חזק וברוך!