©"Заметки по еврейской истории"
май  2011 года

Леонид Флят

 

Еврейская аспирантура при МГПИ

…Получив диплом с отличием, Дора была принята в 1938 году в аспирантуру по языку идиш в Московском Пединституте. С тем и уехала на лето в Хойники к родителям, а когда вернулась в августе в Москву, оказалось, что специальность идиш закрыли. Это был удар совсем неожиданный для неё в то время, хотя во многих местах уже закрывались еврейские школы…

Эта цитата из рассказа[1] Л. Камень – одно из редких упоминаний еврейской аспирантуры, встреченное мной в последние годы. Сокурсник Доры Кустанович, еврейский поэт Шлойме Ройтман (1913-1985) также был зачислен в еврейскую аспирантуру. Но осенью вслед за своим руководителем профессором И.М. Нусиновым он, по стечению обстоятельств, оказался на Кафедре общей литературы. В основу диссертации Ш. Ройтмана легло исследование творчества Г. Гейне. Диссертация была защищена ещё в мирную половину 1941 года. Об этом событии поэт вспоминал в мемуарной статье, опубликованной в ИЕРУСАЛИМСКОМ АЛЬМАНАХЕ (идиш), когда в 1970 годах совершив алию, поселился в Израиле. Один из самых юных студентов ЕВЛИТЛО набора 1934 года Залман Либинзон (1918-1992) также был рекомендован в аспирантуру, но, видимо, не сразу решился специализироваться в области русской литературы. В аспирантуру МГПИ он поступил через год, но учебу прервала война. Завершить аспирантуру З. Либинзону удалось уже в мирные дни. Причем соискатель не ограничился защитой кандидатской диссертации. Позднее, в 1974 году он защитил и докторскую[2].

Итак, осень 1938-го – это тот момент, когда в Москве прекратили подготовку еврейских филологов высшей квалификации. Начало же истории еврейской аспирантуры МГПИ покрыто, если и не мраком, то туманом замалчивания, несомненно. Здесь нет, возможно, чьего-то злого умысла, а лишь проявлены советские реалии. Ликвидация московской аспирантуры по времени совпала с основательным свертыванием культурной деятельности на языке идиш, вообще. Вначале об этом не принято было вспоминать и писать, а позже, вероятно, не рекомендовалось. Но прежде чем попытаться, хоть частично, восстановить эту страничку истории еврейской культуры в СССР, стоит напомнить, на каком фундаменте выросла аспирантура.

ЕВЛИТЛО

В 1926 году при Втором Московском государственном университете (2-й МГУ) для подготовки учителей средних школ, в которых обучение велось на языке идиш, организовали Еврейское отделение. Официальные названия его менялись, поэтому использую последнее и наиболее известное из них: «Еврейское литературно-лингвистическое отделение» (ЕВЛИТЛО). Замечу, к слову, что среди студентов каждого курса были молодые литераторы, уже сказавшие свое первое слово в еврейской поэзии и прозе. Летом 1930-го 2-й МГУ расформировали, а на базе его факультетов были созданы несколько институтов, в том числе педагогический. ЕВЛИТЛО, естественно, оказалось составной частью пединститута. Несколько лет, пока к середине 1930 годов в Московском пединституте, тогда ещё имени А.С. Бубнова, не была введена факультетская система, ЕВЛИТЛО был самостоятельным подразделением с двумя специализированными кафедрами: одна – еврейского языка (зав. профессор А.И. Зарецкий) и другая – еврейской литературы (зав. профессор И.М. Нусинов).

Свидетельство той поры – фото VIII выпуска ЕВЛИТЛО

Фотография содержит ценную для потомков и родственников полезную информацию: фамилии педагогов и студентов, которые с экрана будет трудно прочесть. Перечислю все фамилии по порядку в тексте этой заметки: Ректор МГПИ Сегаль, декан литфака Устинов, пом. декана Шварцман. Кафедра еврейского языка: М. Якубович, доц. Э. Фалькович, проф. А.И. Зарецкий. Кафедра еврейской литературы: проф. И.М. Нусинов, доцент А.Ш. Гурштейн, проф. М.И. Литваков (фото, к сожалению, удалено). Преподаватель воен. каф. Ефимов; преподаватель русской литературы доцент Э.Б. Лунин. Выпускники: М. Казан, А. Бесицкий, Е. Немцович, М. Кравец, М.С. Шейнгрут, Д. Шпильберг, Л. Колбовский, Б. Кац, З. Телесин (ряд 1); С. Лучинская, Р. Баумволь, Ф. Пупс, Фильтерштейн, Н. Розенфельд, Пинякова, Швачкин, Ю. Фельдман (ряд 2); М. Маефис, М. Циноцкий, Г. Рабинков, Т. Любман (ряд 3). VIII выпуск подарил еврейской литературе, по крайней мере, трёх литераторов: поэтов Р. Баумволь и З. Телесина, поселившихся в Минске, прозаика Г. Рабинкова, отправившегося в Биробиджан.

Аспирантура

В 1926 году во 2-м МГУ для подготовки научных работников и вузовских преподавателей была открыта аспирантура. Со временем в аспирантуру начали принимать и выпускников ЕВЛИТЛО. Но когда? Архивы РФ автору заметки не доступны, приходится использовать косвенные свидетельства. Ответ на вопрос времени первого набора в еврейскую аспирантуру можно поискать, пользуясь «намёками» в тексте статьи[3] доцента ЕВЛИТЛО Арона Гурштейна. Автор поднимал частный вопрос о переходе к подготовке литературоведов более узкой специализации. Мельком коснувшись истории аспирантуры и первых результатов ее деятельности в начале статьи, он, увы, не конкретизирует ни дат, ни имен. Привожу первый абзац: В работе нашей московской еврейской аспирантуры при пединституте им. тов. Бубнова можно отметить значительные достижения. Аспиранты становятся все заметнее в нашей повседневной научной и литературной жизни. Уже состоялся первый выпуск. Они работают лекторами высших учебных заведений Москвы (в пединституте и в Западном университете), трудятся в редакции ЭМЭС, активно участвуют в нашей конкретной критике, в методических и иных изданиях для школ, в научных изданиях произведений классиков. Ими предоставлены материалы для ЛИТЕРАТУРНОЙ ЭНЦИКЛОПЕДИИ (ЛЭ)

Учтя время публикации статьи и трехгодичный цикл аспирантуры, сам собой напрашивается вывод, что первый выпуск аспирантов состоялся весной 1933 года, а первый набор в аспирантуру, соответственно, осенью 1930 года. Так как летом того года состоялся третий выпуск ЕВЛИТЛО, но первый, студенты которого прослушали полный четырехгодичный университетский курс, такому утверждению, пожалуй, в логике не откажешь.

Аспиранты

Методом «индукции», «дедукции» или «от лукавого» попытаемся выявить имена хотя бы нескольких аспирантов. А для этого направимся по «адресам», указанным А.Ш. Гурштейном. Наверняка, не удастся узнать, кто из выпускников аспирантуры свои первые шаги делал в качестве лектора МГПИ и Западного университета[4]. А вот фамилии авторов статей ЛЭ, тома которой выходили в свет с конца 1920 годов целое десятилетие, выяснить труда не составит. Возможность «полистать» ЛЭ предоставляет Интернет. Среди авторов её статей по теме «Еврейская литература», в качестве гипотетических аспирантов, серьезно могут рассматриваться только молодые авторы Миля Вортман и Шмуэль Клитеник. К тому же об аспирантской учёбе М. Вортман сообщают и лексикон[5], и энциклопедия[6]. Но не обошлось без разночтений. В (прим. 5) указана аспирантура МГПИ (!), а в (прим. 6) – 2-го МГУ (?). Хотя нет сомнений, что составитель статьи в (прим. 6) использовал более раннее издание (прим. 5). Стоит отметить, что Вортман и Клитеник в ЛЭ выступают то «соло», то «дуэтом». Интересно так же то, что первые рецензии и М. Вортман, и Ш. Клитеником опубликованы не только в один и тот же 1930 год, но и в соавторстве. Это, пожалуй, пример демонстрации «бригадного метода», практиковавшегося даже в высшей школе того периода. Несколько позднее ими совместно составлены и изданы книги учебно-методического характера. Конкретных сведений об аспирантской учебе самого Ш. Клитеника мной не обнаружено. А вот при ознакомлении со статьями ЛЭ выяснилось, что Рабин Иосиф «<…> Окончил Московский пединститут им. Бубнова и аспирантуру по еврейской литературе…» Олевский Борис «<…> В 1930 г. окончил Московский пединститут. С 1932 г. аспирант этого института…». И эти сведения впервые были обнародованы М. Вортман и Ш. Клитеником. Но почему авторы игнорировали факт учебы И. Рабина и Б. Олевского во 2-м МГУ, выпускниками которого они, без сомнения, являлись, остается загадкой.

Обязательная защита диссертаций по завершении аспирантуры в СССР была введена в 1934 году. Кандидатом филологии М. Вортман стала, защитив исследование на тему «Жизнь и творчество П. Маркиша», увидевшее свет в виде монографии (1937 год).

Не найдено прямых свидетельств об аспирантской учебе в МГПИ известного еврейского литературоведа Гирша Ременика, а вот ряд подробностей защиты им кандидатской диссертации в 1937 году сохранил для потомков историк идиш литературы Н. Майзель[7]. Диссертация по теме «Шолом-Алейхем» была доложена в Московском пединституте. Аспиранту Ременику оппонировал профессор Н. Ойслендер. В дискуссии участвовали профессор М. Винер, А. Гурштейн, профессор Бархин, писатель И. Добрушин, М. Вортман.

Моисей Нотович, как и Ременик, был выпускником Еврейского сектора (литфак) Одесского института народного образования. Ещё в период учебы студент М. Нотович публиковал в еврейской прессе заметки и рецензии. В 1935 году по окончании института он поступает в аспирантуру МГПИ и работает над диссертацией «Творчество И.-Й. Линецкого». Диссертацию он успел защитить в 1938 году, незадолго до ликвидации в МГПИ Кафедры еврейского языка и литературы. Кандидат наук Моисей Нотович был принят на работу в Московское еврейское театральное училище при ГОСЕТЕ и 10 лет преподавал там литературу, пока училище, не постигла судьба всех еврейских учреждений культуры, остававшихся в СССР к 1949 году.

В 1935 году Кафедра языка идиш и Кафедра еврейской литературы были слиты воедино. Заведовал объединенной Кафедрой профессор Меир Винер. Одно из его начинаний – подготовка сборника[8] научных работ. Сборник был издан в 1938 году и оказался одновременно и первой ласточкой, и лебединой песней в деятельности Кафедры. Но не факт издания сборника, интересный сам по себе, привлёк моё внимание. Среди его авторов были два выпускника ЕВЛИТЛО-35 (фото 1). Г. Фильтерман в сборнике опубликовал статью литературоведческого характера, а М. Розенфельд своё исследование посвятил языкознанию. Были ли эти статьи подготовлены аспирантами еврейской Кафедры? Являлись ли выпускники ЕВЛИТЛО-35 соискателями научной степени? На этот вопрос ответ не найден, хотя и напрашивается.

Аспирант Закс Б.Ф.

Борис Федорович Закс в ряду аспирантов еврейской Кафедры МГПИ стоит особняком. С одной стороны, его творческая жизнь в еврейской литературе 1930 годов, фактически, прошла мимо внимания еврейских био-библиографов, не опубликовавших даже краткой биографии Б. Закса. С другой, благодаря летописцу журфака Уральского ГУ (Свердловск-Екатеринбург) Р. Исхакову[9], стали известны некоторые эпизоды аспирантского этапа жизни Бориса Закса. Те самые подробности, которых мы не знаем об аспирантах, уже здесь упомянутых. А ведь им, всё же, посвящены статьи и в лексиконах, и в справочниках, и в энциклопедиях на русском языке и идиш.

Биография Б.Ф. Закса здесь излагается близко к тексту Р. Исхакова, но дополнена, в частности, и сведениями библиографического характера, почерпнутыми на сайте «Еврейская периодика»[10].

Закс Борис Фёдорович (имя, отчество, без сомнений, русифицировано – Л.Ф.) родился 02.04.1910 года в местечке Лельчицы Мозырского уезда Минской губернии.

В 1927 году, окончив на родине среднюю школу, юноша отправился за знаниями и «рабочим стажем» в Москву. Работу на предприятиях столицы Борис Закс совмещал с учёбой на Курсах подготовки рабочих в аспирантуру при Академии искусствоведения. Это позволило ему в августе 1931 года успешно сдать испытания за курс литфака пединститута и быть принятым в аспирантуру при Кафедре еврейской литературы МГПИ им. А.С. Бубнова. Учась в аспирантуре, Борис Закс одновременно ассистировал доценту А.Ш. Гурштейну (курс «Теория литературы») и профессору И.М. Нусинову (курс «История западноевропейской литературы»). Помимо того, он ещё заведовал Кабинетом литературы ЕВЛИТЛО (1932-1934). По завершении аспирантского курса в 1934 году Борис Закс сдал испытания по кандидатскому минимуму и был оставлен ассистентом ЕВЛИТЛО и заведующим массовым сектором дирекции МГПИ.

Ещё в 1930 году Бориса Закса приняли в комсомол. Но в год окончания аспирантуры из рядов ВЛКСМ он был исключен за «сокрытие социального происхождения». По всей вероятности, его родители числились «лишенцами». Это закрывало сыну дорогу к высшему образованию дома и погнало юношу в дальние края. «Исход» Б. Закса из комсомола повлек и административные меры. Во-первых, ему не дали защитить подготовленную диссертацию «Й.-Л. Перец в 1890 годы». А во-вторых, Борис Закс был отчислен из института и, как тогда говорили, «брошен на низовку» в ЕАО. В Биробиджане Борис Закс около двух лет «отмаливал комсомольские грехи» в качестве преподавателя литературы педтехникума и переводчика облисполкома ЕА и Биробиджанского горсовета. По устному сообщению доктора Б. Котлермана он, к тому же был секретарём местной писательской группы.

В 1936 году в Биробиджан на усиление были командированы несколько литераторов. Прозаик Иосиф Рабин возглавил окрепшую литературную группу, критик Шмуэль Клитеник и поэт Борис Олевский возглавили редакцию создаваемого альманаха ФОРПОСТ, а Борис Закс, вероятно, отбывший назначенный ему срок «перевоспитания», возвратился в Москву и начал работать в системе профобучения и школьного образования, где его знания еврейской литературы, естественно, востребованы не были. Как впрочем, и в дальнейшей жизни также. Почему Б. Закс не стал защищать подготовленную им диссертацию, узнать уже не у кого.

В 1941 году при приближении германских войск к Москве Б.Ф. Закс был эвакуирован на Урал, где призывался в РККА на нестроевую службу, на «трудовой фронт», работал в школах. После окончания войны с 1945 по 1950 год он читал лекции по западноевропейской литературе в Уральском ГУ и готовил диссертацию о творчестве Л. Фейхтвангера. Но трудные времена войны с гитлеризмом сменились временами борьбы с «космополитами». Бориса Федоровича Закса под надуманным предлогом из университета уволили.

Всю оставшуюся жизнь Борис Федорович связал с преподаванием литературы в школах Свердловска. Его педагогическая деятельность была отмечена присвоением звания «Заслуженный учитель РСФСР».

В еврейских довоенных изданиях Украины и Белоруссии ПРОЛИТ, РОЙТЭ ВЭЛТ, ШТЭРН статьи Б. Закса, посвященные творчеству Якова Ривеса, Эли Шехтмана, Липмана-Левина, публиковались почти 10 лет. Кроме того, в аспирантскую пору им было разработано Методическое пособие для заочников пединститутов: «История еврейской литературы XIX века».

Борис Закс участвовал в подготовке комментариев к Собранию сочинений Шолом-Алейхема (1935); перевел на идиш Слово о полку Игореве (1938); издал (в соавторстве) книгу Революционная поэзия в США (1941).

Умер Борис Федорович Закс в Свердловске 31 июля 1977 года и был похоронен на городском Широкореченском кладбище.

Прошло после его смерти почти 33 года. И в апреле 2010-го в повторно «крещеном» Екатеринбурге общественность отметила столетний юбилей со дня рождения Бориса Федоровича Закса, отдавшего не один десяток лет воспитанию и просвещению своих юных земляков. Об этом торжестве я узнал случайно. В который уже раз, проводя в Интернете поиск дополнительных сведений к материалу Р. Исхакова, я обнаружил на сайте Уральского университета небольшую юбилейную заметку с портретиком юбиляра Б.Ф. Закса. В моем архиве хранится групповое фото Заочники ЕВЛИТЛО МГПИ. 1934 г. Большинство запечатленных на этом снимке лиц мне не знакомы. Само фото в «Заметках по еврейской истории» уже публиковалось, как иллюстрация к рассказу о поэте и школьном педагоге М. Юдовине. (По случайному стечению обстоятельств выяснилось, что он не только заочно учился на ЕВЛИТЛО, но и запечатлен на снимке). Теперь возникла мысль проверить, нет ли на этом фото среди лекторов Бориса Закса, готовившего, кстати, методическое пособие для заочников.

 

3-5 – студент-очник Бесицкий А.; ассистент Закс Б.(?); зав. ЕВЛИТЛО Шварцман Б.; … 8 и 9 проф. А. Зарецкий; доцент А. Гурштейн. В 3-м ряду 3-й слева заочник М. Юдовин.

Вот обе эти фотографии. Приглашаю читателя сопоставить индивидуальный фотопортрет с персонажем, занимающим 4-ю позицию слева в 1-м ряду. Честно признаюсь, что у меня в идентификации Бориса Закса на общем снимке полной уверенности все же не было. Интернет помог получить заочную консультацию одного из потомков Бориса Федоровича. Вот его ответ:

Уважаемый Леонид!

Мы (с родными) долго изучали любезно присланный Вами снимок. Человек на фото, бесспорно, очень похож на Б.Ф. Закса, однако никто из нас не может категорически это утверждать (лицо, к сожалению, не очень видно, а общий «образ» – его). Может, нужно какое-то увеличение? Не знаю. Пока, это все, что могу сообщить. Спасибо за Ваши хлопоты и заботу.  Всего доброго. Л.З.

Бесспорно одно, группового фотоснимка Заочники… в семейном альбоме семьи Закс, увы, нет. Его наличие было бы, несомненно, самым убедительным доказательством фотоверсии. Уважая сомнения родственников Б.Ф. Закса, при уточнении подписи под снимком ставлю вслед за его фамилией знак вопроса.

Шутливый P.S. На групповом снимке запечатлено 28 студентов-заочников и преподавателей. Известны имена лишь шестерых. Хочу надеяться, что с помощью читателей «Заметок» этот снимок будет мной использован ещё в 22 (!) биографических публикациях.

Примечания


[1]Камень Л. Дора Борисовна Кустанович-Подольская и другие. Альманах "Еврейская Старина", №3 2010. 

[2]Российская еврейская энциклопедия, т. 2, стр. 172. М. 1995.

[3]Гурштейн А «О дифференциации профиля аспирантуры»// Газ. Дэр Эмэс, М., 21апреля 1934, стр. 3.

[4] Коммунистический университет национальных меньшинств Запада функционировал в Москве до конца 1935/36 академ. года, имея в своем составе Еврейский сектор (Майревкэ).

[5] Lexicon fun yiddish-shrajbers. N-Y. 1987 (составитель Б. Каган)

[6] Российская еврейская энциклопедия, Т. 1, М. 1994

[7] Majzel N. Dos yiddishe shafn un der yiddisher shrajber in Sowetnfarband (идиш) N-Y. 1957

[8] Fragn fun yiddish (сборник статей МГПИ на идиш). М., 1938

[9] Исхаков Р. Биобиблиографический  справочник факультета журналистики УрГУ//jurfak.info


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1118




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2011/Zametki/Nomer5/Fljat1.php - to PDF file

Комментарии:

Флят Л.
Израиль - at 2012-01-17 15:18:22 EDT
Вот такое совпадение! В мае 2011, когда вышли ЗАМЕТКИ №140, на сайте УрГУ обновилась биография ЗАКСА Б.Ф., одного из тех, кто окончил Еврейскую аспирантуру МГПИ им. А.С. Бубнова. Для меня важно такое уточнение в жизнеописании персонажа: "Кандидатскую диссертацию.. « Б. Ф. Закс защитить не успел: 29 ноября 1934 г. он был исключен из рядов ВЛКСМ и уволен..."
Эта дата повышает вероятность, что на фото ЗАОЧНИКИ ЕВЛИТЛО (лето 1934 среди преподавателей запечатлен Борис Закс и уменьшает величину "?", поставленного вслед за его фамилией (под фото).

Рута Марьяш
Рига, Латвия - at 2011-05-10 12:40:55 EDT
Поразительно - всё то, о чём повествует Леонид Флятт, происходило практически одновременно - параллельно с тем, что описано на
http://www.berkovich-zametki.com/2011/Zametki/Nomer5/Basin1.php#top
И как это потом слилось воедино...
Кто мог тогда это предвидеть.
Спасибо, материал интереснейший!

Архивник
Израиль - at 2011-05-10 01:29:40 EDT
А здесь можно увидеть место вечного покоя Б.Ф. Закса
http://skorbim.com/index.php?page=memory&pid=150187