©"Заметки по еврейской истории"
май  2011 года

Люсьен Фикс

Диссиденты в гостях у «Голоса Америки»

Фрагменты из книги мемуаров «В эфире Голос Америки»

Воспоминания ветерана русской службы

Фрагмент № 9

(фрагмент № 1 см. в № 7 за 2008 год, фрагмент № 2 – в № 3 за 2009 год, фрагмент № 3 – в № 6 за 2009 год, фрагмент № 4 – в № 10 за 2009 год) фрагмент № 5 – в № 13 за 2009 год фрагмент № 6 – в № 20 за 2009 год, фрагмент № 7 – в № 3 за 2010 год,  фрагмент № 8 в № 8 за 2010 год),

Александр Галич

Первым из инакомыслящих, посетивших «Голос Америки», был Александр Галич. Он был известен как поэт, киноактер и талантливый драматург, автор комедии «Вас вызывает Таймыр», «За час до рассвета», «Пароход зовут "Орленок"», фильма «Верные друзья», пьесы «Матросская тишина». Но больше всего Галич прославился своими едкими, распространявшимися в магнитиздате песнями-пародиями на советскую действительность.

В ходе выступления перед сотрудниками русской службы «Голоса Америки» в 1975 году Александр Галич рассказал о первом и единственном фестивале поэтов-певцов, состоявшемся в марте 1968 года в новосибирском Академгородке. На новосибирском аэродроме, куда прилетели участники фестиваля, как вспоминал Галич, висел иронический плакат «Поэты-певцы, вас ждет Сибирь». В Сибирь Галича не отправили, но после фестиваля ему запретили, вернее, «не рекомендовали» выступать публично. Причиной была спетая им стихотворение-песня, посвященная Борису Пастернаку, после которой весь зал встал и долго молча стоял.

Галич рассказал, как в январе 1972 года его исключали из Союза писателей, а в феврале – из Союза кинематографистов, и как весь 1973 год подталкивали к тому, чтобы он покинул СССР.

В 1974 году в издательстве «Посев» вышла вторая книга песен Галича под названием «Поколение обреченных». Это послужило новым сигналом для атаки на Галича со стороны властей. В том же году его пригласили в Норвегию на семинар. Для оформления поездки ему настоятельно рекомендовали «выйти из гражданства», после чего ему позволят покинуть Советский Союз. КГБ позаботилось, чтобы ему и его жене быстро оформили документы. Так Александр Галич не по своей воле оказался за границей.

Во время выступления на «Голосе Америки» Галич спел под «нехитрый гитарный аккомпанемент» песни: «Опыт ностальгии» (Когда я вернусь), «Ни о чем не жалею», «Цикл о Климе Петровиче Коломийцеве», едкую сатиру на советскую действительность, несколько лирических песен, и закончил тремя песнями из цикла поэм, под общим названием «Размышления о бегунах на длинные дистанции», посвященных товарищу Сталину, который оказался «не отцом, а сукою».

На вопрос, почему он уехал из Норвегии, где он жил около года после отъезда из СССР, Галич ответил – «Но ведь там же нет русских».

Выступление Александра Галича было записано на пленку. У меня есть копия этой «магнитиздатской» записи, которой я очень дорожу. Позднее я переписал её на компакт-диск, что она «хранилась вечно».

Александр Гинзбург

Без Александра Гинзбурга, как говорили его «соратники по оружию», трудно представить инакомыслие и диссидентство 1960-70 годов. Без него, возможно, и сегодняшнее правозащитное движение в России не имело бы своих корней.

 

В 1960 году Александр Гинзбург составил машинописный литературный сборник «Синтаксис». Его передавали из рук в руки, стихийно перепечатывали. Так возник самиздат.

После выпуска третьего номера «Синтаксиса» Гинзбурга арестовали и приговорили к двум годам заключения.

В 1966 году Александр Гинзбург составил «Белую книгу» – сборник документов по делу Андрея Синявского и Юлия Даниэля. Это был первый правозащитный сборник. Отдельные тексты из него стали основой обвинения в антисоветской агитации и пропаганде. В 1974 году Александр Гинзбург стал распорядителем созданного Александром Солженицыным Фонда помощи политзаключенным. В 1976 году он вошел в Московскую Хельсинкскую группу и стал активным ее членом. За это в 1977 году был приговорен к восьми годам лагерей особого режима. Друзья Александра Гинзбурга, включая Александра Солженицына, предприняли максимум усилий с целью его освобождения. Через несколько лет его, в числе пяти советских политзаключенных, обменяли на двух арестованных в США советских шпионов.

В Америке Александру Гинзбургу предложили работу в крупнейшей американской профсоюзной организации «Американская Федерация Труда/Конгресс Производственных Профсоюзов» со штаб-квартирой в Вашингтоне. Как представитель этой организации он много ездил по миру, но решил, оставить хорошо оплачиваемую работу. На мой вопрос почему, Алик ответил: «Люсьен, это не моя работа». В Париже Александр Гинзбург 10 лет был активным сотрудником газеты «Русская мысль».

Андрей Амальрик

С Андреем Амальриком я познакомился в имении Нортона Доджа, профессора экономики Мэрилендского университета. Специалист по советской экономике, профессор Додж часто посещал Советский Союз и на каком-то этапе заинтересовался нонконформистским искусством. Решение пригласить знакомых на «охотничий завтрак» было приурочено к приезду в Вашингтон Андрея Амальрика и его жены-художницы, Гюзель.

Историк, писатель и публицист Андрей Амальрик личность незаурядная. Он приобрел известность как коллекционер работ художников-авангардистов, сочинял пьесы в духе «театра абсурда», завязал знакомства с работавшими в Москве иностранными журналистами и дипломатами, за что в мае 1965 года был арестован и приговорен к двум с половиной годам ссылки. После отбытия срока написал книгу воспоминаний «Нежеланное путешествие в Сибирь».

Андрей Амальрик первым среди московских диссидентов начал постоянно общаться с иностранными корреспондентами. В 1970 году он напечатал статью «Иностранные корреспонденты в Москве», где описал причины, мешавшие их нормальной журналистской деятельности.

Вместе с Павлом Литвиновым Андрей Амальрик работал над сборником «Процесс четырех» о суде над Александром Гинзбургом, Юрием Галансковым и другими; после ареста Павла Литвинова Амальрик передал этот сборник иностранным корреспондентам. Он также передал на Запад рукопись Андрея Сахарова «Размышления о прогрессе, мирном сосуществовании и интеллектуальной свободе».

Наибольшую известность Амальрику принес историко-социологический трактат «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?», где он сформулировал концепцию ближайшего будущего СССР. Это пророческое эссе, опубликованное за рубежом, принесло Амальрику мировую известность. Он был почти прав, Советский Союз просуществовал всего еще только семь лет.

И хотя «охотничий завтрак» у профессора Доджа состоял из китайских блюд, принесенных из близлежащего ресторана, для меня это был случай познакомиться с одним из самых известных советских диссидентов и его красавицей женой, выставку работ которой устроил у себя хозяин имения.

Андрей Амальрик погиб в автокатастрофе в Испании 12 ноября 1980 года.

Нортон Додж и его супруга Нэнси – обладатели самой крупной в мире коллекции советского неофициального искусства. В коллекции более 20 тысяч работ около 1000 художников всех направлений из Москвы, Ленинграда и Эстонии за период между 1956 и 1986 годами. Среди самых известных такие имена как Илья Кабаков, Эрик Булатов, Олег Целков, Анатолий Зверев, Оскар Рабин, Владимир Немухин, Евгений Рухин, Борис Свешников. В настоящее время эта коллекция хранится в музее Джейн Вурхис Зиммерли при университете Ратгерс в штате Нью-Джерси.

Коллекция Нортона Додж бесценна. Такой коллекции советского неофициального искусства нет нигде в мире.

Скульптор-монументалист Эрнст Неизвестный

С Эрнстом Неизвестным я познакомился в Нью-Йорке в 1977 году, вскоре после его приезда в Америку. Во время беседы в его мастерской в нижнем Манхеттене он рассказал о том, что его вынудило уехать из СССР, и о борьбе с советскими властями «за право быть человеком и гражданином».

«Я не был диссидентом в классическом смысле слова, скажем, как Буковский. Мой бунт был эстетическим. Меня угнетала серость, безобразность, лживость существования и в искусстве, и в быту, и в общении между людьми. Я защищал свое право художника работать хорошо, а не плохо, потому что я считал, что от нас требуют, чтобы мы работали плохо. Я защищал свое человеческое достоинство, когда меня оскорбляли и власти, и Московский Союз художников, и Академия художеств, и Министерство культуры».

Неизвестный столкнулся с трудностями после памятной откровенной беседы с Никитой Сергеевичем Хрущевым на выставке МОСХа в московском Манеже в 1962 году. Когда Хрущев продемонстрировал свое невежество в искусстве, Неизвестный, в присутствии других членов Политбюро, сказал Хрущеву, что он в искусстве ничего не понимает. За это Союз художников не давал Неизвестному заказов в течение 10 лет.

«Я понял, что Сталин со своих позиций был прав, что не печатал Платонова, Мандельштама, или Булгакова, – говорит Неизвестный. – И не потому, что эти люди как бы формально угрожали советскому строю. Нет, они угрожали советскому мышлению, советской ментальности. Вот, в чем была моя опасность, вот почему они так беспощадно меня изничтожали».

О Неизвестном на Западе вышло шесть книг. Последний объёмистый том биографического исследования жизни и творчества Эрнста Неизвестного вышел в 2002 году в нью-йоркском издательстве Rowman and Littlefield под названием «Centaur» (Кентавр). Я хотел проинтервьюировать автора книги Альберта Леонга, заведующего кафедрой русского языка и литературы Орегонского университета, но узнал, что он скончался вскоре после выхода в свет его книги. С Эрнстом Неизвестным я связался по телефону в его мастерской на острове Шелтер в штате Нью-Йорк. Я спросил его, как он познакомился с профессором Леонгом:

«Был период, когда я, как приглашенный профессор, читал лекции в разных университетах Европы и Америки. После лекции в Орегонском университете профессор Леонг сказал мне, что собирает материалы для моей биографии».

Альберт Леонг работал над книгой «Centaur» десять лет. Он провел тщательные исследования жизни Неизвестного со дня его рождения. Он копался во многих прежде закрытых советских архивах и приводит не только массу фактов, но целые страницы стенограмм фактических событий, в том числе памятной беседы с Хрущевым в 1962 году. Он несколько раз ездил в Россию и даже специально поехал в Магадан, чтобы своими глазами увидеть созданный Неизвестным монумент жертвам сталинского террора. В книге профессора Леонга Неизвестный предстает перед читателями, как говорит сам скульптор, «во всей наготе:

«Я думаю, что профессор Леонг знал о моей жизни больше, чем я сам. Как ответственный ученый он ничего не принимал на слово. Для меня эта книга полезна тем, что по ней, как по справочнику, я могу установить некоторые факты, которых я не знал. Он провел огромную и добросовестную работу, и я ему признателен за это. Как сказал Вася Аксенов, это очень ценная книга для изучения не только моей биографии, а времени, поскольку книга написана о времени, которое он рассматривает через призму моей судьбы».

Работы Неизвестного находятся во многих странах мира. На Асуанской плотине в Египте стоит самый высокий в мире монумент работы Неизвестного. В фойе концертного зала Центра исполнительских искусств имени Кеннеди в Вашингтоне стоит созданный им бюст Дмитрия Шостаковича. Какую из своих работ он считает самой важной, которая подводила бы итог его творческой деятельности?

«Я заканчиваю семиметровое «Древо жизни». Это форма сердца, насыщенная огромным количество деталей, в том числе ювелирных. Эту работу я делаю своими собственными руками. Эта работа вбирает в себя огромное количество метафор, огромное количество символики – библейской и христианской. Одновременно она репрезентует символику очень многих религий – и буддистской, и Лао-Цзы, зороастризма, и, конечно, мусульманские знаки. «Древо жизни» – это огромный рассказ о человеческой жизни, которая вмещает в себя и добро и зло, и красоту, и безобразие, и блаженство, и страдание, и Господа, и дьявола. Все это помещено в кроне «Древа жизни». Для меня это будет итоговой работой, когда она будет отлита в бронзе и станет в Москве».

Неизвестный закончил вынашиваемую им 45 лет идею, и 11 октября 2004 года «посадил» «Древо жизни» в атриуме торгово-пешеходного моста «Багратион» на Краснопресненской набережной.


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1304




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2011/Zametki/Nomer5/Fiks1.php - to PDF file

Комментарии:

Люсьен Фикс to Gregor
- at 2011-05-12 10:48:04 EDT
Уважаемый Gregor,

Можно привести нескольько примеров. Самуил Покрасс умер в Нью-Йорке в 1939 году в возрасте 45 лет от (ангины?).

Старший брат известных советских композиторов и музыкантов Аркадия, Дмитрия и Даниила, Самуил Покрасс,автор написанной в 1920 году знаменитой песни «Красная армия всех сильней», в 1924 году эмигрировал в Америку. Он писал музыку к бродвейским мюзыклам и голлливудским кинофильмам. Многим известна трофейная картина 1939 года «Три мушкетёра». На просмотр этой картины Сталин пригласил Дмитрия Покрасса, а когда переводчик сказал «музыка Самуила Покрасса», Сталин загадочно посмотрел на Дмитрия». Сталин не знал, что Самуил его родной брат.
В СССР Самуил Покрасс считался «изменником родины» и полагают, что к его смерти было причастно НКВД.

11 сентября 1978 года в Лондоне уколом отравленного зонтика был убит болгарский диссидент, писатель и журналист Георгий Марков. Считается, что это убийство было совершено агентом болгарского КГБ не без участия советского Комитета Государственной Безопасности.

Ну, а нашумевшее дело экс-офицера ФСБ Александра Литвиненко, всем известно. Бежавший в 2000 году в Великобританию Литвиненко, скончался 23 ноября 2006 года на 44-м году жизни вскоре после получения британского гражданства. После его смерти специалисты британского Агентства по охране здоровья утверждали, что обнаружили в организме Литвиненко значительное количество радиоактивного элемента полоний-210. Основным подозреваемым по делу Литвиненко проходит российский бизнесмен и депутат Андрей Луговой.

Gregor
- at 2011-05-12 00:19:02 EDT
Уважаемый господин Фикс!

Гибель в автокатастрофе Андрея Амальрика и странная неожиданная смерть Галича невольно наводят на размышления.
Скажите, пожалуйста, может быть в истории советского диссидентства есть еще какие-то не совсем обычные смертные случаи?
Не замешан ли здесь КГБ, мерзкая и мстительная фирма?

Игорь
Мемфис, Теннесси, - at 2011-05-10 13:19:57 EDT
Мемуары Люсьена Фикса - кладезь информации о событиях и людях, которые способствовали распаду СССР. Фрагмент о диссидентах представляет особую важность, где автор рассказывает о встречах с пионерами диссидентского движения, которые раскачивали тоталитарный режим, несмотря на репрессии. Мало кто теперь помнит об Александре Гинзбурге и Андрее Амальрике, а ведь они были одними из первых, кто проявил особую стойкость. Спасибо за ценную информацию.
Татьяна
Харьков, - at 2011-05-10 04:27:42 EDT
Спасибо, Люсьен, очень интересно! Даже оставила для себя Ваш текст на память.
Sofiya
New York, USA - at 2011-05-09 13:40:10 EDT
С Днем Победы! Счастья, здоровья, благополучия!
Оставаться таким же творческим человеком!
Спасибо за очень интересный материал (как и всегда), за многие детали, которые нигде не упоминаются.
С нетерпением буду ждать продолжения. София и Юрий.