©"Заметки по еврейской истории"
март  2010 года

Ян Кауфман

Соседка

На дневной поезд «Москва-Санкт-Петербург» я вскочил почти на ходу, когда проводница уже поднимала вагонную подножку.

Отдышавшись в тамбуре, я прошёл на своё место. Соседкой оказалась пожилая интеллигентная женщина, читающая какую-то книжку.

Мы познакомились. Позже выяснилось, что Анна Павловна – очень интересный собеседник и просто мудрая женщина. За окном вагона уже замелькали осенние картины золотого Подмосковья, и проводница принесла чай.

«Я вижу по выговору, что вы москвич, Николай Григорьевич. Это приятно! Давненько не была в этих краях», – задумчиво сказала соседка, глядя в окно.

«Вы наблюдательны, Анна Павловна. Верно, я москвич. А вы далеко живёте?»

«Наблюдательна – говорите? Жизнь всему научит… Родилась я в Москве, и являлась коренной москвичкой, бог знает, в каком поколении. Жила с родителями, а занесла судьба в Аргентину. Да вы подвигайтесь ближе и берите кулебяку к чаю, Николай Григорьевич. Это знакомые положили мне в дорогу».

Наша беседа растянулась на все семь часов дороги. Я чувствовал, что ей приятно общаться на русском языке – она говорила не спеша, порой, подбирая забытые слова.

«Родилась я в двадцатом году в семье инженера-путейца. В тридцать пятом папу направили в Германию в составе делегации по обмену опытом строительства железных дорог. А через год всех членов делегации начали арестовывать.

Мы с родителями чудом успели выехать из СССР. Так и попали в Аргентину.

Вот вчера мне подарили эту книжку писем «Милая моя ресничка».

Письма написаны приятелем моего отца – Сергеем Седовым своей жене, – попутчица показала мне книжку, – Читаю, а сердце кровью обливается от тех давних переживаний и воспоминаний.

Трагическая судьба этой близкой нам семьи Седовых, всегда с болью поминалась моими родителями там, вдалеке».

Анна Павловна накинула на плечи шерстяной платок, украшенный рисунком из ярких геометрических фигур.

«Сергея Седова, младшего сына Льва Троцкого от второго брака, – продолжала она, – вовсе не интересовала политическая деятельность своего отца, высланного в 1929 году со старшим сыном Львом в Турцию.

Сергей со своей второй женой, Генриеттой Рубинштейн, жил в Москве на Серпуховке, в доме 46/135, недалеко от дома, где мы жили.

Это был, насколько я помню, всесторонне развитый и образованный человек, увлекавшийся спортом и акробатикой, ставший известным учёным в области двигателестроения, профессором, автором многих книг.

От отца Сергей не отрекался, но в эмиграцию так и не уехал.

В Москве он имел хорошую интересную работу, любимую и любящую жену.

В тридцать пятом его, сына Троцкого, арестовывают и ссылают в Красноярск, где директор «Красмаша» на свой страх и риск (за что потом и поплатился жизнью) принимает его, уникального специалиста, на должность инженера. Генриетта Михайловна в том же году едет вслед за мужем в Красноярск. Там они прожили вместе семь счастливых месяцев. А уже в мае тридцать шестого их вновь разлучили. На шестом месяце беременности Генриетта часами ходит под окнами Красноярской тюрьмы. В конце мая по сфабрикованному обвинению «в попытке отравить рабочих» Сергей Седов был осуждён в контрреволюционной деятельности и отправлен в «Ухтпечлаг».

Мужа отправляют в лагерь, а Генриетта возвращается в Москву и 21 августа тридцать шестого года разрешается дочкой Юлией.

В апреле следующего года Сергея вернули в Красноярскую тюрьму и приговорили к расстрелу. 29 октября 1937 года Сергей Седов был расстрелян.

Генриетта, в том же году, как член семьи врагов народа, этапируется в колымский лагерь, где проводит более десяти лет, а затем до шестидесятого года находится на поселении в посёлке Ягодное (под Магаданом).

Их дочь, Юлия, которой после ареста мамы едва исполнился год, живёт с родителями Генриетты. Но в пятьдесят первом году дедушку и бабушку тоже ссылают, и Юлия оказывается в Сибири, а затем перебирается к матери в Ягодное.

 

 Юлия Аксельрод - внучка Троцкого

Однажды Генриетта призналась дочке, что за всю жизнь была счастлива лишь те семь месяцев, которые провела с её отцом – Сергеем в Красноярске, и никогда не раскаивалась в своём решении последовать за любимым. Умерла Генриетта Михайловна 5 июня 1987 года.

Спустя много лет, Сергей Седов, его жена – Генриетта Рубинштейн и её родители были реабилитированы.

Находясь в ссылке, Сергей писал жене трогательные письма. Часть этих писем, сохранённых в то страшное время мужественной Генриеттой Михайловной, была переправлена в Америку их дочери – Юлии. Санкт-Петербургский центр «Мемориал», при участии Института Гувера и Юлии издали эту трогательную книжку писем – «Милая моя ресничка», которую мне и подарили.

Сергей Львович был удивительный человек – тонкий, легко ранимый, но никогда не унывавший, нежно любивший жену и не терявший надежду на счастливую жизнь с ней…

Хотите, Николай Григорьевич, я прочту Вам лишь короткий отрывок из одного его письма?»

Я кивнул, и женщина начала читать.

«22/VIII 35 г.

Милая моя ресничка!

Твоё письмо принесло мне столько счастья, столько радости, что мне даже стыдно. Но я так люблю тебя, я так волновался, так тосковал по тебе, что ты не можешь себе представить...

Может быть, и правда – всё к лучшему, может быть, наши невзгоды, преграды, стоящие на нашем пути, только дадут глубже почувствовать наше счастье... Я так тебя люблю, что мне хочется спеть тебе арию Мазепы. Неужели мы скоро увидимся?! У меня хватило бы сил ползти до Москвы, чтобы увидеть тебя.

Я всё время посматриваю на твою мордашку, игриво выглядывающую из конверта, и глупо улыбаюсь. На шее у тебя висит список грехов твоих, я стараюсь рассмотреть, не появилось ли там ещё что-нибудь, но не вижу...

Под конец письма я напишу тебе о том, что мне давно хочется сказать тебе. Мне хочется иметь ребёнка, но есть так много всяких "но", одно из них то, что это связало бы тебя со мной, а это в моём положении не совсем честно...

Крепко тебя целую, моя любимая».

Вот в такое ужасное время мы жили, Николай Григорьевич…

Страшно вспоминать. Да и не знаю – нужно ли это кому-нибудь теперь?»

Поезд уже проскочил Колпино, Ижорский завод. На мокром от дождя перроне Анну Павловну встречала пожилая пара.

Я тепло простился со своей собеседницей, пожелав ей здоровья. Потом долго брёл под зонтом по Невскому, а вопрос Анны Павловны так и не выходил из головы: «Нужно ли это кому-нибудь теперь?»

PS. Уважаемые читатели, проживающие сейчас в Израиле! Если вдруг Вам придётся встретить Юлию Аксельрод (дочку С. Седова), передайте ей мой привет и наилучшие пожелания. Заранее благодарю. Мой эл. адрес yankaufman@mail.ru Ян Кауфман

 


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1175




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2010/Zametki/Nomer3/Kaufman1.php - to PDF file

Комментарии:

Акива
Кармиэль, Израиль - at 2010-03-31 06:00:53 EDT
Интересно. Надо делать выводы. Прежде чем заняться любой политической деятельностью, надо подумать о детях и внуках.