©"Заметки по еврейской истории"
Апрель 2009 года

Илья Гирин


Барак Хусейн Обама как зеркало «правого большевизма»

В свое время автор этих строк, как, очевидно, и многие другие, изучавшие «Историю КПСС», немало смеялся (про себя, конечно) над термином «право-левая оппозиция», но события последнего времени, а именно реакция правых на действия президента Обамы заставляют пересмотреть отношение к этому придуманному «отцом народов» термину, ибо критики президента «справа» оказались такими же большевиками, как и их левые предшественники, т.е. догматиками, пленниками собственных умозрительных концепций и нетерпимыми к чужому мнению и к критике. Особенно отчетливо это проявилось в реакции на предложенный Обамой пакет мер по выходу американской экономики из кризиса, о чем мы и поговорим ниже.

Две магические фразы, которые предпочитают забыть теоретики

В экономике существуют две магические фразы, без которых практически невозможно трезво оценить ситуацию. Первая – это ceteris paribus, дословно означающая «полагая все остальное равным», вторая – «в конечном счете». Использование первой позволяет пренебречь мешающими теории фактами, а неиспользование второй приводит к упрощенческому подходу к анализу ситуации и соответственным выводам. Это особенно видно при рассмотрении вопроса:

Что могут и что не могут рынки

Ceteris paribus и, «в конечном счете», то есть теоретически, рынки могут все, но ... в реальной жизни дело обстоит несколько иначе. В отличии от, скажем, физики, законы которой действовали, действуют и будут действовать вне зависимости от факта существования узконосых прямоходящих приматов, экономика вообще и рынок в частности связаны исключительно с «человеческим фактором», который не может не оказывать обратного влияния и на экономику, и на рынок. В самом деле, если «рынок рационален», то почему люди покупают часы «Ролекс» за несколько тысяч долларов, а не китайскую «штамповку», которая стоит в десятки раз дешевле, но функционально не отличается ничем?[1] – Да потому, что, каждый из нас, как говорили древние римляне «человек, поэтому ничто человеческое нам не чуждо». Абсолютизаторы же рынка предпочитают забыть этот самый фактор и рассказывают сами себе и тем, кто готов их слушать, а, главное, - верить, что рынок сам по себе решит все вопросы, забывая добавить эту магическую фразу «в конечном счете». Это особенно характерно для выходцев из бывшего СССР, которые, видя, как отсутствие рынка приводило к «дефициту песка в Сахаре и снега в Сибири», возвели рынок и «частника» в абсолют, искренне веря в то, что в условиях рынка «частник» всегда будет вести себя рационально и ответственно, ибо иначе «рынок его накажет», опять-таки забыв добавить «в конечном счете». А это добавление исключительно важное, т.к. без него становится непонятным, мягко говоря, странная деятельность великого множества «частников». Доказательство того, что рынок сам по себе не является гарантией ни качества, ни честности, привел, как это часто бывает не ученый, а человек искусства: американский писатель Эптон Синклер (Upton Sinclair). Человек левых, точнее, социалистических взглядов Синклер написал роман «Джунгли» (The Jungles)[2], целью которого было показать бесчеловечные условия эксплуатации рабочих при капитализме, открыть глаза на отношение к рабочим-иммигрантам, на нищету, в которой они живут, на отсутствие техники безопасности, на их нищенские зарплаты. Но объективный писатель Синклер не мог не написать и об ужасающей антисанитарии в мясной промышленности (именно там и происходит действие романа), когда мясо больных туберкулезом коров идет в производство, оборудование не моется и не дезинфицируется... Именно это описание граничащей с преступной производственной деятельности «мясных баронов» и произвело эффект, который Эптон Синклер никак не предвидел: общественное мнение возмутилось не столько положением рабочих, сколько тем, что и как производят на мясокомбинатах. Взрыв негодования был таким, что пришлось вмешаться тогдашнему президенту Теодору Рузвельту, который провел два закона: «Об инспекции мяса» и «Закон о чистых пищевых продуктах и лекарствах» (по этому закону было учреждено Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, которое наказывает нарушителей, не дожидаясь того, когда это «в конечном счете» сделает рынок). Кстати, сегодняшний финансовый кризис со всеми вытекающими из него последствиями, вызван точно таким же подходом руководителей банков к «санитарии», как и у «мясных баронов» во времена Синклера. Для этого мы позволим себе сделать небольшую вставку, которую назовем:

Как банки шли к катастрофе[3]

Одним из основных источников доходов для банков служит т.н. ипотечный кредит, т.е. кредит, выдаваемый под залог недвижимого имущества (обычно дома). Как правило, для получения такого кредита заемщик должен иметь в наличии так называемый «первоначальный взнос» — часть стоимости недвижимости, приобретаемой на средства ипотечного кредита (хотя в некоторых банках это условие не обязательно). Размер первоначального взноса обычно влияет на срок и процент по кредиту и варьируется от 0 % до 70 % стоимости ипотечной недвижимости. Банк выдвигает к заемщику ипотечного кредита ряд специальных требований: о подтверждении дохода, о наличии непрерывного стажа работы и пр., а также может потребовать обязательное страхование кредита, если первоначальный взнос меньше определенного процента (обычно 20%) от суммы кредита. Естественно, что при таких условиях кредитования «неохваченным» остается огромный сегмент рынка: малоимущие слои населения. Им ипотеку и не давали, зная, что риски неплатежей и невозврата кредита намного превышают потенциальную прибыль. Все изменилось, однако, когда началось раздувание «пузыря» недвижимости, т.е. когда цены на нее стали превышать рыночные. Немедленно появились «мудрецы», которые «научно» доказали, что, во-первых, цены на недвижимость будут расти чуть ли не всегда, так что даже в случае неуплаты по кредиту дом можно будет всегда продать да еще с огромной выгодой, во-вторых, если смешать эти «сомнительные» кредиты с «хорошими» так, как смешивали мясо от больных и здоровых животных во времена Эптона Синклера, то риски будут минимализированы, а если еще на базе этой смеси кредитов создать новые финансовые документы, т.н. деривативы, то можно заработать огромные деньги. В результате была создана гигантская финансовая пирамида, напоминающая «тюльпановую лихорадку» в Нидерландах XVII века. Естественно, что признать такой безответственный подход «частников» к выдаче кредитов апологеты рынка не могли, посему ими была выдвинута теория о том, как демократическая администрация президента Клинтона «давила на банки», чтобы они давали ипотеку бедным, прежде всего, неграм. Понимая, что вариант, столь знакомый советскому человеку: «Выдашь кредит или положишь партбилет», - при «наличии отсутствия» райкомов, горкомов, обкомов, да и самих партбилетов, не очень убедителен, были придуманы две версии. По первой - группа активистов приходила в отделение банка, который не хотел давать сомнительные кредиты, и срывала его работу, требуя информации, задавая массу пустых вопросов и т.п. Эта версия явно рассчитана на клинических идиотов, по той простой причине, что если в «полудеревенской» местности, где живет автор настоящей статьи, количество отделений банков в радиусе каких-нибудь пяти километров больше дюжины, то можно представить, сколько нужно людей, чтобы сорвать работу банков в метрополисе, где их отделений тысячи! Вторая версия – негритянские и/или левые организации угрожали судом за расовую дискриминацию. Эта версия основана на непонимании одного-единственного факта: для того, чтобы доказать случай дискриминации, надо привести свидетельства того, что ceteris paribus белому был выдан кредит, а негру нет. Для этого, однако, надо иметь доступ к персональной информации о заемщике, получение которой без его согласия просто невозможно. Самый же главный аргумент против рассказов о давлении на банки – превосходные итоги 2008 года, объявленные «Хадсон Сити Бэнккорп» (Hudson City Bancorp). Банк этот расположен в Нью-Джерси, одном из самых либеральных штатов Америки, где казалось бы было кому «давить». Ларчик же открывается просто: руководство этого банка всего-навсего не поддалось соблазну «срубить бабло» здесь и сейчас, а продолжало следовать своей твердой политике: выдавать ипотеку тем и только тем, чье финансовое положение не заставляет усомниться в кредитоспособности, не отказываться от требования уплаты первоначального взноса в размере 20% от стоимости покупки, т.е. вело себя так, как вели себя нормальные кредитные институты до начала «ипотечной лихорадки».

Коль скоро мы заговорили о «частнике», то следует отметить, что и они бывают разные, о чем и пойдет речь в следующей главе.

Третья форма собственности

Примерно с середины 1960 годов прошлого века началась трансформация частной собственности, точнее, акционерных обществ. Если в «доброе старое время» практически в каждом из них были владельцы либо контрольного (50% плюс 1 акция), либо, по меньшей мере, блокирующего пакетов, то выпуск и распространение огромного количества акций привели к «размыванию» собственности, иными словами, стало все меньше и меньше корпораций, в которых физические лица могли бы иметь даже блокирующий, не говоря уже о контрольном, пакет акций. Огромное количество мелких вкладчиков, инвестиционные фирмы и фонды, которые сами по себе были такими же корпорациями «нового типа», привело к тому, что такие акционерные общества все больше и больше становились не столько частными, сколько просто «негосударственными» предприятиями, т.е. превратились в какую-то «третью форму собственности»: не государственную по структуре привлеченного капитала, не частную по методам и культуре управления. Последние же мало чем отличались от столь знакомых советскому человеку методов «красных директоров»: выполнение планов квартала и года любой ценой, а там хоть трава не расти, подбор и расстановка кадров вне зависимости от квалификации, включая создание «феодальных владений» для «особ, приближенных к императору», «политические» проекты типа обязательной закупки у поставщиков, принадлежащих к меньшинствам: расовым сексуальным и им подобным, - и многое другое, включая «переход на другую работу» в виде т.н. «золотого парашюта», т.е. многомиллионного выходного пособия или, попросту говоря, отступных. Самое же страшное во всем этом, что краткосрочные цели: квартальные или годовые – не позволяли и не позволяют менеджерам этих корпораций думать о перспективе, идти на потери сегодня ради большей прибыли завтра, а заставляли и заставляют действовать по принципу «план любой ценой». Рассуждения об этой «третьей форме собственности» делаются нами не ради того, чтобы в очередной раз показать «звериный оскал капитализма» или примкнуть к числу тех, которые этот самый капитализм отпели, похоронили, воскресили, чтобы отпеть и похоронить вновь, пользуясь при этом всеми его преимуществами. Отнюдь. Просто эта трансформация позволяет более спокойно взглянуть на вопросы государственного вмешательства в экономику, включая

Это страшное слово «национализация»

Произнесите его и сразу же на ум придут последствия «красногвардейской атаки на капитал» в России, тотальной национализации на Кубе, то, к чему привело воплощение лозунга «природные богатства народа должны принадлежать народу» в странах «третьего мира», и многое другое из этой же области. В результате приходится удивляться не тому, что у многих слово «национализация» вызывает такой же ужас, как слово «чума» лет двести-триста тому назад, а тому, как с виду нормальные, вполне образованные люди, продолжают доказывать ее «блага», правда, предпочитая делать это из комфортного капиталистического далека. Но при всем при этом нельзя закрывать глаза на другую национализацию, которую можно сравнить, скажем, с хинином, горьким, но необходимым лекарством от малярии. Речь идет о национализации тех отраслей промышленности, которые иначе просто рухнут, причем с катастрофическими последствиями, как, например, национализация железных дорог практически во всех развитых странах. Национализировав «чугунку», государство фактически сохранило эти стратегически важные пути сообщения. Именно так, и лучше раньше, чем позже, предстоит поступить с теми банками, менеджеры которых доруководились до того, что цена акции этих банков стала ниже стоимости услуг их же банкоматов. Конечно, можно последовать призыву правых большевиков и дать рынку самому все «очистить», только вот последствия и цена такого решения будут в лучшем случае примерно такими же, как для Голландии после очищения ее рынка от упомянутой выше «тюльпановой лихорадки»: рынок-то очистился, но, пока он это делал, соперники Нидерландов оттеснили страну на второстепенные позиции, на которых она и пребывает по сей день. Надеяться исключительно на внутреннюю силу рынка – это все равно, что не лечить больного легочной чумой антибиотиками, полагая, что «организм справится сам». Правда, надо отдать должное правым большевикам: у них есть лекарство от всех экономических болезней – снижение налогов. Но возникает вопрос:

Всегда ли помогает снижение налогов?

Прежде всего, давайте рассмотрим два типа налогов, понижением которых можно якобы лечить все экономические болезни. Первый тип – налог подоходный. Сторонники его снижения как панацеи от всех недугов экономики аргументируют это весьма просто: у людей будет больше денег, значит, увеличатся спрос и инвестиции. Аргументы веские, но опять-таки только ceteris paribus, а именно это допущение никак неприемлемо ни к налогообложению, ни, тем более, к сегодняшнему кризису. Во-первых, огромное количество работающих американцев в силу различных положений Налогового Кодекса просто не платит подоходного налога или платит мизерные суммы, поэтому снижение налога никак не повлияет на их покупательские или инвестиционные решения (например, максимальный размер налога для одинокого, не имеющего детей человека, зарабатывающего тридцать тысяч долларов в год, 230 долларов в месяц, так что даже десятипроцентное его снижение даст увеличение месячного дохода аж на 23 доллара, что, если считать в традиционной российской «твердой валюте», эквивалентно цене одной бутылки хорошей, но не лучшей водки). Во-вторых, львиная доля в общих налоговых платежах приходится на богатых, очень богатых и сверхбогатых людей, которые привыкли инвестировать «лишние деньги», а не покупать очередной «роллс». Сегодняшние же проблемы не в отсутствии инвестиций, а как раз в катастрофическом падении спроса, который не увеличится ни от того, что миллиардер Х вложит свои деньги в ценные бумаги, ни от того, что «средний класс» использует дополнительную сумму для оплаты долгов или увеличения сбережений. Именно поэтому не сработал прошлогодний «план Буша»: люди, получив единовременную сумму, заплатили долги, отложили деньги, т.е. инвестировали их, но в массе своей их не потратили. Словом, рассчитывать на то, что снижение подоходного налога окажет решающее воздействие на ситуацию, не приходится, хотя снижение налогов по «плану Обамы» может сыграть какую-то роль но лишь потому, что по этому плану люди будут просто получать больше денег «на руки», а такие деньги психологически очень трудно не потратить. Есть, правда, другой тип налогов, о котором говорят намного меньше, но который не менее, если не более, важный – это налог на прибыль предприятий. Поясним на примитивном примере, как он влияет на экономику. Допустим, доходы корпорации Х составили 2 млрд. (здесь и далее в долларах США), а расходы – 1 млрд. Таким образом, она получила прибыль в 1 млрд. При ставке налога в 30% (типичная для США) чистая прибыль составит только 700 млн. Естественно, что при малейшей возможности корпорация постарается перевести бизнес, а с ним и рабочие места, в страны с налоговой ставкой, скажем, в 10%, ибо тогда ее чистая прибыль увеличится сразу же до 900 млн., т.е. без малого на 30%! Ситуация становится еще более мрачной для местной экономики, если в силу целого ряда причин доходы остаются примерно на одном и том же уровне или уменьшаются: тогда для роста прибыли надо сокращать расходы, т.е. увольнять людей или уводить производство в «дешевые» страны, т.е. заниматься т.н. аутсорсингом. Вот здесь снижение налогов может оказаться весьма весомым фактором. Опять вернемся к нашему примеру. Для сохранения (о росте уже не говорим) чистой прибыли в 700 млн. при сокращении доходов, допустим, на 200 млн., та же корпорация Х должна сократить расходы на те же 200 млн. И вот тут вступает в силу налоговая политика. Государство может сократить налог на прибыль до такого уровня, чтобы обеспечить то же самую чистую прибыль при условии сохранения рабочих мест. Надо сказать, что нормальных или, точнее, в относительно нормальных условиях, снижение налогов на прибыль весьма и весьма благоприятно отражается на деловую активность, но если условия перестают быть нормальными, то... Опять же вернемся к корпорации Х. Допустим, что из-за финансового кризиса и вызванного им отсутствием кредитов, резко упала спрос на ее продукцию (как это случилось практически со всеми автомобильными компаниями), потому доходы ее сократились не на 200, а на 500 млн. – значит, при такой ситуации даже при нулевой ставке налога чистая прибыль не превысит 500 млн., в результате сокращения рабочих мест никак не избежать. Следовательно, надо прибегать к другим, более сильным методам, ибо

Исключительные обстоятельства требуют исключительных средств

Сегодня таким средством является массированное вливание средств государством. Правые большевики, конечно же, расскажут о том, что такое вмешательство во времена президентства Франклина Рузвельта якобы не помогло: страна, мол, вышла из «Великой Депрессии» только с началом Второй мировой войны, - забывая сказать, что резкое увеличение вооруженных сил и милитаризация экономики, вызванные войной, были ничем иным, как именно колоссальным вливанием государственных средств, но мы поговорим о двух других примерах. Первый, и, так сказать, не очень «политкорректный», это выход из кризиса Германии в 1933-1936 г.г. Вопреки расхожему мнению это произошло до ремилитаризации, ибо в тот период главным приоритетом для Гитлера были выход из кризиса и ликвидация безработицы, ибо, как это не печально будет звучать для сторонников версии об «имманентном антисемитизме немцев» или о «немецкой тоталитарной ментальности», именно из-за обещаний добиться этого в кратчайший срок и обеспечить рост уровня жизни «немецкой нации», а не из-за антисемитизма (он был перенесен на одно из последних мест в их платформе) и уж тем более не из-за того, что они обещали немцам диктатуру порядка, нацисты получили наибольшее число голосов на выборах. Именно поэтому решение экономических проблем было первоначально поручено одному из величайших экономистов своего времени д-р Яльмару Шахту (Dr. Hjalmar Horace Greeley Schacht), по настоянию которого и началось развитие инфраструктуры: проложены сотни километров знаменитых аутобанов, тысячи километров водопроводных и канализационных труб, построены десятки электростанций, реконструированы или вновь проложены тысячи километров железных дорог, - а также были остановлены все антисемитские меры в экономике (д-р Шахт объяснил Гитлеру, что такие меры немедленно выбросят на улицу минимум 700 тысяч человек, что в условиях более чем пятимиллионной безработицы было недопустимым для фюрера). В итоге уже к 1936 году страна вышла из кризиса, а безработица практически исчезла. Вот только тогда нацистский режим и приступил к ремилитаризации и к «ариизации немецкой экономики», заодно избавившись от д-ра Шахта, заменив его Германом Герингом: теперь экономическая ситуация позволяла это сделать. С аутобанами же связан другой пример эффективного вмешательства государства, на этот раз уже американский. Президент Дуайт Эйзенхауэр («Айк», как его называли американцы) в годы войны командовал союзными войсками в Европе, где и увидел это чудо дорожного строительства. Будущего президента поразило не столько качество аутобанов, сколько сама идея их прокладки вне населенных пунктов, что позволяло передвигаться на огромных скоростях. Став президентом, Эйзенхауэр решил создать аналогичную систему дорог в США. Прекрасно понимая, что в Конгрессе республиканские однопартийцы, и без того недовольные его недостаточным консерватизмом, не выделят и цента на такое мероприятие, Айк пошел с джокера, заявив, что система таких дорог необходима для нужд обороны. Дело происходило в пятидесятых, «холодная война» была в самом разгаре, так что Конгресс без особых проблем принял закон с несколько странным названием «Акт о Национальной системе межштатных и оборонных [выделено мной – ИГ] автомагистралей». Строительство этой системы, которая теперь вполне справедливо носит имя Эйзенхауэра, послужило толчком к резкому росту экономики страны и такому повышению уровня жизни «среднего класса», что президентство Эйзенхауэра в народе получило название «золотой эры»[4]. Сыграет такую роль «план Обамы»? Сказать трудно, ибо, как остроумно заметил чемпион КВН 1969 года, ныне главный финансовый офицер в одной из транснациональных компаний, Юлий Герцман: «Среди экономистов масса отличных патологоанатомов, но нет ни одного хорошего врача». Много или мало средств? Опять-таки «вскрытие покажет», но это отнюдь не означает, что план Обамы можно назвать «началом коммунизма», а самого президента – «социалистом», как это в лучших традициях большевизма ставить клейма делают его правые противники. Поэтому

Поговoрим о «социализме», роли государства и социальных программах

Если под «социализмом» понимать режимы типа советского, кубинского, ливийского или северокорейского, то должен сразу огорчить правых большевиков: ничего подобного нельзя увидеть ни в программе Обамы, ни в его деятельности, даже при рассмотрении их под самым сильным электронным микроскопом. Нет там предложений создать Госплан, органы ВЧК-ОГПУ-НКВД-КГБ, или назвать Демократическую партию «руководящей и направляющей силой американского общества». Что там есть – это предложения определенных реформ, которые давным-давно были осуществлены в т.н. «социальных странах» и, как следствие их, повышение роли государства. Поскольку правые большевики подобно анархистам считают, что государство – это всегда зло, то малейшие увеличение участия государства для них по определению «социализм», но давайте-ка послушаемся совета Тацита и рассмотрим этот вопрос sine irae et cum studio, т.е. без гнева и пристрастия. Есть вещи, в которых без государства обойтись невозможно, например, в вопросах обороны: времена частных армий баронов, князей и прочих феодальных властителей прошли и прошли безвозвратно. Однако помимо обороны есть немало областей, где государственное вмешательство необходимо и необходимо именно из-за рынка. Один из примеров – энергосберегающие и нефтезамещающие технологии. При цене нефти в диапазоне от 35 до 45 долларов за баррель и тем более ниже, ни один находящийся в здравом уме предприниматель не будет вкладывать миллиарды в разработку заменителей «черного золота», не будет просто потому что, как говорит китайская пословица «никто не сажает грушу, если не надеется поесть ее плодов». Но разработка и создание таких технологий необходимы с точки зрения национальной безопасности, ибо запасы нефти, увы, сконцентрированы в странах, которые дружественными, да и просто нормальными не назовешь. Поскольку, несмотря на всю истерику тех, которые рисуют Обаму как «революционера» или «коммуниста», он никак и никогда не сможет предложить предпринимателям выбор «а-ля рюсс»: «Вложите деньги и можете шить себе костюмы где-нибудь в Милане или в Лондоне, или не вкладывайте, но тогда шейте рукавицы для государства в ИТУ в Читинской области», то у него остается только государственное финансирование таких и им подобных программ. Теперь о социальном страховании. Впервые в мире государственная система медицинского страхования, пожизненных пособий жертвам травм на производстве и пенсий по старости была введена в Германской Империи по инициативе и под давлением ее первого канцлера князя Отто фон Бисмарка. Идея же «социального государства» была сформулирована Владимиром (Зеевом) Жаботинским, который считал, что государство должно обеспечить своим гражданам «пять "П": Пища, Платье, Помещение, Поликлиника, Просвещение (на иврите – пять "Мем": Мазон, Малбуш, Маон, Мирпаа, Морэ)». Называя отсутствие каждого из этих символов «ямой», он говорил: «Человеческое общество подобно детскому саду. В детском саду – пять ям, в соответствии с пятью "П"». Для детей, играющих в детском саду, существует опасность упасть в одну из этих ям... Вслед за Поппером[5]  я предлагаю засыпать все эти ямы и дать возможность детям свободно играть, где только вздумается». Конечно, если кто-нибудь, будучи в здравом уме и трезвом состоянии, сумеет доказать, что оба этих выдающихся деятеля: «железный канцлер» и «еврейский Гарибальди» – «социалисты», то тогда, бесспорно, Обама – «коммунист», вот только найдется ли такой персонаж?! С экономической же точки зрения государственное социальное страхование, как это не парадоксально звучит, – благо. Например, во время кризиса пособия по безработице, как и пенсии, позволяют не допустить падения покупательского спроса до критического минимума, как это случилось в «Великую Депрессию». Теперь о медицинском обслуживании, т.е. о том самом «социализме». Сегодня практически все крупные предприятия, да и огромное количество мелких и средних, обеспечивают ту или иную форму медицинской страховки своим сотрудникам. Помимо того, что эти затраты для мелкого и среднего бизнеса сплошь и рядом просто неподъемные, они резко увеличивают себестоимость продукции, в результате чего предприниматели «уводят» свои производства из США, как это случилось с «Тойотой», которая перевела свои заводы в Канаду, где существует государственная система здравоохранения. Кстати, о Канаде. Система здравоохранения этой страны, точнее, ее недостатки, многие годы служит главным аргументом «против» для правых большевиков, хотя главное отличие канадской, как большинства аналогичных систем в других странах, от той, что сегодня уже существует в США (т.н. система Medicaid для малоимущих и беднейших слоев населения), в том, что за небольшим исключением (индейские резервации, система медицинского обслуживания ветеранов вооруженных сил и т.п.) в США нет ни государственных больниц, ни государственных врачей: Medicaid просто-напросто является такой же страховой компанией, как и другие. Учитывая, что большинство этих «других» относятся к «третьей форме собственности», о которой речь шла выше, можно быть уверенным в том, и эффективность у них не намного выше, чем у Medicaid, к тому же распространение государственной страховки на всех желающих вызовет усиление конкуренции, значит, и удешевление страховых взносов. Теперь о косвенной стоимости существующей в США архаической системы социального страхования. Простой пример: поскольку в стране не существует законодательно предусмотренного отпуска по беременности и родам (даже неоплачиваемого) – не составит большого труда представить себе «производительность труда» матери, которая оставила своего грудного ребенка «чужой тете», даже если это тетя – ее родная мать или бабушка (справедливости ради надо отметить, что многие компании предоставляют такой отпуск, но его продолжительность и условия: оплачиваемый или нет – целиком и полностью определяются «по усмотрению администрации»).

То, что программы Обамы и в области экономики, и в области социальной, далеки от идеала, факт неоспоримый, но, когда больному легочной чумой вводят стрептомицин, чтобы спасти его от верной смерти, не думают о побочных явлениях антибиотика и уж тем более не желают врачу неудачи, как это делают правые большевики, которые подобно их левым коллегам фактически выдвинули лозунг:

«За поражение собственного правительства!» (размышления о корейском дурачке Киме и о французских Бурбонах)

Автор этих строк на президентских выборах голосовал за сенатора МакКейна, голосовал, не взирая на более чем сомнительный выбор сенатором Карли Фьорины[6] как своего экономического советника и губернатора Сары Пейлин как кандидата в вице-президенты[7], но МакКейн проиграл и потому с 19 января 2009 президентом США является Барак Хусейн Обама. Нравится он нам или нет, но с 19 января его успехи – это успехи Америки, как и его неудачи и провалы – это неудачи и провалы Америки. И не надо думать, что в случае его фиаско новый президент, даже уровня Рональда Рейгана, сумеет все восстановить и улучшить, ибо, как говорят англичане «дурак сумеет так забросить камень в колодец, что сто умных не вытащат его за всю свою жизнь». И если левые большевики выступали за поражение всех правительств, а не одного только царского, в войне, то правые их коллеги, выступая за поражение только правительства Обамы, ведут себя, как дурачок Ким из корейской поговорки, который «сжег свой дом, чтобы избавиться от клопов». Более того, правые большевики оказались даже хуже французских Бурбонов, которые, как известно, «ничего не забыли и ничему не научились», ибо они-то как раз и забыли, что случилось с Республиканской партией в тридцатые годы. Тогда, как и сейчас, правые республиканцы не придумали ничего лучшего, кроме нападок на демократов и президента: их обвиняли в социализме, в том, что Рузвельт – «агент Москвы», с учетом антисемитской специфики того времени «Новый курс» называли «Жидовским Курсом» [8] и... На выборах 1936 года Рузвельт буквально стер в порошок своего республиканского оппонента Альфреда Лэндона, получив 523 голоса выборщиков из 531 возможных и 60,8% голосов избирателей, на выборах же в Сенат поражение республиканцев было еще более тяжелым: они получили всего 17% голосов. Хотелось бы ошибиться, но сегодняшние правые большевики ведут республиканцев именно к повторению этого «успеха». Жаль: партия Авраама Линкольна, Теодора Рузвельта и Рональда Рейгана заслуживает лучшей участи, чем стать заложницей большевизма, даже правого.

Примечания



[1] “A Theory of Human Motivation” by Abraham Maslow: http://psychclassics.yorku.ca/Maslow/motivation.htm

[2] “The Jungle” (Bantam Classics) by Upton Sinclair  

[3] Хотя детальный анализ причин нынешней ситуации экономистам еще предстоит сделать, желающим рекомендуются следующие источники: http://www.wilmott.com/blogs/satyajitdas/index.cfm/2008/1/15/Socialism-for-Wall-Street; http://www.theatlantic.com/doc/200812/blodget-wall-street?x=55&y=0; Taleb, Nassim Nicholas. The Black Swan: The Impact of the Highly Improbable 2007. New York: Random House. 

[4] Считается, что, если бы Конституция позволила Эйзенхауэру баллотироваться в третий раз, он бы без труда победил Джона Кеннеди на выборах 1960 года. 

[5] Поппер Иосиф, псевдоним Линкеус (21.02.1838-21.12.1921) – австрийский мыслитель, учёный, писатель и изобретатель. 

[6] Карли Фьорина (Carly Fiorina)  в 1999-2005 г.г. была президентом компьютерной корпорации «Хьюлетт-Паккард» с весьма противоречивыми результатами.

[7] Лондонская «Таймс», весьма консервативная и по-британски сдержанная газета, назвала этот выбор «безответственным» (irresponsible).

 


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1072




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2009/Zametki/Nomer7/Girin1.php - to PDF file

Комментарии:

Юлий Герцман
- at 2011-04-14 14:10:14 EDT
Забыл дать ссылку, подтверждающую правоту автора:

http://gazeta.ru/business/2011/04/14/3584365.shtml
Прошу прощения.

Юлий Герцман
- at 2011-04-14 13:32:53 EDT
Еще одно весьма яркое подтверждение авторской правоты в вопросе "третьей формы собственности".
Виктор
Атланта, GA, USA - at 2009-11-02 14:44:58 EDT
Виктор - Илье Гирину:
1. "Познал я, что все, что делает Бог, пребывает вовек: к тому нечего прибавлять и от того нечего убавить...". Т.е. достаточно сослаться на тень великого Жаботинского - и вопрос закрыт. Но у меня все же остались сомнения: не прибавятся ли к пяти П другие пять: Паразитизм, Попрошайничество, Презрение к труду, Праздность, и сопутствующие всему этому Пороки? В нашем бывшем отечестве три из пяти П были обеспечены: Помещение (стоило копейки, ставнительно со здешними 30-40% дохода), Поликлиника (правда, народ говорил "лечиться даром - это даром лечиться"), Просвещение (помните выражение "стоять в очереди за дипломом"). С Пищей, правда, были проблемы, нет ли тут связи?
Еще одна цитата, иz АБС: "Они (самоубийства) будут именно потому, что вы проводите вполне определенную политику! -- сказал Изя. -- И чем дальше, тем больше, потому что вы отнимаете у людей заботу о хлебе насущном и ничего не даете им взамен. Людям становится тошно и скучно. Поэтому будут самоубийства, наркомания, сексуальные революция, дурацкие бунты из-за выеденного яйца..."
2. "Неудачи и провалы Гитлера кончились национальной катастрофой и для Германии..." - т.е. следовало пожелать ему удачи, и тогда не было бы катастрофы? Я считаю что Обама и демократы ведут страну к катастрофе (прав я или нет - тема для другой дискуссии) - пожелать им удачи? No, I want him to fail.

Илья Гирин - Виктору
- at 2009-10-28 17:03:30 EDT
Виктор
Atlanta, GA USA - Wednesday, October 28, 2009 at 15:58:23 (EDT)

***
Мои ответы приведены ниже:
1. Пять П: Пища, Платье, Помещение, Поликлиника, Просвещение. Довольно логично - если государство собирается платить за Поликлинику, то почему бы не платить и за Помещение? В самом деле, какое может быть здоровье у живущих на улице? А без Платья? Пищи? Правда, Просвещение: "...много читать--утомительно для тела" (Экклизиаст). Впрочем, американская государственная школа не слишком напрягает.
---
Конечно, логично, ибо эти "Пять П" введены в оборот ни кем иным, как великим Владимиром (Зеевом) Жаботинским: на иврите — мазон, малбуш, маон, мирпаа, морэ.
****
2. "Нравится он нам или нет, но с 19 января его успехи – это успехи Америки, как и его неудачи и провалы – это неудачи и провалы Америки." Не нравится. Замените 19 января 2009 на 30 января 1933, а слово Америка словом Германия. Осудили бы вы того немца, который пожелал Гитлеру неудач и провалов?
--
Неудачи и провалы Гитлера кончились национальной катастрофой и для Германии, и для немецкого народа, последствия которой не устранены по сей день. Неужели Вы хотите такого же для нашей страны? Я нет.

Виктор
Atlanta, GA , USA - at 2009-10-28 15:58:23 EDT
Возможно мой комментарий несколько запоздал - я только сейчас прочитал статью, но все же:
1. Пять П: Пища, Платье, Помещение, Поликлиника, Просвещение. Довольно логично - если государство собирается платить за Поликлинику, то почему бы не платить и за Помещение? В самом деле, какое может быть здоровье у живущих на улице? А без Платья? Пищи? Правда, Просвещение: "...много читать--утомительно для тела" (Экклизиаст). Впрочем, американская государственная школа не слишком напрягает.

2. "Нравится он нам или нет, но с 19 января его успехи – это успехи Америки, как и его неудачи и провалы – это неудачи и провалы Америки." Не нравится. Замените 19 января 2009 на 30 января 1933, а слово Америка словом Германия. Осудили бы вы того немца, который пожелал Гитлеру неудач и провалов? Обамы приходят и уходят (поскорей бы)...

Евгений Майбурд - о 3-й форме собственности
- at 2009-05-31 21:09:44 EDT
Многие здесь подписались на «третью форму собственности», но не я. Что такое собственность? Однажды этим вопросом задался, в числе прочих, Пьер Жозеф Прудон. И дал такой ответ: Собственность – это кража. Наверное, можно и так, все зависит от точки зрения. Я провел некоторый поиск по разным источникам в Интернете и пришел к следующим представлениям.
Собственность – это право. Установленное и охраняемое законом право распоряжаться неким объектом. То есть, мы имеем дело с юридической категорией по преимуществу. С такой точки зрения, собственность может быть частной или публичной. Частная форма включает личную, паевую, акционерную, кооперативную и т.п. Публичная форма включает государственную, муниципальную, коммунальную и т.п.
Согласно этому пониманию, субъектом собственности является юридическое лицо – публичное или частное. В первом случае это государство, муниципалитет и т.д.), во втором - отдельное физическое лицо или группа физических лиц.
На самом деле автор толкует не о собственности, а о распределении властных полномочий в такой структуре, как современная крупная корпорация. Он говорит о формах менеджмента. Менеджеры на любых постах формально являются наемными служащими собственников, то есть акционеров. В огромных корпорациях, которыми владеют десятки тысяч акционеров, последние фактически не в состоянии конролировать работу высших менеджеров. Но это – порок организации системы управления и контроля.
И наблюдение г-на Гирина., которое я не собираюсь оспоривать, относится не к форме собственности, а к форме власти. Точнее, к структуре властных полномочий внутри группы физических лиц, представляющей частное юридическое лицо. Не вижу необходимости в понятии «третьей формы собственности».

Юлий Герцман
- at 2009-04-22 18:10:04 EDT
Спасибо за теплый отзыв. Рискуя оказаться в положении кукушки, хвалящей петуха, тем не менее, выскажу горячее одобрение в адрес вашей статьи. Да, действительно, третья форма уже сейчас приводит к значительному снижению мотивации труда с одной стороны, и практической независимости компенсации менеджмента от прироста имущества собственника. Если не будет произведена декомпозиция монстров - а она, судя по всему, не будет - то уж предпочтительнее становится национализация.
Игрек
- at 2009-04-21 23:18:58 EDT
Продолжение..

3.Вот и получается, что хочет того Соц (Президент Обама) или не хочет, думает или не думает (это мы никогда не узнаем), но в грубой реальной жизни его социальные программы действительно приведут нас ближе к тому строю, от которого мы бежали. Экономику-то он, может быть, этим спасет «к концу квартала», но по «итогам года», боюсь, мы влетим в такую жопу, превратимся в такую другую Америку (тут еще и демография с ее испанизацией и южным католицизмом сыграют свою отрицательную социально-экономическую роль), что точно надо будет бежать куда-нибудь дальше. То есть, мой подход такой: когда говорим о будущем страны, находясь на серьезном распутье, надо думать не только об экономике. Вот это как раз, как мне кажется, демократы не умеют. Как мне кажется, кроме всех благих побуждений честных либералов левого уклона, у них есть еще и не честные побуждения проведения в жизнь социально-социалистической реформы для увеличения своей избирательной базы. Напомню, для справки, что в Америке бездельники (мягко скажем, не работающие во 2-5 поколении) всегда голосуют за демократов. Не удивляет?
4.Последнее. Видя как в СФ и Калифорнии уже делят будущие деньги обамовского стимула, мне становиться страшно. Может быть, я очень надеюсь, есть и другая Америка. Но все же мне кажется, что абсолютно в любой другой Америке тоже любят тратить чужие деньги и требовать еще. Вот в этом – суть проблемы.

Игрек
- at 2009-04-21 23:13:56 EDT
Я прочел статью несколько раньше и тогда же написал свои замечания. Илья, если будет позволено, то в несколько сокращенном виде я их выложу здесь. Единственное изменение в моих ощущениях - а я не экономист и на профессиональные замечания не гожусь - сегодня состоят в том, что за этот месяц появилось несколько серьезных критических статей (Кругмана во вчерашней NYT, к примеру, и несколько других, на которые я давал ссылки в Гостевой), которые еще больше зародили сомнений в успехе обамовской программы. Важной информацией в этих статьях было то, что всю сегодняшнюю реформу планируют и осуществляют именно те, кто все дело заварил и завалил. Ну, а теперь мое старое письмо Вам.
....
1.«Учитывая, что большинство этих «других» относятся к «третьей форме собственности», о которой речь шла выше, можно быть уверенным в том, и эффективность у них не намного выше, чем у Medicaid, к тому же распространение государственной страховки на всех желающих вызовет усиление конкуренции, значит, и удешевление страховых взносов».
– Усиление конкуренции, как и мифический рынок, далеко не всегда приводит к снижению цен. Примеров – уйма. Дерегуляция рынка энергоснабжения в Калифорнии и приход десятков компаний, в том числе печально знаметой «Энрон», в Калифорнию НЕ привели к снижению цен. Перенасыщение врачами Матхэттена НЕ привело к снижению цен на медуслуги. Картельная система в экономике каким-то странным образом процветает в одних условиях, но не живет в других. Государство – картель, по определению и цены может только повышать, всегда найдя этому обоснование. Или по-другому: государство – худший вариант «третьей» формы собственности.
2.Более важное замечание. Социальное страхование – штука очень хорошая ... в идеальном «трудолюбивом» и честном обществе. То есть, в таком, какого не существует. В реальных условиях – это палка о двух концах. Увеличение социального страхования в любом виде – бесплатная медицина, бесплатная учеба в вузах, пособия по безработице, любые другие человеколюбивые пособия – это, во-первых, всегда за чей-то счет. Конкретно – за счет эти поблажки не получающих. Или получающих крохи. (В СФ за мое время проведено десяток законоположений о благотворительных программах, финансирование которых осуществляется на 100% за счет увеличения налогов на дома, property tax. Поскольку в городе количество рентующих гораздо больше числа домовладельцев, то все эти «пропозишен» всегда проходят). Во-вторых, и самое главное, это автоматически увеличивает количество людей, предпочитающих получать пособия и не работать. Вы думаете, это только в русских общинах сидят на SSI и велфере? Или только в афро-американских? Это свойственно абсолютно всем, даже такой трудолюбивой общине, как китайская. «Нам положено» говорят не только, и даже – не столько, по-русски, как по-английски. Сейчас наши медикэйдчики ходят по врачам три раза в день, Вы хотите, чтобы так делали и работающие? Ведь никому реально не удасться контролировать ситуацию, Вы же знаете какими намерениями выстлана дорога в ад. В США уже существует мощная прослойка бездельников, плюс люди, работающие принципиально только на кэш, чтобы не платить налоги. Увеличьте пособия и расширьте список их получателей – бездельников станет больше. А потом у них появятся дети и внуки. Это очень жестоко – не платить пособия, но начните платить – будет Швеция и Германия. Страны вроде бы нормальные, но еще существующие только потому, что не тратят не хрена на оборону и пока еще имеют дешевую эмигрантскую рабсилу. Внутри же Германии, к примеру, множество немцев предпочитают не работать и получать пособие. А из тех, кто толковый и работает, многие посматривают в сторону Америки.

Элла
- at 2009-04-20 12:37:53 EDT
"Третья форма собственности" очень меня интересует. Хочу проверить, правильно ли я поняла: Контрольного пакета или даже блокирующего нет ни у кого. Так кто же управляет фирмой? Наемники коллектива? Тогда понятно, что для них выживание компании - не вопрос жизни и смерти, для них важен только личный банковский счет. Отсюда - бюрократизация, взятки, воровство и т.п.

Если так, у меня вопрос: ОЧЕНЬ богатые люди не хотят держать "контрольный пакет", чтобы не класть все яйца в одну корзинку, или есть причины другие? Например, большие налоги, которые придется платить с большого и явного состояния? По углам-то припрятать легче.

Б.Тененбаум
- at 2009-04-20 06:32:42 EDT
Хорошая статья - впору для научного журнала. Насчет "третьей формы собственности" - не рискую спорить по причине нехватки сведений, но хотел бы предложить некое возражение - возможно, начиная с какого-то момента, частное владение уже и невозможно, просто в силу величины управляемого предприятия ? Как у уважаемого коллеги Игрека, сотрудника гигансткой корпорации с непонятным владельцем, у меня есть своего рода опыт: я работал в WANG´e, контрольным пакетом этой фирмы владела одна семья, с основания и до краха. Основатель кампании, д-р Эн Вэнг, был гений, да еще и многоплановый - и ученый, и инженер, и бизнесмен. Начав с ничего, он создал фирму с оборотом в 3 миллиарда - и он же ее и загубил, система выросла так, что переросла даже его способности. С другой стороны, кампнаия, в которой я работаю сейчас - весьма рыхлая по управленческой структуре организация, да еще и несколько государственная - в общем, вполне эффективна. Короче говоря - не знаю, но послушать человека, который понимает побольше меня, было очень интересно :)
Инна
- at 2009-04-19 23:25:57 EDT
Статья содержательная, аргументированная и одна из самых интересных в номере. Не разделяя многие взгляды автора в целом, не могу не отметить справедливость его слов о третьей форме собственности. Я часто наблюдала ее в больших компаниях, где многое болезненно напоминает социалистическую собственность в СССР и социалистическое же отношение к труду (теоретически сотрудники заинтересованы в результатах труда, а практически - в том, чтобы быть на хорошем счету и не брать на себя ответственность).