©"Заметки по еврейской истории"
Март 2009 года

Леонид Коган


«Всемирный Союз волынских евреев»

Впервые евреи на Волыни упоминаются в 1288 г. (Владимир-Волынский), в XV-XVI вв. во многих городах образуются общины. По переписи 1765 г., в 116 городах и местечках, а также 2113 сёлах Луцкого, Владимирского и Кременецкого поветов проживало 51 736 евреев. Существенное увеличение еврейского населения произошло в XIX в.: по ревизии 1847 г., в Волынской губернии «имелось 141 еврейское общество в числе 174 457 душ», а по переписи 1897 г. – 395 782 души.[1] Из 190 селений, в которых проживали евреи, в 175-ти их число превышало 100 человек. А население Барановки Высоцка, Грицева, Демидовки, Игнатовки, Киселина, Оздютичей, Озеран, Рогачева, Малых Селищ, Софиевки, Торговицы состояло более чем на 90% из евреев.[2] В 1913 г. еврейское население губернии достигло своего апогея – 554 451 человек (14,3% от общего числа жителей).[3]

В конце XIX – начале ХХ вв. больших масштабов набрала эмиграция еврейского населения Волыни. Основной поток эмигрантов направлялся в США, в меньшей степени – в Канаду, небольшие группы оседали также во Франции, Великобритании, Аргентине, Австралии и других странах. Параллельно шёл процесс репатриации евреев на историческую родину – в Эрец Исраэль.[4] Если в XIX в. это была репатриация одиночек в силу их религиозных убеждений, то в первые десятилетия ХХ в., когда умы многих завоевали идеи сионизма, она стала приобретать массовый характер. Толчком для её всплеска послужили кровавые события и разруха в 1919-20 гг. После того как Восточная Волынь оказалась за «железным занавесом», выезд оттуда фактически прекратился. А в западной части Волыни, входившей в состав Польши, сионистская молодёжь создала целую сеть организаций «Ге-Халуц», члены которых разговаривали друг с другом на иврите и занимались тяжёлым физическим трудом, чтобы приучить себя к суровым условиям жизни после поселения на земле праотцев. Несмотря то что британская администрация подмандатной Палестины ограничивала, а временами вообще прекращала репатриацию, молодые сионисты упорно добивались получения сертификатов. В Эрец Исраэль они создавали в 1920-30-х гг. еврейские сельскохозяйственные поселения – киббуцы и мошавы, днём обрабатывали там землю под палящими лучами солнца, строили дороги и дома, а ночью охраняли поселения от своих арабских соседей. Таким образом, эти «халуцианские» репатрианты создавали основы будущего Государства Израиль.

Одновременно с увеличением числа волынских евреев на Святой Земле и в Америке происходило его неуклонное уменьшение на самой Волыни. По данным переписи 1931 г., еврейское население Волынского воеводства (Западная Волынь) насчитывало примерно 208 тысяч человек,[5] а еврейское население Восточной Волыни (большая часть Житомирской и некоторые районы Хмельницкой области), согласно переписи 1939 г., составляло примерно 127 тыс. человек.[6] По оценке автора этих строк, принимая во внимание как дальнейший отток евреев из Западной Волыни до начала Второй мировой войны, как и приток еврейских беженцев из Польши вскоре после её начала, накануне нападения фашистской Германии на Советский Союз на Волыни, вновь ставшей единой территорией, находилось примерно 350-360 тысяч евреев. Свыше 80% его стало жертвой нацистского геноцида.

Покинув свою родину, волынские евреи не забывали о ней и на чужбине. Испытывая там сильную тягу друг к другу, они объединялись в различные землячества. Очевидно, самым старым из них является Корецкое землячество в Бостоне (США), существующее с 1878 г.[7] В числе первых волынских организаций в Израиле были созданные в 1935 г. Людмирское (Владимир-волынское) землячество, а также совместное землячество бывших еврейских земледельческих колоний Софиевки и Игнатовки. В 1943  г. возникли землячества Устилуга и Рокитного с окрестностями, в 1944 г. – Дружкополя.[8] Основная же масса землячеств в Израиле организовалась после Второй мировой войны, когда в страну начали прибывать немногочисленные остатки волынских евреев, нашедших убежище в лесах или домах своих христианских соседей, либо вернувшихся с фронта и эвакуации. В первые послевоенные годы лица, проживавшие до 1939 г. в Западной Волыни (т.е. имевшие польское гражданство), могли эмигрировать в Польшу. Этим правом воспользовалось несколько тысяч евреев Ровенской и Волынской областей, которые через территорию Польши попадали в лагеря для перемещённых лиц, после чего большинство репатриировалось в Эрец Исраэль, а остальные направлялись в США. Своим землякам они рассказывали страшную правду о горькой судьбе их родных и близких.

В 1968 г. число волынских землячеств в Израиле достигло 80. Предполагают, что всего в стране в то время проживало более 20 тысяч выходцев из Волыни.[9] Одним из первых шагов землячеств было создание касс беспроцентной ссуды для оказания помощи новым репатриантам. Главным же направлением было и остаётся увековечение памяти погибших земляков. Ежегодно проводятся траурные митинги, приуроченные к дате массового расстрела в населённом пункте по еврейскому календарю: для выходцев из местечка Гощи такой датой является канун праздника Суккот, торговицких евреев – 9-е число месяца Ав, устилужских – 18-е число месяца Элул и т. д.[10] Также существует общая дата траура – 27-е число месяца Нисан – День Памяти Жертв Катастрофы. Не имея возможности провести такие митинги возле братских могил у себя на родине, члены землячеств собирались у символических памятников в Израиле. Так, бывшему торчинскому еврею И. Сегалу удалось посетить своё родное местечко, откуда он привёз в Израиль два мешочка с землёй из довоенного еврейского кладбища и братской могилы погибших земляков. На кладбище города Холона эти мешочки были закопаны, а в 1976 г. на этом месте был торжественно открыт памятник Торчинской общине.[11] На том же кладбище также были возведены памятники мученикам Ковеля, Ровно, Острога, Великих Межиричей, Александрии, Клевани, Степани, Камня-Каширского, Ратно, Маневичей и их окрестностей. На кладбище «Трумпельдор» в Тель-Авиве находится памятник Радзивиловской общине, а на кладбище «Нахлат-Ицхак» (также в Тель-Авиве) – памятник Корецкой общине.

По инициативе «Бней Брит» и Еврейского Национального Фонда на склонах горы Кесалон в окрестностях Иерусалима в 1954 г. началась посадка Леса Мучеников в память о жертвах Катастрофы. Многие волынские землячества заложили в нём в качестве живого мемориала отдельные сосновые рощи, которые носят названия общин. Они также установили в «Подвале Катастрофы» на горе Сион в Иерусалиме мемориальные доски из мрамора с названиями городов и местечек Волыни. А в 1988 г. эти названия были также высечены на каменных блоках в Долине разрушенных общин (в составе мемориального комплекса «Яд ва-Шем» в Иерусалиме).[12] Важным шагом увековечения послужила публикация свыше 40 Книг Памяти, в которых представлены как личные воспоминания, так и документальные материалы из многовековой истории еврейских поселений края. Эти книги издавались волынскими землячествами в Израиле, США и Аргентине на иврите и идиш, некоторые из них были переведены на английский язык. Кроме того, Корецкое землячество издаёт ежегодно (с 1962 г.) бюллетень «Бейт Корец» на иврите и идиш. Он рассылается в США, Великобританию, Францию, Аргентину, Бразилию и связывает удалённых друг от друга земляков. В Тель-Авиве расположен зал под таким же названием, который служит по сей день местом встречи корецких евреев.[13] Для этой же цели в 1959 г. выходцами из Софиевки и Игнатовки был построен в Гиватаиме «Бейт ТаЛ» («Дом Трохинброда и Лозища», по аббревиатуре еврейских названий этих колоний) с залом на 150 персон и синагогой на 60 персон.[14] Острожское землячество, благодаря пожертвованию проживавшего в Канаде Мельцера, приобрело комнату в «Бейт га-Тфуцот» («Доме диаспоры») в Тель-Авиве, в которой среди различных экспонатов выделяется особенно макет некогда знаменитой Большой синагоги им. МаГаРША.[15]

«Шефство» над волынскими общинами взяли учащиеся нескольких десятков израильских школ. Например, Острожскую общину опекает школа «Алийот» в Рамат-Гане, Устилужскую – «Га-Йовель» в Тель-Авиве (с 1966 г.), Новоград-Волынскую – «Арнон» в Тель-Авиве, Ровенскую – «Савийон» в Ганей-Йеħуда, Ковельскую – «Маген Давид» в Раанане, Житомирскую и Любарскую – школа им. Шолом-Алейхема в Лоде (с 1968 г.).[16] Прошлое общины включили в учебную программу истории еврейского народа (во время изучения Катастрофы европейского еврейства). Учащиеся читали Книги Памяти общин, произведения волынских еврейских писателей, встречались с уроженцами тех мест и записывали их рассказы. В определённое время в школах проводится День Общины с участием почётных гостей – представителей землячества. Вот что пишет об этом ученица И. Карми из школы «Савийон»: «Тишина. Все ученики и учителя сидят и ждут гостей. Дверь тихо открываются, и на сцену поднимаются ровенские евреи. Все смотрят на них, и они начинают рассказ: "Был большой еврейский город..." И рассказывают, и рассказывают. А на глазах слёзы. Дети оплакивают город и евреев, которые погибли в реках крови ... Тихо в комнате. Я боюсь дышать».[17] Сочинения учащихся по истории общины, их высказывания печатаются в школьной газете или в виде брошюры.

В 1945 г. у волынских евреев появилось общее печатное издание – сборник воспоминаний и документов „Yalkut Wolyn“ (Альманах «Волынь»). Его создателем и первым главным редактором был уроженец Ровно Арье Аватихи, которому помогали Х.Б. Айалон и А. Замир. Аватихи приходилось не только редактировать, но также писать статьи, корректировать, распространять и быть курьером журнала. Материал для публикации он находил в разных библиотеках, встречался с уроженцами волынских городов и местечек и записывал от имени рассказчиков их воспоминания. Средств для издания у редакции не было, и он существовал лишь за счёт размещённой на его обложке рекламы.[18] Из-за постоянных финансовых трудностей „Yalkut Wolyn“ выходил в свет нерегулярно. Первые 8 сборников, составившие первый том, и последующие 9 (второй том) издавались в Тель-Авиве на иврите в 1945-52 гг. Архивом Волыни в Израиле. На титульном листе „Yalkut Wolyn“ №1 изображено на фоне картосхемы Волыни большое дерево со срубленной верхушкой и боковыми ветвями как символ уничтоженного волынского еврейства. В чёрной рамке помещена надпись: «Волынь в построении и разрушении». №18-19 появился лишь в 1964 г., после большого перерыва, и с тех пор стал официально изданием Всемирного Союза волынских евреев. После смерти главного редактора А. Аватихи в 1968 г. на его место пришёл уроженец Новограда-Волынского Натан Ливне, под чьим руководством „Yalkut Wolyn“ выходил в свет до 1997 г. В 1964-73 гг. (№№18-34) журналы печатались в двух версиях: на иврите (для израильтян) и на идиш (для читателей из-за рубежа). Все последующие номера напечатаны в одной версии, т. е. статьи опубликованы на одном из вышеупомянутых языков оригинала, иногда в английском переводе. Последний выпуск „Yalkut Wolyn“ (№57) появился в 2005 г. под редакцией Аарона Штайна. Тематика журнала охватывает как историю отдельных общин, так и евреев Волыни в целом, образы видных раввинов и знатоков Святого Письма, просветителей и литераторов, общественных деятелей и меценатов, деятельность волынских организаций и объединений, обзор новых книг и писем в редакцию. Систематически публиковались стихи и рассказы на иврите и идиш Йосефа Арихи, Йоханана Тверского, Амира Гильбоа, Шлойме Скульского, Элен Бурко и других волынских писателей и поэтов, главы из книги Цви Каминского «Был когда-то город Бердичев...», местный фольклор в пересказе Мойше Юза. Центральное место занимает тема Катастрофы волынских евреев: напечатаны свидетельства очевидцев и документы о злодеяниях нацистских оккупантов и их местных помощников, о самоотверженности Праведниках Народов Мира, благодаря которым небольшая часть евреев смогла пережить этот ад. Содержание некоторых сборников имеет тематическую направленность: №12-13 посвящён евреям Бердичева и вышел в 1951 г. под редакцией уроженца этого города Баруха Кару (Крупника), №14-15 (1952 г.) – евреям Демидовки, №27 (1969 г.) – евреям Новограда-Волынского в связи с 70-летием со дня смерти писателя М.З. Фейерберга и 50-й годовщиной кровавых погромов в городе и его окрестностях, а №53-54 (1997 г.) – героизму волынских партизан и военнослужащих в годы Второй мировой войны.

В рамках мероприятия по увековечению еврейских общин Польши Институт изучения Катастрофы «Яд ва-Шем» (Иерусалим) выпустил 8-томную историко-географическую энциклопедию на иврите под названием «Книга хроник общин, уничтоженных в Катастрофе». Том V, вышедший в 1990 г. под редакцией уроженца Костополя доктора Шмуэля Спектора, посвящён Западной Волыни и Белорусскому Полесью. Часть «Волынь» состоит из 127 статей о городах, местечках, сёлах и колониях, в которых между двумя мировыми войнами проживало не менее 100 евреев.[19] В том же году вышла в свет книга Ш. Спектора на иврите и английском «Катастрофа волынских евреев. 1941-1944» – совместное издание Института «Яд ва-Шем» и Всемирного Союза волынских евреев. В России готовится к печати книга по истории волынских общин из серии «100 еврейских местечек Украины».

Вход в украинский сектор Долины разрушенных общин (Яд ва-Шем)

В 1962 г. 17 волынских землячеств объединились в Союз волынских евреев в Израиле.[20] У Федерации, как и у редакции журнала, долгое время не было своего пристанища. На первых порах собирались попеременно на квартире одного из активистов. Затем стали арендовать в Тель-Авиве помещение под клуб на ул. Лилиенблюма №15, после чего переехали на бульвар Ротшильда №30 и, наконец, на ул. Бялика №12.[21] Во время бесед руководителя Союза А. Аватихи с его активистами Ц. Бергером, М. Бурко, Й. Шлаеном, П. Ависаром и Й. Табачником возникла идея строительства Дворца волынских евреев, который должен стать духовным центром всех волынских землячеств и объединений во всём мире, местом сбора исторических документов и воспоминаний, а также культурного наследия евреев Волыни. В марте 1963 г. А. Аватихи обратился с этой инициативой в своём письме к проживавшему в США уроженцу Луцка Нисану Фиреру. А через два месяца в Нью-Йорке состоялась встреча представителей израильской Федерации волынских евреев во главе с Ц. Бергером с группой заокеанских земляков, которые положительно откликнулись на этот призыв. Благодаря усилиям этой группы, 16 ноября 1963 г. на конференции, в работе которой принимали участие 206 делегатов от 32 волынских землячеств, был избран Комитет Дворца «Волынь» под председательством Н. Фирера. Вскоре он был преобразован в Федерацию волынских евреев в Нью-Йорке.[22]

Также в 1963 г. было создано Общество волынских евреев в Лос-Анджелесе во главе с Сэмом Шехатовым,[23] а годом позже – Федерация волынских евреев в Монреале.[24]В апреле1965 г. было подписано официальное соглашение между Федерацией в Нью-Йорке и Федерацией в Израиле, которое дало начало Всемирному Союзу волынских евреев.[25] Ныне он объединяет организации Израиля, США и Канады. Время от времени поддерживались также связи с Федерациями волынских евреев в Австралии и Аргентине, земляками во Франции, Великобритании, Бразилии.

Дворец волынских евреев решено было соорудить в расположенном по соседству с Тель-Авивом городке Гиватаиме, муниципалитет которого безвозмездно выделил для этой цели земельный участок. Был объявлен конкурс на лучший проект Дворца, в котором участвовали многие архитекторы и инженеры. Предложенные модели выставлялись в Доме инженеров в Тель-Авиве. В итоге победил проект архитектора Исраэля Лотана. Первоначальная стоимость проекта составляла 250 000 долларов. Было предусмотрено, что треть этой суммы предоставит Федерация в Нью-Йорке, такую же часть – Союз в Израиле, а остальное – волынские организации Канады, Франции и стран Южной Америки.[26] Всемирный Союз призвал всех волынских евреев и их землячества поддержать словом и делом этот благородный почин, внести свои пожертвования для строительства Дворца. Федерация в Нью-Йорке взяла на себя львиную часть расходов: ещё до начала строительства она перечислила Всемирному Союзу около 200 000 долларов.[27] Десятки тысяч долларов пожертвовали волынские меценаты А. Гудман, супруги Чеквер, Н.-З. Вильямс, А. Шейкис и др. 12 октября 1965 г. в Гиватаиме в присутствии более 700 представителей волынских землячеств Израиля и США был заложен фундамент будущего Дворца, а 4 мая 1969 г. Дворец был торжественно открыт.[28]

Внешне двухэтажное здание „Heichal Yahaduth Wolyn“ (буквальный перевод с иврита: «Дворец еврейства Волыни»; неофициально называется также «Бейт Волын», т.е. «Волынский дом») на ул. Коразин №10 напоминает гигантское надгробие из бетона, опирающееся на четыре пилона. На первом этаже волынскими землячествами Израиля и США было заказано 17 комнат в память о стёртых с лица земли еврейских общинах и их мучениках. Для этой цели им необходимо было в каждом случае внести 5000 долларов.[29] Некоторые комнаты посвящены 2-3 общинам (например, Житомирской, Бердичевской и Любомльской). На стенах комнат висят старые фотографии, отображающие своеобразную культуру и быт еврейских местечек. Фотографии и картины украшают также выставочный зал, а на стенах вестибюля выгравированы названия волынских общин. На втором этаже находится библиотека с читальным залом, Аудитория на 380 мест и Зал Уединения на 100 мест. В последнем волынцы увековечивают память своих земляков, погибших во время Катастрофы. Их имена записаны на специальных Листах Увековечения. В 1988 г. Зал Уединения украсило редкое произведение искусства – Менора Катастрофы, подаренная семьёй Рапопорт в память о своих родственниках.[30] Рядом с библиотекой установлен макет Большой синагоги в Ковеле, с которой связаны трагические события лета 1942 г. Её использовали как место концентрации местных евреев перед тем, как уводить их на расстрел. Несчастные успели нацарапать или написать кровью на стенах синагоги свои предсмертные завещания. Библиотека Дворца, являющаяся филиалом библиотеки «Яд ва-Шем» и связанная через Интернет с её каталогом, содержит Книги Памяти волынских общин, журналы „Yalkut Wolyn“, литературу о Холокосте.

Радость открытия Дворца омрачилась нехваткой средств для оформления его залов, которое затянулось на долгие годы. Расходы по содержанию Дворца, без учёта долгов, ежемесячно составляли примерно 1000 долларов.[31] Для завершения внутренних работ и совместной эксплуатации здания необходим был надёжный партнёр. В 1972 г. было подписано соглашение о равном партнёрстве между Федерацией волынских евреев в Нью-Йорке, волынской Федерацией в Израиле и Институтом «Яд ва-Шем». Последний является совладельцем Дворца и несёт большую часть расходов по его содержанию. 50 000 долларов на оформление залов пожертвовал проживавший в Нью-Йорке известный меценат из Грицева Авраам Гудман, остальные деньги внесла Федерация.[32] В 1975 г. во Дворце был открыт филиал Центра изучения Катастрофы «Яд ва-Шем», который охватывает регион Гуш-Дан (Тель-Авив и его окрестности). Здесь ежемесячно проводятся семинары для учащихся средних школ, солдат, курсантов и офицеров Армии Обороны Израиля, курсы усовершенствования учителей. Организованы также курсы языка идиш для начинающих и продвинутых. Лекции преподавателей в сочетании с рассказами очевидцев и показом кинохроники позволяют слушателям глубже осознать трагедию еврейского народа в годы Второй мировой войны. В 2001 г. здесь обучалось и усовершенствовалось 22 000 человек.[33]

Дворец является не только символическим памятником волынскому еврейству, но и местом встречи земляков. Регулярно здесь проводятся «азкарот» (траурные митинги), собрания Союза волынских евреев в Израиле, всемирные съезды. Первый Всемирный съезд волынских евреев состоялся в 1983 г., последующие – в 1985, 1988, 1991 и 1992 гг.

Волынские евреи, жившие долгие годы вдали от родины, имели о её нынешнем состоянии весьма смутное представление. Лишь очень немногим удавалось посетить свои города и местечки, во многих из которых после войны не осталось ни одного еврея. Даже в 1988 г., в разгаре перестройки, для приезжавших из-за рубежа волынцев Корец оставался закрытым городом, и нелегальная поездка туда была сопряжена с большим риском.[34]  Их родные места были застроены новыми домами, и изменились до неузнаваемости, от довоенных еврейских кладбищ не осталось и следа. Братские могилы, где покоились их родные и близкие, затерялись среди лесов и полей. На многих из них не было никакого памятного знака и ограждения. Там же, где были установлены памятники, надписи на них совершенно не упоминали национальную принадлежность жертв (говорилось лишь о «советских гражданах»). По данным всесоюзной переписи населения 1959 г., в Житомирской области еврейское население составляло 42 тыс. чел. В Ровенской и Волынской областях в это время (по косвенным данным) проживало, соответственно, приблизительно 2 тыс. и 1,5 тыс. евреев. Таким образом, всего на территории края в административных границах бывшей Волынской губернии, т. е. без учёта евреев Бердичева (6,3 тыс.) и Малина (1,2 тыс.), но с учётом евреев Шепетовки (2 тыс.), Славуты (2,2 тыс.) и Староконстантинова (1,1 тыс.), было примерно 40 тысяч евреев.[35] 30 лет спустя, вследствие неблагоприятной демографической ситуации, еврейское население уменьшилось примерно вдвое: в Житомирской обл. – 21 749 чел., Ровенской – 1592 чел., Волынской – 740 чел. Всего же в границах бывшей Волынской губернии в 1989 г. проживало примерно 22 тыс. евреев.[36]

В апреле 1989 г. Федерация в Нью-Йорке приняла решение послать на Волынь делегацию для ознакомления с нынешним состоянием братских могил. Президент Федерации, уроженец Луцка Яаков (Джек) Элбирт обратился к живущим в США и Израиле землякам за информацией об их местоположении.[37]

В сентябре того же года делегация уроженцев Луцка из Израиля и США во главе Я. Элбиртом посетила свой родной город и хлопотала перед местными властями о приведении в порядок братских могил и установлении на них памятников с соответствующими надписями на украинском языке, идиш или иврите, указывающими, что погибшие в Катастрофе были евреями. Местные власти с пониманием отнеслись к этой просьбе и обещали в скором времени выполнить её.[38] Был установлен контакт с заведующим отделом охраны памятников В.А. Наконечным, который предоставил список 39 мест массового захоронения евреев Волынской и Ровенской областей.[39] Старожил Луцка И.Х. Финкельштейн собирал сведения о братских могилах в областном архиве и осуществлял контроль над установкой памятников.[40] В июне 1990 г. делегация вновь посетила Волынь и участвовала в церемонии торжественного открытия памятника расстрелянным евреям Луцка, на которой присутствовало около 3 500 человек. Это событие широко освещалось прессой и телевидением. Памятник был изготовлен за счёт города, а надписи на нём были выполнены в соответствии с пожеланиями, высказанными делегацией во время первого визита. Впервые за долгие годы была организована еврейская религиозная панихида. На встрече с мэром города, вместе с благодарностью за увековечение памяти земляков, Я. Элбирт высказал также критическое замечание: «В сентябре 1989 г., во время своего первого визита, я купил книгу «Луцк», написанную на украинском и английском языках. Моя дочь в Нью-Йорке была первой её читательницей. Она спросила у меня, было ли в Украине два города под названием "Луцк" В книге, рассказывающей о 900-летней истории города, ни словом не упоминается о евреях, словно они в Луцке никогда не жили. Там упоминаются, кроме украинцев, также поляки, русские, литовцы, шведы, татары, чехи, немцы, цыгане... Я думаю, что это издание больше не должно печататься».[41] Для местного еврейского населения, находившегося долгие десятилетия в состоянии спячки, визит делегации был сравним с приходом Мессии. Если в 1989 г. гости нашли в Луцке лишь 4 евреев, то год спустя здесь уже существовало Общество еврейской культуры, одно из первых в Украине. Во время второго визита делегация побывала на собрании 250 евреев Луцка. Обществу еврейской культуры были подарены молитвенники, еврейские календари, книги из серии «Библиотека Алия», словари и кассеты с песнями на иврите.[42] В 1989-91 гг. были установлены либо отремонтированы памятники в 32 местах массовых захоронений, в т. ч. во Владимире-Волынском, Камне-Каширском, Ковеле, Колках, Локачах, Любомле, Любешове, Мельнице, Маневичах.[43] После провозглашения независимости Украины въезд в страну во многом упростился, и в родные селения стали прибывать одна за другой группы волынских евреев из Израиля, США и других стран. На деньги, собранные землячествами, продолжали устанавливаться памятники на братских могилах. В итоге, к 1998 г., в Западной Волыни их было установлено около 70,[44] а на всей территории края – примерно 100. В последние годы устанавливаются контакты со школами, которые ведут уход за братскими могилами. В некоторых сельских школах создаются музеи, в которых видное место занимает история местной еврейской общины. Так, благодаря инициативе местного педагога и краеведа Т.А. Петько, «еврейский уголок» создан в школьном музее с. Ярунь Новоград-Волынского района. Аналогичная работа началась в селе Старой Рафаловке Владимирецкого района.

2 сентября 1997 г. рядом со зданием Дворца состоялось торжественное открытие Монумента еврейским партизанам и бойцах Волыни, на котором приняло участие около 1000 человек.[45] Идею увековечить память своих павших товарищей по оружию, многие из которых покоятся в безымянных могилах, впервые высказали в 1992 г. в Израиле два бывших партизана З. Раве и Я. Цвибель. Их поддержали в США ещё трое бывших партизан из Камня-Каширского А. Клурман, И. Заруцкий и А. Сокол, которые обещали для этой цели денежную помощь. После того как этот вопрос обсуждался на Правлении Союза волынских евреев в Израиле, была создана инициативная комиссия, занимавшаяся воплощением этой идеи. Поступили пожертвования от частных лиц и организаций, значительную сумму внёс муниципалитет Гиватаима. Монумент состоит из трёх частей: мраморной стелы высотой 4 м с высеченной на ней фигурой партизана-бойца, мраморной стены длиной 10 м с гимном партизан на иврите, идиш и английском, а также стеклянной стены у входа во Дворец с именами примерно 900 партизан и бойцов, павших в боях или умерших после войны. На его открытии присутствовали послы Украины, Белоруссии и Польши. В День Памяти Катастрофы и Героизма к Монументу возлагаются венки.[46]

Делегация Межиричского землячества на митинге памяти у братской могилы жертв Катастрофы в Великих Межиричах, 2005 г.

Активисты Всемирного Союза, проделавшие колоссальную работу по увековечению памяти своих земляков, часто задают один и тот же вопрос: кто продолжит их дело? По словам Ш. Зискинда, бывшего председателя Правления Союза в Израиле, «биологические часы не стоят на месте и, к сожалению, ограничивают нашу деятельность». Дети волынских евреев, родившиеся и выросшие вдали от Волыни, не имели почти никакого представления об этом крае и, за редким исключением, оказались равнодушными к делу жизни своих родителей. Сами волынские евреи признают свою вину в том, что не рассказывали детям о своей жизни на родине и о том, что им пришлось пережить в период Катастрофы, не желая травмировать психику молодого поколения. Да и средства массовой информации (даже в Израиле) вплоть до начала 1960 годов старались обходить стороной тему Холокоста. Те землячества, где не происходила смена поколений, прекратили своё существование. Это касается, в первую очередь, уроженцев Восточной Волыни, которые в настоящее время не имеют ни одной организации. И это несмотря на то, что в 1990-х гг. в Израиль репатриировалось несколько тысяч евреев из Житомирской и соседних областей. Поэтому неудивительно, что в последних номерах „Yalkut Wolyn“ почти не упоминаются населённые пункты Восточной Волыни, а на картосхеме показана только территория бывшего Волынского воеводства. Постепенно уходили в мир иной многие деятели Всемирного Союза, стоявшие у его истоков. Таким образом, традиционно существовавшая на Волыни «золотая цепь поколений» может прерваться.

Как ни странно, больше надежд связано с третьим поколением, внуками, узнающих о своих корнях от дедушек и бабушек. «Я родилась в больнице "Бейлинсон" в Петах-Тикве, – рассказывает представительница "поколения продолжения" Й. Грабов. – Но когда меня, девочку, спрашивали: "Где ты родилась?" – я отвечала: "В Ратно"... Ещё до того, как мне стало известно о существовании Хайфы, Лондона, Парижа, Нью-Йорка, я знала уже о существовании Ратно ... Ещё до того, как я узнала улицы квартала, в котором проживаю, мне были уже знакомы улицы Ратно, по которым мы летом ходили босиком, осенью топали по глубокой липкой грязи, а зимой толкли белый снег до прихода весны ... Мы гуляли по шоссе, по улице Мясников, по улице Кузнецов. Я видела бедность и богатство, печаль и радость евреев маленького местечка, боровшихся за свою жизнь. Но я не видела духовной бедности ... До того как я узнала, что такое война, я бродила по твоим, Ратно, руинам, искала детей, которые были жестоко уничтожены, и поклялась помнить ...»[47] В последнее время немало представителей молодого поколения участвует в ежегодных «азкарот» и других собраниях во Дворце. Волынские евреи привлекают детей и внуков к совместным поездкам к могилам предков. Выше уже говорилось об «опеке» над волынскими общинами со стороны некоторых израильских школ.

Для поощрения интереса молодого поколения к изучению истории своих предков в 1967 . был учреждён Стипендиальный Фонд имени супругов Чеквер. Уроженцы местечка Чуднова Лео и Таня Чеквер, прожившие почти 40 лет в США, репатриировались в 1960 г. в Израиль, чтобы посвятить свою жизнь и средства делу увековечения памяти евреев Волыни. Они активно включились в работу Всемирного Союза, а Лео Чеквер много лет входил в его правление. В Израиле супруги с помощью Еврейского Национального Фонда посадили лес из 10 000 деревьев в память о родных Лео, погибших в 1919 г. в Чуднове во время погрома. Благодаря их пожертвованиям, во Дворце была создана библиотека. А внесённые ими 50 000 долларов составили начальный капитал Стипендиального Фонда. За прошедшие годы Фонд сильно истощился, и ему постоянно оказывают финансовую поддержку Федерация в Нью-Йорке и Общество в Лос-Анджелесе. Ежегодно Всемирный Союз распределяет стипендии среди школьников и студентов из семей новых волынских репатриантов. При этом предпочтение отдаётся тем, кто занимается исследованием Холокоста и истории евреев Волыни. Вручение стипендий проходит в торжественной обстановке во Дворце волынских евреев.[48]

 

Примечания

[1] Еврейская Энциклопедия – СПб, 1908-13 – т. V, с. 654,739,744-746.

[2] Подсчитано по: Еврейское население России по данным переписи 1897 г. и по новейшим источникам – Петроград, 1917 – с. 12-20.

[3] Памятная книжка Волынской губернии на 1914 г. – Житомир, 1914.

[4]  Эрец Исраэль – Земля Израиля (до образования Государства Израиль в 1948 г.)

[5] Горовский Ф.Я. и др. Евреи Украины, часть II – Киев, 1995 – с. 78

[6] Distribution of the Jewish population of the USSR 1939 – Jerusalem, 1993 – p. 22,51-53 

[7] Дагони Н. Организация выходцев из Корца в Израиле// в журнале Yalkut Wolyn – Тель-Авив, 1989  г. –  №45 – с. 39; на иврите.

[8] В землячествах Израиля: Трохинброд-Лозищ, Рокитное и окрестности // Yalkut Wolyn – 1965 г. – №20 – с. 31,34; на идиш. Организация Устилуга; Организация Дружкополя // Yalkut Wolyn – 1966 г. – №21 – с. 34; на иврите. В организации Людмира // Yalkut Wolyn – 1985 г. – №39 – с. 41; на иврите.

[9] Аватихи А. Участие волынских евреев в репатриации // Yalkut Wolyn – 1968 г. – №24 – с. 1; на идиш.

[10] В землячествах Израиля: Торговица, Гоща // Yalkut Wolyn – 1965 г. – №20 – с. 31,32; на идиш Организация Устилуга, указ. соч., с. 34; на иврите.

[11] Бренер Р. Памятник Торчинской общине // Yalkut Wolyn – 1978 г. – №35 – с. 47; на идиш. 

[12]  Элбирт Я. Волынцы едут в Израиль // Yalkut Wolyn – 1988 г. – №43 – с. 21; на идиш Стена общин Волыни в Долине разрушенных общин ... // Yalkut Wolyn – 1988 г. – №44 – с. 46-48; на иврите.

[13] Дагони Н., указ. соч., с. 39.

[14] 1Баркай Э. Трохинброд-Лозищ // Yalkut Wolyn – 1965 г. – №20 – с. 21; на иврит.

[15] Галицкий Й. Острожское землячество // Yalkut Wolyn – 1998 г. – №55-56 – с. 86; на иврите.

[16] Житомирское землячество // Yalkut Wolyn – 1968 г. – №24 – с. 47; на идиш Гал А. Новое поколение оживит Дворец // Yalkut Wolyn – 1969 г. – №26 – с. 7; на идиш Нога-Агарони Р. Мы взяли под опеку общину! // Yalkut Wolyn – 1969 г. – №27 – с. 45; на иврите. В организациях: Острог, Устилуг // Yalkut Wolyn – 1971 г. – №31 – с. 41; на иврите. 

[17] Гал А., указ. соч., с. 7.

[18] Загородер Ц. Из рода р. Леви Ицхака // Yalkut Wolyn – 1968 г. – №24 – с. 7; на идиш. 

[19] Спектор Ш. Книга хроник Волыни-Полесья // Yalkut Wolyn – 1989 г. – №45 – с. 22; на иврите.

[20] День рождения (из записной книжки редактора) // Yalkut Wolyn – 1984 г. – №37 – с. 3; на иврите Зискинд  Ш. Членам Союза // Yalkut Wolyn – 1987 г. – №42 – с. 33; на иврите.

[21] Мандель Э., Бренер Р. 40 лет Дворцу «Волынь» // Yalkut Wolyn – 1998 г. – №55-56 – с. 11; на иврите.

[22] Элбирт Я. Федерация в коротких штрихах // Yalkut Wolyn – 1988 г. – №43 – с. 38-39; на идиш.

[23] Гакман  М. Волынская Федерация в Лос-Анджелесе // Yalkut Wolyn – 1997 г. – №53-54 – с. 77; на идиш.

[24] Вайсман М. И скажешь сыну своему ... // Yalkut Wolyn – 1987 г. – №42 – с. 32; на идиш.

[25] Элбирт Я. Федерация в Нью-Йорке // Yalkut Wolyn – 1978 г. – №35 – с. 45; на идиш 

[26] Элбирт Я. Федерация в коротких штрихах ... с. 38.

[27] Там же, с. 41

[28] Мандель Э., Бренер Р., указ. соч., с. 11.

[29] В Федерации волынских евреев в Америке // Yalkut Wolyn – 1965 г. – №20 – с. 31; на идиш.

[30] Элбирт Я. Выступление на III съезде евреев Волыни // Yalkut Wolyn – 1988 г. – №44 – с.7; на идиш.

[31] Во Всемирном Волынском Союзе // Yalkut Wolyn – 1971 г. – №32 – с. 48; на идиш. 

[32] Элбирт Я. Федерация в Нью-Йорке ... с. 45.

[33] Яд ва-Шем. Центр изучения Катастрофы. Филиал Гиватаим (проспект) – Иерусалим, 2001 – с. 2-9; на иврите.

[34] Бродер Й. «Я крался через границу» в Корец // Yalkut Wolyn – 1990 г. – №46-47 – с. 32-34; на идиш.

[35] Подсчитано по: Итоги всесоюзной переписи населения 1959 г. Украинская ССР – Москва, 1963 – с. 176 Куповецкий М. Особенности этнодемографического развития еврейского населения Украины во второй половине ХХ века // в сборнике Исторические судьбы евреев в России и СССР ... – Москва, 1992 – с. 57.

[36] Подсчитано по: Нацiональний склад населення Житомирської областi – Житомир,1992 – с. 69,73. 

[37] Элбирт Я. Письмо из Нью-Йорка // Yalkut Wolyn – 1989 г. – №45 – с. 5; на идиш.

[38] Элбирт Я. Новые цели в традиции нашей многолетней деятельности // Yalkut Wolyn – 1991 г. – №48 –  с. 8; на идиш.

[39] Список 39 братских могил мучеников на Волыни // Yalkut Wolyn – 1990 г. – №46-47 – с. 34; на идиш и  иврите.

[40] Наконечный В.А. Никогда не забудем // Yalkut Wolyn – 1992 г. – №49 – с. 11; на иврите (перевод с русского).

[41] Элбирт Я. На Волынь со слезами и надеждой // Yalkut Wolyn – 1990 г. – №46-47 – с. 5-7; на идиш.

[42] 42 Элбирт Я. Новые цели в традиции нашей многолетней деятельности ... с. 9

Приталь Д. О посещении Луцка // Yalkut Wolyn – 1990  г. – №46-47 – с. 7-8; на иврите

[43] Наконечный  В.А., указ. соч., с. 11. 

[44] Зискинд Ш. Всемирный Союз волынских евреев в 1987-98  гг. // Yalkut Wolyn – 1998  г. – №55-56 – с. 6;  на иврите.

[45] Там же, с. 7

[46] Шибер А. Монумент в память о еврейских партизанах и бойцах Волыни // Yalkut Wolyn – 1998 г. –  №55-56 – с. 12; на иврите. 

[47] Грабов Й. Монолог волынской сабры // Yalkut Wolyn – 1984 г. – №37 – с. 33-34; на иврите.

[48] Аватихи А. Лео Чеквер // Yalkut Wolyn – 1966 г. – №21 – с. 15; на идиш Аватихи А. Стипендиальный Фонд Чеквер // Yalkut Wolyn – 1968 г. – №24 – с. 41-42; на идиш Зискинд  Ш., указ. соч., с. 6-7.


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 4536




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2009/Zametki/Nomer5/LKogan1.php - to PDF file

Комментарии:

Нина Боксер-Таушева
Уфа, Россия - at 2012-05-09 09:17:25 EDT
Папа Боксер Сендр Мотылевич урожениц Владимер Волылкого ищу его родных. До войны уехали двоюродные Боксер Давид и Зелда найти не удалось помогите. taushevana@rambler.ru
Самсон Кацман
Бостон, Массачуссетс, США - at 2011-01-23 23:43:31 EDT
Уважаемый Леонид!
Существуют ли списки (быть может, в Германии)уничтоженных евреев Новоград-Волынского?
Ответьте, пожалуйста, по адресу: samkatsman@hotmail.com
Спасибо, с уважением.
Самсон Кацман.

косинова лидия
губкин.белгородская обл, россия - at 2010-09-12 11:07:32 EDT
Моей маме 78 лет.Она родилась в Волынской обл,во время войны жила на станции Новый Чарторийск.Мама всегда плачет.когда вспоминает расстрел евреев.Вспоминает девочку Розу,которая перед смертью подарила ей вышитый фартук.Мы очень давно не были на маминой родине,а когда приезжали.всегда навещали еврейскую могилу в лесу.Там была надпись:Здесь похоронены 206 мирных жителей.Мою маму зовут Ухина (Тимощук)Марта Григорьевна.