©"Заметки по еврейской истории"
август 2009 года

Виктор Снитковский


Погром в Кельце

Не рано ли ставить точку?

1. ФСБ оправдывается и лжет

В 1946 году в польском городе Кельц произошел еврейский погром, загадки которого будоражат общественность до сих пор.

Сегодня польская общественность снова заявляет о том, что погром спровоцировали советские спецслужбы.

В России изданы материалы, которые по мнению авторов работы «ставят точку» в этом вопросе. Речь идет о статье «Еврейский погром в Кельце 4 июля 1946 года. (По материалам ФСБ)» Публикация, вступительная статья и комментарии В.Г. Макарова, В.С. Христофорова в сборнике «Архив еврейской истории / Международный исследовательский центр российского и восточноевропейского еврейства/ Гл. ред. О.В. Будницкий. Т.5. Российская политическая энциклопедия (РССПЭН), 2008. – 376 с., ил. (В дальнейшем «АЕИ т. 5»)

В самом начале сборника во вступительной статье «От редактора» д.и.н. О. Будницкий пишет:

«Особняком стоит публикация В.Н. Макарова и В.С. Христофорова «Еврейский погром в Кельце 4 июля 1946 года. (По материалам ФСБ)». В публикации представлены документы официального следствия по делу о погроме 4 июля в польском городе Кельце, в ходе которого были убиты несколько десятков евреев и двое пытавшихся противостоять погромщикам поляков… Публикуемые документы хранятся в архиве ФСБ в фонде аппарата советника Министерства государственной безопасности СССР при Министерстве общественной безопасности Польши. Копии материалов переведены с польского языка на русский. Публикаторы надеются, что представленные документы поставят точку в затянувшейся дискуссии. Редакция выражает искреннюю благодарность д.и.н. А.Ф. Носковой за помощь в подготовке этого материала в печать».

Во вступительной статье к публикации русских переводов польских документов В.Н. Макаров и В.С. Христофоров утверждают, что польские публикации о советских корнях в организации погрома в Кельце не достоверны, и призывают не верить версии о провокации погрома советскими властями. В завершении вступительной статьи они пишут: «Ниже приводятся документы, которые, как мы надеемся, позволят поставить точку в дискуссии о причинах и ходе Келецкого погрома. Публикаторы сознательно воздерживаются от каких-либо комментариев и предлагают читателям самим сделать выводы».

Прочитав публикуемые русские переводы польских документов можно получить ужасающую картину погрома, в котором участвовали не только случайные польские граждане, но и милиционеры из т.н. «Гражданской милиции» (ГМ) и военнослужащие Войска Польского (ВП).

Однако по прочтении публикации «ставить точку» мне не хочется из-за ряда вопросов, во-первых, связанных с тем, что даже в опубликованных Макаровым и В.С. Христофоровым материалах есть недоговоренности и ложь. Начну с документа №2 от 7 июля 1946 г. (АЕИ т. 5, стр. 297-299), который является типичным доносом.

Формально донос называется «Докладной запиской» на имя Главного коменданта ГРМП в Варшаве полковника Титкова. В сноске к «записке» сказано, что «автор записки не указан». Это неправда! Во-первых, на подобных «записках», даже если их писали сексоты, стоит кличка сексота, по которой можно установить его имя. А установив имя сексота, можно найти документы, связанные с его деятельностью, тем более что сексот – сотрудник ГМ. Но публикаторы документов о погроме в Кельце, вопрос о сексоте, таким образом, замяли. Упомянутый донос написан на подполковника ГМ. Кузницкого для его «разоблачения». Привожу несколько фрагментов доноса:

«…2. Об УБ (Управление безопасности – В.С.)» Кузницкий в частных беседах со мной, во время которых часто присутствовал поручик Гвяздович, высказывался следующим образом: «…УБ – это провокаторы, которые делают все то, что им Москва прикажет, а это все рассчитано на то, чтобы поддерживать в Польше постоянное состояние брожения, чтобы в свое время… превратить Польшу в 17-ю республику (Советского Союза – В.С.)… Во многих случаях он специально направлял своих людей для проведения расследования против сотрудников УБ. Эти материалы он собирал лично. Как они были использованы, мне трудно сказать. Я знаю только, что они частично направлялись в Главную комендатуру ГМ.

3. Отношение к офицерам Красной Армии было самое наихудшее. Он их называл провокаторами, присланными Москвой».

В доносе упоминается также приятель подполковника Кузницкого – некий майор Дубрачинский. Полагаю, что ознакомление с личными делами Кузницкого и Дубрачинского в архивах польских спецслужб могло пролить некоторый свет на историю погрома в Кельце и не только.

В АЕИ т. 5, стр. 304 и 305 упоминается некий «русский майор в польском мундире», который находился в доме, где происходил погром. Но его участие в погроме почему-то не расследовано.

Не расследовано и участие в погроме советского офицера Демина (АЕИ т. 5, стр. 281), имя которого назвала «Газета польска» от 4 июля 1996 г. Возможно, это тот самый «русский майор в польском мундире», который упоминался в АЕИ т. 5, стр. 304 и 305.

Нужно отметить, что в показаниях допрошенных по делу о погроме есть много свидетельских показаний об участии в погроме польских милиционеров, жандармов (АЕИ т. 5, стр.325) различных уровней и польских военнослужащих различных уровней (АЕИ т. 5, стр. 300-326). Все эти польские спецслужбы и армия – Войско Польско были насыщены советскими «советниками», которые фактически их возглавляли. Поэтому должны существовать многочисленные документы советских спецслужб в советских архивах касательно погрома в Кельце, которые ФСБ до сего дня прячет. Вот почему, публикацию русских переводов части польских документов в АЕИ т. 5, безусловно, нужно приветствовать, но это лишь ничтожная доля из тех материалов, что имеются в архиве ФСБ. Без знакомства со всеми документами, имеющимися у ФСБ касательно работы советской разведки и СМЕРШа в послевоенной Польше рано «ставить точку» в отношении истории погрома 1946 года в Кельце и участия в нем советских спецслужб.

На мой взгляд, статья «Еврейский погром в Кельце 4 июля 1946 года. (По материалам ФСБ)». Публикация, вступительная статья и комментарии В.Г. Макарова, В.С. Христофорова в сборнике «Архив еврейской истории» т. 5 служит попытке нынешних наследников сталинской политики и советских чекистов откреститься от организации погрома в Кельце.

2. Поляки нападают

А теперь пора сказать о книге воспоминаний высокопоставленного офицера польской контрразведки Михала Моше Хенчинского «Одиннадцатая заповедь: Не забывай», пер. с польского, Москва-Иерусалим, изд. «Мосты Культуры-Гешарим», 2007, 568 стр. с ил. После того, как доктор экономических наук М. Хенчинский покинул Польшу, он работал в университетах Израиля, в Гарварде и американских разведывательных школах для офицеров.

М.М. Хенчинский – еврейский мальчик из пригорода Лодзи, затем рабочий и активист довоенной коммунистической партии Польши. На его глазах в Освенциме увели в газовые камеры отца и мать. Михал и его брат порознь сумели бежать из концлагеря. По приходу в Польшу Красной армии, М. Хенчинский стал советским солдатом и храбро воевал против фашистов. Вернулся в освобожденную от немецких фашистов Лодзь и брат Михала – Салек. Но в первый же послевоенный год – время разгула антисемитизма в Польше, Салека убили.

Став высокопоставленным офицером польской контрразведки, М. Хенчинский собрал малоизвестные факты, показавшие, что

«…келецкий погром организовал СМЕРШ или советская разведка.… За несколько дней до погрома в Кельце в качестве советника прибыл Михаил Александрович Демин, офицер советской разведки высокого ранга. Демин свободно владел французским и немецким языками. Через несколько лет он оказался в Тель-Авиве на посту секретаря советского посольства, откуда исчез вскоре после начала Шестидневной войны (июнь 1967 г.), а затем обнаружился в Германии в качестве руководителя торговой фирмы (?!). Начальником польских органов безопасности города в дни погрома был майор Владислав Собчинский – польский коммунист, который до и во время войны был кадровым офицером советских спецслужб».

М.М.  Хенчинский, стр. 255

То есть, М.А. Демин был специалистом по «темным делам». Знакомство с его личным делом помогло бы выяснить, чем он занимался в 1946 году в Кельце.

М. Хенчинский в своих воспоминаниях (стр. 425-426) упоминает еще одного человека в связи с погромом в Кельце:

«…именно подполковник Станислав Стык и ещё один офицер в июле 1946 года были посланы в Кельц для подготовки там погрома. Историки смогут подтвердить этот факт, если получат доступ к личному делу Стыка»

Важный аргумент Михала Хенчинского о причинах провокации погрома в Кельце связан со сталинской политикой обоснования длительной советской оккупации Польши (стр. 255):

«Был 1946 год, холодная война только начиналась. Судьбы Восточной Европы еще не были предрешены. Сталин мог разрабатывать вариант, в соответствии с которым Польшу нужно было представить как страну с антисемитским народом, склонным к анархии. Так что оккупация Польши Советской армией облегчила бы установление прочной власти и ликвидацию антисемитизма; после Катастрофы этот предлог сочли бы достаточно веским в высших слоях общества в США и Европе. Неслучайно Молотов вскоре после погрома, выступая на встрече министров иностранных дел четырех великих держав, упомянул о нем в оправдание захвата Польши… Келецкий погром вызвал массовое бегство евреев из Польши на Запад и в Палестину (для чего была создана организация «Бриха»)».

М.М. Хенчинский называет еще одну вероятную причину погрома: просоветские польские руководители, зная, как их ненавидят в стране, могли сами способствовать изгнанию евреев из страны, надеясь, что это укрепит их власть.

Говоря об особенностях подготовки погрома в Кельце, М.М. Хенчинский приводит такие сведения (стр. 256):

«В 1939 году в Кельце проживало 25 тысяч евреев. В 1942 году они были вывезены в Треблинку и уничтожены. В середине 1946 года в Кельце находились около 250 евреев, включая новорожденных младенцев. Только в этом городе, в Кельце, выжившие евреи были поселены в один единственный дом, поэтому организация там погрома не грозила распространением беспорядков на весь город, что могло создать опасность для новых прокоммунистических властей. После 1946 года в Кельце не осталось ни одной еврейской семьи».

Таким образом, на основании выступлений в польской печати и воспоминаний видного польского контрразведчика М.М. Хенчинского можно сделать вывод, что для понимания причин погрома в Кельце необходимо тщательное знакомство с соответствующими материалами польских архивов.

Могу предположить, что выученики советских чекистов в польских спецслужбах или успели уничтожить, или до сих пор прячут документы, изобличающие черные страницы сотрудничества советских и польских спецслужб.

Сопоставляя публикацию нескольких материалов из архива ФСБ по вопросам погрома в Кельце (понимая, что значительный пласт документов в России еще скрыт) и отсутствие соответствующих исследовательских работ в польских архивах, можно сделать вывод, что рано «ставить точку» в дискуссии о причинах и ходе Келецкого погрома.

Бостон


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 2185




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2009/Zametki/Nomer14/Snitkovsky1.php - to PDF file

Комментарии:

Ковальчук
Санкт-Петербург, Россия - at 2010-05-12 05:08:50 EDT
Если бы погромы были делом рук Советских спецслужб, то они врядли ли позволили бы массовую эмиграцию Еврейского населения, напуганного этими погромами. Но так так эмиграция после этих погромов наоборот только увеличилась, то скорее всего как раз движение "Бриха" и стоит за этими погромами. Тем более что организовано оно было не сразу за погромами, а намного раньше, в конце 1945 года
Виктор Снитковский
- at 2009-12-10 02:24:16 EDT
ЕЩЕ РАЗ О ПОГРОМЕ В КЕЛЬЦЕ
В «Заметках по еврейской истории» №14(117) август 2009 года (http://www.berkovich-zametki.com/2009/Zametki/Nomer14/Snitkovsky1.php) была опубликована моя статья «Погром в Кельце. Не рано ли ставить точку?»
В статье шла речь о том, что в 1946 году в польском городе Кельц произошел еврейский погром, загадки которого будоражат общественность до сих пор. Причем польская общественность снова и снова заявляет о том, что погром спровоцировали советские спецслужбы.
В России изданы материалы, которые, по мнению авторов работы, «ставят точку» в этом вопросе. Речь идет о статье «Еврейский погром в Кельце 4 июля 1946 года. (По материалам ФСБ)» Публикация, вступительная статья и комментарии В.Г. Макарова, В.С. Христофорова в сборнике «Архив еврейской истории / Международный исследовательский центр российского и восточноевропейского еврейства/ Гл. ред. О.В. Будницкий. Т.5. Российская политическая энциклопедия (РССПЭН), 2008. – 376 с., ил. (В дальнейшем «АЕИ т. 5»)
В самом начале сборника во вступительной статье «От редактора» д.и.н. О. Будницкий написал:
«Особняком стоит публикация В.Н. Макарова и В.С. Христофорова «Еврейский погром в Кельце 4 июля 1946 года. (По материалам ФСБ)». В публикации представлены документы официального следствия по делу о погроме 4 июля в польском городе Кельце, в ходе которого были убиты несколько десятков евреев и двое пытавшихся противостоять погромщикам поляков… Публикуемые документы хранятся в архиве ФСБ в фонде аппарата советника Министерства государственной безопасности СССР при Министерстве общественной безопасности Польши. Копии материалов переведены с польского языка на русский. Публикаторы надеются, что представленные документы поставят точку в затянувшейся дискуссии...».
Однако 8 декабря 2009 года на лекции в Гарварде, профессор Олег Будницкий отвечая на мой вопрос касательно погрома в Кельце, сообщил слушателям нечто отличающееся от вышеприведенной цитаты из его вступительной статьи.
Оказывается, ФСБ передало для публикации только русский перевод с польских текстов. Оригиналы на польском языке ему отказались даже показать и, тем более, не дали ксерокопии этих материалов. Как объяснили в архиве ФСБ, все вышеупомянутые материалы до сих пор секретны.
Нетрудно догадаться, что если материалы ФСБ касательно погрома в Польше до сих пор секретны, значит, ФСБ скрывает правду, причем позорную правду, об участии сталинских спецслужб в убийствах евреев. Кроме того, поверить официальной российской версии, что в архиве ФСБ хранятся только польские документы о погроме в Кельце, и что имеющихся переводы на русский язык польских документов адекватны польским текстам, может только наивный человек.
Все польские силовые службы были насыщены советскими офицерами. Поэтому понятно, что советские спецслужбы изъяли все позорящие их документы. Но коль ФСБ прячет свои документы касательно погрома 1946 года в Кельце до сих пор, то сомневаться в подлости ФСБ, укрывающей советских погромщиков, по моему мнению, нет никаких оснований.

Виктор Снитковский
Бостон, МА, США - at 2009-09-06 13:37:06 EDT
Среди отзывов есть разуиные предположения и выводы. Безусловно, искать организаторов погромов в послевоенной Польше ТОЛЬКО по принципу "Кому это выгодно", неразумно. Но исследовать этот путь, как один из вероятных, безусловно следует.
Бывший высопоставленный польский контрразведчик Хенчинский, впоследствии профессор-экономист в Бар-Илане, а затем в Гарварде, показал в своей книге ряд сюжетов с участием советских офицеров, участие которых в предпогромных (по месту и времени) мероприятиях показались ему убедительными доводами для расследования их деятельности. Российские власти и ФСБ безусловно знали о его книге, опубликованной в США, Израиле, Польше, а затем и в России. Но, увы, веские подозрения польского специалиста ФСБэшники не только не исследовали, но даже не упомянули о них. Похоже, что таким образом ФСБэшники обеляют своих предшественников из НКВД-МГБ-КГБ.



Алекс
Тверия, Израиль - at 2009-09-04 03:11:55 EDT
Как это не ужасно и кощунственно звучит, но еврейский погром в 1946 году был выгоден не только Сталину, он был выгоден и будущему Израилю. Израилю как воздух нужна была репатриация. Еврейский погром мог ее подстегнуть. Поэтому искать виновников погрома только по принципу "кому это выгодно" по меньшей мере неккоректно. Нужны веские доказательства, а их нет.
Марк Бергер
Германия - at 2009-09-02 00:10:13 EDT
Вполне правдоподобная версия, но плохо подкреплённая фактическим и документальным материалом.
В моём представлении организовать еврейский погром в Польше в послевоенное время большого труда не составляло ..тем более , что все евреи в упомянутом городке жили в одном доме.
Парадокс истории заключается в том, что среди "праведников мира"- тех кого власти Израиля считают спасителями евреев от преследовани нацистов, наибольшее кол-во именно поляков.

Дима Цаль
Анахайм, СА, США - at 2009-08-20 06:07:12 EDT
Извините, может где-то была информация, которую я пропустил, но несколько имен советских комендантов, советников, офицеров и т.д., находившихся в Польше в то время ничего не доказывают. То, что погромы в Польше были выгодны Сталину, тоже ничего не доказывает.

Объясните пожалуйста, как Титков, Кузницкий, Дубрачинский, Демин, и т.д. организовали или участвовали в погроме.

Буквоед - Элле и Игреку
- at 2009-08-17 07:52:35 EDT
К сожалению, тайны советских спецслужб еще долго будут нераскрытыми, но погромы ИМЕННО В ПОЛЬШЕ были нужны Сталину как воздух. Погромы послевоенные случались и в Венгрии, и в Словакии, и в Румынии, но на них не обращали внимания, ибо только "польский вопрос", т.е. кко будет там у власти, беспокоил Запад. В стране по сути шла гражданская война, коммунисты и советские спецслужнбы готовились к фальсификации референдума и выборов. В этих условиях позиционирование Польши как эдакой "славянской нацистской Германии" позволило бы, во-первых, скомпрометировать АК и правых, во-вторых, отвлечь западное общественное мнение от того, что там готовит товарищ Сталин. Надо сказать, что погромы в Кельце и Кракове свое дело сделали на все 100. Последующие "выборы" и расправа над Миколайчиком и его партией, установление диктатуры Берута, прошло без "шума и пыли": героическое сопротивление, Монте Кассино, Варшавское восстание, - словом, всё, что вызывало симпатии к Польше на Западе, померкло перед ужасами погромов.

Элла
- at 2009-08-17 07:20:05 EDT
Независимо от того, был ли погром организован НКВД, желающих поучаствовать найти на месте было не трудно. Если бы чекистам надо было устроить провокацию где-нибудь в Болгарии, они наверняка выбрали бы для этого другую форму, а в Польше погром выглядел достаточно убедительно.
Игрек
- at 2009-08-17 02:19:52 EDT
Спасибо, совершенно новая для меня информация. Но ведь кажется, что это был не единственный послевоенный погром в Польше? Или я не прав?