©"Заметки по еврейской истории"
Июль 2009 года

Эрнст Зальцберг


Город Арарат

Среди экспонатов, обычных для любого краеведческого музея (в данном случае это был музей Исторического общества г. Баффало) мое внимание привлек один. Это была массивная каменная доска с надписями на иврите и английском. Первая гласила: «Слушай, Израиль, Б-г наш един», вторая: «Арарат, город-прибежище для евреев, основан Мордехаем Мануэлем Ноахом в месяц Тишрей 5586, в сентябре 1825 г., в 50-ю годовщину американской независимости». Сразу же возникли вопросы: как этот камень попал в Баффало и кто такой Ноах? Начнем с последнего.

В зале Исторического общества г. Баффало[1]

Мордухай Мануэль Ноах был видным представителем американской еврейской общины первой половины XIX в. Он обладал разнообразными дарованиями, проявившимися в политике, дипломатии, журналистике, литературе. Его можно считать предтечей сионистов, предвосхитившим многие их идеи.

Ноах был потомком португальских и немецких евреев. Он родился в 1785 г. в Филадельфии. Его отец был участником Войны за независимость и жертвовал на военные нужды изрядные суммы. Согласно семейным преданиям, на свадьбе родителей Мордехая присутствовал сам генерал Джордж Вашингтон. Когда Мордехаю было 10 лет, умерла его мать, и он стал жить с дедом по материнской линии. В 1800 г. он покинул дом деда и переехал в Харрисбург, где началась его журналистская карьера. В 1809 г. он уезжает в Чарльстон (Южная Каролина), где изучает право и редактирует местную газету, в которой под псевдонимом Милей Молак появляются его статьи, доказывающие необходимость и неизбежность войны с Англией. Бескомпромиссная позиция в этом вопросе привела его к ряду дуэлей, одна из которых закончилась смертельным исходом.

Вскоре после начала войны, в 1813 г. Ноах был назначен консулом США в Тунисе. Его консульские обязанности включали освобождение (выкуп) американских торговых моряков, захваченных пиратами у берегов Северной Африки. Дипломатическая карьера Ноаха продолжалась три года – в 1816 г. государственный секретарь Монро отозвал его из Туниса на том основании, что его религия «была препятствием в выполнении консульских функций» в этой стране. Этот довод вызвал бурную негативную реакцию в Америке и открыто критиковался в печати самим пострадавшим.

Вернувшись в Нью-Йорк, Ноах в разное время был издателем, редактором или соредактором ведущих газет, включая The National Advertiser, The New York Enquirer, The Courier and Enquirer, The Evening Star, The Sunday Times. Помимо активной журналистской деятельности, он был плодовитым и успешным драматургом. Его патриотические пьесы «Крепость в Сорренто», «Она хотела быть солдатом», «Марион», «Осада Триполи» и другие пользовались большой популярностью и исполнялись во многих театрах во время празднования Дня независимости. Ноах был также автором нескольких книг прозы («Путешествия по Англии, Франции, Испании и варварским странам», «Колосья собранного урожая» и др.). По существу, он был первым еврейско-американским писателем и драматургом, получившим всеамериканскую известность. Живя в Нью-Йорке, Ноах в разное время занимал должности шерифа, судьи, инспектора порта.

С ранних лет он проявлял большой интерес к положению евреев и еврейскому вопросу. Еще в 1818 г. Ноах произнес речь на открытии португальской и испанской синагоги в Нью-Йорке, в которой рассказал об истории преследования евреев и обосновал необходимость возрождения еврейской нации и создания еврейского убежища со своим правительством. В качестве места для такого убежища был выбран Большой остров (The Grand Island) на реке Ниагаре, расположенный в нескольких километрах вверх по течению от знаменитых водопадов, вблизи г. Баффало. В 1822 г. остров перешел под юрисдикцию США, и в 1825 г. друг Ноаха купил здесь большой участок земли, на котором Мордехай задумал основать город Арарат прибежище для всех гонимых евреев.

Торжественная церемония, посвященная закладке нового города, состоялась 2 сентября 1825 г. На Большом острове был сооружен флагшток и поднят символ Израиля. В связи с нехваткой лодок для перевозки всех участников на остров, было решено провести церемонию в Баффало. Она началась артиллерийским салютом, после которого красочная  процессия двинулась по главной улице города (тогда, по существу, большой деревни с населением в 2 500 человек) от здания суда к епископальной церкви Св. Петра. В этой «демонстрации» участвовала милиция, официальные представители местных властей и властей штата Нью-Йорк, члены масонской ложи во главе с Мастером, в руках у которого были масонские символы – прямоугольник и компас, священники церкви и служки, несшие кубки с зерном, вином и оливковым маслом, духовые оркестры и украшенный перьями вождь индейцев Большого острова по прозвищу «Красная куртка». В центре внимания был, конечно, сам Ноах, облаченный в судейскую шелковую мантию малинового цвета, отороченную горностаем. На его шее красовалась массивная золотая цепь с рельефной медалью (будучи профессиональным драматургом, Ноах знал толк в театральных эффектах).

Под звуки марша из оратории Генделя «Иуда Маккавей» участники процессии заполнили церковь, в которой был установлен упомянутый в начале камень с надписями на двух языках. После утренней молитвы, сопровождаемой пением псалмов (один из них – на иврите), Ноах произнес пространную Прокламацию к евреям всего мира (один из парадоксов истории – создание еврейского убежища провозглашается в христианской церкви!). Она начиналась так: «Я, Мордехай Мануэль Ноах, гражданин США, бывший консул Штатов в городе и королевстве Тунис, шериф Нью-Йорка, адвокат и, Б-ей милостью, правитель и судья Израиля, объявляю евреям всего мира, что им предлагается убежище, где они смогут наслаждаться миром, благополучием и счастьем, которых они были лишены в прошлом из-за нетерпимости и угнетения. Это убежище находится в свободной и могущественной стране, которая обеспечивает своим гражданам защиту собственности и религиозных убеждений. В этой стране – громадные ресурсы, богатые почвы и здоровый климат. Здесь поощряются промышленность, образование и вознаграждается добросовестность и старание... Именем Б-га я учреждаю правительство еврейского народа под покровительством и защитой Конституции и законов США, которые подтверждают и увековечивают наши права и привилегии – наше имя, положение и место среди других наций».

Ноах заявил, что в Арарат приглашаются евреи из любой части света, и всем им будут предоставлены равные права и возможности. Единственное вводимое им ограничение – запрещение многоженства. Он призвал все синагоги мира провести перепись еврейского населения и ввести налог в три шекеля (один испанский доллар) со всех евреев в пользу становления и развития города Арарата. Себя Ноах провозгласил на четыре года «судьей и правителем Израиля», оговорив, что этот пост – выборный, и каждые четыре года новый «правитель» будет избираться консисторией раввинов в Париже. Ноах также назначил членов своего «правительства» из числа видных западноевропейских раввинов.

А что делать с аборигенами Большого острова? У Ноаха было своеобразное решение и этой проблемы. Он считал, что многие американские индейцы – это потерянное колено Израилево, и поэтому они постепенно и безболезненно интегрируются в предполагаемый еврейский город или колонию.

Ноах подчеркивал, что убежище в Америке – временное, до тех пор, пока не созреют необходимые условия для возрождения еврейского народа на земле Эрец-Исраэль. Говоря об условиях, он предполагал как внешние, т. е. политические и экономические, так и внутренние, т. е. развитие самосознания у евреев и осознание ими необходимости вернуться на историческую родину.

После провозглашения Прокламации снова грянул артиллерийский салют и, к радости присутствующих, был произведен фейерверк. Памятный камень был вынесен из церкви и установлен у ее ограды. Вскоре Ноах, так и не побывавший на Большом острове, вернулся в Нью-Йорк, и на этом, собственно говоря, и закончилась история города Арарата. Евреи Европы и Америки отнеслись к планам его создания либо с полным равнодушием, либо с осуждением. Так, редактор еврейской газеты в Чарльстоне писал, что Ноах присвоил себе роль Мошиаха, и что истинный Мошиах поведет евреев не в Нью-Йорк, а в Новый Иерусалим. И. Джетелес, редактор австрийского журнала на иврите, назвал Ноаха безумцем, раввин г. Бордо А. Андрадо – обычным шарлатаном, главный раввин Парижа А.де Колон – шутником и псевдовосстановителем нации.

Несмотря на полный крах своих планов, Ноах не утратил интереса к еврейской проблеме. В речи, произнесенной в 1844 г. и озаглавленной «Размышления о воссоздании еврейской нации» (вскоре она была издана отдельной книгой), он выражал уверенность, что евреи вернутся на землю Израиля, которая снова станет их Родиной. Он считал, что ведущую роль в этом должна сыграть Америка и американские евреи. Таким образом, задолго до появления работ Л. Пинскера и Т. Герцля, Ноах сформулировал сионистские идеи, воплотившиеся впоследствии в создании Государства Израиль.

Памятный камень «Арарат»

А что же стало с памятным камнем? Пролежав несколько лет у церковной ограды, он перекочевал на лужайку перед домом приятеля Ноаха, генерала Портера. Оттуда он был перенесен на Большой остров, где ему первоначально и надлежало быть, и встроен в каменную нишу, смотрящую на реку. Туристы, плывшие к Ниагарскому водопаду, делали здесь остановку и, будучи не очень искушенными в истории и географии, по возвращении домой рассказывали, что видели развалины древнего Арарата. Камень еще несколько раз менял владельцев и перевозился с места на место до тех пор, пока в 1866 г. не был подарен Историческому обществу г. Баффало и графства Эри.

Здание, в котором хранятся экспонаты Исторического общества г. Баффало

Сейчас его можно увидеть в здании Pam-Am по адресу 25 Nottingham Court, Buffalo, где демонстрируются экспонаты общества.



[1] Все представленные фото работы М. Чабан


К началу страницы К оглавлению номера

Всего понравилось:0
Всего посещений: 1191




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2009/Zametki/Nomer12/Zaltsberg1.php - to PDF file

Комментарии:

Ontario14
- at 2009-07-21 15:54:49 EDT
Года 3 назад довелось посетить сей остров.