©"Заметки по еврейской истории"
Июль 2008 года

Евгений Майбурд


Богословие ненависти

Еврейский комплекс христианства

 

Гравюра неизвестного автора. Франция, XIV в.

Снимок неизвестного автора. Москва, ХХI век

Предисловие

Иногда думаю, что если бы воскресить сегодня какого-нибудь древнего египтянина или шумера и показать им, что пишут о них в современных книгах, мы бы услышали поток возмущенных слов, где "чушь собачья" и "бред сивой кобылы" были бы не самыми грубыми. Почему же? Ну потому хотя бы, что исчезнувшие народы и племена безголосы, они не могут свидетельствовать о себе сами. А раз так, то есть возможность умствовать, строить гипотезы, интерпретировать в меру своих возможностей и склонностей, да и просто рассказывать небылицы, выдавая плоды фантазии за достоверные факты. Чего уж с древними, когда про  нас, евреев, пишут так,  будто мы не можем ни возразить, ни поправить. Будто мы тоже давно исчезли с лица земли (не дождетесь!).

Нравится это кому-то или нет, но мы живы. Притом не где-нибудь на острове Пасхи, а рядом, в той же стране, в том же городе, подчас на той же улице.  Нет, чтобы подойти да поспрашивать.  Мол, вот такое слышал про вас, или – вот прочитал про вас. Мол, правильно ли я понял, что... Куда там! Услышат звон - и пишут, пишут... И все - неправду. Или берут куски из переводов наших текстов и комментируют: мол, гляди, народ православный, какие нелепые эти евреи, в какой чепухе они погрязли, а мнят себя выше всех, нас и за людей не считают...

Эти существа в штанах или в рясах ведут себя указанным образом по той простой причине, что им не нужно знать, правильно ли они поняли.  Историки древних цивилизаций могут ошибаться, домысливать и даже фантазировать, но у них (как правило) нет цели опорочить древние народы. У этих же, кто пишет сегодня о евреях, цель именно в том и состоит. Их устраивает их собственное понимание.  И того более: чем неправильнее, тем лучше. Потому что нужна им - не правда, и ведомы они отнюдь не поиском истины.  Цель их – пропаганда ненависти.

В такой-то вот компании и оказался автор книги, которая заставила меня задуматься и написать настоящую работу. Сюжет ее - христианский антисемитизм, его история и современное состояние – в частности, юдофобия как проблема Русской православной церкви.  Не секрет, что религиозная вражда нередко оборачивается враждой этнической – так, что отличить одно от другого не всегда просто. Трудно даже подчас различить тут причину и следствие.  Что можно сделать, чтобы избавиться от этой вековой вражды? Вопрос, на который я и пытаюсь ответить.

Осуждать христианство как религию я своей задачей не ставил, и надеюсь, непредубежденный читатель не найдет здесь подобных вещей. В такой книге, как эта, однако, совершенно необходимо называть некоторые вещи своими именами.  Если читатель примет полученную информацию как достоверную и сочтет мои  конечные выводы достойными обсуждения, цель книги можно будет считать достигнутой.

От всей души благодарю первых читателей рукописи, которые дали свои замечания и тем немало способствовали ее улучшению. Это мои добрые друзья-христиане: Л. Харченко, А. Шеманов, Е.Катков, А. Худорожков, Ю.Сенокосов и А. Нежный, а также агностик В. Маневич.

Я желаю всем мира. Всем и во всем.

Е.М., Апрель 2008 г

Повод и Контекст

...надлежит

Найти причину этого эффекта -

Или дефекта, ибо сам эффект,

Благодаря причине, дефективен...

 Гамлет II, 2. Пер. Б.Пастернака.

В 1928 г. в Париже, издательство князя Н. Горчакова «Долой Зло» выпустило книгу «Евреи и Талмуд» с таким предисловием переводчика, графа Д. Граббе:

Предлагая русским читателям перевод книги Флавиана Бренье, считаю долгом очень его рекомендовать всем, интересующимся еврейским вопросом, а не интересующихся этим, одним из самых больных вопросов нашего времени, найдется едва ли много. С какой бы точки зрения ни рассматривать этот вопрос, отрицать его первостепенную важность нельзя. Стихийный рост антисемитизма, охватывающий все страны мира, грозит глубочайшими потрясениями и так уже неустойчивому мировому положению. Все говорят об еврейском вопросе, все трактуют его вкривь и вкось, и мало кто знает, в чем же состоит этот вопрос, и что же такое представляет из себя этот еврей, которого так ненавидят. Думаю, чтобы понять еврея, надо, хотя бы вкратце, ознакомиться с его историей и его мировоззрением, чему вполне удовлетворяет эта книга, кратко, сжато излагающая всю сущность еврейской истории от пленения Вавилонского, и сущность еврейского мировоззрения по его Священным книгам.

Чувствуется, что переводчик и издатель весьма озабочены последствиями растущего в Европе антисемитизма и, очевидно, убеждены в том, что ненависть к евреям есть зло, основанное на предубеждениях и ложных представлениях, рассеять которые призвана эта правдивая книга («долой зло!»).

Если по цитированному предисловию у читателя возникает подобное чувство, то он сильно ошибается. В первых же строках книги говорится, что «со времени расселения евреев среди других племен, мы их всегда встречаем в непрекращающейся борьбе с народами, принявшими их в свою среду». Что сегодня

...если эта борьба между еврейством с одной стороны и Христианством и мусульманством с другой, внешне приобрела видимость меньшей резкости, то только потому что Израиль искусно замаскировал свою, в прошлом почти всегда прямолинейную и открытую, ненависть. Но приподнимите любую из этих так ловко сфабрикованных личин, и под угрозой национальной безопасности, материальному благополучию, религиозной свободе или общественному укладу каждого народа вы почти всегда встретите еврея.

Посредством того, что представлено как цитаты из Талмуда, и специфического (скажем так) толкования еврейской истории, автор делает все, чтобы объяснить читателям, что не напрасно они ненавидят - а если нет, тогда почему они должны ненавидеть - евреев. В дрожь бросает от тех «цитат». Читая книгу, я поймал себя на том, что тоже начинаю нас ненавидеть.

Как мы теперь знаем, делалось это в самый канун Катастрофы европейского еврейства и такая пропаганда, конечно, удобряла соответствующую почву. Ни рецензировать, ни пересказывать этот опус я не собираюсь. Подобные издания во множестве имели место в XIX-XX вв., но советская власть, соблюдая декорум, воздерживалась от их распространения. Сейчас определенных взглядов люди в России наверстывают упущенное. Эту старая и забытая брошюрка была в 1995 г. репринтно переиздана в России - тиражом 20 тыс. экземпляров. И многое другое в том же духе издается-переиздается, удовлетворяя голод читателей соответствующего толка. Боевой отряд изданий означенного уклона пополнила книга А.В. Кураева под названием «Как делают антисемитом». Начинает он с обид, якобы причиненных ему суждениями якобы евреев якобы о русском народе. А продолжает тем, что, не стесняясь, изгаляется над еврейской религией, культурой и историей. И очень хочет представить нас, евреев, ненавистниками других народов.

Нельзя не согласиться с теми, кто говорит, что массовая бездуховность, отсутствие нравственных ориентиров, грубый материализм во взглядах и стремлениях - одна из главных проблем нынешней России. И конечно, для русского народа самый естественный путь духовного возрождения и возвращения к Богу – это православное христианство, тысячелетняя русская традиция. Для успеха в этом деле, жизненно важном для будущего всего русского народа, Церкви необходим высочайший нравственный авторитет. Нынешнее миссионерство православных священников в среде далеких от Бога русских людей – дело, безусловно, благое. Как я понимаю, дьякон Кураев активно подвизается на этом поприще, и можно лишь пожелать ему успеха. Упомянутая книга, однако, уходит от сказанного в сторону. Успехов на этой боковой стезе я ему желать не могу, и авторитета русскому православию книга его никак не прибавляет.

По его публикациям судя, г-н Кураев производит впечатление человека неглупого, одаренного и по-своему яркого. При всем том, однако, сама по себе личность эта едва ли стоила бы времени и бумаги, затраченных на данную работу. Но упомянутая его книга служит превосходным индикатором состояния вопроса в сегодняшней России. К вековым измышлением, клеветам и предрассудкам, которые он воспроизводит, Кураев добавляет новейшие. С размахом пламенного трибуна, с красноречием прирожденного проповедника и во всеоружии философско-богословской эрудиции – книга Кураева несет российскому читателю буквально те же самые идеи, что и издание Бренье-Граббе-Горчакова и подобные ему. Также заметно много перепевов из антисемитской книги В.В. Шульгина.

Правда, Кураев не пробавляется столь одиозными вещами, как «ритуальные убийства» или известные «Протоколы». Достаточно умен он также, чтобы не прибегать к таким средствам, как фальсифицированные или придуманные «цитаты» из Талмуда. Его извращения Талмуда, когда он обращается к данному источнику, - более тонкого свойства. И вся аргументация его – сложнее и изощреннее. От нее нельзя просто отмахнуться, отделаться словами вроде: «очередная фальшивка». В книге Кураева ложь мимикрирует под правду, притом делается это весьма искусно. Как писал Ириней Лионский, один из первых отцов Церкви (II в.):

Заблуждение не показывается одно само по себе, - чтоб, явившись в своей наготе, оно не обличило само себя, но, хитро нарядившись в заманчивую одежду оно достигает того, что по своему внешнему виду для неопытных кажется истиннее самой истины. (Против ересей, 1:2)

Тем более – преднамеренная ложь. К «заманчивой одежде» вдобавок, еще и подкрепленная авторитетом учреждения, где служит автор, и его положением в данном учреждении. Ведь написал книгу не валенок из подворотни. Написал книгу священник. И не хухры-мухры-священник, а человек, принявший посвящение в диаконы, профессор Духовной академии, кандидат философских наук и кандидат богословия, да еще как бы - лицо Русской православной церкви. Во всяком случае, радиотелевизионное ее лицо, каковое пользуется заметным спросом со стороны масс-медиа. Так что книга «Как делают антисемитом» - не просто еще одно желтое издание. Как сказал в свое время Моммзен об одной брошюре, она делает антисемитизм респектабельным, снимая с него «сдерживающие путы стыдливости».[1] Немаловажно и то, что дьякон Кураев не ограничился изданием книги «Как делают антисемитом» - пропаганду высказанного там он продолжает в своей проповеднической, лекционной и иного рода публичной деятельности.

Кураев обвиняет еврейских журналистов в поношении русских святынь, еврейский народ – в эксцессах большевиков, иудейскую религию – в расизме. Одновременно он отвергает все упреки в адрес христианства, Церкви и христианских мыслителей и рассказывает много плохого о евреях, об иудаизме и даже о Ветхом Завете. Он вытаскивает на свет старые бредни, заостряет и, как говорили когда-то, будирует все то, что далеко не способствует миру и спокойствию в обществе. В нынешнюю, и без того накаленную антисемитами, умственную и нравственную атмосферу вокруг «еврейского вопроса» в России – Кураев А.В., дьякон РПЦ, несет не мир, но – топор.

Я полагаю, есть все основания связывать названную книгу с тем, что происходит внутри РПЦ и вокруг нее. Да пожалуй, шире: она – явление, которое по-своему отражает ситуацию в общественном сознании страны. Феномен Кураева есть знак духовной деградации российского общества нынешних дней. Пишет он, несомненно, стараясь предвосхитить определённого рода «социальный заказ».

Я не говорю о тех, кто просто не испытывает приязни к еврейскому народу. Это их право и их личные проблемы. Я говорю здесь о тех, кто активно пропагандирует ненависть к евреям, утверждая, что движет ими забота о благе своего народа. Им не нужно искать истину, потому что они ею уже владеют – притом, в последней инстанции. Они не расположены к анализу и неспособны к диалогу. Возлагая на евреев вину за бедствия страны, они находят решение проблем столь же простое, сколь и неверное. Заведомо неверное, потому что для обоснования своей картины им приходится прибегать к абсурдным выдумкам и прямой фальсификации. Фактически, они уводят общество от поиска реальных источников проблем, каковые от этого только накапливаются и углубляются. Вольно или невольно, они таким образом действуют не на пользу, а во вред своему народу.

Ярким примером сказанного служит опыт Германии, особенно период между двумя мировыми войнами. Во всех бедах страны – война, поражение Германии, потеря имперского статуса, инфляция и бедствия населения - обвиняли евреев. Антисемитская истерия достигла таких степеней, что фактически сделала неизбежным приход Гитлера. Оставим в стороне миллионы убитых русских, украинцев, белорусов, поляков, сербов, французов, англичан... Не станем напоминать о судьбе евреев Европы. Спросим только: самим немцам - много ли блага это принесло?

Не для таких людей писал я, а для их доверчивой аудитории. Обвинений много разных, и при бесконечном многовековом повторении, человек нередко начинает им верить. И тем не менее, я здесь не собираюсь оправдываться. Отнюдь! Потому хотя бы, что обвинитель не может быть судьей в своем деле. Этот принцип, идущий еще от древнеримского и древнееврейского права и повсеместно принятый цивилизованными народами, столь же повсеместно забывается, когда обвиняющие евреев одновременно выступают их судьями. Кто бы и в чем бы нас ни обвинял, ответственны мы только перед Богом. Как и наши обвинители. Цель настоящей книги - разоблачение лжи и объяснение определенных вещей, запутанных людьми несведущими и злонамеренными.

Мне пришлось: а) привлечь широкий и, во многом, мало известный широкому российскому читателю историко-культурный материал, чтобы выявить корни христианского антисемитизма, его развитие в течение двух тысяч лет; б) несколько углубиться в традицию иудаизма в связи с упомянутой выше запутанностью. Положительное изложение историко-религиозного материала идет на фоне критики соответствующих мест в книге Кураева.[2] Эти две параллельные линии постоянно пересекаются. Такой, прошу прощения, неевклидовый характер пространства изложения есть следствие искривления сути вещей - понятно кем.

В самом деле, нет смысла рыскать по морю одиозных, подчас топорно сделанных, текстов, когда передо мною лежит весь джентльменский набор обвинений, притом в самых изящных и изощренных формулировках. А главное, среди подобных книг, эта выделяется тем, что представляет взгляд изнутри Церкви. По сути, она являет собой компендиум современной христианской юдофобии. Хочется верить, что это только одна из тенденций в современной РПЦ.

Когда христианин отличает злоумышленника по его принадлежности к определенной нации, по крови в его жилах, по темпераменту его личности (сказывающемуся, например, в общественной активности), то такой верующий прельщен отцом лжи,

- пишет П.Г. Проценко, историк гонений на Церковь, православный христианин-мирянин. Я был бы счастлив узнать, что подобные вещи говорятся также и внутри Русской православной церкви. В конечном счете, дело тут не в нас, евреях. Сколько бы страданий и бед ни принес нам антисемитизм окружающих народов, мы жили с этим, выжили и будем живы. Вряд ли нужны еще какие-то подтверждения тому, что еврейский вопрос в России есть по преимуществу русский вопрос.

Конечно, еврейская тема есть лишь один из аспектов духовной жизни Церкви, имеющей много проблем и без того. Но тема эта стоит, тем не менее, особняком. Отношение русского православия к иудаизму и евреям не похоже на отношение к исламу и иным нехристианским конфессиям, тем более к их носителям. Перед нами не просто неприятие (вещь естественная). Тут присутствует еще нечто - весьма отрицательного свойства. И это - проявление некоего общего неблагополучия в самом русском православии. В определенном смысле, это говорит о внутренней неуверенности в своей силе – о наличии определенного рода зависимости от своего отрицательного двойника. Поэтому позиция Русской православной церкви в еврейском вопросе важна, прежде всего, для самой Церкви, для ее нравственного возрождения, для обретения ею харизмы и статуса истинного духовного вождя русского народа. Если эта позиция останется такой, какой она была веками, возрожденная Церковь станет тою же самой, какой она была, когда утратила свое влияние на массы – когда, по признанию того же Шульгина: «Все мы, русские... потеряли живую веру, ограничиваясь хождением в храм по табельным дням».[3]

Две тысячи лет назад, когда разразилась еврейская национально-государственная катастрофа, встал вопрос: почему Бог Израиля допустил падение Иерусалима и разрушение Храма? Мудрецы ответили: потому что прежде была сдана крепость Торы! Они не рассуждали о соотношении вооруженных сил, они не проклинали римлян-захватчиков или персонально полководца Тита, предавшего Храм огню и разграблению. Они поставили однозначный диагноз: мера грехов народа перевесила меру милосердия Всевышнего. Не берусь судить, есть ли тут какая-то степень аналогии. Но ощущение такое, что учиненный большевиками разгром Церкви, в некотором отношении, стал возможным вследствие того, что случилось с нею до тех событий.

Стоит ли напоминать здесь о безобразиях, что происходят нынче в политической, экономической и духовной сферах российской жизни? Кто, что может остановить деградацию и повернуть процесс вспять, если не Церковь? Я не имею в виду вмешательство ее в политику, экономику и т.п. Самый верный путь достижения позитивных изменений в духовном состоянии народа, если вспомнить Пушкина, есть благотворное воздействие на души людей. Сегодня люди в массе лишены положительных духовных ориентиров. Даже вера в коммунистические идеалы – суррогат религии – давала что-то душе человека. А те, кто перестал разделять эту веру, питались идеалами свободы. Сегодня и свобода скомпрометирована бездарными, своекорыстными политиканами. Духовный вакуум. Цинизм. Вырождение. Не выживает народ, не имеющий положительных идеалов.

Подлинным признаком обретения Церковью статуса духовного вождя стал бы приход в нее интеллектуалов, которые сегодня либо исповедуют «автономный разум», либо являются православными, ходят в церковь, но имеют причины дистанцироваться от Церкви, оставаясь мирянами. Ибо для таких людей это было бы выбором не только свободным, но и осознанным. Нечего и говорить, что появление такого рода людей в среде православного духовенства - среди них есть религиозные философы, историки религии и церкви, блестящие перья - сказалось бы на общем интеллектуальном уровне Церкви и, в свою очередь, работало бы на ее авторитет. Почему такого рода люди не идут в Церковь? У католиков это обычное дело, а православным что-то мешает. Так и выходит, что чуть ли не ведущим интеллектуалом РПЦ выступает человек, вызвавший эту мою работу. Прямо скажем, не высший уровень из возможных в сегодняшней России. И в моральном плане оставляет желать лучшего. Коль скоро он представляет сегодняшнее лицо Русской православной церкви, то, боюсь, харизма эта вызывает немного симпатий...

- Э-ге-ге! Что еще тут за «русский» патриот выискался? Вот уже и эти берутся судить о наших проблемах! Да кто он такой, чтобы нас учить? Способен ли он вообще чувствовать русскую боль? И т.д.

Мы подспудно ждем подобной реакции, не правда ли? В том-то и дело. Чего уж там, евреи в России – это не просто один из множества нерусских народов многонациональной страны...

Рассказывают, как один чудак ходил кругом, призывая убивать евреев и велосипедистов. И везде слышал один и тот же вопрос: «А велосипедистов-то за что?»

1. Еврей в России – больше чем еврей

- Серж, объясни мне, почему евреев ненавидят? Допустим, они Христа распяли.

Это, конечно, зря. Но ведь сколько лет прошло... И потом, смотри. Евреи, евреи...

Вагин – русский, Толстиков – русский. А они бы Христа не то что распяли. Они

бы его живым съели... Вот бы куда антисемитизм направить.

На Толстикова с Вагиным. Я против таких, как они,

страшный антисемитизм испытываю. А ты? - Естественно.

Сергей Довлатов. Собрание прозы в трех томах. Лимбус-пресс. 1995. Т.1, с.273

Введение в хамосемитизм

Не будет преувеличением сказать, что книга дьякона Кураева есть документ эпохи (не путать с понятием «делать эпоху» - чего нет, того нет). Она показывает состояние еврейского вопроса в сегодняшней Русской православной церкви – подходы, бытующие представления, возможно даже - самое позицию Церкви в данном вопросе. Последнее, впрочем, неясно. Ибо неясно, существует ли в нынешней РПЦ такая единая позиция.

Идея книги заявлена в ее названии: явлением антиеврейских чувств и настроений евреи обязаны сами себе. Очень старая идея. Ей много тысяч лет. Оспаривать ее нет смысла, потому что это правда. Не будь на земле евреев, не было бы и соответствующих чувств. Мы «делаем антисемитов» самим фактом своего существования. Чтобы исчез на земле антисемитизм, нужно, чтобы с лица земли исчезли евреи.

Я этого не говорил!» - возмутится дьякон относительно последнего вывода. Конечно, не говорил. Таких слов у него нет. Больше того, он прямо заявляет, что и сейчас не отказывается от своей статьи «Антисемитизм это грех». И он не хочет погромов. Мы делаем людей антисемитами - своим поведением. Так я понимаю мысль дьякона Кураева. С этим резюме, полагаю, он спорить не станет. А дальше – посмотрим.

Те же мои статьи, что собраны здесь, возникали довольно-таки реактивно, в качестве реакции на те уколы Церкви и России, которые попадались в деятельности еврейских журналистов. Ну вот, главное уже сказано: не будет уколов – не будет и реакции. Те, кто с этим согласен, могут не читать последующие сотни страниц: в них всего лишь иллюстрации этого тезиса.

Так он говорит в своем предисловии. Но не спешите верить этим словам. Все не так просто. Далеко не так просто. И сам дьякон Кураев непрост.

Я убежден, что антисемитизма в этой книге нет. Я не считаю еврейский народ в чем–то хуже народа русского или любого другого. Я просто не считаю евреев лучше всех остальных народов. Но, кажется, сегодня даже это уже считается антисемитизмом.

Поверим самоубежденности г-на дьякона? Как говорили в не столь давние времена, однако, «доверяй, но проверяй».

От проблем, которые ставит эта книга, не стоит блокироваться с помощью заранее заготовленного ругательства: "антисемитизм”. Антисемитские тексты обращены к “единомышленникам”, они призваны своим гневом зарядить читателей и помочь им увидеть врагов там, где их видит конструктор антисемитского текста. Я же обращаюсь не к казакам. По ходу своих рассуждений я прежде всего обращаюсь к самим же евреям. И я просто прошу понять их ту боль, которую доставляют мне и многим знакомым мне людям некоторые их высказывания. Я не призываю к погромам или ограничению прав евреев. Точнее – я призываю к тому, чтобы сами евреи ограничили себя в одном: чтобы они отказали самим себе в праве публично высказывать суждения, оскорбительные для других народов и культур <...>

Я “счел бы свой труд достигшим цели” совсем не в случае начала погромов. Мое желание <...> состояло в том, чтобы начался спокойный разговор. А для этого нужно, чтобы тема русско-еврейских отношений не числилась в ряду сюжетов, запретных для русских журналистов и разрешенных лишь для евреев<…>

Своими наблюдениями я делюсь не для того, чтобы вызвать какой-то погромный рефлекс. Я хочу быть услышанным прежде всего самими же еврейскими публицистами: ну не хамите вы стране, в которой живете! Не топчитесь вы на ее святынях! Я не хочу, чтобы еврейская кровь вновь лилась в России – а в ответ слышу обвинения в «расизме». Я призываю к соблюдению элементарных правил вежливости (не поносить святыни народа, среди которого ты живешь), а меня обзывают антисемитом.

В порядке взаимности Кураев вводит придуманный им неологизм - хамосемиты. Этот термин обозначает тех, кто – как утверждает дьякон – своим поведением вызвал его реакцию в виде этой самой книги. Очень скоро, однако, это слово исчезает со страниц книги, и автор ее начинает обращаться не к евреям, а, скорее, как раз «к казакам»... Но пока мы еще находимся в Предисловии, откуда и взята вся моя подборка цитат.

Нельзя не обратить внимания на навязчивое появление слова погром в тексте дьякона Кураева. Если бы я специально подбирал цитаты с этим зловещим словом, их было бы здесь еще больше - возникает ощущение, как бы помягче сказать, некой зацикленности автора. Позже увидим, что навязчивое появление слова погром уже с первых страниц - не случайно. А сейчас - моя подборка, полагаю, достаточно обширна, чтобы главная мысль Предисловия прозвучала здесь всеми своими обертонами: Не поносить святыни народа, среди которого ты живешь.

Я подписываюсь. Если вы не считаете эту страну своей, тогда говорить что-то плохое о ней, ее истории, ее народе, ее духе – совершенная бестактность, переходящая в хамство. Приличный человек никогда не станет хулить дом, где он в гостях, или, тем более, его хозяина и домочадцев.

Другое дело, если вы считаете землю, где вы живете, своей родной страной. Тогда следует понимать, что вас здесь своим не считают. Ваши субъективные чувства никому здесь не интересны. Пусть вы здесь родились, пусть здесь жили ваши деды и прадеды, пусть вы выросли на русской культуре, пусть у вас иногда защемит сердце «при виде одинокой осинки, мокнущей под осенним дождем», пусть вы (ваш отец, дядя, брат...) защищали эту страну с оружием в руках и добыли боевые награды или погибли за нее – вы здесь чужой. Просто потому, что ваша фамилия (или отчество, или фамилия или отчество вашей жены, матери, бабушки, прадедушки и т.п.) звучат не так, как у людей титульной нации. Только по этой причине. И потому людей титульной нации (во всяком случае – тех, кто берет на себя смелость говорить от лица титульной нации) ваши отзывы обижают. Вы все равно не имеете морального права говорить что-то негативное. Так я понимаю позицию дьякона Кураева. С чего начинается Родина? - с ФИО.

Затем наступает черед дробей: ½; ¼; 1/8;... и т.д. Что это за арифметическая прогрессия? Это – прогрессия крови. Еврейской крови, которая течет в жилах. Занимаются этой арифметикой те, кто мечтает, чтобы она хлынула из жил. А что же – дьякон Кураев? А дьякон Кураев непрост...

"Сколько зла причинила вся "наша" водочно-христианская культура…"

Или: "Темная жестокость, соприродная русской жизни".

Или: "зверства русской армии в Чечне свидетельствуют о безнравственности русского народа".

Такие цитаты из «демпрессы» приводит Кураев. Он прав. Нельзя так говорить. Нельзя так себя вести, это оскорбление целого народа, его культуры, его истории. Это недостойно. Недопустимо. Или, как пишет Кураев:

Призывая евреев соблюдать обрезание, современные иудейские проповедники восклицают: "Кто поучает евреев не слушать слов Господа сегодня? Это все тот же самый Сатана. У него может быть множество обличий и имен. Две тысячи лет назад его звали Павлом. А сегодня как его зовут? Кто учит вас не делать обрезание крайней плоти своим сыновьям? Все тот же Сатана. Тот, кто повторяет слова Павла "Обрезание – ничто", знайте, что имя его не Павел, имя его – сатана!".

Конечно, подобные выражения в адрес основателя христианской церкви недостойны культурного человека, каковой обязан понимать, что грубость не есть аргумент в идеологическом противостоянии. И что в стране, по преимуществу христианской, такие вещи неизбежно оскорбят чувства многих людей, для которых «сатана» означает, между прочим, точно такое же зло, как и для вас. Идем дальше:

"Но, может быть, евреи воспринимают Иисуса если не как пророка, то, по крайней мере, как совершенного человека, как идеал, достойный всеобщего подражания? Нет, и это не так. Неприкрашенная правда состоит в том, что Иисус, хоть и является героем духа, отнюдь не совершенен. Так, Иисус не выказывает никакого интереса к жизни разума и красоты, еще меньше – к философии, науке и искусству греко-римского мира его эпохи. Может быть, его взгляды и возвышенны, но узки"

Надо понимать, это у Кураева цитата, но в тексте нет ссылки. И потому непонятно, что за дурак изрекает такую чушь от имени евреев. Уж что нас меньше всего заботит, так это - отношение Иисуса к античной философии и искусству. Цитата взята просто «до кучи», так ведь, г-н Кураев? И то же самое - про телешоу Познера «Человек в маске». Что за фигура этот Познер, думаю, всем известно (хотя неизвестно, еврей ли он). Кураев говорит:

Познер слил в одну лохань две разные истории (точнее – два разных газетных мифа), и представил стране итоговый продукт: вот она, изнаночная жизнь Русской Православной Церкви. Вот ее имидж. Таким ее и воспринимайте.

Но сам же «сливает в одну лохань» все, что ни попадя, лишь бы был самомалейший след, отдающий чем-нибудь еврейским. Потому, как и следует ожидать:

 И вот, когда однажды все же примечаешь, из чьих уст исшел очередной плевок, то рано или поздно начинаешь понимать, что есть повод стать антисемитом. Или, по крайней мере – повод к тому, чтобы взять себя в руки и не поддаваться на эмоции.

Как учили преподаватели марксизма – самое главное: что первично, а что вторично. Сперва мы замечаем, из чьих уст, а потом начинаем понимать, что есть повод. Не оттого ли - вместо «взять себя в руки» - из той самой лохани выливается книга «Как делают антисемитом»?

Еще одна цитата:

...все в России носит печать рабства – нравы, стремления, образование и вплоть до самой свободы, - поскольку о ней может идти речь в этой стране <...> Россия, не довольствуясь тем, что она как государство входит в состав европейской системы, посягает еще в этой семье цивилизованных народов на звание народа с высшей против других цивилизацией... В противоположность всем законам человеческого общежития Россия шествует только в направлении своего собственного порабощения и порабощения всех соседних народов.

А это кто сказал? Петр Яковлевич (О, «Яковлевич»...). Петр Яковлевич Чаадаев.[4]

Насколько я знаю, никто сегодня не называет Чаадаева русофобом. Ему можно. Свой. Еще цитата:

Нет ничего слюнявее и плюгавее

Русского безбожия и православия.

Автор - некий Козьма Прутков. Конечно же, еврей, укрывшийся под русским псевдонимом.

За столом никто у нас не Лифшиц

Короче, своим можно. И в этом есть определенная правда. От своих - можно подчас выслушать вещи горькие. И иногда даже – снести молча. От чужих – оскорбительно. Потому что от своих – критика конструктивная, от чужих – непременно разрушительная. Свой ведь критикует, любя... Дело сводится к различению – кто тут свой и кто чужой.

Вопрос: кому различать? Ответ: в любом случае - не тебе. Второй вопрос: по каким признакам? Ответ: известно, по каким. По тем же, по каким хамосемит отличается от просто хама. Так я понимаю позицию г-на Кураева. Культурный человек ведь не скажет «жидовская морда». Он постарается обойтись эвфемизмом.

Н. Эйдельман, в письме к В. Астафьеву, приводит такие слова Пушкина: «Я, конечно, презираю отечество мое с головы до ног, но мне досадно, если иностранец разделит со мной это чувство».

В основе наших рассуждений всегда лежат какие-то исходные предпосылки. Обычно мы стараемся их сформулировать. Но часть из них нередко остается без формулировки. Это те, что как бы «само собой разумеются». Они растворены в воздухе культуры, которым мы дышим. Они настолько общеприняты, что не нуждаются в том, чтобы их специально оговаривать. Но в основе рассуждений они присутствуют. И чем меньше автор их осознает, тем сильнее влияют они на ход и итог рассуждений.

Анализ текстов Кураева позволяет выявить у него одну такую, притом – фундаментальную, исходную предпосылку, растворенную в воздухе, которым он дышит. Она как раз и состоит в том, о чем я сказал выше: еврей в России изначально и непоправимо – чужак. Иностранец. Безразлично к его самоидентификации, воспитанию, умонастроению и т.п. Еврей не может критиковать нас, любя. Потому что он не может нас любить. За что еврею нас любить? Такая выстраивается логика. Еврей не может быть в России своим просто в силу своих еврейских генов. Даже если еврейские гены перемешаны с русскими – и даже неважно в какой пропорции. Вот тут и идут в ход фамилии, отчества, фамилии жен и т.д. и т.п. Какие из цитированных выше слов о русском народе принадлежат действительно евреям? Кто заглядывал в хромосомы авторов? Скоро увидим, как определяется нацпринадлежность авторов из «демпрессы».

Но ведь и главный режиссер НТВ тоже должен был бы вести себя осторожнее – раз уж он носит фамилию Файфман… -

- пишет наш дьякон в статье о показе по НТВ фильма «Последнее искушение Христа». Я фильма не видел. Кураев говорит, что он оскорбителен для христиан. Ему лучше знать, так что я разделяю его возмущение этим показом. Но что интересно: к постановщику фильма претензий у него нет. Фамилия того – Скорсезе. Можно полагать, национальные корни предварительно исследованы и еврейских генов не обнаружено. Иначе ему бы непременно досталось тоже, да по первое число. А вот Гусинский (тогдашний владелец НТВ), Файфман – ино дело. Не те фамилии.

Похожий случай был в другом месте. Американский кинорежиссер-документалист Майкл Мур выпустил фильм, резко критикующий президента Буша («Фаренгейт 9/11»). Ну, это - пресловутая свобода слова. Хотя критики разных направлений признали, что лента сделана на подтасовках, никто не упрекнул Мура за сам фильм. После этого Мур дал заграницей несколько интервью, где поносил уже не только Буша, но и самое Америку и американцев. Есть свобода слова, есть и свобода критики – его резко осуждали за эти высказывания. Удивительное дело, однако, – никто в прессе не поднял в связи с этим вопрос о национальном происхождении Мура (то есть: не еврей ли он).

Скоро, однако, Кураев несколько проясняет свой подход:

Еврейские полемисты охотно и громко выставляют счет всей христианской культуре, но при этом блокируют любую попытку обсудить расистские нотки в собственно иудейской традиции.

Так может ли грех быть более чем личным? Может ли он вырастать не просто из личного выбора, а из той традиции, в которой этот человек был воспитан?

Вот и до традиции дошло дело. В какой традиции воспитаны гг. Гусинский и Файфман? Уж во всяком случае, не в иудаизме. И без специальных исследований можно сказать наверняка – это была обычная советская средняя школа и, вероятно, обычный советский вуз. Пишущий эти строки тоже был воспитан в той же «традиции» вульгарного атеизма. Другой – для нас не было. Не было даже семейно-бытовых рудиментов иудаизма – все было искоренено. Все, что я мог узнать про иудаизм, я узнавал из книг русских и европейских писателей, которые издавались в советское время. Так и сложилось представление, что это нечто «племенное» и «партикулярное» (в противовес «мировой религии» - христианству и «общечеловеческой» культуре, из него выросшей), а также «застывшее», «омертвелое», «схоластическое», «отжившее». Получили ответ, г-н Кураев? Что еще придумаем?

А ведь и придумал! Что значит – человек творческого склада:

Сможет ли Кротов привести аргументы, объясняющие его уверенность в том, что национальность Гусинского ну никак не повлияла на его решение о показе антихристианского фильма?

Дьякон Кураев - человек образованный. Конечно, он не мог не слышать про принцип презумпции невиновности, по которому бремя доказательства лежит на обвинителе, а не защитнике. Соответственно, это Кураеву надлежит «привести аргументы», а не требовать таковых от неведомого мне Кротова. Аргументов у него нет, и отсюда - вывороченная наизнанку логика. И мы не раз еще убедимся, что когда Кураев пишет на еврейскую тему, его эрудиция оказывается однобокой, знания – ущербными, а логика подчас пропадает вовсе. Цитированное значит вот что: я могу - посредством натяжек и вовсе без серьезных оснований - возводить самые дикие обвинения, а другие пусть доказывают, что это чушь. Про «расистские нотки в иудейской традиции» мы поговорим специально в другом месте. Обвинение серьезное и – увы – придется доказывать, что дьякон клевещет. А пока мы занимаемся расисткими нотками самого Кураева. Ибо как иначе назвать отмеченную выше предпосылку об изначальной, генетической чуждости евреев? Как напевали не так еще давно:

От Москвы до самых до окраин,

С южных гор до северных морей

Человек проходит как хозяин,

Если он, конечно, не еврей.[5]

Заметим, что «закон чужака» (если можно так выразиться) работает и в обратную сторону. Если некто позволяет себе нелицеприятные высказывания о русской ксенофобии и о привычке во всех бедах винить «чужих», то он уж конечно – из известной нации.

Русский человек не в силах допустить, что какое-то зло от него, от русского человека, исходит. Потому что внутри (как всякий человек), в душе он – хороший. Он не может представить, что в Русском государстве русские люди чувствуют себя плохо по вине таких же русских и по собственной воле. Русский – это свой (свойский, советский). От своих зла не бывает. Зло – всегда от чужих. Российский антисемитизм – это спихивание собственных пороков на козла отпущения, “на евреев.”

Такая есть цитата у Кураева. Он приводит ее как еще один знак зловредности «еврейских публицистов в России». Так вот и записал дьякон в евреи Андрея Синявского, русского по происхождению. Кто же, если не еврей, может такое говорить! Вот и ответ на вопрос о том, как устанавливает дьякон нацпринадлежность авторов из «демпрессы». Сказал что-то нелицеприятное – значит, еврейский публицист.

А если без публицистов, если просто – евреи? Ведь не все евреи – публицисты (рискну заметить даже, что не все публицисты – евреи). Как обстоят дела у дьякона, когда речь просто о принадлежности к еврейскому народу? Есть у Кураева эпизод, который и на этот вопрос проливает некоторый свет. Он цитирует дореволюционную Еврейскую энциклопедию, где, между прочим, упоминается, что в 11 в. некий епископ Рюдигер организовал в г. Шпейере еврейский квартал, окружив его стеной для защиты. Далее Кураев говорит:

Полагаю, что здесь имеет место не сходство фамилий, а упоминается родственник нашего Патриарха Алексия (Ридигера). Мне было бы приятно знать, что тот епископ Рюдигер, живший в 11 веке, – родственник нашего Патриарха. Во-первых, потому, что защищать людей – дело достойное. Во-вторых, русские фашики любят намекать на то, что Патриарх носит еврейскую фамилию, а потому, мол, в патриархийные храмы и ногой ступать нельзя.

Конечно, более достойного способа ответить тем, кого он фамильярно именует «фашиками», никак не придумать. Во всяком случае, вместо того, чтобы напомнить всем, что «нет ни эллина, ни иудея», бравый дьякон РПЦ берется очищать Патриарха от подозрений в еврейском происхождении. Великий смысл сообщения читается так: приятно объявить всем заинтересованным людям, что Патриарх Алексий Ридигер происходит не от евреев. Не знаю, насколько Патриарх был доволен такой услугой - вполне медвежьей, по-моему. Зато немец «фашикам» вполне подходит...

<…> юдофобы требуют "ненавидь как мы, иначе и сам станешь нам ненавистен!". Но и еврейские стандарты политкорректности настаивают: "люби нас как мы любим себя, иначе будешь лишен почетного звания порядочного, просвещенного, интеллигентного, современного человека!".

Не пришлось мне повращаться в среде современных юдофобов, тут Кураеву карты в руки. Про «еврейские стандарты» же – чушь несусветная. Конечно, нам хочется, чтобы нас любили. А кому не хочется? А Кураеву не хочется? Даже дьякону хочется, чтобы его любили. В том числе, чтобы начальство. И может быть, в особенности, чтобы начальство. Так что, пожалуйста, любите нас - как вы любите татар, чувашей, калмыков, эвенков и других нерусских. Что означает: не порочьте нашу традицию, не вешайте на нас своих собак, не приписывайте нам идиотских вещей и не морочьте людям головы такими побасенками. Перестаньте врать про евреев. Как полагаете, г-н дьякон, - годится это как основа для спокойного разговора?

Человеческий, а не идеологически-инквизиционный разговор на эту тему может быть продолжен лишь в том случае, если следующая статья, полемизирующая со мной, начнется с признания очевидного: да, к сожалению, действительно есть такие еврейские публицисты (причем самых разных религиозных взглядов), которые и в начале века, и в советские годы, и в годы “демократических перемен” совершенно недопустимым образом отзывались о России, ее истории и культуре, о православии и Евангелии...

Остановись он на этом, можно было бы говорить о какой-то общей почве для дискуссий (хотя ни одного примера высказываний, порочащих Евангелия, Кураев не привел). Но дьякон продолжает:

...чем и вызвали появление антисемитских настроений… Вот после этого уже можно будет всерьез обсуждать – как же именно эти настроения гасить. Иное поведение будет проявлением двойного нравственного стандарта, то есть – попросту безнравственностью, которая исключает любой диалог.

Видите, как непрост наш дьякон. Мало ему согласия, что порочить русскую культуру и религию – недопустимо. Он еще требует «признать очевидным» – что именно еврейская публицистика вызвала появление антисемитских настроений. Не газета Крушевана разогрела настроения, приведшие к погрому в Кишиневе, нет - еврейские публицисты. Ну а до конца 19 - начала 20 вв. антисемитских настроений и вообще не было. Ни в России, ни в Европе, нигде. Тот самый случай, когда, прежде чем дискутировать, нужно поставить вопрос о простой порядочности. Так что, по всему судя, – не обсуждать нам с Кураевым, «как именно эти настроения гасить». Да и не наша это проблема. Означенные «настроения» - это индикатор морального состояния общества. Кому надо, поймут когда-нибудь, что проще не раздувать, чем гасить. А не поймут – им же хуже. Что до безнравственности и двойных стандартов – в этом (убедимся не однажды), наш дьякон знает толк...

В конце концов слово антисемит стало означать лишь одно: тот, кто не нравится семитам.

До такого не додумался даже столь одиозный публицист, как Шульгин. Книгу свою он назвал, обратите внимание: «Что нам в них не нравится». И заявил без лукавства, просто: «Я антисемит». Но наш-то дьякон непрост...

Если допустить кураевское (вывернутое) определение «антисемита» - чего ж тогда дьякону сетовать на то, что его называют этим словом? Ясно ведь, что он не может нравиться семитам. И очень понятно также, почему. Хотите «человеческого разговора», ваше дьяконство? Извольте. Торжественно обещаю, что на этих страницах ни разу не назову вас антисемитом. Но уж насчет иных титулов и эпитетов, коими богат великий и могучий русский язык, позвольте мне сохранить свободу употребления - по вашим заслугам.

Сучок в глазу и бревно в проруби

Как легко вешаются ярлыки – видно из дикой кампании, развязанной против фильма Мэла Гибсона «Страсти Христовы»,

- пишет Кураев продолжая ту же тему двойных стандартов. И цитирует из газеты краткое резюме «дикой кампании»:

«Еще не вышедшая на экраны картина Мела Гибсона не перестает будоражить общественность. Вот уже почти год идет атака на «Страсть», причем нападают как иудейские, так и католические религиозные лидеры, обвиняющие в антисемитизме картину, которую никто еще толком не видел. Правозащитная организация Anti-Defamation League, выразила опасения по поводу того, что сцены распятия Христа иудеями могут вызвать всплеск антисемитизма. По словам директора Лиги Авраама Фоксмана, картина недвусмысленно дает понять, что иудеи ответственны за распятие Христа. «Мы твердо убеждены, что если фильм выйдет на экраны в сегодняшнем виде, то зажжет огонь ненависти, фанатизма и антисемитизма, который церкви так долго старались погасить». Ранее совет из трех иудейских и шести католических священников изучил наброски сценария и объявил, что фильм теологически неточен, потому что изображает иудеев кровожадными и мстительными. «Фильм может вызвать один из величайших кризисов в отношениях между католиками и иудеями», – заявила сестра Мэри Си Бойз, профессор Нью-Йоркской теологической семинарии. Сам режиссер, отвечая на вопрос, не обидит ли «Страсть» евреев, сказал: «Возможно. Хотя я не хочу никого обижать. Я хочу рассказать правду. Этот фильм должен не обижать, а вдохновлять» (Федина А. Ватикан проникся «Страстью» // Известия 13 сент. 2003).

Заметим: картину «никто еще толком не видел», и уже заранее на нее «нападают», обвиняя в антиеврейской направленности. Как иудеи, так и католики и призывают католика Гибсона не показывать фильм. Вот такая дикая кампания была развязана, с навешиванием ярлыков. А вот другая история, с другим фильмом:

Самое скандальное событие в религиозной жизни России 1997 года произошло 9 ноября. В этот воскресный вечер НТВ показало фильм "Последнее искушение Христа". Конфликт, исподволь зревший последние годы, стал очевиден: крупнейшая информационная империя России объявила открытую войну Русской Православной Церкви.

Повода к тому сама Церковь не дала<...>

<...>Оскорблений не было? Было просто проявлено право любого человека на свободу высказываний? Да, такое право есть. Но есть и его естественное ограничение. Свобода движения моей руки кончается там, где начинается лицо другого<...>

Ну как не согласиться с последним! Читаем дальше:

<...> Так почему же такое же человеческое право не признал г-н Гусинский и его телеканал за христианами? Кто может быть большим "экспертом" в вопросах православия, чем Патриарх? Вам почему-то не нравится Московская Патриархия? Но ведь и католики, и протестанты, и даже мусульмане предупреждали, что фильм – недопустимо кощунственный<...>

<…>Да, у любого человека есть право на дискуссию с христианами, право на критику и на несогласие. Но нет права на плевки и кощунства. Кощунственно запечатлевать в памяти людей постельные сцены с участием Марии Магдалины и… И объяснения: "Мол, это понарошку, это наваждение, которое дьявол рождает в сознании Распятого", ничуть не смягчают ожога<...>

Я скажу: вполне законное возмущение. Настолько очевидно правомерно оно, что можно было бы обойтись и без перехлестов, наскоков и нагнетания страстей. А то выходит уже, будто фильм сделали Гусинский с Файфманом, а не Скорцезе.

<...> С какой стати коллегия сытых и благополучно-безболезненных граждан берет на себя наглость заявлять, что, мол, дубинка, бьющая по голове кричащего человека, не причиняет и не может причинить ему боли? Какое право люди, лишенные вообще чувства святыни (Святыня – это что? это где? это когда?) берутся судить о том, что испытывают люди, у которых чувство святыни не атрофировано?<…>

Дежа вю, а? Картину «никто еще толком не видел», и уже заранее на нее «нападают», обвиняя в антихристианской направленности. Как католики, так и мусульмане призывают еврея Гусинского не показывать фильм. Вот такая справедливая кампания была инициирована. И без ярлыков.

Похоже? Или нет? Мел Гибсон хотел лишь «рассказать правду» о том, как кровожадные евреи распяли Христа, и фильм его «должен не обижать, а вдохновлять» (на какие подвиги?). Какое же здесь кощунство? А НТВ «объявила открытую войну Русской Православной Церкви», показав не правду, а «наваждение»... Ничего похожего. Нет спору, дубинка, бьющая по голове кричащего человека, причиняет боль. Но только - когда бьют меня, православного. А когда такая же дубинка бьет еврея – никому не больно, его крик – это «дикая кампания».

Не так давно американские газеты рассказали об аресте Мела Гибсона. Нет, не за фильм, как вы, возможно, подумали. За управление автомобилем в нетрезвом виде. Впрочем, не совсем так. Полицейский остановил подозрительно едущую машину, и подвыпивший Гибсон стал скандалить. То, что он сказал, ближе всего можно передать по-русски: «Кругом эти жидовские морды!». Вот тогда полиция его задержала. Всего лишь штраф за оскорбление должностного лица при исполнении. Мелкий инцидент, ничего серьезного. Но проливает свет на правдолюбие автора «Страстей Христовых» - и его защитников из РПЦ. Понятно, на какие подвиги должен этот фильм вдохновлять?

***

Передо мной – второе издание книги Кураева (интернетовская версия). Первого я не видел. Вышло оно лет десять назад и вызвало резкую критику, о которой я узнал из этого, второго, издания книги – от ее автора. Его уличили во лжи (нечестное цитирование) и невежестве (записал в еврейки Клару Цеткин). Автора называли антисемитом. На последнее дьякон обижается, но то, что его ткнули носом в собственное дерьмо, его нисколько не обескуражило:

Я удивлен тем, какое внимание мои критики придали этой, в общем-то весьма частной теме.

Говоря по-русски (без эвфемизма не обойтись): плюй в глаза – ему все Божья роса. Скандал, по-видимому, даже приободрил дьякона Кураева и сподвиг его на данное второе – расширенное и дополненное – издание. Оратора забросали гнилыми помидорами, а он делово их собрал и сделал себе соус к шашлыку.

Уже из оглавления книги видно, что содержание сборника гораздо шире, чем декларирует автор в предисловии. «Забытый погром», «Тайна Израиля», «Веселый праздник Пурим», «”Шулхан Арух” и “Письмо пятисот”» - вряд ли все это имеет отношение к «демпрессе» наших дней и ее «уколам». Фактически, разработка заявленного сюжета ограничивается статьями «Постановка проблемы» и «Фильм “Последнее искушение Христа”». Остальное затрагивает вопросы еврейской истории, еврейской ментальности и еврейской же религии. Потому и говорю: не все так просто с г-ном Кураевым. Настолько непросто, что в некоторых вопросах он и сам с собой не может договориться. Похоже, ум с сердцем не в ладу.

Но мы еще не закончили с «демпрессой». Недопустимо оскорблять целый народ, его культуру и историю, согласился я (да это же общее место в кругах порядочных людей!). Правда, есть уколы и уколы. Слово Кураеву:

Излюбленное занятие хамосемитов – хамство в адрес Девы. Тут и открыто антихристианская экзегеза библейских слов: Оказывается, "Лестница Иакова" пророчествует не о схождении Бога к людям, а о будущих бедах Израиля: Иакова осаждали "мрачные видения грядущих веков".

Тут и тексты в стиле – «Небольшие подтасовки дают знаменитое: "Се, Дева во чреве примет" (Ис. 7,14). Правильно: "Смотрите, эта молодка беременна"».

Первая цитата отсылает нас к книге: «Агада. Сказания, притчи, изречения Талмуда и мидрашей». Как можно усмотреть «хамство в адрес Девы» в цитированных словах про «Лестницу Иакова» – знает только просвещенный дьякон. Знает, да объяснить нам не желает. Но это не все. Г-ну Кураеву должно быть известно, что еврейская экзегеза несколько постарше будет, чем христианская. Даже советские идеологи не додумались называть, к примеру, «Записки из подполья» - антисоветской книгой, а ее автора – клеветником на советскую действительность. Г-н Кураев их переплюнул: называет экзегезу заведомо дохристианскую - «открыто антихристианской», а мудрецов Талмуда он ставит в ряд с нынешними журналистами.

Больше того, создателей Талмуда и мидрашей г-н Кураев ничтоже сумняшеся называет «хамосемитами». Ну как вам не ай-яй-яй, просветитель вы наш! Какой пример вы подаете молодежи! А ну как я позволил бы себе что-то подобное в отношении Отцов Церкви... И кто возмущался выпадами против Павла?

Вторая цитата отсылает к моей старой статье «Ловцы человеков сетями лжи» в «Независимой газете» (1993). Вот и ваш покорный слуга угодил в «хамосемиты». Очевидно, что там у меня идет речь о вещах объективных - о лексике и грамматике. Лексика: в оригинале - алма (молодая женщина), но не бетула (девственница). Грамматика: глагол не в будущем времени, а в настоящем (она уже «приняла во чреве» - была дева, да вся вышла). В моей статье ясно сказано, что имеет место искаженный перевод. Напомню, что та давнишняя статья была вызвана никоим образом не желанием опорочить христианство, а только и именно миссионерской активностью среди русского еврейства со стороны проходимцев из христианской организации, называющей себя «Евреи за Иисуса».

Я понимаю, принятый у христиан стилизованный перевод фразы из пророка Исайи освящен их многовековой традицией. Но по Кураеву выходит, что перевод – это оригинал, а оригинал – это перевод. Надо понимать, Исайя писал по синодально-русски, а потом хамосемиты перевели его книгу на иврит – притом, неправильно, чтобы нахамить «в адрес...».

А если просто, по-человечески: коли вы почитаете Деву, так не унижайте Ее подделками. Подложный перевод, чтобы протащить «деву» туда, где ее нет, вот настоящее хамство «в адрес...». И в другой адрес - священных текстов иудаизма. Насколько я понимаю, образ Девы Марии занимает в православии совершенно особое место. Это и Мать, и заступница, и чудотворица, и всех скорбящих радость, и еще больше - олицетворение вечной женственности. Мог ли кто-нибудь представить себе, чтобы православный дьякон использовал такую святыню православия ради заведомой лжи? Прямо скажем, случай неординарный (как там у него: «Святыня – это что? это где? это когда?»). Но ведь и то сказать, без такого притягивания за уши - «улик» остается у Кураева всего-ничего. Почти все у меня воспроизведено выше.

«Я ей: Харе Кришна, Харе Кришна, а она мне: сняли Гришина, сняли Гришина» (В.С.Коваль). Кое-кто слышит не то, что говорят, а то, что ему хочется услышать. Я ему – про еврейский язык и про некорректный перевод, а он мне - «хамство в адрес Девы».

Такой дефект слуха - неспроста. Хамские отзывы о русском народе, его культуре и РПЦ – дело достаточно серьезное и безусловно заслуживает обсужд... да что там – осуждения это заслуживает. Если бы тема книги этим ограничивалась, «последующие сотни страниц» не нужно было бы - не то что читать - их прежде того не нужно было бы писать. Поэтому – а также и по объему (и содержанию) соответствующего материала книги – «уколы» выглядят, скорее, поводом, чтобы обсудить еврейскую традицию, ментальность и религию (уже без ссылок на «хамосемитов»). Обсудить и осудить. И при этом возмущаться - уже не «уколами», а –

...словесными погромами христианства и христианской культуры, которые нередки у еврейских публицистов.

Одержимость дьякона словом «погром» мы уже отметили. Видимо, он рассчитывает, заменив «уколы» на «словесные погромы», сделать более убедительным свое словоблудие. Дальше увидим, что «уколы» (они же – «словесные погромы»), которыми возмущается дьякон Кураев, - это детский лепет в сравнении с тем, что позволяет он себе по адресу евреев и нашей традиции. И если мне приходится кое-где говорить вещи, неприятные для уха христианского (видит Бог, как мне не хочется этого, и прошу прощения у честных христиан), то грех сей падает на голову дьякона Кураева. Он спровоцировал настоящее мое выступление – ему и отвечать. Перед Богом и перед людьми. Хотя, как показала история с критикой первого издания, суд людской ему нипочем. А то, что читал я в его книге, показывает, что и Бога он не боится. Ну-ну.

Кураев настаивает, что выступает здесь как частное лицо, что книга не имеет официального церковного благословения. Однако, будучи рукоположенным священником, он – лицо, по определению, публичное. Такое лицо имеет право на свою частную жизнь и частные взгляды, но, когда оно является публике, оно – представитель того института, чью униформу носит – даже тогда, когда сменяет ее на цивильный костюм. Дьякон делает вид, что не понимает таких простых вещей. Прикидывается. Для такого случая есть в русском народе ядреное выражение. В смягченном варианте: деву из себя строит.

И еще одна цитата:

Еврей, живущий среди чужого народа, воспринимает только его язык. И подобно тому, как русский, которому приходится жить во Франции и говорить по-французски, в Италии – по-итальянски, в Китае – по-китайски, не становится от этого французом, итальянцем или китайцем, нельзя назвать еврея, живущего среди нас и пользующегося нашим языком, русским <…> Он воздействует на общественных лидеров, подрывает национальную гордость и силу нации глумлением и бесстыдными клеветническими учениями <…>

Это не слова Кураева, хотя идея буквально та же, что мы находим у нашего дьякона. Чтобы сделать это очевидным, я поставил слово «русский» вместо слова «немец». А написал эти слова Адольф Алоизиевич Шикльгрубер, известный более под псевдонимом Адольф Гитлер.[6]

Игра в карты по-научному

Я сказал выше, что в некоторых вещах дьякон сам с собой не может договориться. То есть, сам себе противоречит. Порой, однако, возникает странное ощущение, что дьякон и не стремится договариваться сам с собой. И не только не стремится – а это у него сознательный полемический прием – говорить об одном и том же противоположные вещи в разных местах. А какие вещи когда и в каком месте говорить, зависит от того, что лучше работает на главную идею. Такое вот ощущение возникает.

Впервые в своей практике я столкнулся с этим приемом лет двадцать пять назад, анализируя текст «Капитала» Карла Маркса. Там много разных хитрых приемов обнаружилось, вместе составляющих то, что принято называть диалектической логикой. Пришлось заняться их классификацией, согласно которой данный полемический прием Маркса получил название шаг назад – два шага вперед. Хитрый полемист, стремясь что-то доказать посредством вранья, делает однажды неожиданно правдивое, здравое заявление, противоречащее всему, что говорилось до того (шаг назад). Ничего в его целях и задачах это не меняет, потому что дальше продолжается та же ложь. Однако, этот маневр придает его лжи некую убедительную силу – видите, автор ведь все правильно понимает, товарищи-господа, это мы не разобрались. При кажущейся простоте, это очень мощный прием – он побуждает честного читателя самого работать на автора. И автор имеет, чем козырнуть при необходимости, утверждая, что его неправильно поняли, а он имел в виду совсем другое. В итоге, ложь становится более убедительной (два шага вперед). Приведу пример. Есть в книге глава «Забытый погром», в которой вся история большевистского террора, гонений на православие и церковь, разрушения традиционной русской культуры представлены еврейских рук делом. В другом же месте книги Кураев пишет:

Меня самого тошнит, когда я слышу трёп про то, что “во всем жиды виноваты”. Неумно это, неполезно, бессовестно, да и просто неуважительно по отношению к самой России (а с точки зрения религиозной – так еще и Богохульно, ибо господином истории “жидоедский” миф вместо Владыки Христа почитает “синедрион”).

При этом он не только не изымает из корпуса книги названную главу, но и в других главах проводит ту самую идею, от которой, как он уверяет, «его тошнит». Так что кое-где Кураев противоречит себе сознательно. И книгу свою он вытошнил, вполне «ведая, что творит».Описанный прием встретится нам не однажды.

Другой прием Маркса-Кураева выявляется просто. Это – подмена понятий. Прием идентичен карточным фокусам, откуда и получил свое название: передергивание карты. У Куравева он встречается сплошь и рядом, так что даже не имеет смысла приводить сейчас примеры. Всякий раз я буду на это указывать.

Третий метод Маркса, используемый Кураевым, я назвал: «способ суггестивной подачи материала», или переход количества в качество. Автору нужно во что бы то ни стало протащить свою идею по какому-то вопросу, но убедительных доводов у него нет. Тогда он монтирует более или менее длинный текст (можно вперемежку с цитатами или даже преимущественно из цитат), где так или иначе затрагивается данный вопрос. Просто затрагивается, упоминается и т.д., безотносительно к идее, которую наш автор хочет протащить. Предваряется этот монтаж замечанием о том, что сейчас последует подтверждение той самой идеи. Фактически же идея не подтверждается доводами логики или объективными свидетельствами, а внушается читателю. Происходит переход - точнее, перевод - количества (длина смонтированного текста) в качество (впечатление читателя). Примером служит упомянутая уже глава «Забытый погром», вся целиком представляющая собой такой целенаправленный монтаж - и ничего более.

Наконец, выявляется еще и четвертый прием Маркса-Кураева. При всей своей простоте, это очень тонкий и остроумный трюк. Он употребляется тогда, когда автор не в состоянии доказать, что его толкование некоего реального явления - истинно. В то же время автор не желает показать, что он не может доказать, что его толкование истинно. Тогда этот прием и идет в ход. Суть его в том, что в качестве доказательства истинности авторского толкования данной реальности используется... факт наличия этой самой реальности. Повторяю: существование данного явления преподносится как подтверждение точки зрения автора на это явление. Этот трюк освобождает автора от необходимой, но не выполнимой обязанности доказать истинность своего истолкования, а само истолкование – от висящей над ним опасности быть немедленно опровергнутым. Поэтому я назвал его: скачок из царства необходимости в царство свободы. Продемонстрирую названный прием на условном примере:

В процессе горения вещество горящего тела выделяет особую субстанцию – флогистон. Субстанция эта невидима, без цвета и запаха, так что наличие ее не может быть обнаружено непосредственным наблюдением. Но ее существование несомненно из того факта, что определенные вещества могут гореть.

Кто-то может усомниться в том, что такой наивный трюк способен быть использован в серьезном дискурсе. Но кто-то другой уже наверное догадался, что на нем-то и построена вся сплошь книга дьякона Кураева, где существование антисемитизма преподносится как подтверждение кураевского тезиса о его причинах. Ибо ничего убедительного в защиту своего тезиса Кураев не привел и привести не в состоянии.

У Борхеса есть история о путешественнике. Он наткнулся на племя дикарей, которые верили, что их шаман способен превращать людей в муравьев. Когда же он усомнился, ему многозначительно указали на близлежащий муравейник. Но ведь дикари же...

Маркс и его последователи очень любили определенного рода двусмысленные выражения, такие как «наемное рабство», «политическая проститутка», «идеологическая диверсия», «литературный власовец» и т.п. В таких конструкциях первое слово психологически сообщает второму эдакий непрямой – переносный смысл, зато второе окрашивает зловещим тоном все выражение в целом. Естественно поэтому было и для метода Маркса поискать характеристику аналогичной конструкции. Она и нашлась: интеллектуальное мошенничество. Очевидно, что кураевское «словесный погром» структурно есть то же самое, что «идеологическая диверсия» или «политическая проститутка», и потому моя характеристика метода Маркса подходит также и для метода Кураева. Не знаю, правда, насколько удачно в последнем случае слово «интеллектуальное».

Я не утверждаю, что Кураев заимствовал свои методы у Маркса. Скорее всего, он их заново открыл - интуитивно, не зная даже, что совершает открытие. Как это ни удивительно, придется признать, что целенаправленное пудрение мозгов имеет свою объективную логику, заставляя совсем разных авторов действовать по одному шаблону.

Теперь читателю станет ясен мой подход к книге Кураева. Это – не спор, не дискуссия, не полемика, и не т.п. Ни один здравомыслящий человек не станет спорить с мошенником о правомерности его философии. Он скорее постарается публично изобличить подлеца. Сказанное объясняет мой метод работы с материалом. В обычной, нормальной полемике нам достаточно сказать: «автор утверждает, что...» или «мой оппонент высказывает такую идею»... и т.д., после чего мы приводим свои соображения. Здесь я себе не могу позволить такого рода перефразировок. Потому что (1) идея Кураева уже высказана в самом названии книги, (2) вся суть дела в том, как она преломляется в тех или иных высказываниях автора. Мне, для моей задачи, принципиально необходимо приводить высказывания Кураева в натуральном виде – отсюда большой объем цитатного материала, и с этим ничего не поделаешь.

Итак, четыре основных приема (не считая обычной прямой лжи). А у Маркса я нашел их - тринадцать. Но ведь и явления – несопоставимого масштаба. Книга Маркса – это имитация доброкачественной науки, тогда как книга Кураева - это имитация добросовестной публицистики. Да и в личностном плане эти два явления – Маркс и Кураев - не сопоставимы (только и общего, что оба – кандидаты философских наук и к обоим подходит русская поговорка: соврет – недорого возьмет). Пользуясь христианской метафорикой, можно сказать, что в Марксе воплотился сам враг рода человеческого, тогда как Кураев – просто мелкий бес. В последнем предлагаю убедиться немедленно. Прямо со следующей главы можно увидеть, как беснуется дьякон Кураев.

(продолжение следует)

Примечания



[1] Лев Поляков. «История антисемитизма. Эпоха знаний». Гешарим. М., 1998, с.234

[2] Все цитаты из книги Кураева (включая те места, где он сам кого-то цитирует) скопированы прямо с интернетовского текста вместе с опечатками и другими огрехами, за которые я поэтому ответственности не несу. Многочисленные цифровые ссылки, указывающие на его примечания к своему тексту, я – за немногими исключениями – опускаю. Номера псалмов и другие ссылки на Писание я даю согласно иудейской традиции, за исключением случаев особо оговоренных. Выделения в цитатах везде, кроме оговоренных случаев, принадлежат авторам.

[3] В.В. Шульгин. «Что нам в них не нравится…». Изд. ХОРС. М, 1992, с.145

[4] “L’Univers”. См: П.Я.Чаадаев. Полное собрание сочинений и избранные письма. «Наука». М, 1991. Том 1, с.569. В свое время Чаадаев сильно пострадал от властей после публикации первого «Философического письма». Но публицисты (славянофилы), возражая ему, не наклеивали этикеток типа «русофоб». А сегодня принято мягко и уважительно говорить о «парадоксах Чаадаева».

[5] Узнал как-то совсем случайно, что поколения, выросшие после XX съезда КПСС, слышало эту песню без куплета про «всенародный сталинский закон». Поэтому не знают они и начала куплета: «За столом никто у нас не лишний». И от них ускользает пародийность и сам смысл названия раздела.

[6] Катастрофа европейского еврейства. Части 1-2. Открытый университет. Израиль, с. 151. Там имеется ссылка на немецкое издание.

 

 
E ia?aeo no?aieou E iaeaaeaie? iiia?a

Всего понравилось:0
Всего посещений: 516




Convert this page - http://berkovich-zametki.com/2008/Zametki/Nomer7/Majburd1.php - to PDF file

Комментарии: