Orehova1

Известно, что пресса оказывает значительное влияние на общественно-политическую и культурную жизнь любого общества и играет огромную роль в формировании определенных взглядов общественности на те или иные вопросы. Не было исключением данное явление и для Енисейской губернии. И, конечно, «еврейская тема» не оставалась без внимания журналистов как дореволюционного, так и советского периодов.

До революции в Красноярске выходило около 70 различных изданий, которые то закрывались, то восстанавливались в зависимости от политической ситуации. Чисто еврейских печатных изданий не было, как, к примеру, в Томске, там с 1917 г. стал выходить первый сибирский еврейский орган печати - «Вестник сибирских евреев», двухнедельный политический, общественно-литературный и экономический журнал. В Красноярске подписка на этот журнал и его розничная продажа производилась у И.И. Зисмана (Покровская аптека).

Большую роль в типографском деле играли Ю.М. и М.Я. Кохановские, они были издателями большинства либеральных газет Красноярска.

В 80-х гг. XIX в. прибыла в Сибирь за своим мужем Юделем Мееровичем – крестьянином из ссыльных Заледеевской волости – Михля Янкелевна Кохановская. В 1885 г. ею была основана типолитография (ул. Воскресенская и Почтамтский пер., дом Гадаловой).[1] Сначала Кохановские владели типографией совместно с П.С. Смирновым – будущим Городской головой. В 1900 г. они поделили имущество. Смирнову отошел дом, Кохановской досталась типография.

Юдель Меерович был литографом, затем главным редактором типографии и издателем серии почтовых открыток, печатавшихся в Стокгольме на протяжении 15 лет. В 1906 г. он получил свидетельство на право торговли из принадлежащего ему писчебумажного магазина – пишущих машин и принадлежностей к ним.[2] Их сын Меер был врачом. Он открыл в 1907 г. при типолитографии и фабрики каучуковых штемпелей, принадлежащих его матери, граверное заведение ручным способом.[3]

Как писал исследователь периодической печати А.П. Миханев: «Кохановские наглядно демонстрировали факт разделения редакторских и издательских функций, начавшийся в России в XX в… В красноярских условиях наиболее плодотворный союз был у А.А. Жалудского и Кохановских».[4]

В 1907 г. в Красноярске появилась газета «Красноярец», которую редактировал присяжный поверенный окружного суда Аарон Жалудский (крещеный еврей). Издавалась она в типолитографии Кохановских (позднее она имела названия «Красноярский вестник», затем «Енисейская мысль»).

В 1912 г. красноярской мещанке М. Кохановской и почетному гражданину А. Жалудскому Енисейским губернатором было разрешено издавать газету «Енисейская мысль». Редактором был назначен А. Жалудский. Печаталась она в типографии Кохановской. В 1915 г. Кохановская отказалась от дальнейшего сотрудничества, а Жалудскому было разрешено продолжать издание, но уже в типографии Епархиального братства, находящейся по Воскресенской улице в Доме епархиального братства.[5]

Анализ статей политической, общественной и литературной газеты «Красноярский вестник» за 1909-1910 гг. показал, что на ее страницах довольно-таки часто журналистами освещались темы, посвященные деятельности еврейских общин в области экономики и культуры Красноярска.

Информация об участии евреев в хозяйственной жизни города представлена в виде кратких сообщений, объявлений и рекламы. К примеру, сообщалось: «Г. Гольман расширил свою торговлю. На днях в его магазине получена из Варшавы масса мягкой и венской мебели»[6] или «Продажа зимних экипажей, полный ремонт и починка всевозможных экипажей производится у Паценкера (угол Почтам. пер. и Кузнечн. ул. соб. дом)»[7], а единственным представителем вязальных машин для Енисейской губернии являлся провизор Борис Семенович Нови.[8]

О занятиях евреями подрядами и поставками говорили следующие сообщения: «На городских скотобойнях производится ежедневно забой 17-20 штук скота, принадлежащего местному мясоторговцу Соловацкому. Мясо доставляется в Восточносибирские стрелковые дивизии, согласно подряду, взятому им около года тому назад.[9] Поставщиками Красноярской войсковой строительной комиссии были Либман (лес), Эльяшев (асфальтные работы).[10]

Заметную роль в культурной жизни города играл витебский мещанин Суходрев Иосиф Моисеевич. Несмотря на то, что он не имел права проживать в Красноярске, в 1909 г. ему удалось получить разрешение у Енисейского губернатора на проживание лишь на время существования здесь его драматической труппы.[11]

Тем не менее, часто в рубрике газеты «Театр и музыка» помещались сообщения об антрепренере Красноярского городского театра И.М. Суходреве и о его плодотворной творческой деятельности не только в городе, но и за пределами Енисейской губернии. В 1910 г. он ангажировал для работы в театре 30 артистов, «довольно солидных актеров».[12]Суходрев специально ездил в Москву, для того чтобы приобрести пьесы из рук авторов. В сезоне предполагалось поставить несколько оперетт.[13] Кроме того, он управлял струнным оркестром.[14] Вот какой отзыв был написан о нем во время гастролей в Архангельске: «И.М. Суходрев с каждым симфоническим вечером (их было уже 11) завоевывает все большие симпатии публики. Тонкое понимание музыки, умелое дирижирование, подчеркивающее основной характер исполняемого произведения. Все это заставляет считать бенефицианта незаурядным дирижером».[15]

Коллектив под руководством М.И. Суходрева ставил благотворительные спектакли в пользу разных учебных заведений. К примеру, спектакль «Горе от ума» был дан в пользу «Общества для доставления средств нуждающимся ученицам Красноярской женской фельдшерской школы общества врачей Енисейской губернии».[16]

На страницах газеты поднимались также значимые социальные проблемы, связанные с лечением больных евреев на курорте оз. Шира: «Публики в нынешнем сезоне значительно меньше, чем в прошлом году. Объясняют это тем, что въезд на Шира евреям воспрещен. А между тем их бывало более половины всех отдыхающих».[17]

Заслуживает внимание довольно-таки интересная и содержательная заметка, помещенная в рубрике «Местная жизнь»: «Местные магометане приносят благодарность Ю.М. Кохановскому за доставленное помещение в своем доме для молитвенных богослужений на время праздников курбан-байрама».[18]

В газетных публикациях уделялось внимание проблемам, связанным с получением образования еврейскими детьми. Редакция газеты сообщала о ближайшем открытии в Красноярске частной женской гимназии 2-ого разряда г-жой Ициксон в собственном доме, однако «прием евреев, согласно правилам был ограничен»[19] или «приема лиц иудейского вероисповедания в акушерско-фельдшерскую школу в 1909 г. не будет вследствие ограничения Министерством процентной нормы».[20]

Содержание некоторых заметок заставляло задуматься читателей и призывало ответить делом на поставленный риторический вопрос в конце сообщения: «Сбор от спектакля «Уриэль Акоста» в городском театре поступит за вычетом расходов в пользу местного еврейского училища. Много бедноты среди евреев. И мы убеждены, что христианское общество придет этой бедноте на помощь. Разве состоятельные евреи не оказывают посильную помощь бедноте христианской?».[21]

Газета «Енисей» в рубрике «Хроника» от 16 августа 1904 г. поместила статью «Торжество открытия еврейской школы». В этот день было освящено выстроенное 2-х классное еврейское училище, находилось оно рядом с синагогой. Присутствовали губернатор Айгустов, городской голова Шепетковский, директор народных училищ Чтецов и многие другие приглашенные гости. Раввином К.И. Шмерковичем была прочтена молитва. После осмотра помещения губернатор остался доволен. Все были приглашены к столу. В ответ на тосты и поздравления ответное слово держали председатель Попечительного совета А. И. Цукерман, И. Гефтер и учитель училища Гольденштейн.

До появления в свет газеты «Сусанин», органа Красноярского отдела «Союза русского народа» в 1907 г., никаких «выпадов» против евреев в местной печати не наблюдалось. Выходившая с 1907 по 1914 гг. газета насквозь была пропитана антисемитскими сюжетами и призывами. Ее страницы пестрели названиями статей «Еврейская хитрость», «Жиды обижают», «Еврейская наглость», «Наглость жидовки», «Жидовское засилье» и другие, что свидетельствовало о сплошной неприязни ее авторов, чаще всего анонимных, к евреям.

Много внимания в газете уделялось деятельности евреев в разных областях социально-экономической жизни губернии. Чаще всего авторы обвиняли евреев в экономической эксплуатации русских. Так, автор Ермак писал: «Красноярск, этот маленький, чистенький городок с блестящим будущим, не что иное, как Бердичев, даже хуже. Пойдите в Сибирский торговый банк, вы встретите управляющего Хейсина, направитесь на базар, будете поражены: вся торговля в руках этого «угнетенного племени». Из 496 базарных лавок – 92 лавки русские, остальные – еврейские».[22] Автор «Проезжий» ему вторил: «Небольшой город Ачинск скоро будет весь во власти евреев… Евреи – извозчики, содержатели меблированных комнат, пекаря, парикмахеры и пр.».[23]

Красноярское отделение «Союза русского народа» и члены его печатного органа «Сусанин» были инициаторами черносотенного погрома 21 октября 1905 г. (о суде над красноярскими черносотенцами В. Захарове и И. Зеленюке сообщала в 1926 г. газета «Красноярский рабочий»).[24]

В сентябре 1911 г. «Союз русского народа» устроил в городе манифестацию по поводу убийства премьер-министра Столыпина. В городе ожидали еврейского погрома, но его удалось избежать.[25] И все-таки, воздействие враждебных публикаций против евреев подготовило почву для еврейского погрома, происшедшего 7 мая 1916 г.[26]

С 1917 г. в типолитографии М.Я. Кохановской стала издаваться ежедневная политическая и литературная газета, органа Красноярского комитета трудовой народно-социалистической партии «Голос народа». Удалось проанализировать сохранившиеся номера этой газеты за сентябрь-ноябрь 1917 года. По сравнению с другими изданиями в этой газете наиболее полно освещались сюжеты из жизни еврейской общины – праздники, религиозные мероприятия, благотворительные вечера и т.д.

Так, 24 сентября 1917 г. Правление синагоги и Попечительный совет еврейского училища и библиотечная комиссия приглашали через газету евреев на открытие библиотеки им. Фруга.[27]В другом номере газеты подробно описано, как происходило это торжественное событие 26 сентября 1917 г., на котором присутствовали представители от сионистов, Бунда, еврейского литературного кружка и т.д. Здесь же сообщалось: «Закончились еврейские годовые праздники, длившиеся около 3-х недель. Все время синагога была переполнена молящимися. Богослужение происходило стройно и торжественно, благодаря пению кантора и хора. Ввиду тесноты старой синагоги, решен вопрос о постройке новой».[28]

Через газету Хозяйственное правление и председатели всех еврейских общественных организаций давали объявления особо важного характера: об организации избирательного комитета для проведения выборов на предстоящий Всероссийский еврейский съезд[29], о внесении евреев в списки избирателей по выборам в Учредительное собрание[30], об общих собраниях евреев с актуальными повестками дня.[31]

Свержение самодержавия в феврале 1917 г. и отмена 20 марта 1917 г. ограничений в правах граждан России, обусловленных принадлежностью к тому или иному вероисповеданию, были восприняты еврейским населением Енисейской губернии с воодушевлением. Еврейская молодежь Красноярска не осталась в стороне от происходивших событий. Она объединилась во внепартийный кружок, который начал свою деятельность с издания журнала «Первый луч». В Сибири это был первый журнал еврейской молодежи. Как сообщала газета «Свободная Сибирь», из всех общественных течений, которым следуют евреи, журнал отдавал видимое предпочтение идеям сионизма».[32]

Из содержания единственного номера от 9 июля 1917 г., вышедшего на 16 страницах, известно, что «в состав инициативной группы входили Айзенберг, Шофер, Поневежская и Мейеров, на квартире последнего по ул. Гостинской, 100, находились редакция и Бюро еврейской молодежи. Ответственным редактором был Ехиэль Кацнельсон, за короткое время кружок вырос с 12-15 до 35 человек».[33]

Всплеск общественной, культурной и политической жизни после Февральской революции в еврейских общинах Сибири диктовал реформирование общинной жизни на новых началах. Эта проблема активно обсуждалась на страницах «Вестника сибирских евреев»,[34] там же был напечатан отчет о поездке канского общественного раввина Л.М. Глизбурга о поездке по Западной Сибири с целью ознакомления с деятельностью еврейских общин.[35]

О деятельности еврейских общин Енисейской губернии, практически полностью отошедших от соблюдения религиозных традиций, подробно извещала газета «Красноярский рабочий» с 1920 по 1930-е гг.

В 1920-е гг. газета сообщала о некотором «замирании» культурной работы среди местного еврейского населения, объясняя это тем, что прежние культурно-просветительные еврейские организации прекратили свою работу, как не соответствующие требованиям советского строительства, а других организаций, в силу целого ряда причин, еще не было создано.

По инициативе работников еврейской культуры было решено создать Еврейский рабочий клуб (ЕРК) «Цукунфт» (будущность). Организаторы ставили своей главной задачей «приобщение еврейских трудящихся масс к мировой социалистической культуре при помощи родного языка».[36] Торжественное открытие «Цукунфта» состоялось 6 октября 1920 г. по адресу: ул. Советская, 94, бывший дом Либмана. Вечер открылся пением «Интернационала». С 1925 г. в г. Красноярске в Доме просвещения стал работать Партпрофклуб, основной задачей которого ставилось объединение всех служащих и рабочих с целью проведения среди них клубной работы. В этом клубе активной деятельностью отличались еврейская, польская, украинская и татаро-эстонская секции.[37]

В годы первых пятилеток в стране в целом и в Енисейской губернии в частности проводилась антирелигиозная политика, целью которой было «освобождение трудящихся масс от реакционного влияния религии». На страницах газеты выступали рабочие против празднования «поповской пасхи», за «пролетарский май». В статье «Дела пасхальные» автор критиковал деятельность раввина, который накануне еврейской пасхи «начинает проявлять особые заботы о своей пастве», наживаясь за ее счет. Еврейская беднота на пасху отдает последнюю подушку за мацу, чтобы справить пасху «как у людей».[38] Тем не менее, эта же газета не отказалась напечатать в нескольких номерах объявление кустаря-пекаря Герша Самойлова, имевшего свою «Пекарню мацы» и предлагавшего гражданам-евреям в готовом виде мацу по общедоступной цене и при полном соблюдении «кошер-лэ-пейсах».[39]

В январе 1930 г. на внеочередном пленуме Красноярского горсовета по вопросу об изъятии церквей и молитвенных домов «по настойчивому требованию рабочих» прорабатывался вопрос о снятии колоколов со всех церквей города для передачи их в фонд индустриализации, и было предложено закрыть татарскую молельню и еврейскую синагогу.[40]

В 1933 г. на страницах газеты вопрос о закрытии Красноярской синагоги в связи с недостаточным строительством квартир для жителей города поставил еврей Наум Вилькер. Он считал, что «еврейские рабочие и служащие городских промпредприятий выскажутся за закрытие синагоги и передачу ее под жилую площадь»[41], так как огромное двухэтажное здание, занимаемое еврейской синагогой по ул. Урицкого, 17 пустует, а оно может вместить 150-175 человек. Средств у еврейской общины на ремонт и отопление синагоги не было. Верующие евреи просили выделить им для молитв небольшую комнату.

Таким образом, роль периодики в раскрытии основных направлений деятельности еврейских общин Енисейской губернии огромна. Опубликованные материалы на страницах сибирских периодических, несмотря на свой тенденциозный характер, позволяют нам реконструировать картину жизни еврейских общин изучаемого времени. В прессе достаточно часто можно обнаружить такую информацию, которая в архивных материалах по какой-то причине не отложилась.

[1] Архивное агентство администрации Красноярского края (далее ААА КК). Ф. 595. Оп. 7. Д. 438. Л. 15.

[2] Там же. Ф. 595. Оп. 7. Д. 141. Л. 9.

[3] Там же. Л. 4.

[4] Миханев А.П. Периодическая печать Красноярска в общественно-политической жизни Енисейской губернии второй половины XIX – начала XX вв. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. Красноярск, 1998. – С. 31.

[5] Там же. Ф. 595. Оп. 7. Д. 644. Лл. 57-58.

[6] Красноярский вестник. - №9. – 1909, 2 августа.

[7] Там же. - № 72. – 1909, 25 октября.

[8] Там же. - №41. – 1909, 26 сентября.

[9] Там же. - №9. – 1909, 2 августа.

[10] Там же. - № 161. – 1909, 26 августа.

[11] ААА КК. Ф. 112. Оп. 3. Д. 113. Л. 32.

[12] Красноярский вестник. - №9. – 1909, 2 августа.

[13] Там же. - № 155. – 1910, 19 августа.

[14] Там же. - № 165. – 1910, 1 сентября.

[15] Там же. - № 133. – 1910, 21 июля.

[16] Там же. - № 72. – 1909, 25 октября.

[17] Там же. - № 109. – 1910, 22 июня.

[18] Там же. - № 113. – 1909, 15 декабря.

[19] Там же. - № 136. – 1910, 25 июля.

[20] Там же. - № 28. – 1909, 27 августа.

[21] Там же. - № 117. – 1909, 19 декабря.

[22] Там же. – №60. – 1910, 6 июня.

[23] Сусанин. - №150. – 1910, 4 ноября.

[24] Красноярский рабочий. - № 247. – 1926, 29 октября.

[25] Красноярск: этапы исторического пути. К 375-летию города Красноярска. – Красноярск, 2003. – С. 254.

[26] Орехов Н.А. Еврейский погром в Красноярске в 1916 году // История еврейских общин Сибири и Дальнего Востока. Материалы II региональной научно-практической конференции. Красноярск,2001. – С. 51-60.

[27] Голос народа. - № 5. – 1917, 24 сентября.

[28] Там же. - № 8. – 1917, 29 сентября.

[29] Там же. - №20. – 1917, 14 октября.

[30] Там же. - № 46. – 1917, 15 ноября.

[31] Там же. - № 37. – 1917, 4 ноября.

[32] Нам И.В., Наумова Н.И. Еврейская диаспора Сибири в условиях смены политических режимов (март 1917 – февраль 1920-х гг.). – Красноярск, 2003. – С. 21.

[33] Карасик В.М. Первый луч, последний луч? (Еврейская периодика Красноярского края, 1917-2006) // Евреи в Сибири и на Дальнем Востоке: история и современность. Сборник материалов VII региональной научно-практической конференции. Кемерово, 21-22 августа 2006 г. – Красноярск-Кемерово: Красноярский писатель, 2006. – С. 282-283.

[34] Вестник сибирских евреев. Томск, - № 2 – 1917, 19 апреля.

[35] Там же. – № 4 – 1917, 16 мая.

[36] Там же. –№ 185. – 1920, 23 августа.

[37] Там же. – № 38. – 1925, 15 февраля.

[38] Там же. – № 83. – 1928, 7 апреля.

[39] Там же. – № 49. – 1926, 2 марта; № 296. – 1927, 25 декабря.

[40] Там же. – № 10. – 1930, 12 января.

[41] Красноярский рабочий. – № 21. – 1933, 27 января.