• Евгений Беркович. Смятение умов: «банкроты от искусства» 

Публично высказываться против гитлеровского режима Томас Манн воздерживался, опасаясь за судьбу своих книг, пока еще широко издававшихся в Германии. Власти тоже до поры не вносили нобелевского лауреата в число своих заклятых врагов: в списках книг, подлежащих сожжению 10 мая 1933 года, работ Томаса не было. Нацисты все еще надеялись видеть знаменитого писателя в своих союзниках.   

• Хая Оршанская. Моя Судьба 

Родилась в Белоруссии в небольшом местечке Кубличи, Полоцкого района, Витебской области в бедной еврейской семье. Семья состояла из 7 человек: родители, бабушка и четверо детей. Отец работал в колхозе кузнецом и «зарабатывал» трудодни, на которые почти ничего не давали. Мама шила женщинам спадницы, блузки, за что ей приносили полдесятка яиц, или ведро лесных груш, или кочан капусты, а зимой — ковалок сала.

• Михаил Носоновский. Из истории высшего еврейского образования в России

Еврейские нерелигиозные высшие учебные заведения, объединяющие научные исследования и образование, сами по себе являются необычным явлением. Появление таких заведений в западных странах связано с формированием в XIX веке, прежде всего в Германии, Wissenschaft des Judentums, еврейской науки, дисциплины, объединявшей гебраистику, семитологию, библеистику и научное исследование талмудической и средневековой еврейской литературы.

• Сергей Мительман. К истории зарождения еврейского театра в Америке

Все пятеро были земляками из одного города – Кишинёва, все (за исключением совсем юного тогда Бланка) выступали на театральных подмостках Одессы, все после запрета еврейского театра в России в 1883 году продолжили театральную жизнь в Бухаресте, и все вместе перенесли её через три года в Нью-Йорк. 

• Муся Венгер. Швеция и евреи

Ассимилированные лидеры еврейской общины в Стокгольме и прежде всего её председатель Гуннар Юсефсон опасались, что большое число еврейских беженцев ещё больше усилит антисемитизм. После начала войны они опасались и за свою жизнь в случае конфликта с Германией и оккупации Швеции. Поэтому они не противились политике Швеции по отношению к беженцам. Они слишком поздно поняли ошибочность своей позиции. Юсефсон перед смертью сжёг свой архив.

• Элла Грайфер. Для верующих и неверующих

И вот – вопрос: что лучше? Террористический режим, предотвращающий войну, или все же война, как путь к свободе? Ответ, вероятно, в каждом конкретном случае будет свой, но главное – давать его должны сами заинтересованные участники, а не теоретики-миролюбцы.

• Борис Тененбаум. Сельский джентльмен на покое, 1932-1940

На встрече в Мюнхене присутствовали главы правительств четырех европейских держав – Чемберлен, Гитлер, Муссолини и Даладье – но Италия была просто младшим партнером Германии, а Франция уже давно играла роль второй скрипки при Англии. Так что бремя решений пало целиком на Чемберлена, и, надо сказать, он встретил в Германии полное понимание. 

• Марк Азов. Иов

– Все беды, свалившиеся на Иова, свалил на себя сам Иов. Его люди жили, как бы это выразить для вас понятней? «Как у Бога за пазухой», вот как! Даже рабы трудились не за страх, а за совесть. Надсмотрщиков с дубинками и стражей, опоясанных мечами, он не держал. Думал, если он такой добрый – значит сам Бог его «крыша», и никакого войска не надо.  

• Виктор Каган. Читая псалмы Давида

Сбивая сердце в кровь, к тебе я восхожу.
Тысячелетья лишь Тебе я внемлю.
Тебе – моя душа. А тело положу
В Твоею волей созданную землю.