Vigushin1
"Заметки" "Старина" Архивы Авторы Темы Гостевая Форумы Киоск Ссылки Начало
©"Заметки по еврейской истории"
Июль  2007 года

Арон Вигушин


Заметки о моей национальности

            Я еврей!  В самом ли деле я еврей?  Ну конечно же!  На моём семейном дереве все предки, как по отцовской, так и по материнской линии, на четыре поколения, которые мне удалось установить, были евреями из Вильно.  А откуда пришли их предки?  Может из долины реки Рейн в Германии, куда евреи переселялись в 8-9 веках из Франции и Италии.  Возможно из Хазарского Каганата после его падения в 11 веке, или от инквизиции в католической Иберии?  Может, спасаясь от крестовых походов, а может от казаков Богдана Хмельницкого в середине семнадцатого века.  Я никогда этого не узнаю.  Несмотря на все преследования, мои предки, за редким исключением, не отказывались от своей религии, традиций, культуры, а передавали их из поколения к поколению.  Это было главным смыслом жизни евреев.

            У моих предков не было того светского образования, которое получило наше поколение, но “народ книги” имел свою систему образования.  Они читали и изучали Тору, соблюдали обычаи и традиции народа, которому они принадлежали.  Вопроса “Евреи ли они?» - у них не возникало.  У них была система духовности, стремления к совершенствованию, знаниям, поиску путей к богу.  В наше время мир стал запутанным, особенно тот, к которому принадлежат евреи.  Перефразируя блаженного Августина, одного из отцов западного христианства, скажу:  “Я хорошо понимаю кто такие евреи, пока меня об этом не спрашивают, но я ничего не могу ответить на вопросы о евреях, когда их задают.”

            Мою жизнь я начинал польским евреем, ведь когда я родился, Вильно теперешний Вильнюс принадлежал Польше. В то же время я был литваком - все польские, прибалтийские и белорусские евреи относились к этой этнической подгруппе с присущим людям этой подгруппы специфическим произношением на идиш, своими традициями, рецептами и способами приготовления пищи.

            В 1939 году мы, эмигрировав в Минск, незадолго до начала второй мировой войны, стали советскими евреями, а в 1980 году, эмигрировав в США, моментально были прозваны “русские евреи”.  Вместе с тем, я отношусь к группе ашкеназийских евреев (ашкенази на иврите-немецкий).  По своей религиозной принадлежности в Польше мои родители были польскими гражданами Моисеевой веры.  На польском языке “еврей” произносится как “жид”, а в русском языке называли жидами евреев в отрицательном, ругательном смысле. 

            В СССР в паспорте моя национальность была обозначена формально как еврей.  Не вдаваясь ни в какие семантические объяснения, это слово из пяти букв значило многое в обществе государственного и бытового антисемитизма.  Эта запись нередко по значению приближалась к жёлтой звезде Давида, которую принуждали носить в странах, оккупированных немцами, или обозначала принадлежность к низшей касте неприкасаемых, как у индусов.  Она определяла твоё настоящее, будущее, отношение сослуживцев, соседей и властей.  Национальность “еврей” была моим пятым пунктом, или, как шутили, инвалидностью пятой группы.  Противоречия были повсюду, в том числе и в понимании того, что такое национальность.  “Крупный специалист” по национальным вопросам И. Сталин писал, что национальность могут иметь только те люди, кто имеет общность территории и государственность.  Коль у евреев, в силу исторических катаклизмов, в течении двух тысячелетий не было ни того, ни другого, у них не было причин “по Сталину” быть объединёнными в группу называемую “национальность.” 

            Я поставил вопрос:  “Еврей ли я?” не как риторический, рассматриваемый многими авторами, пишущими на эту тему.  Это чисто личный вопрос человека, ищущего своё самосознание, так же как ищут его многие люди моего поколения.  Разные авторы рассматривали принадлежность к еврейству под различными углами зрения: историческими, социальными, философскими, религиозными, национальными, культурными.  Отсюда и критерии отнесения к еврейству: религия, еврейское происхождение матери, наличие культурных или этнических корней и т. п.  Чаще всего отношение к еврейству определяется многими критериями в различной концентрации.  Есть две общие - я бы назвал их лингвистические причины усложняющие ответ на поставленный вопрос:  1) семантика любого слова это размытое поле понятий, зависящее от того кто интерпретирует данное слово, 2) слова, означающие то, что мы хотим однозначно определить сами не бывают однозначными.  Короче, заколдованный круг, из которого чаще всего выйти не удаётся.  Что касается слова “еврей” (по-русски), jew (по-английски), иехуди (на хибру), аид (на идиш), то этимология точно не определена и имеет различные толкования.

            Можно поискать ответ на вопрос:  “Еврей ли я?” в истории разделения на Израиль и Иудею, когда слово “еврей” впервые стало употребляться. Можно также учесть такие реалии, как различные этнические группы (Ашкенази, Сефарды, Мизрахи, Темани, Бен Израиль, Бета Израиль), различные языки (хибру, идиш, ладино, иудео-арамический, иудео-арабский), страны проживания евреев (Израиль, США, Россия, Германия, Испания, Канада и т. п.).  Нельзя не учитывать и различные  ветви иудейской религии (ортодоксальная, консервативная, реформистская, караимская и т. д.), а также различные политические, социальные и культурные движения евреев: Хаскала, Сионизм, Бунд, Кибуцы и т. п.

            Живя семнадцать лет в Техасском городе Эль-Пасо с его пятитысячной еврейской общиной, я посещал хасидскую синагогу.  Но я, вместе с тем, гордился и Виленским происхождением моих предков, передавших мне традиции “Литовского Иерусалима”, мирового центра еврейской религии и культуры.   Как известно, между традиционной иудаистской религией сотни лет существовавшей в Вильно и хасидизмом были определённые довольно серьёзные разногласия.  Я же оказался между двумя религиозными стульями.  Моё религиозное воспитание в детстве отвечало букве традиции, приехав в США я стал хасидом, а в промежутке длившимся 40 лет я насильно был оторван от религиозного образования, следуя идее К. Маркса “религия - опиум для народа.”

            При советской власти слово “еврей” считалось “некошерным”. Иногда меня называли лицом еврейской национальности, а иногда сионистом, хотя к последнему я не имел никакого отношения.  Простонародье хорошо освоило польское произношение слова “еврей” - “жид”, раскрывать содержание которого не имело смысла, так как тем, кто пользовался польским словом, внеся в него резко отрицательное содержание, было понятно, что хорошими людьми они (жиды) быть не могли и что-либо полезное для русского народа и “советской родины” сделать не захотят.  На самом деле уровень лояльности власти, стране большинства евреев был очень высок и их достижения в развитии науки, искусства, промышленности, обороны СССР, невозможно оспорить, но государству с антисемитской идеологией факты не нужны.

            Патологическое непринятие евреев, более того, неприкрытая антиеврейская пропаганда застилала глаза колосса на глиняных ногах.  Не было ли это одной из причин падения коммунистической власти и развала страны?  Поймут ли это в странах бывшего Советского Союза и сделают ли правильные выводы?  Пока же мне трудно поверить, что те же люди, которые поддерживали антисемитизм в СССР, изменились и стали любить евреев. Десятилетия открытого антисемитизма ещё живут в памяти евреев, тех кто эмигрировал, и тех кто остался там жить.  Никто из нынешних правителей страны не взял на себя смелость заклеймить антисемитизм и извиниться перед еврейским народом.  Не говоря уж о символических репарациях за нанесённый евреям, мягко выражаясь, ущерб.  Видимо, ещё не время для этого?  А наступит ли оно когда-либо?  Я весьма скептичен в этом. 

            Желание быть великой державой - в крови России.  Только цивилизованный и свободный от предрассудков многонациональный народ России может этого добиться.  Для этого правителям страны надо объединить, вдохновить народ, избавить от болезней прошлого национализма, поставить перед ним национальную цель.  Способны ли они на это?  Пока же, анализируя действия руководителей России, я вижу только старый, избитый приём, который они пытаются использовать для воплощения в жизнь великодержавной России - это патриотизм.  Как показала история, патриотизм хоть и является положительным качеством индивидуума, в государственном масштабе склонен скатываться к шовинизму, национализму, расизму.  Эти измы всегда были хорошим навозом для почвы, на которой произрастал антисемитизм.  Антисемитский лозунг “Евреи во всём виноваты!» - ещё не похоронен.  Поэтому надо быть бдительным.  Если, не дай бог, в стране что-то пойдёт не наилучшим образом - вспомнят об евреях.  Как пелось в одной неприхотливой, но чётко выражающей эту мысль, песенке:  “Если в кране нет воды, значит, выпили жиды”.

            В России осуществляется замалчивание уничтожения евреев с участием местного населения.  В советское время факты активного участия карательных отрядов из местных жителей в уничтожении советских евреев тщательно скрывались, поскольку противоречили официальной идеологии, лгавшей о “братских народах СССР”.  Кроме того, доктрина государственного антисемитизма запрещала какую-нибудь правдивую информацию об евреях.

            Сейчас в России в ходу новая теория, что коммунисты (на новорусском языке к ним причисляют всех евреев) всячески притесняли русский народ, и потому истребление евреев было воспринято русским народом с чувством глубокого удовлетворения.  Всё это та же антисемитская идеология националистов разных мастей на новый лад.

            Не менее серьёзные сигналы поступают и из бывших прибалтийских республик.  Граждане этих стран, служившие в карательных бригадах СС и принимавших непосредственное участие в решении “еврейского вопроса”, отныне считаются народными героями.  Более того, в настоящее время представители националистических организаций в США уже требуют предать суду “за военные преступления” оставшихся в живых солдат евреев, воевавших в Красной Армии.  В конце мая, в еженедельнике всеукраинской Региональной Академии Управления, которой обучается 30000 студентов, было опубликовано открытое письмо к президенту Ющенко.  В нём содержался призыв к юридическому запрету всех еврейских организаций, потому что евреи повинны в геноциде украинского народа.  В письме утверждается, в частности, что “большевики” еврейского происхождения несут прямую ответственность за уничтожение 10 миллионов украинцев.  И это далеко не все примеры наступления антисемитизма за последние месяцы. Эти выступления показывают, что у антисемитов нет проблем с дефиницией слова “еврей”, им понятно кто такие евреи, а вот у самих евреев, у государства Израиль проблем с определением еврейства множество.  Не поэтому ли в Израиле нет чёткой политики по вопросам репатриации и эмиграции. Согласно “Закону о возвращении”, Израиль стимулирует к репатриации евреев и нееврейских членов их семей.  Вместе с тем, оно не в состоянии справится с неизбежно возникающими проблемами родственников, не попадающих под категорию репатриантов.  В результате тысячи человек бегают по инстанциям с просьбой разрешить воссоединение семей. Суды завалены исками тех, чьи просьбы были отклонены.  А чиновники МВД Израиля продолжают издевательски относиться к любому нееврею, пытающему получить желанный статус. 

            Признавая, что выработать более-менее универсальное понятие “еврей” непросто, мы не можем согласиться с некоторыми авторами, которые считают эту задачу невозможной.  К тому же это опасное явление может быть использовано юдофобами разных мастей для отрицания существования евреев, как реальности в современном мире.  Они могут рассуждать так:  “Мол, неизвестно точно кто такие евреи, значит, нет евреев!”  Евреи, по логике таких отрицателей нужны определённому мировому еврейству для подчинения себе других народов.  Евреи, по их мнению, не более как концепция политико-экономическая и социальная, такие как “коммунизм”, “социализм”, “фашизм”, “демократизм” и другие измы.  Отрицателям не нужны факты - им нужны питающие толпу народа антиеврейские идеи, демагогия и доступ   к средствам пропаганды, позволяющие поддерживать огонь антисемитизма в мире.  Именно поэтому следует приложить максимум усилий для разрешения противоречий, накопившихся за последние столетия в определении понятия “еврей”.

            Какие основные противоречия я вижу?

1. Непримиримость этнического и религиозного аспектов. Светское понятие нации, сионизм, национализм в различных формах к иудаизму имеют мало отношений.

2. Разногласия по отношению к евреям людей, говорящих на разных языках: иврит, идиш, языке страны расселения.  На каком языке евреи должны говорить?  Этот вопрос дискутировался на протяжении всей истории еврейства, отдавая предпочтение то одному языку, то другому.  Все языки, на которых общались евреи, обслуживали потребность коммуникации на различных промежутках их существования. Так, даже иврит, который считается “вечным” языком, не существовал до Авраама. Авраам использовал арамит-древний персидский язык жителей междуречья - чтобы создать язык для исследования духовного мира.  Идиш был создан в десятом веке для общения евреев, рассеянных по странам Европы.  Да - это “местечковый” язык и ничего отрицательного в этом нет.  Просто евреи были вынуждены жить в местечках, в так называемой черте оседлости.  Как только не нарекали идиш.  Его называли немецким языком с еврейской подкраской, немецким жаргоном и языком, не имеющим будущего.  Вместе с тем ещё рано говорить о смерти идиша. Конечно, с созданием Израиля иврит стал государственным языком, но я вижу будущее в сосуществовании обоих языков, имеющих богатое культурное наследие.

3. Наличие различных этносов-культур.  Если исходить из положения, что этносы объединяет общая вера, то тогда из определения еврейства выпадают ашкенази, сефарды, мизрахи нерелигиозного образа жизни. Но не зная точного определения этноса, как мы можем быть уверены в том, чтобы быть евреем надо принадлежать к иудейской религии.  Нелогично.

4. А что такое иудейская религия? Наличие нескольких ветвей религии объективная реальность.  И, если кто-то пытается определять кто “настоящий еврей”, в зависимости от принадлежности к той или иной религиозной ветви, просто не учитывает реальность и динамику развития человечества и еврейства в частности.

5. Немало авторов, не найдя путей более чёткого определения понятия “еврей” выдвигают звонкие лозунги мало что имеющие для практики и теории этого вопроса.  Вот некоторые из этих лозунгов:  “Главная общность народа - это общность судьбы”, “В современном обществе евреев объединяет, главным образом, антисемитизм”, “Евреев объединяет два главных признака - отрицание идолопоклонства и почитание патриархов”, “Еврей-это тот, кто чувствует себя евреем и не пытается изменить такое самоопределение”, Евреи - это те, кто хочет им быть”, “Евреи - это те, кто имеет хотя бы четверть еврейской крови (Гитлеровская дефиниция евреев)”.

Математические модели отнесения к еврейству также полны противоречий.  Например, модель такого типа:  “Имеется множество Е людей, называемых “евреями”, для которых выполнялись условия (критерии) А1, А2, А3, …..Аn.  Например, говорящих на идиш, исповедующих иудаизм, у кого мать еврейка и т. п.  По многим соображениям я сомневаюсь, что математические модели такого рода когда-либо будут иметь практический смысл.  Хотя бы потому, что сами математики не могут определить “а кто такой математик?”.  Полушутя-полусерьёзно можно ответить:  “Тот кто занимается математикой”. Сразу возникает вопрос:  “А что такое математика?”.  Ответить на такой вопрос однозначно и определённо невозможно.  Та же проблема возникает со многими понятиями, в том числе с понятием “еврей”.  Ответ на вопрос “о математиках” пытались разрешить и таким образом.  Мол, математики это те кого признанные математики признают своими, используя метод экспертных оценок.  А кто признает признанных математиков?  Профессора математики, зав. кафедрами, редакторы математических журналов и т. п. Слишком неопределённо и расплывчато.  А что, если человек не математик, а из другой области знаний, использовал математические знания и методы для доказательства    и открытия каких-то закономерностей в своей отрасли?

            В прошлом мне попалась в руки диссертация, написанная с одной целью:  разобраться с понятием “Статистика”.  На трёхстах формулировках статистики, определяемых различными авторами, диссертант пытался дать простое, универсальное, однозначное определение.  Так что определение слова “еврей” далеко не единственная, архисложная задача, связанная с попытками однозначного универсального определения.  Жизнь намного сложнее самых изощрённых теорий.  Любые определения понятия “еврей” будут испытываться многими путями.  Например, модель должна будет ответить на многие конкретные вопросы.  Как вписать в систему Дизраэли или Карла Маркса, Осипа Мандельштама, Бориса Пастернака, Александра Галича и других известных людей, перешедших в христианство?  Или, как вписать в систему католического французского архиепископа Монсеньера Люстиже, еврейского мальчика, спасённого добрыми католиками от фашистов.  Кстати, Люстиже признаёт своё еврейство и с гордостью отвечает на вопросы, связанные с его родителями.  Да мало ли встречается в жизни случаев, связанных с самоопределением еврейства детьми смешанных браков, внуков евреев, детей усыновлённых евреями.  Некоторые были ассимилированы обстоятельствами, но желают вернуться в лоно еврейства.  А что делать с так называемыми маранами, которых под угрозой смерти заставили отказаться от иудейской религии, хотя многие века они тайно соблюдали традиции своих предков.  Ещё более сложно вписать в систему татов (горских евреев), караимов, фалашей, имеющих уникальную историю еврейского происхождения.  Ну а что делать с “пробирочными детьми”?

Когда сперма от мужчины-донора (еврея), помогает родить ребёнка женщине другой веры.  Или  наоборот, сперма мужчины (христианина) помогает родить женщине еврейке.  А ведь это не научная фантастика, а уже реальность.  Готовы ли раввины, с помощью Галахи дать ответ на этот вопрос?  Наверняка, в Галахе нет прямого ответа и раввинам придётся, как нередко это случалось, читать между строк или вычислять новую гематурию для этого случая.  Да, система определения кошерности “пробирочных евреев” не за горами.  В связи с развитием индустрии клонирования и получения положительных результатов создания клонов кошек, собак, овец, стало ещё труднее ответить на вопрос ребёнка из шутки С. Я. Маршака: “Папа, а наша кошка тоже еврейка?”

            В реальности, на мой взгляд, отношение человека к еврейству можно определить в трёхмерном пространстве.  На одной оси человек отражён как продукт генеалогического прошлого, то есть он рассматривается с точки зрения еврейских корней.  На второй оси находится еврейское самосознание человека, то есть куда сам человек относит себя в отношении еврейства. Поле самосознания “еврейства” огромно и чрезвычайно разнообразно.  От ощущения общности исторической судьбы с еврейским народом до самостоятельности выбора: хочет он или не хочет быть евреем.  В промежутке между этими полюсами имеется множество состояний самосознания.  Когда на вопрос самому себе, человек решает, что он “наполовину еврей”, “частично еврей”, “что-то еврейское во мне есть”, “не ощущаю себя евреем и не стремлюсь им стать”.  Это довольно большая группа людей, сомневающихся, затрудняющихся определить себя однозначно.  Их я называю “сконфуженные евреи”.  Эта группа подвержена наиболее частым изменениям в связи со многими факторами, в основном имеющих отношение к социуму данного человека.  На третьей оси лежат критерии общественного социума, где находится в данное время человек. Это и социально-общественная система, с её уровнем приемлемости евреев, это и культура большинства, где евреи всегда жили в меньшинстве, это и условия справедливости, созданные обществом для всех национальных и этнических групп.  Условия справедливости должны рассматриваться с точки зрения реальных возможностей для всех групп населения активно участвовать в различных уровнях управления обществом, в экономике, науке, культуре и т. п.  Справедливость должна рассматриваться также с точки зрения организации и функционирования межкультурных контактов.

            Я специально не применяю известных словосочетаний таких как “еврейская национальность”, “еврейская нация”, “еврейский этнос”, “еврейская идентичность”, “еврейская религия”, “иудаизм”, “еврейская культура”, “еврейский народ” и т. п.  В печальные времена советского антисемитизма все усилия правящей верхушки были направлены на запутывание понятий, связанных с еврейством.  Они использовались как поводы для притеснения, ограничения евреев и даже для отрицания признания евреев, как национальности, этнической группы, культурно-исторической общности.  Нет национальности - не нужна им культура, библиотеки, учёные, писатели, поэты, актёры, режиссёры, газеты, типографии, школы, учителя.  А кто пытался заниматься этим без разрешения властей, становился изгоем.  Ему привешивали ярлыки “безродных космополитов”, шпионов сионистских организаций Америки и Израиля.  Разве такие действия могли содействовать условиям роста национального еврейского самосознания?  Конечно нет.  Два-три поколения евреев насильственно было выведено из естественного процесса развития еврейского самосознания, создав кризис еврейской идентичности.  По своей разрушительной силе это может быть сравнимо с результатами преследования евреев в странах рассеяния в средние века. 

Целью этой статьи было желание заострить внимание читателя на двух вопросах:

1. Создание однозначного, универсального определения понятия “еврей” чрезвычайно важно как в теоретическом, так и в практическом аспектах.

2. Несмотря на сложность создания удовлетворительного определения понятия “еврей” - это возможно сделать коллективными усилиями специалистов многих научных профессий, имеющих отношение к проблеме.

Как известно, категорические отрицания в науке могут жить достаточно долго, но не вечно.  Поэтому утверждение, что выработать универсальное определение “еврей” в принципе невозможно, не должно остановить истинных учёных от работы над этой проблемой.  А сравнение этой проблемы с созданием “вечного двигателя” совершенно неправомочно.  Так можно дойти до отрицания необходимости развития науки.  (Я имею в виду абзац из статьи Перельмана в номере 4 за 2005 год интернетовского журнала “Заметки Берковича”:  “Если кто-то пытается заставить вас поверить в то или иное определение понятия “еврей”, вы должны знать, что перед вами человек очень в чём-то заинтересованный, либо, скажем помягче, не совсем образованный.”  Разве можно заранее отвергать любую критику, рецензию или замечание?  Ставить себя превыше всех не делает чести любому человеку, тем более, как я понял из статьи, физикам-профессионалам, с полувековым стажем работы.  Как говорится в одной мудрости:  “Если ты самый умный-то кто же тебя поймёт?”

Приехав в США, когда мне было 44 года, из СССР, где не получил почти никакого религиозного образования, я попытался уже в Эль Пасо чему-либо научиться.  До тех пор пока раввин не выписал мне молитвенник с переводом на русский язык, я часами сидел в синагоге, не понимая, о чём молятся на иврите местные евреи.  У детей другое дело.  Мой старший сын, приехав в США в девятилетнем возрасте, довольно свободно читает молитвы, ходит в синагогу и имеет интерес к еврейской культуре.  Младший сын учился в талмуторе, прошёл бармитство, но не захотел совершенствовать своё еврейское образование.  Ему было скучно на уроках, которые проводил раввин, и сын взял на себя миссию веселить класс.  Однажды, когда за его поведение меня вызвали к директору школы, я спросил:  “Что он такого сделал?”  Он задаёт много вопросов, - ответил раввин, смешит класс и никто меня не слушает.  “А какие вопросы задаёт мой сын” - спросил я.  Ведь совсем неплохо, если дети хотят глубже знать предмет?  И раввин привёл мне один вопрос, который до сих пор сидит у меня в голове без ответа:  “Надо ли кошку кормить кошерной едой, если в семье соблюдается кашрут”?  Короче, я перевёл сына в регулярную школу, где, естественно, уроков еврейской религии и культуры не было. Окончив университет, он женился, воспитывает двух детей и стал объектом американо-еврейской статистики, где 50% евреев создают смешанные семьи.  Так что по Галахе мои внуки уже не могут называться евреями, а следуя одному из высказываний:  “Евреем может быть лишь тот, у кого внуки евреи”, - я тоже выпадаю из категории евреев!  Формально, конечно, - фактически в моём сознании и поведении ничего не изменилось.

Так кто же я всё-таки?  Я еврей - без чёткой научной дефиниции. Все вокруг меня, и я в том числе, чисто интуитивно понимают, что я еврей со всеми вытекающими отсюда последствиями.  Если будет необходимо, ответственность за это я готов взять на себя.  Пройдя многочисленные названия моего еврейства, сегодня я американский еврей.  Понимая, что американец это не этнос, а словосочетание - название “американский еврей” не более как фраза, имеющая мало смысла, я всё же еврей и это прошу считать как аксиому моего происхождения и моей жизни.


   


    
         
___Реклама___