Girin1
"Заметки" "Старина" Архивы Авторы Темы Гостевая Форумы Киоск Ссылки Начало
©"Заметки по еврейской истории"
Июль  2007 года

Илья Гирин


В июне тридцать седьмого

(К семидесятилетию «дела военных»)

 

            11 июня 1937 года Специальное судебное присутствие Верховного Суда СССР приговорило к смертной казни восемь видных военачальников РККА* по обвинению в «нарушении воинского долга (присяги), измене Родине, измене народам СССР, измене рабоче-крестьянской Красной Армии» [1], согласно печально известной 58-й статье УК РСФСР. В ту же ночь все осужденные были расстреляны.

 

Был ли «военно»-троцкистский» заговор?

 

            Формально на этот вопрос отрицательно ответила военная коллегия Верховного суда СССР еще 31 января 1957 года, отменив приговор в отношении каждого из осужденных и прекратив дело за отсутствием состава преступления, и ответила отрицательно, но позже, в ходе «ползучей ресталинизации»,  этот ответ был поставлен под сомнение сначала Иваном Стаднюком в романе «Война», написанном в годы «застоя» [2] , в наше время - сталинистами вроде А. Бушкова [3] и солидаризовавшегося с ним в этом вопросе Виктора Суворова (В.Б. Резуна) [4]. Парадоксально, но появились попытки дать утвердительный ответ и со стороны убежденных противников сталинизма, которые хотели бы представить главного обвиняемого - маршала М.Н. Тухачевского - этаким советским фон Штауффенбергом, как это сделал недавно Е.А. Киселев, опираясь на мемуары невозвращенца сотрудника НКВД А. Орлова [5].  Ни одни, ни другие не удосужились, точнее не захотели, обратить внимание на некоторые бросающиеся в глаза аспекты:

            Во-первых, почему для заговора был выбран именно 1937 года, когда страна как-то отошла от ужасов коллективизации и индустриализации, карточки были отменены, а любая оппозиция «отцу народов» перестала существовать? Куда проще было свергнуть Сталина в двадцатые годы, когда в армии было немало сторонников Троцкого, или во время коллективизации, когда крестьянская в своей массе армия пошла бы за чертом с рогами, лишь бы он отменил колхозы? Киселев со ссылкой на Орлова пишет, что некто Штейн нашел доказательства того, что Сталин был агентом охранки и «поставил в известность о своей находке наркома внутренних дел Украины Балицкого, тот, в свою очередь, – командующего Киевским военным округом Якира и руководителя ЦК республиканской коммунистов Косиора. Вскоре новость дошла и до маршала Тухачевского» [6]. Не говоря о том, что к мемуарам бывших спецслужбистов вообще надо относиться критически, в данном случае вызывает сомнение следующее: Орлов с сентября 1936 (!!!) был в Испании, откуда в СССР не вернулся, так что историю сию мог в лучшем случае только слышать;  далее, зачем Балицкому надо было ставить в известность Якира, который не был ни его начальником, ни его подчиненным, (Косиора, кстати, он по правилам того времени мог тоже не информировать)?

 

Первые маршалы Советского Союза. Сидят (слава направо): М.Н.Тухачевский, К.Е.Ворошилов, А.И.Егоров. Стоят: С.М.Буденный и В.К.Блюхер. 1935 г.

 

 

            Во-вторых, как даже теоретически мог произойти захват власти заговорщиками? Еще с ленинских времен в стране существовал примат партии над всеми остальными институтами государства: сам Ленин (!!!) говорил о «необъятной власти», которую получил Сталин, став генсеком, (а это было еще при жизни «вождя мирового пролетариата»), - следовательно, существовало два выхода: либо снять Сталина со-товарищи со всех постов  («9 термидора а-ля рюсс»)  согласно партийному уставу, либо совершить военный переворот, эдакое «18 брюмера Михаила Тухачевского», устранив власть партии. В первом случае военным надо было как минимум созвать пленум  и доставить в Москву его участников, что сделать было невозможно из-за полного сталинского контроля над НКВД, партаппаратом и спецсвязью: кстати, как показали и крах Л.П.  Берия в 1953, и «разгром антипартийной группы» в 1957, военные в СССР могли действовать успешно тогда и только тогда, когда имели поддержку главы партии, о чем свидетельствует конец карьеры самого маршала Г.К. Жукова, сыгравшую важную роль в данных событиях. В случае же «18 брюмера» нельзя не учитывать того факта, что все без исключения «заговорщики» были весьма лояльными коммунистами (большинство вступило в партию в 1917-1920 г.г., а Виталий Примаков - в 1914),* участвовали в гражданской войне, особой гуманностью к врагам большевистского режима не отличаясь, так что для них и партия и большевистская идеология были, как красные флажки для волка, за которые они не смели выйти, не говоря уже об отказе от нее.

             В-третьих, к 1937 году уже произошло перерождение советской и военной, в том числе, верхушки. В своей весьма взвешенной и объективной книге «Война и мир Михаила Тухачевского» Юлия Кантор приводит слова Владимиры Уборевич, дочери расстрелянного командарма: «… Мама растаскивает свою антикварную посуду, меха (обезьяна, горностай - еще от дедушки), бабушкины бриллианты по друзьям и подругам…», [7] и показания Н.Е. Тухачевской, жены маршала: «…передала 2 скрипки, котирующиеся наравне с валютой (одна из них мастера Руджиэри [так в тексте - ИГ])…» [8]. Не думаю, что даже сегодня 99% жителей любой страны с самым высоким уровнем жизни, могут не то, что иметь - мечтать о скрипке «мастера Руджиэри», о горностае или об антикварной посуде. А тогда, даже те, кто имел эти вещи «от дедушки» или «от бабушки», либо отдали их «добровольно-принудительно», либо обменяли их на продукты, чтобы не умереть с голоду.  Добавьте к этому сонм любовниц, похождения с балеринами и актрисами,  и станет ясно, что никому из «заговорщиков» не были нужны ни «9 термидора» - они уже сами стали термидорианцами,  - ни «18 брюмера» - они уже рисковали слишком многим.

            Наконец, среди самих военных не было никакого единства. Тухачевский и Егоров ненавидели друг друга еще с польской кампании 1920 года, Блюхер был «сам по себе» и любви к Тухачевскому не испытывал. Словом, до тех пор, пока не будут найдены документы, доказывающие обратное, можно смело считать, что «заговор» существовал только в головах следователей НКВД и нынешних ревизионистов. Были, наверное, насмешки над некомпетентным и бездарным в военном деле наркомом обороны К.Е. Ворошиловым, какое-то «ворчание», но не более того… 

* - см. Приложение

 

Михаил Тухачевский как советский Клаус фон Штауффенберг?

 

            Как бы не хотелось некоторым представить маршала именно так, реальность несколько иная. Попробуем рассмотреть обе исторические фигуры в стиле знаменитой «информации к размышлению».

            Полковник Клаус Филипп Мария Шенк граф фон Штауффенберг первоначально поддержал нацизм, так как считал его единственным политическим движением, способным и возродить Германию, и избавить ее от унижений Версальского договора. Иллюзии этого выходца из одной из старейших аристократических семей Южной Германии, тесно связанной с королевским домом Баден-Вюртемберга, и верующего католика, однако быстро рассеялись после антикатолических действий Гитлера, и после «Хрустальной ночи», опозорившей, по его мнению, Германию в глазах всего «цивилизованного» мира,  так что уже к 1939 году граф стал противником нацистского режима. [9]

            Маршал Советского Союза, кандидат в члены ЦК ВКП (б), член ЦИК СССР всех созывов, Михаил Николаевич Тухачевский вступил в партию в 1918 году, и как бы не хотелось Е.А. Киселеву доказать, что был Михаил Николаевич «абсолютно чуждым коммунистическому доктринерству», [10] факты говорят против этого. В 1920 году командующий Западным фронтом Тухачевский в своем приказе патетически призывает: «На штыках понесем счастье и мир трудящемуся человечеству!». В 1921 он беспощадно подавил восстание в Кронштадте, нет, не против советской власти, но против диктатуры и террора большевиков, за «свободу слова и печати для рабочих и крестьян, анархистов, левых социалистических [подчеркнуто мной - ИГ] партий» [11]. «Чуждый коммунистическому доктринерству» Тухачевский же называет восставших «матросней» и  «изменниками». В том же 1921 он же беспощадно расправляется с восставшими крестьянами Тамбовской губернии (т.н. «Антоновский мятеж», и призывает «уничтожить последнего врага - эсеровскую саранчу». Да и впоследствии в никаких оппозициях «красный Наполеон» не участвовал, но был и оставался лояльным коммунистом до своего последнего часа.

            Словом, как ни крути, ни Тухачевский, ни остальные  «заговорщики» в штауффенберги не годятся…

 

«Вы стреляете не в нас, а в Красную Армию»

 

            Такими по легенде были последние слова маршала Тухачевского. Если же их не было, то все равно они отражают страшную реальность. Дело-то ведь не в том, были ли расстрелянные военачальники наполеонами, принцами евгениями или александрами македонскими [12] или по версии бушковых и викторов суворовых некомпетентными ничтожествами [13], но в том, что последовало после процесса.  А последовали массовые репрессии, как в стране, так и в армии, когда десятки тысяч командиров были репрессированы (арестованы, расстреляны, «просто» уволены из вооруженных сил). В РККА пришел Страх: практически все офицеры от наркома до пресловутого «Ваньки-взводного» думали не о подготовке войск, но о том, не придут ли сегодня за ними. Моральный дух армии был подорван - офицеры превратились в безынициативных исполнителей воли политического руководства, действующих по принципу, сформулированному А.И. Райкиным: «В ус не дуть - ты будешь дуть, а тебе дадуть». В чисто военном же плане огромное количество освободившихся должностей было занято людьми, не имевшими ни опыта, ни достаточного образования для их замещения. Все это не могло не сказаться на боеготовности Красной Армии. «Первый звонок» прозвенел во время войны с Финляндией, когда несмотря на огромные потери, главная цель - присоединение Суоми к СССР - достигнута не была, а территории, отошедшие к Советскому Союзу, были вновь захвачены финнами в  1941 году с небольшими потерями и в короткий срок. Но подлинная катастрофа произошла в 1941, когда сказались и неумение самостоятельно принимать решения командирами всех уровней, и неготовность и неспособность многих «выдвиженцев тридцать восьмого» командовать и управлять крупными соединениями и объединениями. Как справедливо отметил известный военный эксперт Антоний Цыганок: « В результате [репрессий] сформировались аппарат Наркомата обороны, Генеральный штаб, абсолютно подчинившиеся партийной власти, беспрекословно выполнявшие даже самые абсурдные указания ВКП(б). Все остальные причины неудач РККА в начале войны были по сути второстепенными».[14]  Так эхо выстрелов июня тридцать седьмого отозвалось в июне сорок первого…

 

Приложение

 

Список обвиняемых по «делу военных» [15] 

1. Тухачевский Михаил Николаевич, 1893 г.р., член ВКП (б) с 1918 г., Маршал Советского Союза.[1] Первый заместитель наркома обороны и начальник управления боевой подготовки, член Военного совета при наркоме обороны. За несколько дней до ареста был назначен командующим войсками Приволжского военного округа. Арестован 22 мая 1937 г.

2. Корк Август Иванович, 18887 г.р., член ВКП (б) с 1927 г., командарм второго ранга. Начальник Военной академии им. М.В. Фрунзе, член Военного совета при наркоме обороны. Арестован 14 мая 1937 г.

3. Якир Иона Эммануилович, 1896 г.р., член ВКП (б) с апреля 1917г., командарм первого ранга, член Военного совета при наркоме обороны. С 1925 г. командующий Киевским военным округом, 10 мая 1937 г. назначается командующим войсками и членом военного совета ЛВО, 20 мая - ЗакВО.

Арестован 28 мая 1937 г.

4. Уборевич Иероним Петрович, 1896 г.р., член ВКП (б) с 1917 г., командарм первого ранга, член Военного совета при наркоме обороны, заместитель председателя Реввоенсовета СССР и начальник вооружений РККА. В 1931-1937 гг. командующий войсками БелВО, с 20 мая 1937 - Среднеазиатского ВО. Арестован 29 мая 1937 г.

5.  Путна Витовт (Витаутас) Каземирович, 1893 г.р., член ВКП (б) с 1917 г. Комкор. Военный и военно-воздушный атташе в Великобритании. Арестован 20 августа 1936 года.

6. Эйдеман Роберт Петрович, 1895 г.р., член ВКП (б) с марта 1917 г. Комкор. Председатель ЦС Осоавиахима СССР с 1932 г. Арестован 22 мая 1937 г.

7. Примаков Виталий Маркович, 1897 г.р., член ВКП (б) с 1914 г. Комкор. Заместитель командующего войсками ЛенВО, член Военного совета при наркоме обороны. Арестован 1 августа 1936 г.

8. Фельдман Борис Миронович, 1890 г.р., член ВКП (б) с 1920 г. Комкор. С 1934 г. начальник Управления по начальствующему составу РККА, с апреля 1937 г. - заместитель командующего Московским ВО, член Военного совета при наркоме обороны. Арестован 15 мая 1937 г.

9. Гамарник Ян Борисович, 1894 г.е., член ВКП (б) с 1916 г. Армейский комиссар первого ранга[2]. Начальник Политуправления РККА. 31 мая 1937 г. покончил жизнь самоубийством.

 

Примечания 

1. Цит. по Кантор Ю.З. Война и мир Михаила Тухачевского. - М.: ИД «Огонек»; «Время», 2005. с. 408.

2. См. Стаднюк И.Ф. Война. - М.: Воениздат, 1987. — 651 с.

3. См. Бушков А. Сталин. Ледяной трон: - Спб: ИД «Нева», 2005. - 640 с.

4. См. Виктор Суворов. Очищение. Зачем Сталин обезглавил свою армию? М.: ООО "Фирма "Издательство АСТ", 1998. - 480 с.

5. Киселев Е.А. 1937. - http://www.gazeta.ru/column/kiselev/1857620.shtml

6. Там же.

7. См. Кантор  с. 434.

8. Там же.

9. См. Burleigh, Michael (2000). The Third Reich: A New History. Macmillan.

10. См. Киселев.

11. Цит. по Кантор с. 257.

12. Генерал-фельдмаршал Пауль фон Гинденбург считал И.Э. Якира одним из самых талантливых военачальников после Первой мировой войны (см. Harold Shukman, Stalin's Generals (New York, 1993).  Многие идеи М.Н. Тухачевского, например, т.н. «теория глубоких операций» были успешно использованы вермахтом на Западном фронте во время Второй мировой войны.

13. Тот же М.Н. Тухачевский продемонстрировал вопиющее неумение оценить обстановку во время советско-польской войны 1920 года, полностью потерял управление Западным фронтом, что привело к разгрому Красной Армии и тяжелому Рижскому миру 1921 года, позже маршал непрестанно твердил о «польско-германском союзе» против СССР, который был невозможен из-за непреодолимых противоречий между двумя сторонами: т.н. «Польский коридор», Данциг, Силезия, притеснения немецкого национального меньшинства в межвоенной Польше.

14. См. Цыганок А. Миф о внезапном нападении. - http://www.mn.ru/issue.php?2007-24-26.

15. Цит. по Кантор с.505-515


[1] в 1935 году в СССР были введены следующие звания для высшего командного и начальствующего состава РККА: маршал Советского Союза (присвоено В.К. Блюхеру, С.М. Буденному, К.Е. Ворошилову, А.И. Егорову, М.Н. Тухачевскому), командарм первого ранга, командарм второго ранга, комкор, комдив, комбриг.

[2]  эквивалентно званию командарм первого ранга

 

 


   


    
         
___Реклама___