Kuksin1.htm
©"Заметки по еврейской истории"
Январь  2006 года

Илья Куксин


Российские евреи в Чикаго



     Еврейская община Чикаго долгие годы была второй по величине в Америке. Своего пика она достигла к концу 30-х годов прошлого века. Тогда в районе большого Чикаго (сам город и его ближайшие пригороды) насчитывалось 300 тысяч евреев, и еврейская община занимала третье место в мире, уступая только Нью-Йорку в США и Варшаве в Европе. В настоящее время, по данным Еврейской Федерации Чикаго, она составляет 270,5 тысяч человек и в США является третьей по величине после Нью-Йорка и Лос Анжелеса.
     По оценке американских демографов 80 процентов ее составляют ныне потомки выходцев из бывшей Российской империи и эмигранты из СССР, России и стран СНГ.

     История еврейской общины Чикаго, к счастью, стала изучаться в то время, когда еще были живы первые еврейские поселенцы города. Первыми в Чикаго в 1841 году поселились евреи из Германии. Они и основали Чикагскую еврейскую общину. История сохранила имена этих первых пионеров – Венидикта Шубарта, Филиппа Ньюбурга, Исаака Зиглера и Генриха Хорнера. Говорили они на немецком языке, местные жители принимали их за немцев. Ни о какой дискриминации, а тем более об антисемитизме не могло быть и речи. Они быстро адаптировались в новой стране и вскоре стали преуспевающими бизнесменами. Численность евреев-эмигрантов из Германии росла из года в год.

     Многие из них избирали себе занятия недоступные на родине. Так например, в "просвещенной" Германии евреи не имели права заниматься сельским хозяйством, не допускались на государственную службу, не могли быть адвокатами, преподавателями и т.д. Известно, что сын раввина, отец основоположника научного коммунизма Карла Маркса, был вынужден креститься, чтобы занять государственную должность. Первым евреем, купившем участок земли в Шамбурге, недалеко от Чикаго был Мейер Клейн, который поселился в Чикаго в 1843 году. Он весьма успешно вел свое фермерское хозяйство. Сумел сколотить на этом трудоемком поприще солидный капитал, а затем стал крупнейшим торговцем недвижимостью. Именно немецкие евреи в 1851 построили первую синагогу в городе.

     С 50-х годов ХIХ века начался бурный рост Чикаго, увеличивается его население, растет и еврейская община, ее члены стали принимать активное участие в общественной жизни города. Столетиями страдавшие от национального угнетения и дискриминации, евреи первыми вступили на путь борьбы за отмену рабства – этого позора свободной Америки. Они помогали беглым неграм из южных штатов, укрывали их, находили им работу. В газетах Чикаго этого времени можно найти не один эпизод этих действий. Так в 1851 году обе чикагские газеты детально описывали случай, который произошел в центре города. Полицейские задержали на улице негра по подозрению, что он сбежал от своих хозяев. Свидетель этого Майкл Гринбаум немедленно собрал группу горожан, которые под его предводительством вырвали задержанного из полицейских рук и помогли ему скрыться. А когда началась гражданская война и была объявлена запись добровольцев, то одними из первых вступивших в армию северян стали евреи Джозеф Гринхут и Эдвард Соломон. Кстати, последний дослужился в армии до чина бригадного генерала и стал первым генералом еврейского происхождения в американской армии. Когда же начался сбор средств для армии, то газета Чикаго Трибюн на первой полосе сообщила, что еврейская община Чикаго стала рекордсменом этой акции. Только за два дня она собрала 11 тысяч долларов, что по тем временам представляло весьма значительную сумму. Сотни членов еврейской общины Чикаго сражалось в армии северян. Не все они вернулись с этой войны.

     Примерно к периоду начала гражданской войны относится и появление в Чикаго первых иммигрантов из Российской империи. Ими были так называемые литваки – жители еврейских местечек Литвы, Латвии и русской части Польши. Уже давно в этих местечках ходили слухи, что там далеко за океаном находится "голден ланд" – страна, где нет черты оседлости, дискриминационных законов. Но немногие решались тогда на эмиграцию. Прибыв в Чикаго, они не могли найти общего языка со своими немецкими единоверцами. Российские евреи строго придерживались ритуалов и традиций ортодоксального иудаизма, их языком был идиш. Поэтому они не посещали "немецкие" синагоги и образовали собственные, а при них хедер и еврейские общественные организации. Уже в 1867 в Чикаго были три таких синагоги, среди которых самая большая была Мариампольская. По имени предместья Ковно (ныне Каунаса), населенного исключительно евреями. В своем большинстве эти первые российские иммигранты были бродячими торговцами.

     В самом начале 80-х годов ХIХ века началась и продолжалась около сорока лет массовая эмиграция евреев из Восточной Европы (преимущественно Российской империи), которую современные историки называют самой крупнейшей после "Исхода из Египта" в древности. Об этом красноречиво свидетельствуют следующие цифры. С 1880 по 1900 в США эмигрировало 600 тысяч; с 1900 по 1914 полтора миллиона; а всего по 1924 год два с половиной миллиона евреев.

     Преобладание в этой категории иммигрантов выходцев из Российской империи позволило многим исследователям назвать эту волну иммиграции "русской". Кто же были эти новые иммигранты, которых в США назвали "русскими евреями"? В основном, это были выходцы из городов и местечек Польши и западных губерний России, которые входили в зловещую черту еврейской оседлости. После длительных мытарств, которые, зачастую, начинались с нелегального перехода границ России, затем строгого отбора на знаменитом "острове слез" на пороге Нью-Йорка они попадали в этот гигантский город. Испытав значительные сложности с поисками жилья и работы, они двигались на запад во второй по величине тогда город США – Чикаго. Еврейские организации города не были готовы к приему такого большого числа иммигрантов. Сотрудники немногочисленных тогда еврейских общественных организаций сбивались с ног, пытаясь им помочь. Большинству приходилось устраиваться самим. В поисках дешевого жилья они направлялись на запад Чикаго – в ту часть города, которая была недалеко от его центра, рынков и предприятий легкой промышленности, где они предполагали найти работу. Это была далеко не лучшая часть города. Вот что писал о ней впоследствии один из иммигрантов: "…эта западная часть Чикаго была грязным местом, кишевшая самыми худшими элементами большого города. Преступления были обычным делом. Никто не чувствовал себя в безопасности. Евреи третировались на улицах самым отвратительным и беспощадным образом.

     Уличные хулиганы кидали в них камнями, их дергали за бороды и всячески оскорбляли". Вначале большинство новых иммигрантов существовало за счет мелкой торговли в разнос, бродя от дома к дому. Даже трамвай для многих из них был непозволительной роскошью. А те, кто смог приобрести небольшую коляску, считался счастливчиком. Не зная английского, они общались с покупателями на международном языке жестов. И внешне они очень отличались от других иммигрантов: одевались так, как это было принято в небольших городах и местечках черты оседлости – черные лапсердаки и высокие сапоги у мужчин, на голове глубокий картуз, борода и пейсы. У женщин – длинные юбки, парики и платки. Им было трудно общаться не только с американцами, но и с американскими евреями, многие из которых не знали идиш. Трудно было устроиться на работу даже тем, кто имел специальности, пользующиеся спросом на американском рынке труда – портным, сапожникам, кузнецам. Они ведь отказывались работать во второй половине дня в пятницу и весь день в субботу. Чикаго тогда был вторым по величине центром швейной промышленности в Америке. На многочисленных швейных фабриках, работающие там, преимущественно, иммигранты ирландского и немецкого происхождения отказывались работать под одной крышей с этими "смешными евреями". Приходилось обращаться к владельцам так называемых "свитшопов" потогонных мастерских. Условия труда были в них ужасные. В антисанитарных условиях, за мизерную зарплату приходилось трудиться по 10-12 часов в день. Широко применялся женский и детский труд. Малейший протест и ты отказывался выброшенным на улицу. Условия труда и зверская эксплуатация рабочих хозяевами этих мастерских обратили внимание общественности, и правительство США запретило их. Массовый приезд "русских евреев" расколол еврейскую общину Чикаго как бы на две части. С одной стороны немецкие евреи-старожилы, а с другой стороны более многочисленные русские. Евреи немецкого происхождения к этому времени успели американизироваться и занимали хорошие позиции в бизнесе, банковском деле, торговле. Только около 10% из них работали в промышленности. Т.е. в своем большинстве они были, как теперь говорится, средним классом и буржуазией. Они свысока смотрели на этих новых иммигрантов, рассматривали их как людей некультурных, неотесанных, слишком религиозных. Они не понимали восточноевропейский вариант идиша, называя его свинским жаргоном, не говоря уже о различиях в религиозной жизни. Выходцы из Германии придерживались реформизма, в то время как русские евреи не желали отходить от традиционного для них ортодоксального иудаизма. В 1887 году Леон Золотов основал первую еврейскую газету на идиш в Чикаго. Вначале это был еженедельник, а затем ежедневной. Газета сыграла большую роль в объединении, говорящих на идиш эмигрантов. Она дала возможность авторам, пишущим на этом языке проявить свои таланты. Газета позволила ее читателям ближе ознакомиться с этой новой для них страной. По инициативе газеты были созданы ремесленные школы, различного рода профессиональные курсы, курсы английского языка.

     К началу ХХ века еврейская община Чикаго насчитывала уже 75 тысяч человек, из которых 50 тысяч были выходцами из России. Началась и консолидация еврейской общины города. Первым значительным событием, в какой-то мере сплотившими русскую и немецкую части общины, стало празднование столетия со дня рождения известного еврейского просветителя и филантропа Мойсея Монтефиоре. Оно торжественно отмечалось в самом большом тогда зале – Концерт-Холле на Мичиган авеню. Впервые русские евреи были приглашены участвовать в этой церемонии. И хотя сидели они наверху, и не все понимали, о чем идет речь, но, наконец, почувствовали себя полноценными людьми и долго потом рассказывали об этом великолепном празднике. Другим важным событием, сплотившим еврейскую общину, стала совместная демонстрация протеста, против намечаемой высылки российских политических эмигрантов. Но по-прежнему невидимая черта была между новыми и старыми эмигрантами. Разница в имущественном и общественном положении долгие годы была камнем преткновения. Так например, брак между "русским" и "немецким" женихом и невестой долгое время считался исключительным мезальянсом.

     Кровавый Кишиневский погром, другие многочисленные погромы периода первой русской революции 1905 года увеличили приток иммигрантов из Российской империи. Большинство из них уже имели друзей или родственников из России. Теперь первым вопросом вновь прибывших был, как пройти на улицу, где живут бывшие одесситы, киевляне, минчане? Выходцы из России облюбовали район Чикаго, центр которого располагался на улицах Максвелл, Халстед и Джефферсон. Он был застроен двух-, трехэтажными зданиями. Прежде здесь жили выходцы из Ирландии и Германии, которые постепенно переселялись в северную часть города. Дома, где раньше жили одна-две семьи, становились своего рода коммунальными квартирами, исчезали вывески на английском и появлялись на идиш. Вместо многочисленных ранее салунов с продажей крепких напитков возникли, магазины кошерной пищи. Первые этажи многих зданий были превращены в лавки, подвалы в уютные кофейни и кондитерские. Торговым центром этого района, которые некоторые американские исследователи называли "гетто", стала улица Максвелл.

     Но это было не средневековое гетто, а просто район, в котором компактно жили иммигранты из России. Разумеется, этот район имел свои специфические особенности, делавший его непохожим на другие районы Чикаго. На улице Максвелл кроме многочисленных магазинов и магазинчиков вовсю процветала уличная торговля. На перекрестках можно было услышать музыку небольших оркестриков. Ремесленники здесь же производили и продавали свою продукцию. Здесь говорили исключительно на идиш. Как отмечали тогдашние иммигранты из России, улица Максвелл мало чем отличалась от еврейских районов Варшавы, Вильно, или Минска. Сюда любили приезжать представители многочисленной в Чикаго польской общины. Несмотря на преобладающий идиш, многие не забыли польский и любили поговорить с бывшими земляками, вспомнить не только Варшаву, но и мелкие городки и местечки Польши. Здесь можно было всласть поторговаться, как это делалось раньше на родине и купить все, что душе угодно по относительно невысоким ценам. Этот живописный район просуществовал до первой мировой войны.

     Эта волна российской эмиграции в Америку открыла новую и весьма успешную страницу в истории рабочего движения в США. Еврейское рабочее движение в Чикаго ведет свое начало с 1886 года. Четвертого мая того года в Чикаго началась крупная забастовка. В связи с этим на Хаймаркет Сквер состоялся массовый митинг. Там выступали руководители забастовки, социалисты, анархисты. Как обычно, присутствовала и полиция, которая следила за порядком при таком большом скоплении народа. Во время выступления одного из анархистов кто-то бросил бомбу в группу полицейских. Один из них был убит, семеро ранены. Полиция бросилась разгонять митинг. Началась свалка и стычки с полицейскими. Были убитые и раненые с обеих сторон. До сих пор не установлено, кто бросил бомбу. Но полиция арестовала восемь анархистов. Несмотря на отсутствие каких-либо доказательств, что бомбу бросили представители партии анархистов, арестованных отдали под суд. Суд был скорый, пристрастный и несправедливый. Четырех приговорили к смертной казни и тотчас же повесили, двоим дали пожизненное заключение и только одному 15 лет тюрьмы (один покончил с собой). Большинство осужденных были евреями. Их похоронили на еврейском кладбище Вальдхейм, где и поныне еврейские иммигранты и их потомки хоронят своих близких. Но эта жестокая расправа не остановила рабочее движение. На другой день после побоища на Хаймаркет Сквер свыше 400 еврейских иммигрантов, преимущественно рабочие-часовщики организовали на окраине так называемого гетто свой митинг. Они выступали против произвола хозяев, плохих условий труда и его низкой оплаты, а затем двинулись к центру города. На мосту на улице Ван Бурен их встретила полиция и потребовала вернуться туда, где им было разрешено проводить митинг. Демонстранты не согласились. Полиция пустила в ход дубинки. Во второй половине этого дня в одном из больших залов города был организован весьма представительный митинг. В нем приняли участие представители общественности города, профессора ряда университетов и даже сенатор штата Иллинойс. Резолюция этого митинга была разослана руководству города и штата и результаты не замедлили сказаться. Законодательное собрание штата приняло законы, запрещающие детский труд. Губернатор штата усилил рабочую инспекцию. В нее вошли представители социалистической партии известные своей принципиальностью и неподкупностью. Был создан профсоюз часовщиков, который стал энергично отстаивать права рабочих. Сложнее обстояло дело в швейной промышленности. Значительное количество русских евреев работали на швейных фабриках, принадлежавших евреям немецкого происхождения. Последние вносили весьма существенные пожертвования в фонды еврейских благотворительных организаций города. Это широко рекламировалось. Все знали, что владельцы фабрик делали внушительные взносы в организации, помогавшие вновь прибывшим эмигрантам. Поэтому было как-то неловко выступать против хозяев. В ответ на требования создать профсоюзы получали ответ, что евреи всегда найдут общий язык друг с другом и им не нужны посредники.

     После разгрома русской революции 1905 года, многие ее участники эмигрировали в США. Это были участники боевых дружин, сражавшиеся на баррикадах с царскими войсками, члены дружин самообороны с оружием в руках защищавших своих единоверцев от погромщиков. Эти смелые люди старались разъяснить трудящимся швейных фабрик, что вся эта филантропическая деятельность их хозяев осуществляется за счет безжалостной эксплуатации своих рабочих. Но дело не двигалось. Только в 1910 году 16 работниц швейных фабрик остановили свои машины и призвали к стачке. В их воззвании ко всем швейникам было написано: "… Разве вы не видите, как нас ваших жен и сестер угнетают, как над нами измываются мастера, в каких ужасных условиях мы работаем, и как нам мало платят…" Этот призыв присоединиться к бастующим нашел отклик. Вскоре к ним присоединилась половина рабочих швейников. Как ни старались хозяева усмирить забастовщиков, в конце концов, им пришлось уступить.

     Бурно развивалась и еврейская общественная жизнь. Трудно поверить ныне, но еще в 30-х годах в Чикаго было 6 еврейских театров, выходило несколько газет, издавались книги и журналы на идиш. Но уходило старое поколение, а дети еврейских иммигрантов все больше и больше американизировались. Дети бывших мелких торговцев с Максвелл Стрит и рабочих швейных фабрик становились бизнесменами, врачами, юристами, известными политическими деятелями страны. В качестве примера приведем судьбу Артура Гольдберга. Он рос на улице Максвелл, был одним из 11 детей уличного торговца фруктами и овощами. Одним из лучших окончил престижную юридическую школу и стал юристом, защищающим права рабочих, служил в разведке в период второй мировой войны, затем стал министром труда, членом Верховного Суда США, послом страны в ООН. На улицах Чикаго прошло детство основателя атомного подводного флота США, первого полного адмирала еврейского происхождения, Хайма Риковера – сына портного из маленького местечка недалеко от Варшавы. Нет возможности перечислить имена детей и внуков бывших еврейских иммигрантов из России, которые внесли существенный вклад в экономику, культуру, науку, общественную жизнь своей новой родины.

     Американские историки называют Чикаго инкубатором американского сионизма на том основании, что сионистское общество Чикаго, основанное в середине 90-х годов ХIХ века, было первой общественной организацией такого рода на территории США. Именно из Чикаго стали распространяться идеи сионизма по всей стране. Интересно отметить, что его инициатором стал не еврей, а протестантский евангелист Вильям Блекстоун. За семь лет до того, как Теодор Герцль провел первый сионистский конгресс в Базеле, Блекстоун стал провозглашать необходимость создания еврейского государства в Палестине. Уже в 1891 он написал петицию на имя тогдашнего президента США Гаррисона. Ее подписали 400 видных представителей американской еврейской и нееврейской общественности, в том числе и председатель Верховного суда США. В этой петиции Блекстоун просил президента страны повлиять на турецкого султана, который тогда владел Палестиной, чтобы последний разрешил создание там еврейского национального очага. В 1916 году в очередной петиции на имя президента Вудро Вильсона, Блекстоун просил его помочь в создании еврейского государства после окончания первой мировой войны. Недостаток места не позволяет более подробно остановиться на сионисткой деятельности в Чикаго.

     Единственное хочется добавить, что именно под влиянием этих идей генерированных в Чикаго, эмигрантка из России Голда Меир, предпочла сытой и спокойной жизни в Америке полную суровых испытаний деятельность в Палестине. И не зря ей был впоследствии присвоен титул некоронованной королевы Израиля.

     В 1924 году были ужесточены иммиграционные законы США. Еврейская эмиграция была уже только из новых стран, образовавшихся после распада Российской империи (Польши, Литвы и Латвии). Но она была весьма незначительной. Не было практически никакой эмиграции из СССР, где даже мысль о ней рассматривалась, как государственное преступление. Вторая мировая война практически полностью прекратила еврейскую эмиграцию. После окончания войны, в лагерях перемещенных лиц в Германии и Австрии свыше ста тысяч уцелевших в огне Холокоста евреев несколько лет ждали разрешения эмигрировать в Америку. Среди них в большинстве своем были польские евреи.

     Современная еврейская эмиграция в США началась фактически в начале 70-х годов. Антисемитская политика советских властей после окончания второй мировой войны, создание государства Израиль и победа этого вновь созданного государства в шестидневной войне, возбудила еврейское самосознание почти трехмиллионного еврейского населения СССР. Попытки узнать историю своего народа всячески подавлялись советскими властями. Даже желание изучить иврит расценивалась, как политическое преступление. Тех, кто преподавал или изучал этот язык, арестовывали, сажали в тюрьмы и направляли в лагеря. Еще во время правления Сталина были закрыты все газеты и журналы, издававшиеся на идиш. Но самые жесткие меры властей не могли подавить ростки возрождавшегося еврейского самосознания. Все это вызывало растущее осуждение мировой общественности, и советские властители под напором общественного мнения вынуждены были согласиться на частичное разрешение эмиграции в Израиль, как воссоединение семей. Советские евреи, после длинных проволочек и издевательств, получали разрешение на эмиграцию и покидали страну по так называемой израильской визе. Некоторые из них, попав за пределы железного занавеса, могли изменить свое решение и вместо Израиля эмигрировать с США. В период с 1971-1980 гг. такое решение принимало примерно треть советских евреев, получивших разрешение на выезд. Затем к концу 80-х годов эта цифра увеличилась до 80%.

     Первые советские евреи прибыли в Чикаго в самом начале 1973 года в количестве 15 человек. Обе чикагские газеты Чикаго Трибюн и Чикаго Сан Таймс откликнулись на это специальными сообщениями. По данным Еврейской Федерации Чикаго с 1973 по 1979 год в Чикаго прибыло 3201 еврейский эмигрант из СССР; с 1979 по 1980 – 2107 человек. Всего же за период с 1973 по 1981 – 6038 человек. Кто были эти новые эмигранты? В основном, хорошо образованные семьи профессионалов. В большинстве с одним или двумя детьми. С некоторыми прибывали и их пожилые родители. Нужно заметить, что этих первых эмигрантов представители еврейской общины Чикаго встречали более чем восторженно. Так размещением первых 15 эмигрантов занимался сам президент Еврейской Федерации города. Им давали небольшое пособие, помогали в поисках работы.

     В дальнейшем еврейские эмигранты из СССР попадали в заботливые руки специальных служб ХИАС, как Jewish Family and Community Service, Jewish Vocation Service и ряда других. Они помогали в оформлении необходимых документов для обоснования в городе. При ряде синагог были организованы курсы английского языка. В дальнейшем ХИАС помогал в получении постоянного вида на жительство (гринкарты), а через пять лет пребывания в стране получении американского гражданства. Для пожилых эмигрантов старше 65 лет ХИАС и его службы помогали получить субсидированную квартиру, пособие, право на бесплатную медицинскую помощь и много-много другого. Совсем недавно ХИАС Чикаго отпраздновал свое 90-летие. Как следует из последних оценок Еврейской Федерации Чикаго, с 1973 по июнь 2003 в город прибыло 28 с половиной тысяч иммигрантов-евреев. Они эмигрировали из Украины и Белоруссии, России и Прибалтики. Советские евреи значительно отличались от их предшественников из Царской России. В подавляющем большинстве (98%) это были горожане, совершенно непохожие на евреев из небольших местечек черты оседлости. Они не знали идиш, не знали истории и культуры своего народа. Насильственная советская ассимиляционная политика превратила большинство из них в людей русской культуры. Уровень религиозности был исключительно низок, заметно ниже даже ассимилированных американских евреев. Те хоть в детстве посещали воскресные еврейские школы, проходили бар и бат-мицвы. Уровень смешанных браков был также значительно выше, чем у американских евреев. Примерно 70-75 процентов советских евреев имело высшее образование, а около 8 процентов ученые степени и звания. Высокий профессиональный уровень большинства советских евреев в возрасте до 40 лет позволял им относительно быстро найти работу в таких областях, как программирование, телекоммуникации, компьютеры и их применение.

     Значительно сложнее пришлось людям в предпенсионном возрасте (50 лет и старше) у себя в СССР они достигли определенного положения. Им было очень сложно найти применение своим знаниям при существующей жесткой конкуренции. Так научные работники даже хорошо владеющие английским, в первое время получали меньше своих американских коллег. Но со временем многие бывшие советские врачи сдавали довольно сложный квалификационный экзамен. И ныне в Чикаго открыто и весьма успешно действуют десятки медицинских офисов, где работают русские врачи.

     Трудно отыскать американский госпиталь, где бы не трудились русские врачи, медицинские сестры, технический персонал. Имеются и несколько русскоязычных юристов, получивших образование в США. За 30 лет эмиграции советских евреев в Чикаго, кроме молочно-кефирного производства, не существует крупных фирм, во главе которых стоят русские евреи. Судя по рекламам, наиболее крупными являются объединения по торговле недвижимостью.

     В Чикаго, в отличие от Нью-Йорка, нет районов, заселенным преимущественно эмигрантами из СССР. Нет заметных русско-американских совместных фирм. После второй мировой войны члены американской еврейской общины двинулись из города в пригороды. Не зря известный исследователь еврейской жизни в Чикаго Ирвинг Катлер своей книге "Евреи Чикаго" дал весьма значительный подзаголовок – из местечек в пригороды. Эту тенденцию поддерживают и евреи из СССР. Как только они находят приличную работу, то немедленно переселяются в пригороды. Там лучшие школы для детей, лучшая окружающая среда и типичная одноэтажная Америка, где большинство покупают себе дома, реже квартиры. Ныне получилось так, что евреи из СССР старшего поколения живут в самом городе, а их дети и внуки в пригородах. Как и в дореволюционной эмиграции нет пока тесной связи между новыми и старыми эмигрантами. Все руководящие должности в еврейских общественных организациях занимают американские евреи. Большинство иммигрантов из СССР среднего поколения в возрасте 30-50 лет ныне заняли прочное положение в американском среднем классе. Незаметна роль новых иммигрантов в политической жизни города. Нет ни одного представителя последней эмиграции, участвующего в политической жизни города. Кроме участия в сборе средств в помощь Израилю и редких митингов и шествий по этой проблеме. В настоящее время в Чикаго издается шесть русскоязычных еженедельников, из которых наиболее серьезным является "Реклама", издающаяся с 1993 года, а также ежемесячник "Шалом" орган синагоги F.R.E.E. ( Друзья беженцев из восточной Европы). Эта синагога вместе с другими американскими общественными организациями оказывала и оказывает помощь советским евреям. Выходит и ежедневная газета "Cвет". Ежедневно вещают три русскоговорящие радиостанции. Несколько попыток организовать более-менее приемлемое русскоязычное телевидение силами местных журналистов успехом не увенчались. Однако, любой может подписаться на русскоязычное телевидение из Нью-Йорка (две программы) и на ряд российских программ спутникового телевидения.

     Имеется в Чикаго и ряд так называемых русских магазинов, в основном продовольственных, которые торгуют импортными и произведенным в США товарами, знакомыми бывшим советским гражданам. Есть несколько пекарен, автомастерских, дилерских по продаже автомобилей с русскоговорящими продавцами. Возникают и исчезают русские рестораны. Однако, наибольшей известности добились иммигранты среднего поколения в возрасте 40-50 лет. Ныне в справочниках "Кто есть кто" в ряде областей науки и техники не редкость встретить имя еврейского иммигранта из СССР. В качестве примера можем привести заметный успех русской архитектурной мастерской "Ателье 7". В 1989 году в Чикаго эмигрировали два архитектора киевлянин Александр Полищук и москвич Виктор Мельников. (Пусть читателя не смущают их русские имена и фамилии. Они евреи). Начинать пришлось с нуля. Через пять лет они создали свою мастерскую. В 2003 году их проект застройки в старом историческом районе города был удостоен весьма престижной награды "Award of Excellence." Об их проекте писала старейшая газета Чикаго Трибюн, специальные архитектурные журналы. И это ни где-нибудь, а в Чикаго, который заслуженно считается центром всемирно известной чикагской архитектурной школы.

     В колледжах и университетах Чикаго ныне обучаются свыше 2000 студентов – детей еврейских эмигрантов из СССР. Несомненно, в весьма недалеком будущем многие из них станут известными не только в Чикаго.


     P.S. В сборе фактических данных для этой статьи неоценимую помощь мне оказал Питер Фридман – вице-президент Еврейской Федерации Чикаго. Он с полуслова понял, что мне надо и поручил своим сотрудникам (в частности директору службы размещения Лизе Клейн) снабдить меня самыми последними данными в этой области. Не могу не упомянуть Констанцию Гордон – сотрудницу отдела специальных коллекций публичной библиотеки Чикаго, а также Дана Шарона из библиотеки Института еврейских исследований в Чикаго. Мною также использованы следующие основные источники:

     Hyman L.Meites, ed., History of Jews of Chicago (Jewish Historical Society of Illinois, 1924), 854 p.
     Irving Cutler, The Jews of Chicago (From Shtetl to Suburb), Chicago, 1996, 317 p.
     James McKay, Soviet Jewish Emigration to Chicago, 1970-1980, 1986, 268 leaves
     (Ph.D dissertation University of Illinois)
     Кроме этого использован ряд статей в еврейской англоязычной периодической печати.

***

А теперь несколько слов о новостях науки и техники.
К телевизору все так привыкли, что уже и не представляют, как без него можно жить. А ведь были времена, когда телевизор стоял не в каждой квартире. Только хорошо обеспеченные семьи могли позволить себе черно-белый телевизор. И долгое время все соседи ходили в гости к счастливчикам, чтобы посмотреть передачу. Потом черно-белые телевизоры стали почти у всех, а счастливчиками стали звать тех, у кого телевизор цветной. Прогресс в телевизионном деле развивался быстро. И скоро появились плоские телевизоры на плазме, на жидких кристаллах, с большими экранами. В квартирах стали оборудовать целые домашние кинотеатры. Но одного не хватало телевизорам - объемности изображения. Получить 3D на обычном мониторе - вот мечта каждого киномана. И эта мечта уже осуществляется. На сайте mirstereofoto.ru можно ознакомиться с последними достижениями программистов и технарей в этой области


   


    
         
___Реклама___