Eygenson1
©"Заметки по еврейской истории"
Январь 2005

 

Сергей Эйгенсон


Праздные рассуждения об украинских выборах

 

 


     Про то, что нынешние выборы наглядно показали существование Двух Украин, не говорил только совсем уж ленивый. Дело не только в том, наверное, что из двух бывших кучмовских премьеров Запад и Центр предпочли одного, а Восток и Причерноморье – другого. Есть даже такое со стороны подозрение, что один, на самом деле, отличается от другого не больше, чем начальник отдела строительства Свердловского обкома КПСС от генерального директора свердловского же «Уралмаша». Или вот еще, один и.о.премьера при Б.Н.Ельцине, 1952 года рождения, из начальников ФСБ, со званиями кандидата экономических наук и мастера спорта по дзюдо от другого и.о.премьера при нем же из той же конторы, того же года рождения, со званиями кандидата исторических уже наук и кандидата в мастера спорта, наоборот, по бегу. Как говорил один из шукшинских героев: «Невесту, уважаемая, можно и не выбирать: все равно ошибешься».

     Впрочем, как подсказывает мне мой, скажем, личный опыт – тут все едино: начальники, которых мы выбирали, практически мало отличались от начальников, которых нам присылали по разнарядке. Ну, не будем учить многонациональное население Украинской Державы основам демократии, на это и так много любителей. Помнится, однако, что лет пятнадцать назад это население более или менее сходилось на нелюбви к Столице Нашей Родины Городу-Герою Москве, который находился под сильным подозрением, что именно он зъил украинское сало. Нынче же, как можно понять из сообщений мировой прессы с полей элекционных сражений, обе половины Украины подозревают в этом же уже друг-друга.
     Кто тут прав – не нам, посторонним, судить. Вроде бы и Запад у Востока на дотации, а вроде бы и главная восточная индустрия угледобыча сидит на госдоплатах ... черт ногу сломит. Мне вот, к примеру, все кажется, что и те, и другие в некотором смысле живут, как и вообще большая часть Российской Федерации и всего ЭсЭнГэ, как и вся соцсистема в былые времена, за счет все той же всеобщей кормилицы Тюмени. Все-таки, сдается на то, что нынешний украинский революционно-контрреволюционный энтузиазм не столько связан с экономической корыстью, сколько вызван медвежьей грацией российских властей, по привычке нахамивших в соседнем суверенитете, как у себя на периферии. Это уж и издавна так ведется.

     Было ведь в Европе и на Кавказе несколько народов, по обстоятельствам истории связанных с Россией особыми отношениями, искренне или «из интересу», но русофильских: чехи, словаки, болгары, русины, осетины, абхазы, черногорцы... Так даже их российская политика нескольких различных режимов за сто лет успешно переучила на русофобию. Действительно, чтобы, скажем, в стране Ганки, Масарика, да, собственно, хоть и Иозефа Швейка, довести до того градуса ненависти ко всему московскому, который сложился к концу 80-х – этого вручную не сделаешь, это надо на танке. Или, к примеру, одна приятельница моей жены, вышедшая замуж за парня из Софии, тоже столкнулась с таким, выплескивающимся через край, желанием новых компатриотов сказать что-нибудь неприятное «старшему брату», что сама стала переходить в атаку первой, сразу сообщая, что она им, болгарам, социализм и всех этих вождей не навязывала, в Варшавский пакт не загоняла и пусть от нее отвяжутся по этому вопросу.
     Похоже, так же вышло нынешний раз и с нашей ближайшей юго-западной соседкой. Ну, однако, путины и кравчуки приходят и уходят, а соседство остается, да и память о крымских каникулах из души за остаток жизни уже не выжжешь. Так интересно же по-соседски – чё у них так все раздвоилось, с какого переляку обе половины глобуса Украины так обиделись одна на другую? Случайно это, или у такого разделения есть какие-то исторические корни? И сохранится ли оно на будущее? Некоторые компетентные товарищи нам объясняют, что тут все дело в том, что злонамеренные западенцы мечтают искоренить русский язык, заставить русских жителей Симферополя и Лисичанска размовлять на ихней, осмеянной Булгаковым и Задорновым мове. Это объяснение сегодня уступает по популярности в российских медиях только традиционному коварному заговору ЦэРэУ.

     Что в Галичине москалей не особо любят – это и при дружбе народов было видно невооруженным глазом. Я и сам это наблюдал, бывая в тех местах в командировке, а мой отец как-то привез из карпатского отпуска одну поучительную историю, которую и сообщил мне. А я вам, если нет возражений.
     Будто бы подружился он с квартирохозяином, у которого они с мамой снимали комнату в Яремче не то в Надворной. Выкуривали за разговорами по сигарете, а то и прикладывались совместно к рюмочке перед сном. И вот однажды мой отец спрашивает: «А скажите, Степан Костиевич, при ком по чести лучше было – при поляках или при Советской власти?» Тот подумал, покурил и ответил: «Так, конечно, при поляках». Времена позднебрежневские, бояться чего-то за откровенный ответ в разговоре между двумя стариками уже не особо приходилось – можно и сказать. «Но почему?» – «А как же, Александр Сергеевич. Кабанчика, конечно, приходится держать не на виду. Поляк придет, спросит – где? Ну, ответишь – немае, мол, пан. Он сунется в свинарник, носом покрутит, не увидит, обругает хлопом да хамом и уйдет. А вашему ответишь, что нету, мол, товарищ, так москаль на пузе везде сам проползет, не пожалеет перемазаться, а свинку мою найдет – и прощай». Ну, конечно, полностью я эту историю воспроизвести не в силах за незнанием мовы и особенно ее специально-западенского варианта.

    

 

 

     Но, однако ж, граница раздела Украины на Ющенковщину и Януковщину не совпадает ни с этнографической границей преобладания великороссов над малороссами, за которой остаются только что Крым и некоторые районы Новороссии и Донбасса, ни с рубежом русско- и украиноязычия, ни с зонами влияния униатской и всех трех соперничающих православных церквей, ни с границей по Рижскому миру 1921 года, вроде как разделяющей Захiдную и Схiдную Украину, ни с разделом на индустриальный и селянский края, ни даже с картой разделения населения по цвету волос. Есть, знаете ли, и такая. А вот с чем она, оказывается, действительно коррелируется – это с определенными физико-географическими характеристиками и с довольно давней историей этой прекрасной страны.
     На карте нельзя не увидеть, что разделение страны на «оранжевую» и «сине-белую» половину происходит, конечно, плавно, с полюсами коло Львiва и среди терриконов, но и линия смены большинства достаточно определена. И совпадает она ближе всего с границей между степной и лесостепной зонами. К северо-западу – страна более жовтая, или, сказать, оранжевая, к юго-востоку от этой линии – более блакитная. Сама эта граница раздела леса и лесостепи с сухой степью определяется влажностью, количеством выпадающей из атмосферы воды. Русскоязычный читатель благодаря одному бойкому публицисту крепко усвоил за последние года слово «изотерма», как объясняющее и вполне оправдывающее его, читателя, нежелание вынести мусор из квартиры и помыть посуду. Между тем, в отечественной истории, пожалуй, не меньшую, а большую роль играли другие изолинии – изогиеты, линии равных годовых осадков. Во всяком случае, нет ни малейшего сомнения, что васнецовские Богатыри вглядываются в опасную татарско-половецкую даль именно через линию изогиеты 500 мм/год. Это вдоль нее протянулся рубеж Великой Степи, вдоль нее веками шла граница славянской Руси и тюркского Дикого Поля. Именно поход через эту линию отмечен известным восклицанием: «О Руская земле! Уже за шеломянем еси!»

     Это, значит, отряд полевого командира И.Святославича на своем незадачном пути из славянской Черниговщины достиг далекого половецкого Донбасса. Тот самый маршрут, который никак не могут пройти без физического ущерба и теперь оранжевые агитаторы Ющенки. Надо, однако, сказать, что в конце концов и князь Игорь вернулся к своей галичанке Ярославне и сына он очень удачно женил на дочке одного из ведущих донецких авторитетов Кончаковне, чем и скрепил итоговое соглашение региональных элит. Понадеемся, что это будет хорошим примером и для разрешения нынешнего конфликта.

 

 

 

     Возникла такая ситуация с противостоянием Руси и Поля вдоль изогиеты 500 мм/год не сама по себе. В скифские и даже готские времена такого вроде бы, не наблюдается. Тоже в степи и в лесу жили разные племена, но не было такой многовековой цивилизационной, или, как теперь принято говорить с легкой руки Л.Н.Гумилева, «суперэтнической» конфронтации. И даже тогда, когда славянская культура, диффузионно распространяясь от Карпат к востоку, дошла до этого рубежа, так и то первое время раздел Русь-Поле был достаточно размытым. Судя по данным и летописей, и археологов какие-то уличи, тиверцы, славянские вкрапления на Дону и в Причерноморье – все это было по ту сторону физгеографического рубежа. Но вот когда удалой князь Святослав, потрясая оселедцем и боевой лихостью все окрестные народы, добил, разорил, в пыль стер слабеющего хазарского соседа – открылся ранее прикрытый Хазарией проход между Уралом и Каспием и первыми из азиатских степей на славянские рубежи пришли из Туркестана печенеги, за ними половцы. А там и брошенные железной волей Чингиза в направлении «Последнего Моря» сборные племена из Восточной Азии, принявшие в итоге имя татар. Все эти тюркские кочевые народы оказались достаточно энергичными, чтобы дальнейшая жизнь русичей рядом с ними медом совсем не показалась. Были, конечно, и походы Мономаха вглубь половецких степей, и Мамаево побоище, и, под конец, гренадеры Миниха в Бахчисарае и пехотинцы Суворова в Закубанье. Но и печенежско-половецкие набеги – не сказка, а уж про Батыев погром края, когда запустела вся первоначальная Русская Земля в среднем течении Днепра, когда грудой головешек стал сам Киев – что и говорить? Может, все-таки, лучше было б не сжигать Итиля, отказать себе в удовольствии?

 



 

     Но, рано ли, поздно ли, страна оправилась и после татарского разорения, стала снова заселяться из уцелевших карпатских и полесских глухих лесных мест. И опять примерно до того же рубежа, до места, где кончаются леса и рощицы, начинается ковыль и прочая степная ботаника. Частью эта вторичная колонизация шла по традиционному для мужицкой колонизации диффузионному механизму, частью через частную инициативу русско-польских княжеских родов, как было с заселением Вишневеччины около Лубен. Но, кажется, польско-литовская Республика, как государство, в это процессе участвовала слабо. Процесс этот, как сказано, снова остановился, запнувшись за ту же изогиету, за которой экономика Пахаря не превосходила, по засушливости климата, экономику Кочевника так, как в лесостепях. Стало быть, и военная сила оседлого народа не могла пока победить кочевых всадников. Единственным местом, где на этот раз славяне все-таки прошли подальше на юго-восток, стала сама Днепровская долина. Там, у порогов, еще в Святославовы времена считалось самое лучшее место для гоп-стопа торговым караванам из греков в варяги и обратно. Ну, а в XV веке там, в Запорожье, засела такая живописная компания, что куда караибской Тортуге! Очень уж оттуда было удобно ходить на промысел: в челнах к берегам Крыма, Анатолии и Балкан, а по сухому пути в Подолию, Малопольшу, на Москву. Вот нынче решено заменить «красный день календаря» с 7 ноября, когда традиционно праздновалась Октябрьская революция 1917 года. Заменить пока что постановлено на 4-е число того же месяца ноября в честь изгнания из Москвы польских панов в 1612 году.

     Я бы назвал это решение несколько легкомысленным. Не потому, что уж так жалко панов – вполне разделяю патриотические в их отношении чувства и вообще «Иван Сусанин или Жизнь за Царя» в числе моих любимых опер. Но ведь они тогда, как Карлсон, еще вернулись. Дело было, как сейчас помню, через шесть лет, пришли поляки не одни, а как раз с запорожцами, предводимыми гетманом Сагайдачным, известным публике по популярной застольной песне про жнецов на горе и по фрегату имени себя, флагману теперешнего украинского флота. Гетман и его витязи стали, по летописи, около Донского монастыря, аккурат напротив «Лумумбы». Ушли гости столицы только после подписания Деулинского перемирия, то есть 1 декабря 1618 года. Вот этот бы день, думается, и надо назначить праздником вместо 7-го ноября и наименовать Днем Дружбы Славянских Народов или хоть Днем Украинского Гастарбайтера в Москве.

     Разумеется, такому бойкому сообществу не боящихся пороха людей на роду была написана достаточно лихая биография. Достаточно сказать, что за 90 лет с 1649-го по 1739 год Сечь поменяла подданство раз восемь: сначала несколько раз качалась от польского короля к московскому царю и обратно, пару месяцев в 1709 служила авантюрной звезде Карла XII шведского, опять на пару лет оказалась под державой его царской милости, после того, как тот неудачно сходил к берегам Прута, досталась на тридцать лет в качестве трофея стамбульскому падишаху и, наконец, окончательно утверждена за Россией победами русских полководцев Миниха и Де Ласси. Вряд ли, однако, можно считать эти фантасмагории этапом серьезной хозяйственной колонизации восточным славянством сопредельной степи. Возможно, что именно поэтому Екатерина Великая, в конце концов, переселила запорожцев в новозавоеванное Прикубанье, где они как раз прижились и укоренились до такой степени, стали такими патриотами Великой России, что несколько месяцев назад чуть не устроили войну с хохлами из-за пары гектаров песчаной косы в Керченском проливе. Землю же Запорожья все равно распахивали и заселяли заново, как и земли Буджака или Едисана.

 

 


     Дальнейшая история восточнославянской колонизации в Северном Причерноморье, ключевая, между прочим, и для нашей темы о Двух Украинах, как раз сильно связана с Москвой и даже с совсем уж северно-болотным Санкт-Петербургом (помните, как туда, по наводке как раз запорожца Пацюка, летал за фирменной обувью для любимой девушки один металлург с Полтавщины?). Надо бы только вспомнить, что «Залесской Украиной» до XIV века кликали как раз волжско-окское междуречье, а «украинцами», очевидно, надо было называть тамошних кривичей, вятичей, мерю и прочую голядь. А «Русью», опять напомню, Киев, Переяслав-ныне-Хмельницкий и Чернигов. Вот уж только не скажу, когда Владимир Красно Солнышко направлял своих порученцев в Муром либо Суздаль – что ж тогда писалось в командировочном предписании? На Украину или в Украину?

     Впрочем, годы шли, а за ними и века, гордые поляне и волыняне без пререканий приняли кличку «окраины» для своей страны и даже, по слухам, занялись отысканием неких совершенно хайборийских укров в качестве своих предков. А наименование Руси, России приняла на себя бывшая далекая полуфинская окраина и в исторически короткие сроки прибавила к нему титул Империи. Ну что ж, тому, кто отнимает у румского падишаха черноморское побережье, забирает под свой скипетр половину державы Чингисхана до самого Тихого океана и даже приводит своих казаков, башкир и калмыков туда, куда не смог дойти сам Бич Вселенной Аттила – в Лютецию, к холмам Мон-Мартра ... не московским же князем ему называться?
 

 




     Вот, значит, среди прочих дел Империя из своих северных лесов и болот сначала присоединила из золотоордынского наследства Слобожанщину, потом, окрепнув, покорила крымских татар, отобрала у турок все Северное Причерноморье, весь степной Дешт-и-Кипчак – сделала то, что тысячу лет не давалось сделать напрямую через Рось и Ворсклу. Так и получилось, что завоевание и заселение бывшей Половеччины прошли не по маршруту князя Игоря с северо-запада на юго-восток, а совершенно перпендикулярно – с северо-востока на юго-запад. Хотя многие из новоселов и пришли из соседней Малороссии, но заселение края шло под имперской эгидой. Тут в дело пошли и немцы, и болгары, и евреи, и не особенно понятные (даже и до сих пор) арнауты. Да и великороссов пришло немало. Вспомните хотя бы Павла Ивановича Чичикова – куда он собирался переселять своих новокупленных северных мужичков от Собакевича и прочих? Правильно, в Херсонскую губернию. Про этих-то и вовсе нет сомнения, что их потомки с гарантией проголосовали за своего парня Януковича против поганого цэрэушного бандеры. Но если даже оставить в стороне эту пару миллионов избирательных бюллетеней, так все равно понятно – имперский способ колонизации этой половины нынешней Украины не мог не оставить следа в сознании и подсознании ее обитателей. В конце концов, все прежние недолговечные украинские государства: и Хмельниччина, и недолгое княжество Ивана Мазепы, и автономия Центральной Рады, и Западноукраинская Народная республика, чуть было не родившаяся на развалинах Австро-Венгрии, и однодневная Карпатская Украина патера Волошина – все они рождались по ту сторону нашей с вами любимой изогиеты 500 мм.

     А земли к юго-востоку от нее Украине, гетманской или советской, дарили: кайзер Вильгельм после разгона опереточной донецко-криворожской армии товарища Артема, Предсовнаркома Ленин после победы Москвы над Доном, Генералиссимус Сталин после побед Красной Армии плечом плечу с Германией в 39-м году и над Германией в 45-м, Первый Секретарь Хрущев на годовщину свадьбы. А так, сами по себе, они, судя по всему, к воссоединению с незалэжной ненькой относились более или менее прохладно. Ну, действительно, не так уж много общего. Другая судьба, другие вкусы. Общего-то, конечно, тоже немало. Не только сало и борщ.
     Есть подозрение, что и сейчас обе половины вполне могли бы сойтись на ... как бы выразиться? Ну, как говорил один партдеятель – на лицах еврейской национальности. В смысле – по старому рецепту киевского бунта 1113 года. Как там в летописи – «Кияне же разграбиша двор Путятин тысячьского, поидоша на Жиды и...», ну, и дальше как положено. Тут кажется, исторически расхождений между щирыми патриотами и имперскими хохлоненавистниками наблюдалось немного. Местечки примерно одинаково запомнили как вполне «оранжевых», по нынешнему счету, петлюровцев, так и абсолютно «бело-голубых», по нынешнему же, шкуровцев. Да, впрочем, и красная Первая Конная, по некоторым сведениям, тоже не зевала. Недаром и любимец публики ВВП давеча никак не мог для себя решить, чего же он конкретно не допустит со стороны революционеров с Майдана – антисемитизма или сионизма. Заподозрить «оранжистов» в сионизме – это конечно, неслабо. Видать, в органчике соскочило на какую-то старую шестеренку. Но тема мертвая, вот в чем горе! Нету сионистов практически. Уехали! Как – куда?

     Вот именно! Сионизм-то, оказывается, именно и есть такой отъезд. А не то, что вы думали.
     Надо, видимо, кого-то подыскивать вместо. А пока подыщут ... Ну, на худой конец всегда есть Бильдербергский клуб, олигархи, то же ЦэРэУ, ляхи, быстро забывшие свое комсомольское прошлое, международный терроризм рука об руку с глобалистским заговором. Найдут, надо думать.
     Остается один вопрос. Сейчас, когда пишу вот это, на дворе 23 декабря. Через три дня выборы. Кого выберут-то? Ну, во-первых, откуда мне знать. Нынче, в отличие от прошлых разов, этого даже господин Кокошин из Думского Комитета по управлению Ближним Зарубежьем не знает. Совсем хохлы от рук отбились! А во-вторых ... Я ведь, собственно, всю эту бодягу с изогиетами потому и разводил, что теперь ясно – кого бы не выбрали, а одна из половин Украины будет крайне недовольна. Будет митинговать.
     Тоже был случай не то с Ходжой Насретдином, не то с Капитаном Врунгелем. Не то с обоими. Было у него (у них) два петушка. Один, допустим, оранжевый, а другой... Ну, у нас теперь век политкорректности, скажем прямо, что голубой. И вот надо выбирать, помните эту историю? Голубого выберешь – оранжевый будет скучать, оранжевого – голубой будет скучать. Так кого им, бедным, выбирать? Кто лучше? Лично-то я скорей всего, согласен в этом вопросе с ромеоджульеттовским приятелем Меркуцио. «Чума на оба ваши дома». Но, с другой стороны, есть безукоризненный показатель – кто хуже. Достаточно посмотреть Программу «Время», чтобы жизненный опыт подсказал – кто.

     Кажется, однако ж, что в любом исходе, особенно при все еще не исключенном сегодня расколе Украины надвое, питерским, которые нынче удачно притворяются москвичами, ловить нечего. Оттяпать полсоседа не удастся не только потому, что не разрешат из Страсбурга и Вашингтона. Население Новороссии и Донбасса совершенно явно хотело бы вернуться в Советский Союз. Но не в Российскую Федерацию президента Путина. Хотя бы потому, что в Симферополе и Луганске самые ярые энтузиасты, может, и настроены повоевать с галичанами. Но не с чеченами. Цены на нефть они сегодня есть, а завтра ... привет от Михал Сергеича. А нынешние российские генералы навсегда. Какой же идиот им отдаст сына для их игрушек? Тем более, тамошний президент прямо в глаза объясняет, что никакой чеченской войны не бывает, он лично все закончил три года назад, можно отмечать календарные праздники. Так что – разделение Украины, может, и будет, федерализация – чуть повероятней. Аннексия – совершенно ненаучная фантастика.
     Ну, и что за радость была бы получить рядом с собой вместо рыхлой и зацикленной на внутренних проблемах сегодняшней соседки двух? Уменьшенную, агрессивно-антимоскальскую Малороссию-Ющенковщину, как бы сильно увеличенную Прибалтику. И сталинско-брежневско-ностальгическую Новороссию-Половеччину-Януковщину, надежную опору и покровительницу всех недовольных Москвой в «Красном Поясе», которую еще и придется содержать за свои, вроде как нынче Белоруссию. Как говорил один знакомый нефтяник: «Где ж столько украсть, чтобы на всех хватило?» Сколько еще будет всех кормить Коровий Череп?

     P.S. Ну вот, две недели прошло. Победа Ющенки теперь уже не вызывает никакого сомнения даже у его противников. Во всяком случае, в частном телефонном разговоре с Донецком мне с некоторым сарказмом сообщили, что население, действительно, пока на победителей дуется. Но и оно, как будто, больше жалуется на головную боль после праздников. А вот элита, по сведениям моего собеседника, стоит в очереди, чтобы поцеловать красавицу Тимошенко в плечико. Так что вариант с договорятся, видимо, не исключен. Ну и славно, а то, сами знаете – паны дерутся, а у населения чубы трещат.
     Опять российско-советский патриотизм остался в дураках. Обидно, все-таки. Остались ли в дураках московские начальники – сказать трудно. Вроде, конечно, Путину, два раза поздравившему с победой одного кандидата, сейчас нож острый в третий раз поздравить уже другого. Унизительно. Но, похоже, увлекательная игра в «физические лица» при дележке сибирского слама на такие мелочи, как дураковатый вид в глазах всего мира, позволяет не обращать внимание. Как писал один из Нежинской гимназии – «Частный был большой поощритель всех искусств и мануфактурностей, но государственную ассигнацию предпочитал всему».

     У кого, на мой вкус, действительно вид глупый – это у московских деятелей как бы культуры, успевших подпеть начальству на украинские темы. Понятно, что с обозревателя Леонтьева, скажем, спрос невелик. Казенный человек, есть указание – будет кормить апельсинами, будет другое – задушит, как говорил о самом себе комендант Шлиссельбурга полковник Соколов. Я вон от нечего делать затеял с ним некую игру. Регулярно спрашиваю перед его передачами – где конкретно он, Михаил Леонтьев, крепкий на вид мужичок с имперскими взглядами и оборонным сознанием, проходил действительную службу? С указанием, разумеется, на случай встречного вопроса, соответствующих сведений о себе. Знаю ведь, что ответа не будет. Такие люди, как он или вот тоже известный был герой телевизора Александр Невзоров, берегут себя смолоду для будущих подвигов на патриотической ниве и личное время на армейскую службу стараются не тратить. Все, однако, надеюсь – вдруг пробьется что-то человеческое, всхлипнет где-то внутри у моего адресата совесть?
     Но что заставляло высказываться в том же роде людей, вроде бы зарабатывающих на другом, а не на патриотических высказываниях? Ну, скажите мне, дорогие соотечественники – с какого перепугу популярный молодой романист и киносценарист, взволновавший, можно сказать, всю Россию своим блокбастером из жизни вампиров, начал на общественных началах предсказывать Украйне скорое жуткое разочарование, от того, что она, Украйна, проголосовала не в соответствии с его, романиста, советами. И в своем, как теперь модно, Живом Журнале требовать от бедных хохлов: «Чтобы уже через год Вы могли на примерах доказать мне, как я был не прав в своих опасениях». Щас, бросят все дела!

     Скажете, парень просто с глузду зъихав от своих нынешних достижений? Так он ли один пропустил, как говорит президент Ширак, очень удобный случай промолчать? Творческие люди, конечно, с них и спрос невелик. Вон, немолодой поэт, очень известный своими знакомствами, практически – Дельвиг ХХ столетия, на днях подмахнул не то, что кремлевской группировке, а прямо самому туркмен-баши. Большие дети.
     Ну неужели, действительно, чтобы чуть-чуть восстановить правильное представление о жизни и о своем в ней месте нашей бедной Родине опять нужен новый дефолт?
   
   


   


    
         
___Реклама___